Базовая система ценностей «Розы Мира» (заметка)

А люди? Зачем столько людей, выражающих одно и то же? Достаточно меня одного

А теперь это верит один Кольцов, причем верит он исключительно в свой собственный разум.

Денис ! а что же делать людям после 5 камней ? вообще ничего не формулировать, не конструировать ? Логическое мышление заменить ожиданием откровения ? Философию остановить. Ждать второго пришествия ?

Но где же я высвобождаюсь от иноприродного ? Я наоборот хочу постигнуть, а не доказать, что нет иноприродного.

А о своём собственном сочинении "родонисткая вело...нта" (непомню точно название) Вы как полагаете?
Это ведь тоже пережёвывание уже имеющихся 5 камней. Ничего нового. Фарш из фарша...
Тоже псевдосущности плодить не надо ? Или Вам было откровение ?

Вы с ним очень похожи.

Вы тоже верите в собственный разум (точнее - рассудок) и в тексты Андреева, которые принимаете как божественное откровение "от" и "до".

Только у Вас есть замечательное добавление - "воля Бога", которая Им, по-Вашему, фактически диктуется - вполне в конкретных вариантах.

От Ваших текстов веет совсем другим духом, чем от текстов Андреева.

Иван, боюсь, моя задача правда была гораздо скромнее. Я лишь ставил задачу уяснения базовых принципов Д.А. во-первых,

Для тебя первично объединение, для меня - создание собственного мировоззрения Розы, а уж потом шаги к объединению.

Если из моих - на основе мировоззренческих принципов потом будут осознаны и конкретизированы этические установки

Да, и Яник об этом писал, напрашивается вторая часть, "положительная", какими путями должно идти формирование и развитие учения.
И если такой заказ есть, то я, конечно, соберусь с силами и напишу продолжение Но не все ж сразу...

А если серьезно, мне жаль, что ты снова сосредоточился на этой тематике, пожалуй что в ушерб мифам.

Конечно, напрашивается.

Присоединяюсь к просьбе Ивана!

1. Уяснения кем?
2. Уяснения каких принципов? - его личных, или мировоззренческих, изложенных в "Розе мира" в рамках одной книги, или изложенных во всей совокупности его произведений, и т.п.

надо отталкиваться от цитат

И главное, надо задуматься о том, что другие люди, читающие те же самые цитаты, видят эти принципы другими.

Библия, вон например, одна, а сколько способов известно строить некое библейское мировоззрение!

Где заканчивается мировоззрение Даниила Андреева и начинается мировоззрения Дениса Наблюдателя - вопрос довольно тонкий.

Вон Кирилл не вызывает подозрения в том, что он не придерживается мировоззрения "Розы мира".

Мировоззрения у кого?
У тебя лично - или все-таки у некоторой группы лиц?
Если второе - то это уже подразумевает объединение (по мировоззренческому признаку), и тогда ты несколько себе противоречишь, говоря что объединение тебя пока не интересует...

Денис, а ты много видел в жизни случаев, что у людей на основе мировоззренческих принципов формировались этические установки?..

Конечно, напрашивается.

Так тебя хотя бы будет понятно за что критиковать.

Присоединяюсь к просьбе Ивана!

А если серьезно, мне жаль, что ты снова сосредоточился на этой тематике, пожалуй что в ушерб мифам. В начале лета я размещал статью о мифах и сказках (здесь, на форуме и на своем сайте), и там мне было бы интересно твое мнение.
Кажется, ты до сих пор ее не прочитал...

не дождётесь ! ))
никакой положительной части при проклинании разума невозможно

есть пожелание Кости Софьина о животных

На мой взгляд, это как раз большая проблема «Розы Мира», не говоря уже о традиционных религиях, что с места в карьер вводится теоцентризм и принимается за аксиому. Так делать нельзя, потому что тем самым на корню отсекается атеистически-агностический способ сознания, в котором существует огромное количество мыслящих и ищущих современиков. Например, я прошёл через долгие мучительные поиски и размышления, чтобы этическо-логически склониться к большей вероятности того, что Бог и иноматериальное бытие существуют. Таким образом, теоцентризм нельзя формулировать как аксиому, его нужно обосновывать и доказывать как теорему.

Денис говорит о "камнях" или опорах самой "Розы Мира" (книги) и мировоззрения Д.Андреева. А ты, Костя, заодно с Иваном, подразумеваешь какое-то движение или учение, созданное на базе "РМ" и призванное кому-то что-то доказывать. Видимо, для того, чтобы "оберачивать в свою веру".

