Личный опыт встреч с неведомымПриобретения и потери.

Игорь И, простите, только сейчас прочитала Вашу тему.

Мне кажется, что потребность принижения себя, всего лишь одна из граней тьмы собственной души. Из того, что я прочитала, поняла, что притягивает к Вам именно эти сущности.

Попробую дать совет:

Есть один способ осознать, что общение с духом приносит вред, а не пользу: сознаться себе в этом.

Это просто: если Вам плохо от общения, значит, существо с которым общаетесь — демон.

Как только сущность опознана, можно начинать борьбу.
О демонах в Розе Мира написано достаточно, чтобы возненавидеть их и не подпускать к себе.
Лично мне ещё помог Владимир Соловьев. Но это — индивидуально.
Они питаются страданиями. А от ваших текстов ими «веет»...

Изгонять, кстати, не обязательно. Вы можете эту сущность изменить. Если сам изменитесь. Радость, свет любви, оптимизм в представлении о том, что бывает с душой после смерти, и, конечно, вера в то, что мы достойны общения с духами высокими, очень помогает:))
Еще помогает, когда задумываешься над тем, как написать, чтобы читатель не заскучал, читая:)))

Удачи!

Да ну! Если у них есть какие-то цели и планы относительно вас, то они замаскируются и успешно подстроятся под ваш характер и мировосприятие. Чувствовать вы себя будете совсем неплохо.
А выяснить истину самому очень трудно, поскольку вы привыкаете. Хорошо, когда кто-то со стороны укажет и обратит внимание — да и то люди чаще всего отметают чужие доводы... Это очень опасная вещь на самом деле. Правда может раскрыться тогда, когда поздно поворачивать назад.
Поэтому желательно быть очень внимательным и «перебдеть», чем пасть жертвой разных хитрых и прилипчивых неорганических существ.

Конечно, если вы — мазохист, например, то вам будет неплохо.



Достаточно сходить к психологу. Если самому трудно разобраться, но что-то беспокоит. А Игоря И явно беспокоит. Иначе он не стал бы поднимать этот вопрос.

Игорь И, я думаю, что поняла в чем у Вас проблема. Проблема вашей души: «тварь ли я дрожащая, или право имею?» Как у Достоевского. Но вестники, это я про Достоевского, тем и ценны, что они поднимают проблемы архетипичные, а не чисто индивидуальные.

Один из героев Достоевского — Родион Раскольников разгадывает загадку собственной личности и вместе с тем загадку человеческой природы. Именно в этом — выбор Вашей души между Тьмой и Светом. Не скатывайтесь в тьму, не думайте, что Вы — та самая «дрожащая тварь». Вы — человек, который создан по образу и подобию.

Только доказывать себе это не нужно так, как это попытался сделать Раскольников. Есть масса других, безопасных для себя и окружающих способов:)))

Ну, вот тот же Уолш, автор «Бесед с Богом» живёт же! И вроде не жалуется. Ему, как будто бы, вообще хорошо и классно! Ещё и денег кучу заработал!.. А разве он мазохист?

Бесы — они, ведь, как банкиры-капиталисты. Рекламируют себя вначале, сахарно и ласково беседуют с вами, расписывают занимательные и чарующие перспективы... Затем выписывают вам кредит на кучу бабок и всё у вас поначалу ладится, удаётся, жизнь кипит и клокочет... А, ведь, расплата ещё, кажется, так нескоро. Да и будет ли она?.. А потом они, раз и являются по вашу душу: выкладывай, мол, товарищ, с процентами. Как не хочешь? А, вот, мы тогда нашлём на тебя скорое кармическое воздаяние!..

Поскольку воздаяния никто не жаждет, то продолжают сотрудничать. А там дальше всё крепче чифирь, да забористее трава... В итоге наступает распад личности и... Вобщем, печально это всё. Лучше бы сразу откреститься от них, не доводя до предела...



Ой, давайте лучше Игорь сам попросит, если ему что-то от нас нужно. Пока, что он интересовался только избавлением от зависимостей. Ему, вроде бы, рассказали, кто что знал... Я, вот, сам когда-то после армии бросал курить. В принципе тоже мог бы поделиться, но не хватило запала, а потом уже тема уехала...

