Роза Мира и Демагогия: заметки и наблюдения

Необходимое предисловие

Давным-давно, когда деревья были большими я имел счастье (или несчастье) познакомиться с одним человеком, очень ярким, очень талантливым и очень необычным. Это была еще совсем юная девушка, которая пришла в подростковый клуб руководить любительским театральным кружком. Ее звали... а впрочем, неважно, ведь суть не в именах собственных. Я буду называть ее здесь Колдуньей, ибо она и стала со временем колдуньей: любительницей магии и эзотерики, жаждавшей управлять энергией и людьми. И у нее это неплохо получалось, хотя мистика тут не причем: она была превосходным психологом и манипулятором и не нуждалась в бормотании заклятий и рисовании пентаграмм. И еще она была великолепным Демагогом, как я теперь понимаю, а демагогия есть тоже разновидность темной магии, если задуматься.

Шли годы, и мне казалось, что тот во многом печальный опыт общения с ней может быть благополучно забыт. Но я ошибался.
Я снова вижу знакомые тени и слышу знакомые слова. Снова сквозь строки и виртуальные послания сквозит все та же магия, и чудятся отзвуки все тех же бессловесных заклятий и чар. Демагогия бессмертна, мне следовало об этом помнить.

А потому в этой ветке я буду рассказывать все, что знаю и помню о темной магии демагогии, о ее скрытых механизмах и пружинах, признаках и свойствах. И еще о том, в каких отношениях она состоит с «Розой Мира» — Колдунья «Розу» читала и даже рекомендовала как обязательное чтение всем. Речь не будет идти о конкретных людях: важна в первую очередь сама суть, ядро демагогии, а то, кто и в каких отношениях с ней состоит — дело все таки второе. Лишь Колдунья будет моим первым и главным примером, еще я буду ссылаться на «великих» Демагогов XX века, всем известных, но при необходимости, какие-то примеры и из нашей нынешней жизни я приводить буду тоже.

И шаг за шагом здесь возникнет портрет Демагога. Это не просто, он, словно Алый Король из Темной Башни С. Кинга, все время «ускользает», меняя обличья и формы. Но Патрик и Роланд все же смогли нарисовать Короля и, тем самым, победить его.
Думаю, сумеем это сделать и мы.

Предпосылки

Кто и как становится Демагогом? Этот путь открыт далеко не для всех, здесь нужна и специфичная одаренность, и специфичные изъяны души. Начну с изъянов, поскольку они первичны в понимании мотивов демагогии.

Демагогами становятся прежде всего те, кого в психологии принято называть истероидами. Истероид — разновидность акцентуированной личности, которая не может жить без всеобщего внимания. Разумеется, во внимании нуждаемся мы все; согласно концепции «зеркального Я», себя мы обретаем через только других, через их оценки, слова, признание, одобрение или неодобрение. Но у истероида эта жажда внимания начинает приобретать патологические формы; пользуясь известным выражением, он стремится на каждых крестинах быть новорожденным, на каждой свадьбе — невестой, на каждых похоронах — покойником. Внимание других — его способ самоутверждения, способ доказывать себе, что он «чего-то стоит»; если фокус чужого внимания потерян, истероид впадает в депрессию и уныние. Другие своим вниманием постоянно должны подтверждать ему его значимость.

Кроме того, от других людей к нему постоянно течет ручеек эмоций, нечто вроде бесплатного нектара, или даже наркотика, который пьянит, возбуждает, дарит ощущение полноты жизни. Никакие другие эмоции его больше не интересуют: подобно наркоману, истероид «привязан» к своему источнику кайфа и уйти от него не может.

Однако никто просто так эмоциями и вниманием не делится. Потому истероид обладает и некоторыми дарами: он ярок, он наделен неким магнетизмом, он блестяще говорит... или, хотя бы, заразительно умеет рассказывать анекдоты У него есть набор отмычек, которыми он цепляет чужие души, пробуждая в них чувства и эмоции, и собирая с них своеобразную дань.

Чаще всего истероидов мы встречаем в театре и на эстраде — это работа, что называется, по ним. Бесчисленные звездуны и попсуны тоже из этого племени — они обычно бездарны во всем, кроме одного: уметь все время попадаться на глаза и заставлять о себе говорить. Но, на худой конец, истероид может работать массовиком-затейником в местном парке или тамадой на свадьбе — все лучше, чем ничего.