Таким образом, теоцентризм нельзя формулировать как аксиому, его нужно обосновывать и доказывать как теорему. Д.Андреев этого не делает, в этом ты правильно очерчиваешь первый камень. Но если будет позволительно небольшое отступление с моей стороны, то хочу спросить: ...

Опоры потому и опоры, что они постулируются, а не доказываются. Да и как и что тут можно доказать? Что Бог существует? Что он Сверх-Личность? Что он благ?

Я вижу в «Розе Мира» жуткую дыру именно в фундаментальной метафизике, и я неоднократно приводил цитаты Д.Андреева из «Розы Мира», где он сам эту свою фундаментальную некомпетентность сокрушённо признаёт. Могу снова привести, если надо.

объяснить, разъяснить, пояснить, найти ключ к слушателю, пройти шаг за шагом, оттолкнувшись от привычного склада сознания, но не вводить в систему мировоззрения понятие Бога как аксиому.

Я вот могу объяснить (субъективно), почему Бог существует и почему он благ, и я это много раз уже делал на форуме.

Будь добр, приведи ещё раз.

Нельзя, конечно, заранее определить длительность этапов этого познания: сроки зависят от многих обстоятельств, объективных и личных. Но рано или поздно наступит первый день: внезапно ощутишь всю Природу так, как если бы это был первый день творения и земля блаженствовала в райской красоте. Это может случиться ночью у костра или днём среди ржаного поля, вечером на тёплых ступеньках крылечка или утром на росистом лугу, но содержание этого часа будет везде одно и то же: головокружительная радость первого космического прозрения. Нет, это ещё не означает, что внутреннее зрение раскрылось: ничего, кроме привычного ландшафта, ещё не увидишь, но его многослойность и насыщенность духом переживешь всем существом. Тому, кто прошёл сквозь это первое прозрение, стихиали станут ещё доступнее; он будет всё чаще слышать какими-то, не имеющими названия в языке, способностями души повседневную близость этих дивных существ. Но суть "первого прозрения" уже в другом, высшем. Оно относится не к трансфизическому познанию только, но и к тому, для которого мне не удалось найти иного названия, кроме старинного слова "вселенский". В специальной литературе этот род состояний освещался многими авторами. Уильям Джемс называет его прорывом космического сознания. По-видимому, оно может обладать весьма различной окраской у различных людей, но переживание космической гармонии остаётся его сутью. Методика, которую я описал в этой главе, способна, в известной мере, приблизить эту минуту, но не следует надеяться, что такие радости станут частыми гостями дома нашей души. С другой стороны, состояние это может охватить душу и безо всякой сознательной подготовки: такой случай описывает, например, в своих "Воспоминаниях" Рабиндранат Тагор.
Легко может статься, что человек, не раз испытавший среди Природы чувство всеобщей гармонии, подумает, что это и есть то, о чём я говорю. О, нет. Прорыв космического сознания - событие колоссального субъективного значения, каких в жизни одного человека может быть весьма ограниченное число. Оно приходит внезапно. Это - не настроение, не наслаждение, не счастье, это даже не потрясающая радость, - это нечто большее. Потрясающее действие будет оказывать не оно само, а скорее воспоминание о нём; само же оно исполнено такого блаженства, что правильнее говорить в связи с ним не о потрясении, а о просветлении.
Состояние это заключается в том, что Вселенная - не Земля только, а именно Вселенная - открывается как бы в своём высшем плане, в той божественной духовности, которая её пронизывает и объемлет, снимая все мучительные вопросы о страдании, борьбе и зле.
В моей жизни это совершилось в ночь полнолуния на 29 июля 1931 года в тех же Брянских лесах, на берегу небольшой реки Неруссы...