да и Вы с голосом Гоголя в голове тоже желанный пациент психиатра (шучу конечно же)

Павел, есть ссылка с грамотной критикой Уолша?
я тоже бывший курильщик с 10-ти летним стажем и 10 лет уже не курю, даже не пробовал затянуться. Если кому-то будет интересно, думаю, мы сможем поделиться опытом.

Не совсем уехала. Не ожидал, что получу такой развернутый ответ на один из моих вопросов: как предостеречь доверчивых, которые хотят спасти человечество, от соблазна стать равным богам.
Ответ получился примерно такой: таких спасителей тьма, приемы и откровения прилипших к ним существ давно известны, и будущий вестник и пророк получит от людей со здоровым внутренним миром только насмешки, а для себя пустую и бессмысленную жизнь на земле. Это было сказано так хорошо, как у меня бы не получилось, за что всем спасибо.

Но всё же тупо хочу вернуть дальнейшую салонную беседу к исходной теме.
Обсуждение на этой неделе еще раз подтверждает, что принявших путь бесед с разными разумами, убежденно идущих по нему никакими уговорами и запугиванием не возьмешь. Зависимость, как я понимаю, начинается с закрытия в сознании высшего центра контроля, и человек не может объективно оценивать свое состояние, он перестаёт слышать других людей, он слышит в их словах только отблески своей исключительности. Нестыковки в мелочах в откровениях, несоответствие своему опыту, несоответствие признанным понятиям и законам его не смущают, его гений выше таких мелочей, все, что не соответствует его видению, ошибочно.

Но вот если всё же он вспомнит «не введи нас во искушение» и Господь дарует ему сомнение, то придется ему познавать вселившихся в него существ и бороться с ними неведомыми ему способами.

Поэтому мой следующий вопрос: как, чем помочь возвращающимся в жизнь. Я имею в виду чисто практические действия. Банально, но напомню: «Господь дарует нам орехи, но колоть их за нас не станет». Конечно, без помощи свыше ничего не получится, но нельзя уповать только на чудо. Учись выбираться сам.
Я понимаю, что нет единого правила действий, нельзя придумать стандартные приемы, потому что каждому Господь дает свое испытание, свой урок. Но может быть, можно указать пути, ведущие в тупик. Опять же банально, но учить нас могут не победы других людей, а их поражения.
Еще хочу сказать, что ведь это относится ко всем людям, все в разной степени могут сталкиваться с такими ситуациями, понимая или не понимая это. Радостно строить хрустальные замки, но нужно учиться содержать их в чистоте, чтобы в них не стали царствовать крысы.
Очень хочется, чтобы пошла речь о личном опыте, хотя бы в той мере, в какой вы считаете это возможным для публикации. И насчет бросить курить тоже, потому что за этой зависимостью может стоять не очень мерзкое, но всё же не самое бескорыстное существо.

Сообщение отредактировал Игорь И - 16.2.2013, 12:16

Вы правы, Азомат. Именно психиатра.)
Психолог для других целей.

Светлана, у меня к Вам просьба. Вы писали, что у вас давно некие связи не с этим миром. Можете Вы написать в чем это выражалось, с чего начиналось и как развивалось?

Сообщение отредактировал Azomat - 16.2.2013, 17:08

Азомат, это нелегко.
У меня есть близкий друг, которому я все рассказала. Незнакомым людям рассказать практически невозможно. Потому что рассказывать надо абсолютно все. Нельзя рассказать о мистическом опыте и не рассказать о жизненном. Андреев в Розе Мира рассказал. Но у него была другая задача. У меня задача — рассказать о вещах в которых очень важен личный жизненный опыт. Все очень взаимосвязано — мистика и человеческая судьба.

Моя задача — рассказать о любви.
Любовь, как говорил Андреев в Розе, бывает демонической и любовью Бога.
Бог любит, отдавая, демон — поглощая. В этом, как я поняла и есть выбор души между Тьмой и Светом.
Все дело — в предпочтении. В том, КАК мы любим.

Это — серьезное исследование. И это — серьезный вопрос.
Андреев в пророчестве об антихристе говорит, что сексуальная сфера человека — бомба, которая будет взорвана рано или поздно. Но он не объяснял, что это будет за учение, которое напишет предтеча антихриста.

На данный момент для меня ясно, что ключевой момент — отношение человечества к женщине. К её роли в жизни общества, семьи. В отношении к женщине в творчестве. И, что основное, в религии.
Для чего это нужно?
Андреев только наметил проблему. "Робкое женское начало загнано в лоно семьи и не имеет права влиять на что-то. Отсюда — воины, жестокость и кровопролития.

Но неспроста в Христианстве нет Женской ипостаси. У Женственности есть темная сторона.
Но, ах как многое в мужчине привлекает именно она, темная сторона Женственности.

Я пытаюсь провести исследование о том, в чем отличие темной и светлой стороны Женственности. Если хотите, Звенты Свентаны и Фокремы. (Про Лилит не говорю). Я для этого анализирую фильмы и литературные произведения. Для того пишу сама. Для того мне был дан совершенно определенный мисический и жизненный опыт. (драконовский, я Вам скажу).

Дело не в том, что в голове у меня — голос Гоголя. Вспомните, что Андреев говорил про Даймонов. Просто я могу его слышать. Почему нет?

Возможно, когда-то я найду в себе силы сделать этот опыт общим достоянием. Наверное, меня к этому ведут.
Пока могу сказать только то, что говорю на Прозе.

Жаль. Я не из праздного любопытства интересовался. Но личное есть личное.

То, что Андрееву сказали не все, мы согласны, но ему сказали главное. Кроме того, не нужно путать дополнение с искажением. Теперь Вы уходите от Розы Мира.


Вначале Андреев многое воспринимал как медиум, это правда. Но и тогда он уже многое воспринимал посредством озарений и созерцаний. А в дальнейшем: —
«… для меня неоспоримо достоверные проблески из глубинной памяти сказывались в моей жизни с детских лет, усилились в молодости и, наконец, на сорок седьмом году жизни стали озарять дни моего существования новым светом».
«– именно в тюрьме начался для меня новый этап метаисторического и трансфизического познания. Часы метаисторического озарения участились. Длинные ряды ночей превратились в сплошное созерцание и осмысление. Глубинная память стала посылать в сознание всё более и более отчётливые образы, озарявшие новым смыслом и события моей личной жизни, и события истории и современности. И, наконец, пробуждаясь утром после короткого, но глубокого сна, я знал, что сегодня сон был наполнен не сновидениями, но совсем другим: трансфизическими странствиями».




О том, что человек сам «Изжить эту гадость человек в себе может только сам, огромным трудом и цепочкой светлых выборов собственной души, проживая свою человеческую жизнь», это так. Об этом говорят даже христиане, не смотря на то, что, по их мнению, от человека ничего не зависит. Но как же быть с пленением трех Монад Гагтунгром для подготовки в антихристы? Ведь они пленение не выбирали и становиться на этот путь не желали. Кроме того высветленние в себе эйцехоре это задача каждого из нас, задача высветленния эйцехоре (спасение всех) стоит перед Христом и сотворящими Ему иерархиями Света еще в большей степени, чем перед нами самими, так как они наши руководители. То что Вам сразу посоветовали «чтобы я выбросила из головы мечту о том, что Христос придет и изменит человечество, высветлив его эйцехоре» говорит о намерениях Вашего духа исказить откровение, данное Провиденциальными силами через Андреева. Ну и естественно о природе этого духа и сил стоящих за ним.


Возникнет. Низлияние сил Приснодевы-Матери происходили и раньше и оказывали существенное смягчающее влияние на человеческие души.


Основанию Христом Церкви в Энрофе предшествовало низлияние сил Приснодевы-Матери, другой ипостаси Троицы, в высшие миры Шаданакара. Это низлияние не носило характера личного, не заключалось в нисхождении какой-либо богорождённой монады. Не было это низлияние Женственности и первым по времени. Первое низлияние Женственности за период существования нашего человечества имело место на четырнадцать или двенадцать веков ранее, …»
«Второе низлияние сил Мировой Женственности в Шаданакар вызвало, как эхо, в Энрофе как бы смягчение душевной каменности в существе многих людей: без этого образование Церкви на земле Иисусом Христом было бы вообще невозможно».

Аналогично и в нашем случае. Кроме того оно усилено личным характером.

«Первое звено этого события — события такого значения, что его можно сопоставить лишь с вочеловечением Планетарного Логоса — имело место вначале XIX столетия: то было низлияние сил Приснодевы-Матери несравненно усиленное личным своим характером. С высот Вселенной нисходила в Шаданакар великая богорождённая Монада. Звента-Свентана — великая богорождённая монада, выразительница Вечной Женственности, Невеста Планетарного Логоса, сошедшая с духовных космических высот в верхние слои Шаданакара в начале XIX века и долженствующая принять просветлённое воплощение в одном из затомисов человечества, предположительно в Святой Руси (Небесной России).

Отражением этого метаисторического события — эфирного рождения Звенты-Свентаны в одном из затомисов будет возникновение Розы Мира в человечестве».
«И не только Роза Мира отразит в Энрофе мистерию рождения Звенты-Свентаны в одном из затомисов: возрастание женственных сил и их значения в современности сказывается и везде вокруг. Этим и прежде всего этим обусловлено всеобщее стремление к миру, отвращение к крови, разочарование в насильственных методах преобразований, возрастание общественного значения женщины, усиливающаяся нежность и забота о детях, жгучая жажда красоты и любви. Мы вступаем в цикл эпох, когда женская душа будет делаться всё чище и шире; когда всё большее число женщин будут становиться глубокими вдохновительницами, чуткими матерями, мудрыми водительницами, дальновидными направительницами людей. Это будет цикл эпох, когда, женственное в человечестве проявит себя с небывалой силой, уравновешивая до совершенной гармонии самовластие мужественных начал».



Это говорит и о довольно низком статусе Вашего духа-инспипратоа. Он даже не знает, что такое метаистория и какие иерархии влияют на ход нашей истории. Историю делают не люди, она делается за пределами нашего мира. Люди, те кого мы называем сильными мира сего всего на всего марионетки, человекоорудия потусторонних иерархий.

Ну, Вы даете...
Люди — марионетки. Причем, только «сильные мира сего», по вашему определению.
Такие — обделенные судьбой и Богом. На них, почему-то Бог решил отступить от Своего закона Свободы воли и выбора.
«Замечательно» Вы поняли Розу Мира.

1. Александр 1 сделал иной выбор.
Кстати, на мой взгляд, просто сбежал, не попытавшись бороться с атакой демонического разума и сделать что-то полезное для многих, а не только для себя. Властью он был обременен. А характером?

2. Если процесс метаистории понимать так, как поняли его Вы, то достаточно проследить судьбы художественных вестников в 19-м и 20-м веках. В 20-м веке изменений особых с выполнением миссий (Тарковский, Высоцкий и т.д.) не произошло. Если бы вестники справились, сейчас ситуация в нашем, например, кинематографе и литературе, а также и в Государстве в целом, была бы иной.
Проследив их судьбы и оценив современное положение вещей, как в России, так и в во всем Мире, можно сделать один вывод: СИЛЫ СВЕТА ШАДАНАКАРА ТЕРПЯТ ПОРАЖЕНИЕ И РАЗГРОМ ПО ВСЕМ ФРОНТАМ, А ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ПОДХОДИТ К ГРАНИ, ЗА КОТОРОЙ — САМОУНИЧТОЖЕНИЕ, ВСЕ БЛИЖЕ И БЛИЖЕ.
Повторяю, это если процесс метаистории понимать так, как поняли его Вы.

Андреев понимал этот процесс несколько иначе.

Мы никогда не смеем сказать с абсолютной уверенностью: при наступлении такого-то звена человечеством будет сделан выбор именно этой, а не другой возможности. Я не могу сказать, например: Роза Мира придет к власти тогда-то и так-то; я даже не могу сказать, придет ли она к власти вообще. Но если, в момент наступления определенного исторического звена, определенной пары возможностей, человечеством будет сделан выбор в сторону призвания Розы Мира к власти, то с железной логичностью перед ним вскоре предстанет необходимость выбора одной из двух следующих возможностей. И если будет сделан выбор в такую-то сторону, вскоре возникнут очертания новой, третьей пары; если же в другую — следующая пара возможностей возникнет перед ним тоже, но она будет иной.

«инвольтация демона государственности обращалась на некоторые свойства характера и темперамента Петра, а в иных случаях — на свойства его рассудка. При этом она искажала ход его мысли и действий в той мере, в какой этот ход не был свободен от воздействия этих самых черт характера, темперамента и рассудка.»

Очень хотелось бы, чтобы люди, прочитавшие Розу Мира и принявшие её, как отражение в умах людских истины, которая ранее просто была неизвестна, все время продолжали думать и анализировать, согласуя постулаты, выдвинутые Андреевым, как с мудростью, накопленной человечеством в целом, так и собственным рассудком, так и с постулатами, выдвинутыми самим Андреевым.

Говоря про Сталина, Андреев не забыл сказать, что выбор у него был в молодости, так как родился он в семье священника. Но я говорю, что выбор у него был всегда. Он до смерти не был марионеткой и всегда, каждый день, минуту и секунду имел, по крайней мере, две возможности.

«искажала ход его мысли и действий в той мере, в какой этот ход не был свободен от воздействия этих самых черт характера, темперамента и рассудка.»

Это значит, что свобода у нас есть всегда, пока мы живем в Энрофе. У всех, кто исполняет миссии и у всех, кто просто живет. Это означает, что человек подвергается оголтелому влиянию демонических сил и постоянным наставлениям сил Провиденциальных. Его просто разрывает. Но он всегда поступает в соответствии с предпочтением СОБСТВЕННОЙ СУТИ! Все зависит от того, что человек считает правильным, что предпочитает, что любит, что ненавидит. Энроф — мир выбора. И выбор человека, народа, человечества — точно также влияет на метаисторический процесс, как события и битвы, которые происходят во всех мирах.

Как они влияют, те и другие, мы только можем ощущать. Одно могу сказать: очень трудно отделить их влияние от собственных стремлений, их мысли от собственных мыслей.

Ситуации, несколько примеров выбора:

Вы живете в нужде, а судьба предлагает вам материальное благополучие. Но для этого надо сделать одну «малость», оставить любящего вас человека. И не потому, что вы разлюбили его, а потому, что, оставив его, вы получите все, кроме этого человека. Выбор?

Вы написали, например, сценарий, и вам предлагают его купить, чтобы снять по нему фильм, но при этом надо только сделать небольшие изменения. Одно «но»: при внесении этих изменений, искажается идея. Та, которую вы в этот сценарий заложили. Если откажетесь, больше вам скорее всего никогда и ничего не предложат. Так и будете писать «в стол». Выбор?

Эти примеры я привела для того, чтобы дать понять, что история, как и метаистория, складывается из маленьких человеческих выборов. Потому что выбор каждого человека просветляет или затемняет его душу. А его душа — «струйка в общем потоке».

Перечислять можно много ситуаций. Но думать, что «сильные мира сего» — марионетки, роботы и отличаются от простых людей «в корне» отсутствием данной Богом человеку свободы, неразумно. Мягко говоря.

Сообщение отредактировал sweta.zhukova - 17.2.2013, 16:32

Игорь И.

Мне стало не по себе, что я как-то способствовал своими вопросами тому, что колька с синклита набрался столько разного на форуме, что следующей его жертве будет труднее распознать его суть. А его носительница рассказала о себе особенной и о будущих своих достижениях, и что ей с ним хорошо.

Хочется как-то повернуть тему к тем событиям, достижениям, которые могут помочь тем людям, которые догадываются о том, что им нехорошо, привнести свет в их борьбу с тьмой. Например, к таким, о которых сказала Daria.

и я прошла сквозь него с великой помощью молитвы, Православной церкви, богослужений, акафистов и всего того бесценного опыта, который хранит в себе Православие.

вот великий опыт и традиции Церкви, таинства, богослужение, молитвы, блистательный сонм святых, — удивительный дар для терзаемого борениями и путь, столь неугодный бесам.

Можно попросить рассказать об этом чуть подробнее?

Сообщение отредактировал Игорь И - 20.2.2013, 18:02

Здравствуйте Игорь!
Согласен, по этой причине я не продолжаю здесь обсуждение темы гоголя.

Светлана, я не сомневаюсь, что Вы любите Розу Мира, но видимо не внимательно ее читали, поэтому я решил обратить Ваше внимание на следующее.
И так специально для Вас.

К вопросу о свободе воли

«У Бога всеобъемлющая любовь и неиссякающее творчество слиты в одно. Всё живое, и человек в том числе, приближается к Богу через три божественных свойства, врождённых ему: свободу, любовь и Бого-сотворчество. Бого-сотворчество — цель, любовь — путь, свобода — условие».

Игорь Вам об этом говорил.

«…выбор человека предопределяется тремя рядами сил. Силами Провиденциальными, пользующимися в своих целях законами природы и истории, как орудиями, и постепенно их просветляющими; силами демоническими, пользующимися теми же самыми законами и всё более их отягчающими; и волей нашей собственной монады, подаваемой в круг нашего сознания голосами сердца и разума с помощью Провиденциальных сил».

«Эволюция мировой жизни ведёт ряды существ от минимальной степени свободы в простейших формах (в зачаточное сознание микроба голос монады не достигает почти совершенно, и поведение его определяется, главным образом, демоническими силами, действующими через законы природы, как через свой передаточный механизм). Высшие животные уже гораздо свободнее, чем микроб, амплитуда их произвольных действий много шире; у человека она возрастает несравненно».

Свободы выбора человека никто не отрицает, но Вы наверно согласитесь (видно из цитат), что степень свободы человека гораздо ниже степени свободы существ, стоящих на более высокой иерархической лестнице, как светлых, так и демонических. А демонические иерархии всеми силами лишают нас дарованной нам Богом свободы, пытаясь всячески подчинить всех своей воле.

Так что человек не абсолютно свободен. Да и не только человек.

Антикосмос — всемирный союз соперников и скопище ущерблённых светлых монад, пленённых ими в мирах, над которыми господствуют демоны. У этих пленников отнят священнейший их атрибут: свобода выбора.

Или

«Человечество титанов исчислялось несколькими тысячами. Пола они были лишены, рождение новых не связывалось с союзом двух старших никак. Но Гагтунгр сумел вызвать их бунт против Промысла. Идея их заключалась в том, что они — семя и ядро нового мирового начала, третьего, противостоящего и Богу, и демонам. Они жаждали абсолютной свободы своих Я, но жестокость и злобу демонов ненавидели. Бунт завершился тем, что силы Гагтунгра, пользуясь законом возмездия, вовлекли души титанов в глубокие мучилища. Там длилась их пытка свыше миллиона лет, пока, с помощью Провиденциальных сил, им не удалось вырваться из плена».

Этого Вы нам желаете, проповедуя абсолютную свободу.

Теперь немного о метаистории.

«Метаистория — совокупность процессов, протекающих в тех слоях инобытия, которые, будучи погружены в другие потоки времени и в другие виды пространства, просвечивают иногда сквозь процесс, воспринимаемый нами как история. Эти потусторонние процессы теснейшим образом с историческим процессом связаны, его собою в значительной степени определяют, но отнюдь с ним не совпадают и с наибольшей полнотой раскрываются на путях именно того специфического метода познания, который следует назвать метаисторическим».

«Во всей своей определённости и во всей своей полноте Грядущее ведомо только Всеведающему.

История знает и такие явления, даже таких личностей, которые подготавливались могущественными началами — светлыми или тёмными — так тщательно, так издалека, им придавалось такое огромное значение и столько сил было на эту подготовку брошено, что они сделались фактически неизбежными. Но как именно осуществятся эти явления в истории, будут ли они завершены или прерваны, выполнены согласно мечтавшемуся идеалу или искажены, а если искажены, то в какой именно степени, — этого предрешить было невозможно, и не только людям, но и разуму высоких иерархий, потому что невозможно было предучесть, принадлежа к одному из мировых станов, соотношение борющихся сил в роковую минуту их решающей битвы.

Как мы видим не только человеческий выбор не всегда определяет ход истории, но и выбор гораздо более высоких иерархий.


Сквозь клубящиеся тучи искусств, верований, мифологий и народоустройств стараясь разглядеть небесную страну Северо-западной метакультуры...

Разве блики от излучения этой святыни — или от излучения другого полюса того же мифа, дьявольского замка Клингзора — мы различаем только на легендах о рыцарях Круглого стола? или только на мистериях Байрэйта? Если Монсальват перестал быть для нас простым поэтическим образом в ряду других, только чарующей сказкой или музыкальной мелодией, а приобрёл своё истинное значение — значение высшей реальности, — мы различим его отблеск на готических аббатствах и на ансамблях барокко, на полотнах Рюисдаля и Дюрера, в пейзажах Рейна и Дуная, Богемии и Бретани, в витражах-розах за престолами церквей и в сурово-скудном культе лютеранства. Этот отблеск станет ясен для нас и в обезбоженных, обездушенных дворцовых парках короля-солнца, и в контурах городов, встающих из-за океана, как целые Памиры небоскрёбов. Мы увидим его в лирике романтиков и в творениях великих драматургов, в масонстве и якобинстве, в системах Фихте и Гегеля, даже в доктринах Сен-Симона и Фурье. Потребовалась бы специальная работа, чтобы указать на то, что могущество современной науки, чудеса техники, равно как идеи социализма, даже коммунизма, с одной стороны, а нацизма — с другой, охватываются сферой мифа о Монсальвате и замке Клингзора. Ничто, никакие научные открытия наших дней, кончая овладением атомной энергией, не выводят северо-западного человечества из пределов, очерченных пророческой символикой этого мифа. Думается, что тому, кто прочитает настоящую книгу, уяснятся эти, не вскрытые ещё, взаимосвязи.

Я заговорил об одной из метакультур с её мифом и трансмифом лишь для того, чтобы помочь конкретными образами понять идею о небесных странах человечества, пребывающих в просветлённых слоях на вершинах метакультур, и задуматься над их антиподами — крепостями богоотступнических начал, деятельно творящих свой антикосмос и борющихся с силами Света во всех сверхнародах Энрофа, во всех слоях, во всех метакультурных зонах.

Я думаю влияние небесных и преисподних стран на историю становления Северо-Западного сверхнарода, да и всего человечества показано достаточно ясно.

Пошли дальше.

Это великое образование последнего тысячелетия было издавна предопределено творческим замыслом народоводительствующих иерархий — российского демиурга и Навны, — замыслом, возникшим в их сознании ещё как смутная мечта, как приковавший их волю образ.

Речь уже идет о становлении сверхнарода Российского.

Это было их причащением Богу-Сыну, распятому, пока существует во вселенной демоническое начало, в Мировой материи, Им оживляемой, — в той живой плоти, мистериальным знаком которой мы берём хлеб и вино. Совершилось оно не в Небесной России, тогда ещё к этому не готовой, а в великом Византийском затомисе. Оттуда распахнул демиург Византии ряды надстоявших над этим затомисом небес; Яросвет и Навна узрели воочию предельную высоту Христианского Трансмифа и сквозь Небесный Иерусалим вступили в общение с Богом. Так совершилась их первая в Шаданакаре встреча с Тем, Кого видеть лицом к лицу могут лишь богорождённые монады. Так демиург Византии посвятил их в свою глубочайшую тайну — тайну, действенно претворить которую в формах человеческой жизни он не сумел. