Искажение материальной природы

Всем доброго времени суток!

Вероятно, эта тема уже поднималась на форуме, буду рад, если кто-то даст мне ссылку, сам пока не смог ничего найти. Одно из главных положений Даниила Андреева — все страдания порождены Г., в частности, взаимопожирание существ. Но этим пронизаны все иерархии животного и растительного мира, начиная от одноклеточных и заканчивая млекопитающими. Такое фундаментальное искажение я лично назвал бы только созданием. Например, Г. вставил тигру зубы? Внушил цыплятам спасаться бегством, когда над ними кружится тень, а хищникам зарывать свои фекалии, чтобы не подать знак добыче? Тогда, инстинкт хищника от Г., а инстинкт самосохранения от Бога? Или тоже от Г.?

Взять, например, мир Толкиена. Он тоже решает проблему страдания тем, что оно возникло из-за отступничества Мелькора , и все хищные животные суть его порождения. Но, скажем, к лисам Толкиен относится более дружелюбно (судя по одному эпизоду, когда лис наткнулся на спящих хоббитов), хотя лисы — тоже плотоядные существа. Да и практически все населяющие Средземелье народы: и хоббиты, и гномы, и, волшебники, и даже эльфы не брезгуют мясной пищей.

Не хочу сказать, что мне особенно приятна мысль о страданиях живых существ, и вероятно мое восприятие слишком обусловлено жизнью такой, какова она есть. Но Бог, тем не менее, создает монады для воплощения в таком мире, и какова бы ни была их светлая миссия, Он заранее обрекает их на страдание, что потенциально можно было бы избежать. И сама идея восхождения или роста — можно ли расти без каких-то препятствий, и можно ли в преодолении этих препятствий обойтись без боли/неудобства перерождения? Другое дело — какова степень этих страданий, и здесь уже можно говорить о некотором болевом пороге, который, по Божественному замыслу, творения не должны переступать. Но изначальные предпослыки либо возможностей для этих страданий, тем не менее, созданы Им. In my humble opinion

Сообщение отредактировал Вьяса - 8.4.2013, 13:39

По «РМ» Гад-в-тундре искажал законы, а не конкретных тигров.

Маским, законы, по которым живут тигры, обусловлены их анатомическим строением, в т.ч. строением зубов. Будь они хоть преисполнены духом вегетарианства, с такими зубами на щавеле и подорожнике долго не продержишься. И это конечно касается не только тигров, но вообще всех плотоядных. Т.е. смерть и неизбежное страдание, по крайней мере, физическое, слишком переплетается со всем остальным в творении, и почему-то большинство религий в смерти видит проявление Божественной, а ничьей другой воли. Например, в Коране одно из имен Аллаха — Аль-Мумит, «Умервщляющий» или «Создавший закон смерти». В Бхагават Гите в описании Кришны, т.е. Верховного Существа, сказано,что среди рыб Он — акула. В «Книге Иова» говорится, что Бог доставляет добычу львам. Ну или скажем, средством передвижения Дурги, верховной убийцы демонических сил, яростного аспекта Божественной Матери согласно Индуизму, является лев, который также принимает самое активное участие в истреблении демонов. Да и прочие методы истребления, используемые Дургой, гуманными не назовешь. Является ли это чем-то «порочащим» Свет, в котором не должно быть никакой тьмы? Под тьмой, насколько я понял, следует понимать причинение страданий.

Кстати, сравнивая Толкиена с Даниилом Андреевым я не хотел сказать, что считаю последнего сказочником. Скорее, это было сравнение взглядов двух христиан, не приемлющих тьму в некой абсолютизированной форме.