Был вечер. Я собирался лечь спать. Когда я оказался в постели и расслабился, перейдя на вибрационное дыхание, то почувствовал, как со мной стало происходить нечто, чего я никогда не испытывал прежде. Сознание стало расширяться, не теряя объекта концентрации, и стало таким четким, каким оно никогда не было. Я потерял все ощущения тела. Вокруг меня образовался круговорот, я попробовал сопротивляться этому состоянию, но было уже поздно. Меня стало засасывать как бы в большую воздушную воронку, и я полетел через темный туннель в другую реальность. Мне было страшновато, но не очень, я уже начал привыкать к неизвестным состояниям. Все движение произошло в глубине моего существа, где оказалось огромное пространство. В этой другой реальности мое «я» было иным, я мог видеть вещи сразу со всех сторон и изнутри. Моя идея, которую я тщетно пытался понять, предстала передо мною во всей своей простоте. Момент созерцания сопровождался экстазом могучей силы — это восхищение, потрясение, радость познавания, любование красотой увиденного, возведенные в степень! Описать это невозможно, я не могу найти слов. Как будто передо мной отодвинули завесу неба, и я увидел такие тайны! Сначала я думал, что присутствую при этом процессе в качестве случайного зрителя, скажем, созерцаю идею как Ниагарский водопад, но когда у меня в сознании появился невольный вопрос и вся картина одним гигантским движением перестроилась так, чтобы я мог понять с абсолютной ясностью все интересующие меня аспекты, я понял, что весь этот могучий процесс объяснения происходит для меня лично и что я могу спрашивать сколько хочу малейшим движением воли. Мое сознание не фокусировалось в какой-нибудь одной точке и не перемещалось, чтобы увидеть объект с другой позиции, оно было одновременно везде и видело объект сразу со всех сторон и изнутри, так что объект и субъект были одно.

Образно можно было бы дать понятие об этом в таком роде. Если бы я первый раз в жизни увидел океанский лайнер далеко в море и спросил бы себя «Что это?», я бы сформулировал идею этого «нечто» как «Что-то большое на воде. Движется самостоятельно. Не тонет». И взял бы эту идею в качестве предмета концентрации. Это «нечто» все равно мне неизвестно. Поэтому я тупо удерживаю его в сознании с подтекстом «Что это?» И только помню, что «это» не тонет, большое, движется. Если бы я дошел до конца концентрации, как я сделал со своей идеей, то увидел бы лайнер одновременно со всех точек зрения и изнутри и понял бы мгновенно, как работают все его системы — электронные, водные, механические, видел бы одновременно его каюты и помещения, словом, узнал бы о лайнере все, что знает команда, и еще много больше. У меня не осталось бы ни единого вопроса.

Это созерцание лайнера сопровождалось бы экстазом — радостью познавания, восхищением, изумлением.

Прежде чем я нашел себя в постели, с тем моим «я» произошло вот что. Мое сознание стало одеваться как бы низшими оболочками и затем было засунуто в физическое тело. Образно говоря, это как если бы меня ударили доской по голове, потом закутали в одеяло и обмакнули в смолу, потом опустили бы в бочку, бочку закрыли наглухо, закатали в ковер и так далее и тому подобное. Или иначе. Я был, скажем для примера, гусеницей, меня превратили в человека и показали мир, а после этого, путем превращений по нисходящей линии, вернули к сознанию гусеницы.

Я вскочил с постели и стал ходить по комнате. С момента, когда я лег спать, прошло не больше пяти — десяти минут. Я задавал себе один и тот же вопрос: «Что было со мной?» Моя идея, предмет моей концентрации, стала ясна мне до простоты. Я решил, что нашел новый метод познания мира. Я взял карандаш и стал лихорадочно записывать. Потом прочел. Мне все понятно, но если прочесть чужими глазами — ничего.

Много позже я стал рыться во всех доступных библиотеках. Я искал описания религиозных экстазов и личных впечатлений отшельников и адептов йоги. Я нашел очень мало, а о самом самадхи не более пяти строчек. Теперь я понимаю, почему это так. Попробовал бы кто-нибудь описать инопланетянам огонь или воду, небо, облака или цветы. Как будет воспринимать описание творческого вдохновения человек, никогда его не знавший, описание влюбленности — сам ее не испытавший или описание полового экстаза — евнух с детства?

............................................

Позже я заметил, что самадхи зависит от глубины идеи или поставленного вопроса. Однажды я захотел узнать нечто, лежащее очень далеко за пределами понимания нормального сознания. Сначала был процесс медитации, как бы подготовки к восприятию конечной истины. Низшие оболочки сбрасывались постепенно, и на каждом этапе было частичное объяснение, сопровождаемое чувством восхищения и понимания. В самом конце медитации я испытал сильнейший из экстазов с исчерпывающим пониманием идеи. Возвращение к нормальному сознанию было дольше, чем обычно. То ясное и незамутненное сознание прошло через несколько уровней искажения и замутнения, пока я наконец открыл глаза в своем нормальном мире. Понимание осталось со мной, но на свой уровень сознания я не вынес ничего, что можно было бы хоть как-то записать даже для самого себя.