Однако истероид — еще не Демагог. Демагогом он становится тогда, когда меняются его приоритеты. В сущности, истероид уже манипулятор, но пока манипуляция для него средство, а не цель, всего лишь способ выбивать столь нужные ему эмоции из других. Однако через какое-то время истероид обнаруживает, что удовольствие можно получать не только от чужого внимания, но и от самого процесса управления другими; власть сама по себе, делает он открытие, не менее, а то и более приятна, чем аплодисменты. А поскольку навыки воздействия на других у него уже отработаны, ему остается лишь чуточку сместить акценты: вечный актер на сцене, имя которой — мир, он становится еще и кукловодом, и куклы должны теперь не только громко хлопать, но и делать все, что кукловод им скажет. Куклы сопротивляются? Ну что ж, тем интереснее для него задача, тем сладостнее победа, тем ярче триумф, когда воля очередной куклы сломана и подчинена.

Так истероид становится Демагогом.

Денис, признаться, у меня тоже есть истероидные черты (ожидание внимания к себе, любимой ) В своё время они очень ярко выражались, пока я не поняла, что это мусор и балласт, который надо выкинуть за борт И до сих пор приходится делать регулярную «уборку на палубе»

В каком-то смысле это психология ребёнка, которому не хватало внимания. Во всяком случае, у меня это было так.

Почему полезно знать свои слабые места? Чтобы работать над ними. Истероидность очень мешает движению к цели — к настоящей цели. Потому что путь к цели предполагает прежде всего настойчивый каждодневный труд и веру в свой путь без оглядки на всеобщее внимание.

Тут всё зависит от степени выраженности той или иной акцентуации. В принципе, все акцентуации чем-то полезны, иначе бы они не выработались в процессе эволюции. Истероид (не патологический, а «в приемлимых границах») ценен, например, тем, что может ярко и наглядно передавать информацию. Во времена, когда люди не знали письменности, яркий рассказ о чём-либо подразумевал наличие именно истероидных черт в личности рассказчика (тут включались и жестикуляция, и мимика, и подражание звукам природы, и танец)... А на сегодняшний день истероида можно встретить не только на сцене, но и всюду, где требуется публичность. Например, хороший учитель (преподаватель) или хороший священник тоже должны обладать заметной долей истероидности в своём характере. Иначе лекция сделается скучной, а проповедь постной даже при наличии высокой компетенции лектора/проповедника.

Проблема возникает не от самой истероидности, а когда эта истероидность начинает, что называется, «бить через край». Тогда — да — мы встречаемся со всеми теми отрицательными характеристиками, которые Денис описал выше. Человек-истероид начинает собирать «шавву» с окружающих, а когда «шаввы» естественным образом ему не хватает, он идёт на конфликт, скандал с окружающими, чтобы хоть таким способом получить нужную ему порцию внимания. Отсюда берутся все эти эпатажные «эксерсизы» звёзд Голливуда, да и отечественных: бесконечные браки-разводы (причём нарочито шумные), диковинные усыновления, пляски в храме, хождение голыми, прибивание себя к мостовой, иногда даже уголовные преступления итд итп...

Но это, повторю, когда истероидность бьёт через край и затмевает собой все прочие качества в человеке. А в нормальных пределах истероидность вполне востребована и может быть полезной. Впрочем, Денис, скорее всего выше и имел ввиду тех людей, у кого истероидность носит именно гипертрофированный характер.

Ну тогда я, в свою очередь, признаюсь, что они у меня в свое время были. И точно так же благополучно прошли. Появление акцентуаций в подростковом возрасте — это нормально, и изживается довольно быстро: личность в этот период нестабильна, но сравнительно легко приходит к норме. Однако случаются и сбои, когда истероидность не только не исчезает при переходе к юности, но только растет и усиливается.


Павел, акцентуация всегда — это уже некоторая гипертрофия. И она всегда дисгармонична. Акцентуированная личность опасно балансирует на грани нормы и патологии: она не больна... но и здоровой ее тоже не назовешь. И обычно при этом страдает от своей акцентуации, или заставляет страдать окружающих. Вот почему я не могу акцентуацию признать нормальной — акцентуация по определению «не совсем нормальна» и неприятна.
Насколько акцентуации социально полезны — это тоже большой вопрос. В частности, в преподавании это хорошо только при чтении лекции. На семинарах истероид-преподаватель — уже далеко не подарок, он никому не будет давать проявить себя по-настоящему. И уж совсем все становится плохо в более широкой перспективе: истероиду-преподавателю в принципе не нужны ученики, которые хоть в чем-то могли бы с ним в будущем сравниться.
Он выращивает бездарностей в теплицах, а потом сияет на их фоне («Арена» — не помню автора )
А уж священник-истероид... Ой. Он не Богу на самом деле будет призывать поклоняться, а себе, хотя и не выскажет этого явно.
Дело в том, что можно красочно, ярко, прекрасно что-то излагать и увлекать, не будучи при этом истероидом. Сам термин «истероид» предполагает некую зависимость от чужого внимания, это нечто вроде алкоголизма или игромании, болезненного пристрастия, подчиняющего себе личность, смещающего ее ценностные ориентиры.
Но можно любить хорошее вино и не быть алкоголиком.
Можно быть превосходным оратором, уметь увлекать и увлекаться, но совершенно эмоционально не зависеть от чужого внимания.
У гармоничной личности как бы множество каналов, по которым она получает положительные эмоции и чувства, она в гармонии со всем миром.
А вот у истероида канал только один, грязноватый и сомнительный, и он сидит на нем, как наркоман на игле.

а что же дальше стало с Колдуньей ? Как шла её жизнь ?

Увы. Забрела в сумерки на стройплощадку воздушно-пузырькового замка и наступила по неосторожности на оголённый холотропный солитон.

Друзья... Почему мне так важен этот вопрос. Потому что я сейчас де-факто — и надеюсь, вскоре де-юре — руководитель проекта. Я не хочу подвести мою команду.

От руководителя, увы, многое зависит. Вот стоит мне забросить еженедельную планёрку, и дело останавливается... Но в то же время я должна чувствовать «пульс реальности» — обратную связь и с моей командой, и с Небесным Командиром. И не форсировать вещи раньше времени.

Это как путь через штормовое море на радиосигнал маяка, когда видимость — никакая, и остаётся только идти по приборам. Видимо, поэтому корабль-маяк стал символом моего проекта.

...А на холотропные солитоны наступать очень не хочется!

Денис,

Мы наверное немного разный смысл вкладываем в понятие истероид. Признаю: то, что я говорил выше, вероятно, лучше описать термином демонстративный — такой человек обладает определёнными чертами истероида, но свободен от их патологической насыщенности. Проблема ещё состоит в том, что люди, первоначально предложившие эти термины (Ганнушкин, Кречмер и прочие), работали больше в области психиатрии, а не психологии, поэтому когда данная терминология потом была заимствована психологами, то возникла некоторая путаница: одно и то же слово в устах психиатра-клинициста и кабинетного психолога-консультанта стало приобретать совсем разные оттенки.

Но это было, как бы, отвлечение от темы с моей стороны. Pardonnez moi...

История эта долгая, и ее конца я не знаю: двадцать с лишним лет назад Колдунья покинула наши земли и след ее теряется на северо-западе... В смысле, в Питере. Но она получила то, чего хотела — она создала нечто вроде секты из преданных поклонников, верящих каждому ее слову и связавших с ней свою судьбу. Те слухи, что до меня все же еле слышными отголосками еще докатываются, говорят, что она живет и здравствует. И творит все то же, если не с большим размахом.
Но общее направление ее трансформации и так понятно по тому, что довелось видеть мне, я об этом постепенно расскажу.


Если бы все так просто... Колдуний, как показывает мой опыт, простым холотропным солитоном не возьмешь: слишком хитры и осторожны. Босиком по стройке не ходют. Да еще в темное время суток.


Оля, знаешь, думаю одна притча от Руми тебя ободрит

Был муж благородный судьею назначен.
Роптал он в тревоге и сетовал с плачем:
«За промах малейший в судейских делах
С меня полной мерою взыщет Аллах!»
Писец возразил: «Но правитель по праву
Вознес твое имя, воздал тебе славу:
Твои приговоры несчастных спасут,
И будет угоден Аллаху твой суд!»
Но тот сомневался: «Учен я не шибко –
А вдруг на суде допущу я ошибку?
Начну я оправдывать иль обвинять –
Ведь тонкости дел нелегко мне понять!»
Писец отвечал: «Рассуждение чисто,
Когда правовед не охвачен корыстью,
Но если судья сребролюбьем влеком,
Он суд извратит, хоть прослыл знатоком!
Не бойся незнанья затверженных истин,
Но сердце очисти и будь бескорыстен:
Лишь страх пред Творцом и души прямота
Закону и правде отверзут уста!»

Проблема Колдуньи была исключительно в ее целях и мотивах.


Ага, я тоже об этом подумал. Но будем считать, что терминологическая неувязка утрясена.

Некоторые исходные понятия, принципы и подмены

Слово «демагог» греческого происхождения. Я понимаю, какую бурю негодования это может вызвать у некоторых товарищей, считающих греческие слова и спортивные штаны признаками «демона родонизма» и ведущих с ними беспощадную и смертельную войну... но, увы, это так. «Демос» — народ, «аго» — вести, управлять, т.е. демагог — это тот, кто ведет за собой народ и управляет им. При том, что уже у древних греков слово «демагог» употреблялось в отрицательной коннотации: демагог — это тот, кто управляет народом исключительно недостойными средствами (лестью, подкупом, обманом и т.д.) Демагоги в условиях специфики греческой демократии были настоящим бедствием: в греческих городах народные собрания слушались того, кто умел красиво и убедительно говорить, независимо от того, чего именно он говорил и к чему призывал. Играя на самых низких чувствах толпы, демагоги крутили ей, как хотели, в своих, разумеется, интересах.

Демагоги преспокойно пережили Античность и ныне занимаются тем же самым. Демагог по-прежнему есть тот, кто ведет за собой народ... Куда? К благу, разумеется, так уверяет демагог. Однако уже здесь обнаруживаются две важные подмены, являющиеся краеугольными камнями любой демагогии.

Во-первых, толпа (или хотя бы те несколько человек, что верят демагогу) для него есть объект манипуляции. Демагог не строит отношения со своими слушателями на равных: он ведет, они — ведомые. При том ведомые принудительно, ибо Демагог лучше знает, куда надо идти, и собирается отвести туда свое стадо независимо от его желания. Однако при этом ему важно сохранять у своего стада «иллюзию свободы», стадо должно верить, что идет «само», «по своей воле». Отсюда демагогия — всегда манипуляция: демагог не говорит прямо «Я требую, чтобы вы...», а жмет на всевозможные скрытые пружины и педали, подталкивая манипулируемых к нужному решению.

Во всяком случае, Колдунья делала именно так. «Вы сами ко мне пришли, это вы от меня чего-то хотите...» — звучало в ее устах постоянным рефреном. Но за кулисами это она создавала такие условия, что не прийти к ней было невозможно.
Греческие демагоги действовали также: восхваляя мудрость народа, они вкладывали ему в голову то, что хотели.
Но нельзя никого осчастливить таким способом: благо лишь тогда становится благом, когда выбрано и принято сознательно, а не подсунуто с помощью хитрых маркетинговых решений. Только тогда оно благо людей, а не счастье кукол, которых ставят, куда хотят.

Во-вторых, Демагог на самом деле стремится к благу только для себя. Он, конечно, уверяет, что это не так, и сам до некоторой степени в это верит. Но на деле он все время путает то, что хорошо для него, с тем, что хорошо для других. Потому он сначала убеждает себя в том, что желаемое им «будет хорошо для всех», а затем убеждает в этом остальных. Когда же на практике это оказывается не так, Демагог с легкостью списывает с себя ответственность: «я задумал все хорошо, это вы не поняли, все испортили, не оценили блага, которое на вас благодаря мне свалилось...» и т.д. Т.е. если пряник, который он скармливает «ведомым», — несъедобен, виноваты «ведомые», а не он.

В итоге единственным оставшимся в выигрыше является Демагог: он получил, что хотел, да еще и удовлетворил свою страсть к тайному манипулированию и властвованию.

И сейчас ничего не изменилось. От ток-шоу на бытовые темы до политических прений. Или... ладно, не будем показывать за забор В таких случаях, наверное, лучше посмеяться или песенку спеть А потом ещё одну Могу и Колдунье песенку посвятить, если узнаю о ней побольше Тем более, что нужно упражняться с вокалом — собираюсь летом давать авторский концерт

За забор действительно не стоит показывать. Всякая аналитика остаётся правдивой и полезной лишь до тех пор, пока она лишена эмоциональной вовлечённости и не свёрстана «под кого-либо» конкретного. Кроме того, я не думаю, что «за забор» в настоящий момент является демагогом, да и Бог даст, никогда не станет им. Согласен, что у него имеются задатки к демагогии, и ему не помешало бы ознакомиться с хорошей статьёй на данную тему, но в целом, по моему, он скорее движим другими мотивами. Поэтому и наш палец тоже должен показывать скорее на типаж, а не на личности...

Нити Паука

Нить первая — «свет» во тьме

Меня всегда интересовал вопрос, почему люди так легко поддаются Демагогу? Ведь люди не дураки и не глупцы, а демагогия — всегда на поверхности и обнаружить ее труда не составляет, или, по крайней мере, почувствовать. Ответ, наверное, в том, что люди, в какой-то мере, сами жаждут быть обманутыми в некоторых вещах...

В одном из наших кинотеатров до сих пор стоит классический лохотрон: клади 50 р. и пытайся за две попытки попасть очень толстой трубкой в очень тонкую щель, чтобы получить крутой приз. Подобных лохотронов в свое время в 90-е гг. по всему городу стояло немало, и все знают, что выиграть практически невозможно. Но поди ж ты — желающие все время находятся, и автомат гребет и гребет свои рубли просто так, ни за что.

Вывод — часто нечто принимают за истину, просто потому, что хочется, чтобы это истиной было. Выиграть невозможно — это истина, но если есть желание, можно и обмануть себя, заставив поверить, что выигрыш все же возможен.

Демагог и есть «живой» лохотрон, он обещает то, чего дать не может в принципе, но поскольку многим хочется, чтобы это было правдой, ему начинают верить.

Рассмотрим более детально инструменты, которыми он пользуется, «притягивая» к себе жертвы.

Первый, с которого все начинается, уже назван — это «истероидная» одаренность Демагога. Он ярок, он необычен, и, самое главное, — он создает у окружающих впечатление, что живет какой-то очень яркой и насыщенной жизнью, которой у них нет. Это не так, на самом деле истеорид напротив, болезненно зависим от своей публики... но ей это знать совсем не обязательно. Собирая эмоциональную дань с окружающих, нечто вроде шаввы, как Павел удачно выразился, он одновременно создает у них иллюзию, что он их к этой самой жизни приобщает. На самом деле он лишь провоцирует эмоциональные всплески в чужих душах, но поскольку люди обычно именно с эмоциями связывают некую полноту и насыщенность своей жизни, им кажется, что Демагог им нечто «дарит». Хотя на самом деле он всего лишь жжет чужие энергетические запасы с целью погреться.

Стало быть, уже на этом этапе, самом первом, выявляется круг потенциальных жертв. Это те, кто не может сам наладить гармоничные отношения с окружающим миром, для кого он кажется пустым и темным. И на фоне этой темноты и пустоты начинает бледно мертвенным светом мерцать фигура Демагога — якобы путь, якобы выход...

Нить вторая — синдром вороны

Уж сколько раз твердили миру, что лесть гнусна, вредна... и все не впрок — сетовал баснописец еще в начале XIX века. Но и вначале XXI века мало что изменилось — лесть по-прежнему эффективное орудие манипуляции, и охотно используется Демагогом. В известной басне Лиса ограничивается охотой за сыром, но что, если бы ее интересовал не сыр, а сама Ворона? Как бы она действовала?

Предположим, что Ворона всю жизнь мечтала стать оперной певицей, и громко каркала у всех театральных подъездов. Но, увы, ворониных талантов никто не ценил. И вот тут является Демагог, то бишь, Лиса: «Спой, светик!» В басне этим все и заканчивается, но в случае, если Лисе нужно нечто большее, чем сыр, следует продолжение. В ответ на карканье Вороны Лиса закатывает глаза: «Божественно! Восхитительно! Новая Мария Каллас! Еще раз, умоляю, тебя!»

Ворона на вершине блаженства и каркает «каркарии» без умолку. И бросается Лисе в объятия: «Душенька, ты одна ценишь настоящее оперное искусство!»

Собственно, глупая Ворона теперь у Лисы в кармане, поскольку сама вручила ей не один, а сразу два рычага для манипуляции. 1. Отныне Лиса для Вороны — единственный специалист в области искусства, и Лиса не преминет этим воспользоваться, внушая ей свои оценки и мнения, везде, где можно и где нельзя. 2. Ворона «подсела» на лесть, чем Лиса тоже охотно будет пользоваться, уменьшая или увеличивая ее поток по мере необходимости.

Придется признать, что Ворона сама виновата: будь она чуть самокритичнее и скромнее, все бы обошлось. Но «реалистка»— ворона «требует невозможного», она желает быть великой оперной певицей. Ну и получает объятия Демагога.

Вывод: всякая неудовлетворенная амбициозность, непризнанные гении от РМ, несостоявшиеся Толстые и Достоевские — потенциальная (и законная) добыча для Демагога, дающего им то, чего они так жаждут получить — признание. Не бескорыстно, разумеется, поскольку Демагог как минимум будет требовать в ответ поддержки во всех своих начинаниях, ответных похвал себе... ну и всего, чего Демагогу захочется.

Купившиеся на лесть Демагогов немцы и итальянцы расплачивались за нее своими жизнями.