Сообщение отредактировал Вьяса - 8.4.2013, 15:16

Как я лично увязываю сотворенение Богом страданий либо возможности для страданий, в т.ч. от зубов хищника с Его милостью и милосердием. Для начала процитирую Руми:



Чтобы духовно расти, по крайней мере, в той жизни, какова она есть на нашей Земле, нужна игра светотени — без тени свет будет восприниматься как должное. Поэтому человеку необходим контраст с животным миром, какими-то низшими и грубыми отношениями, чтобы почувствовать свою человечность во всей полноте. Сам замысел эволюции — развитие, переход от низкого к высокому, и если бы Бога устраивало то, что происходит в животном мире, Он не стал бы создавать более высокие этапы восхождения. Т.е. осознание того, что есть грубым, а что тонким, что должно уйти, а что развиться должно исходить из некоего Божественного идеала.

Кроме того, мне как-то в голову пришла такая мысль. Кажется, у Бога периодически возникают проблемы с отщепенцами, падшими ангелами и т.д., т.е. существами, изначально созданными могущественными и на этой почве развивающими гордыню. Решением этого может стать появление существ, обретших свое могущество не тотчас, а благодаря постепенному развитию из низших форм, что, в свою очередь, должно стать залогом большего смирения и некой высшей мудрости, которые невозможно получить как-то иначе.

Еще один момент. Даниил Андреев пишет, что многие человеческие настроения, в т.ч. восторженные чувства от соприкосновения с природой внушаются тонкоматериальными существами, в данном случае — стихиалиями. Если взять тонкое тело человека, то многие качества в нем также генерируются на тонком уровне, скажем, любовь, невинность, покой, благоразумие и т.д. Выходит, что то или иное настроение или качество обладает тонкой причиной. Я подумал, что, вероятно, то же самое можно сказать и в отношении животных. Скажем, тигру нужно определенное «настроение», чтобы поймать и сожрать добычу. И вполне может быть, что это настроение также инспирируется специально для этого созданными тонкими существами, агрессивными по своей природе. И если такое существо обладает некоторой свободой выбора или наделяется более высокой сознательностью, то оно может выйти из-под контроля и наломать дров. Наделение же его большей сознательностью может происходить по такому же принципу, как наделяются сознательностью эгрегоры. Но это так, размышления «вслух» на экран.

Сообщение отредактировал Вьяса - 9.4.2013, 0:58

Дело в том, что Земля подверглась демоническому вторжению на весьма ранних ещё стадиях своего формирования.

Он [Шаданакар] стал такою ареною [борьбы добра и зла] еще в те отдаленные времена, когда в Энрофе Земля представляла собой полурасплавленный шар, а другие слои Шаданакара, исчислявшиеся еще однозначными цифрами, только создавались великими иерархиями макробрамфатур.

Поэтому и сами формы плоти живых существ (те же тигры с клыками) уже появлялись на свет, как следствие искажённых законов.

То была длительная и упорная борьба; она увенчалась его [главного демона] частичной победой. Изгнать силы Света из брамфатуры ему не удалось, но удалось создать несколько демонических слоев и превратить их в неприступные цитадели. Ему удалось вмешаться в процесс возникновения и развития жизни в земном Энрофе и поставить на животном царстве свою печать. Планетарные законы, с помощью которых начинали создавать органическую жизнь в Энрофе силы Света, неузнаваемо исказились. Ложно и кощунственно приписывать Божеству законы взаимопожирания, возмездия и смерти. «Бог есть Свет и нет в Нем никакой тьмы».

При всё при этом, однако, следует отметить, что закон действия и его последствия сущестсвовал и в ангельском прачеловечестве. Всякий поступок, а тем более проступок, имеет свой результат и наличие этого результата — есть акт вполне провиденциальный по своей природе. Например, мы же знаем, что демиурга Франции, образно выражаясь, «сняли с должности» в XVIII веке, потому что он начал проводить политику, идущую вразрез с более высокими Провиденциальными планами. Но какая здесь разница? До демонического вторжения и до утяжеления и искажения законов воздаяние не носило гаввахогенного характера. Оно не выражалось в причинении виновной стороне страданий. Конечно, виновник какого-либо проступка мог испытывать определённый ущерб и чувство разочарования, возможно, но эти ощущения совокупными усилиями преобразовывались в усвоение урока и в работу над ошибками, с тем чтобы не повторять их впредь.

Андреев пишет: не было, однако, закона возмездия: совершенные ошибки исправлялись с помощью высших сил.

Ведь неодобрение поступка, указание на ошибку и наставление в том, как её впредь не допускать, не является возмездием. Это нормальный процесс обучения и воспитания. Но важно отметить тот факт, что сама связка «поступок-реультат» вполне провиденциальна. Бог не «толерантен» в современном смысле этого слова. Ему отнюдь не всё равно, что мы тут делаем и как. Он судит нас по нашим делам и по нашим намерениям и Его суд справедлив. Но Его суд одновременно и благ. Суд же демонов, которые вмешались в жизнь Энрофа, зол и жесток...

Поэтому, верно, когда к Богу возводят функции судии. Бог действительно воздаст. Но Его воздаяние чуждо жестокости или холодности. Он воздаст, не отнимая от нас Своей любви!

Однако, чаще всего получается иное. Человек, совершающий злые поступки, отворачивается от Бога, ибо не кается и не стремится более восстановить свои отношения с Богом. Таким образом, в нашем смешанном мире он отдаёт себя в «сферу ответственности» демонов. А те уж делают с ним в итоге, что пожелают, по своим критериям и порядкам. Нередко пророчества о судном дне или о жестокой каре за грехи лишь просто иносказательно указывает нам на вероятный результат жизни без Бога, а не на волю Всевышнего замучить отступника. Как говорит нам Бог, согласно откровению ещё даже Ветхого Завета:
«Не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был».

Павел, я абсолютно уверен в том, что у Бога нет желания кого-то замучить. Он слишком для этого велик, помимо того, что сострадателен. Т.е. причинение боли не может быть для Него самоцелью. Но искажение, о котором вы пишите, вернее о котором говорит Даниил Андреев в «Розе мира» вызвало слишком большую согласованность всего со всем, чтобы быть просто искажением, вы понимаете, о чем я? Я уже приводил пример с цыплятами. С одной стороны, в коршуне заложено знание, как спикировать и схватить цыплят, с другой — в цыплятах заложено знание, как спастись бегством от нависшей угрозы, принявшей очертания тени. Чувство опасности вызывает повышение адреналина в крови, что помогает мобилизовать ресурсы организма. Хищники в знойной саванне подают знак другим животным, что не собираются ни на кого нападать, стремясь к водопою. Касатки с удовольствием едят морских котиков, но как правило не нападают на человека. И так далее. Всё не так просто, стремление к пожиранию уравновешивается другими стремлениями помимо каких-то защитных механизмов у тех, кто может стать потенциальной жертвой. Но главное — это искажение подозрительным образом стало плодородной почвой для эволюции сознания, от простейших форм к более сложным, от хладнокровия — к теплокровию, от инстинктивности к осмысленности, эстетике и большему богатству чувств. Если и можно говорить о некоем искажании, то вероятно о слишком большой «закрученности» материи, не позволяющей пробиваться духовным росткам, а также о некоторых отдельных видах животных, растений и насекомых. Но это мой личный взгляд на вещи. Мне намного легче принять Бога, который создает некоторое страдание, но не как самоцель, а как некий фактор, необходимый для полноты жизни, контрастности восприятия, а также, чтобы служить показателем отклонения от Него, чем Бога, в котором нет никакой тьмы, позволяющего при этом проявляться этой тьме, не уничтожив всё разом и не начав творение по новой.

Сообщение отредактировал Вьяса - 9.4.2013, 1:02

Вячеслав,

Ну, вот это всё зависит от того, чью концепцию мы склонны принимать. По Андрееву, животный мир появился на свет намного позже, чем состоялось вторжение демонов. Таким образом, все обстоятельства жизни, цепи питания, рефлексы, повадки итд тигров, антилоп, жирафов, слонов и прочих представляют из себя результат скрещенного влияния: с одной стороны провиденциальных сил Света, с другой — демонических сил изнанки Шаданакара.

Важно также иметь ввиду, что даже самые хищные животные не являются демонами. Они принуждены кушать чужую плоть не потому, что они так сознательно выбрали свой путь, а потому что они по другому не умеют. То есть, это не столько их вина, сколько их беда. При этом, они также вполне открыты и светлым влияниям. То есть, всякие светлые добрые существа также пытаются учить их не убивать больше, чем объективно требуется. А кого-то приводят к людям, как, например, собаку — бывшего природного хищника, который, благодаря постоянному пребыванию с человеком, практически отошёл от необходимости отнимать чью-либо жизнь ради поддержания собственной.

Отсюда же берётся и вся та удивительная и разумная приспособленность животных к сосуществованию друг с другом. Их наставляют, учат, подобно тому, как учат людей, только в иных формах. Их эволюция тоже испытывает целенаправленные влияния, стремящиеся наилучшим образом уберечь их от хищных форм жизни.

ТО есть, вот у нас такое примерно объяснение.

Павел,

Каковы качества и особенности анатомического строения хищных животных, доставшиеся от Провиденциальных сил? Зубы — это далеко не всё. Есть особенности пищеварения, метаболизма, такая, а не другая структура скелета, такая, а не другая мышечная масса, чье предназначение — эффективно настигать добычу и не упускать ее из лап/туловища/зубов. Зубы — это лишь вершина пирамиды. К тому же я сомневаюсь, что хищники осознают, что это их беда — убивать другое животное себе на пропитание, кажется, чувства вины они не испытывают. Если взять травоядных животных — растения тоже могут испытывать болевые ощущения, это зафиксировано элетроприборами. Но даже если абстрагироваться от животного мира — есть палящее солнце, обжигающий холод, извержения вулканов, чья лава всё сметает на своем пути, а крошечный пепел попадает в легкие и вызывает мучительную смерть, есть пожары, вызванные ударами молний. Так или иначе, в той или иной форме возникнет чье-то страдание. Снова это нужно списать на демонические силы? Если этот плотный мир настолько был искажен, каков был предположительно неискаженный механизм поддержания жизни, регуляция численности и т.д.? Говорит где-то об этом Даниил Андреев?

Вы знаете, это единственный пункт, который я совершенно не могу принять у него, хотя мне бы хотелось, чтобы не было взаимопожирания. И здесь вопрос — откуда во мне это чувство и каково его предназначение? Стоит ли понимать его так, что во мне говорит некая идеальная, неискаженная картина реальности? Или, увидев и узнав обо всех этих вещах, я с полной ясностью осознал свою человечность, отличие от животного мира и нежелание такого вида отношений, и что мне с этим не по пути, если вектор моего движения направлен в некое Прекрасное Далеко? Кажется, мой ответ отличается от ответа Даниила Леонидовича, при моем глубочайшем уважении к нему. Юнг, например, ответил диаметрально противоположно, столкнувшись с той же диллемой — он посчитал, что творение нравственно переросло Творца. А я где-то посередке между ними Оказаться в такой компании — большая честь.

Сообщение отредактировал Вьяса - 10.4.2013, 3:36

Нет, ну есть естественные законы, нарушение которых может приводить к страданиям. Если я, например, разожгу костёр, а потом начну через него прыгать, то очень может статься, что я испытаю при этом страдания — костёр меня обожгёт или вообще спалит.

Но разница с демонами здесь заключается в том, что демоны создают такие системы, которые специально предназначены для генерации страданий и боли (гавваха)... В моём примере выше, костёр не виноват в том, что я начал в него кидаться. Аналогично, скалы не виноваты в том, что я без подготовки пытался по ним взобраться и в результате сорвался вниз. Они не созданы для того, чтобы я на них лазил таким образом, а потом падал. Их цель в другом. Но я по своему неразумию пренебрёг этими обстоятельствами и, как следствие, испытал страдание. Это иная ситуация. Но когда ты имеешь дело с целой структурой, которая специально «заточена» под провоцирование несчастий, горя, болезней, мук — концлагерь, своего рода — то это будет именно демоническим порождением. Противоестественным для природы и искажающим её первоначальную благую сущность.

ТО есть, страдание в принципе — это неизбежный аттрибут всякой жизни, познающей себя. Когда человек, например, пытается ощутить границы своих возможностей, он неизбежно вступает в область экстрима, а экстрим чреват страданиями. Но страдания тут являются лишь побочным продуктом познания, знаком того, что ты что-то сделал неверно или черезчур. Человек к ним не стремится и ими не наслаждается. Он впредь будет пытаться их избегнуть.

Демонизм же — это создание «фабрики страданий». То есть, таких структур, где весь «технологический процесс» организован на генерацию боли, кровопролития, отнятия чьих-то жизней итд...

Вот, в чём разница.

Павел,

У нас примерно одинаковые взгляды на демонизм, но речь ведь не об этом. Вы немного утрируете, говоря про костер. Я говорю, например, про супревулкан, при извержении которого попадают под раздачу все. И это помимо всего прочего, что вы оставили без комментариев.

Сообщение отредактировал Вьяса - 10.4.2013, 3:27

Вячеслав,

Стихийных бедствий при отсутствии демонического присутствия в «физике» Энрофа не должно быть. То есть, если бы не демоны, то вулканы не взрывались бы там, где это угрожает живым существам (или не взрывались бы вовсе), цунами не накрывали бы населённые области, ураганы не сметали бы на своём пути популяции животных итд...

Для сравнения, Андреев нам говорит, что, например, в затомисах «Погода меняется в пределах приятного и прекрасного». То есть, стихиали там всегда дружественны, природные явления не влекут за собой чьей-либо гибели или страданий.

Но проблема в том, что и сам земной Энроф, как таковой, формировался в основном уже при участии демонических сил (вторжение состоялось ещё тогда, «когда земля была расплавленным шаром»). То есть, все последующие эволюционные превращения в нашем мире несут на себе определённую печать сатанизма. Где больше, где меньше, где-то почти совсем ничего, где-то наоборот — много. И животный и растительный мир возникли уже в условиях противоборства света и тьмы. Многие стихиали также поражены демоническими привнесениями — то есть, в итоге даже «слепые силы природы» начинают восставать одна против другой и попутно наносить ущерб всем прочим обитателям планеты.

Вот откуда берутся разнообразные «очаги массового поражения», от которых страдают и люди, и животные, и растения.

Вячеслав, см.

Три тайны мироздания
О происхождении Энрофа
Почему мы одни во вселенной

Сообщение отредактировал Andrew - 10.4.2013, 6:41

Павел, в какой-то степени я с вами соглашусь. Но я также считаю, что стихийные бедствия могут носить характер возмездия, являться результатом каких-то глубинных преобразований в Земле или иметь чисто физические причины, взять хотя бы произошедшее с Гольфстримом и какие последствия это может за собой повлечь (хотя компанию British Petroleum и администрацию Обамы можно считать орудием сатанизма). Но как быть с тем, что растения также чувствуют боль? Как быть с тем, что практически всё в хищнике, а не какие-то отдельные его особенности, предрасполагают его к плотоядности? Как быть с тем, что благодаря пожиранию друг друга происходит регуляция численности населяющих Землю существ, т.е. некое меньшее зло гармонично вплетается в обшую картину и становится благом?

Попробую подойти с другой стороны: какие из великих духовидцев помимо Даниила Андреева также говорили о том, что взаимопожирание никак не связано с Богом? Ни в одном священном тексте, с которым мне довелось ознакомиться, мне этого не попадалось. Хотя наверное бессмысленно спорить, будем просто иметь в виду, в чем мы пересекаемся, а в чем нет

Спасибо, Андрей!

Я позволю себе немного злоупотребить гиперцитированием, просто чтобы захватить смысл передаваемый в цитируемом мной источнике нужно взять объемный кусок текста. Оговорюсь сразу, что я сам не солидаризируюсь с теми смыслами которые передаются в цитируемом тексте и не подаю это как свою позицию. Что то в этом меня привлекает своей трезвостью и вызовом, но с другой стороны подавляет и пугает и вызывает нежелание принимать это как реальность. Просто привожу как существующую позицию, которая отностится к обсуждаемым вопросам.

Шри Ауробиндо Эссе о Гите Глава 5 Курукшетра стр.55

Все вроде бы указывает на то, что в существовании есть элемент, возможно, исходный элемент, способ победы над которым нам не известен либо потому, что его нельзя победить, либо потому, что мы не посмотрели на него так пристально и беспристрастно, чтобы спокойно и безусловно признать его и узнать, каков он есть. Мы должны смотреть существованию в лицо, если наша цель состоит в том, чтобы найти верное решение, каким бы оно ни было. А смотреть в лицо существованию — значит смотреть в лицо Богу; ибо их нельзя отделить друг от друга, подобно тому как ответственность за законы существования мира нельзя снять ни с Того, кто создал их, ни с Того, что его составило. Однако, и здесь мы любим паллиативы и экивоки. Мы воздвигаем Бога Любви и Милосердия, Бога Добра, Бога справедливого и добродетельного в соответствии с нашими собственными моральными представлениями о правосудии, добродетели, справедливости, а все остальное, говорим мы, — это не Он или оно не принадлежит Ему, но было создано некоей дьявольской силой, которую Он терпел по какой-то причине, чтобы истощить ее злую волю, или неким темным Ариманом, уравновешивающим нашего милосердного Ормазда, или даже было промахом эгоистичного и грешного человека, испортившего то, что Господь изначально сделал совершенным. Будто это человек создал закон смерти и истребления в животном мире или инициировал тот грандиозный процесс, посредством которого Природа действительно творит и защищает, но тут же и при помощи того же сложного действия убивает и разрушает. Лишь немногие религии, которые, подобно индийской, имели смелость откровенно сказать, что эта загадочная Сила Мира есть единое Божество, единая Триада, возвысить образ Силы, действующей в мире в облике не только благодетельной Дурги, но и ужасной Кали с ее кровавым танцем разрушения, и сказать: «Это тоже Мать; знай, это тоже Бог; если у тебя есть сила, почитай и ее». И знаменательно, что религия, обретшая эту бескомпромиссную честность и грандиозную смелость, преуспела в сотворении такой глубокой и широко распространенной духовности, в чем никакая другая не может с ней сравниться. Ибо истина — это фундамент настоящей духовности, а смелость — ее душа. Tasyai... satyam ayatanam.
Все это не означает, что борьба и разрушение суть альфа и омега существования, что величие гармонии не превосходит величия войны, а любовь не является большим божественным проявлением, чем смерть, или что мы не должны двигаться к замене физической силы силой души, войны — миром, раздора — союзом, истребления — любовью, эгоизма — универсальностью, смерти — бессмертной жизнью. Бог — это не только Разрушитель, но и Друг созданий; не только космическая Триада, но и Трансцендентный; ужасная Кали — тоже любящая и благодетельная Мать; Властитель Курукшетры — божественный товарищ и возничий, пленяющий существа, воплощенный Кришна. И куда бы он ни направлял коней через всю эту битву, столкновение и неразбериху и к какой бы цели или божеству ни влек он нас, он ведет — в этом нет сомнения — именно к некоей трансцендентности всех этих аспектов, на которой мы продолжаем столь упорно настаивать. Но где, как, с каким типом трансцендентности, при каких обстоятельствах это осуществляется — нам предстоит выяснить; а для того, чтобы выяснить, прежде всего необходимо увидеть мир таким, какой он есть, изучить и правильно оценить деятельность Кришны, какой она представляется вначале и сейчас; после этого лучше проявятся путь и цель. Мы должны признать Курукшетру; мы должны подчиниться закону Жизни, движимой Смертью, прежде чем сможем найти свой путь к жизни бессмертной; мы должны открыть глаза не так испуганно, как Арджуна, чтобы увидеть нашего Властелина Времени и Смерти и перестать отвергать универсального Разрушителя, ненавидеть его или испытывать к нему отвращение.

там же стр. 50

Но что же создает проблему для человека, который должен принимать мир как он есть, действовать в нем и при этом жить внутри себя духовной жизнью? Что это за аспект существования, который устрашает его пробудившийся ум и вызывает то, что заглавие первой главы Гиты многозначительно называет Йогой уныния Арджуны, уныния и упадка духа, который испытывает человек, принуждаемый лицезреть вселенную такой, какая она есть на самом деле, не задернутая занавесом этической иллюзии, иллюзии уверенности в своей правоте, до того, как совершится более высокое примирение с собой? Это и есть тот аспект, который внешне изображается резней и бойней на Курукшетре, а духовно — образом Владыки всего сущего в образе Времени, возникающего, чтобы пожирать и истреблять все сотворенные им создания. Это образ Владыки всего существования как универсального Творца, но также и универсального Разрушителя, о котором древнее Писание может безжалостно сказать: «Мудрецы и герои — его пища, а смерть — пряность на его пиру». Это одна и та же правда, усмотренная сначала косвенно и неясно в фактах жизни, а затем прямо и отчетливо в видении душою того, что проявляется в жизни. Внешний аспект — это аспект существования мира и человеческого существования, протекающего в борьбе и бойне; внутренний аспект — аспект универсального Существа, проявляющегося в великом творении и великом разрушении. Жизнь — сражение и поле смерти — вот что такое Курукшетра; Бог Ужасный — вот образ, который Арджуна видит на этом поле резни.
Сражение, по словам Гераклита, — это отец всех вещей, сражение — царь всего; и это изречение, подобно большинству апофегм греческого мыслителя, заключает в себе глубокую истину. Кажется, что именно из схватки материальных или иных сил рождается все в мире, если не сам мир; кажется, он развивается в борьбе сил, тенденций, принципов, существ, вечно создавая новое, вечно разрушая старое, идя не зная куда — к конечному саморазрушению, говорят одни; двигаясь по бесконечному ряду бесполезных циклов, говорят другие; прогрессивных циклов — наиболее оптимистический вывод, ведущий через беды и кажущуюся неразбериху ко все более и более высокому приближению к некоему божественному откровению. Как бы то ни было, не вызывает сомнения, что не существует не только построения без разрушения, гармонии без равновесия соперничающих сил, достигнутого победой над многими существующими и потенциальными разногласиями, но и непрерывного существования жизни без постоянного самопоедания и поглощения другой жизни. Сама наша телесная жизнь — это постоянная смерть и возрождение, а тело — осажденный город, который атакуют нападающие и защищают обороняющие силы, чье дело — поглощать друг друга; и это только пример всего нашего существования. Кажется, что приказ был отдан с самого начала: «Ты одержишь победу лишь в сражении с себе подобными и с твоим окружением; ты даже жить сможешь, только сражаясь, борясь и в борьбе поглощая другую жизнь. Первый закон этого мира, провозглашенный Мною, — это творение и сохранение путем разрушения».

там же стр.52

если нам не достает честности и смелости взглянуть существо¬ванию прямо в лицо, мы никогда не придем к успешному разрешению его разногласий и противоречий. Сначала мы должны понять, что пред¬ставляют собой жизнь и мир; затем мы будем гораздо более готовы при¬няться за поиск верного пути их трансформации в то, чем они должны быть. Если этот отталкивающий аспект существования содержит в себе некую тайну конечной гармонии, мы, игнорируя или преуменьшая его, упустим эту тайну и все наши усилия достичь решения потерпят неудачу по вине нашего самопотворствующего игнорирования истинных аспек¬тов проблемы.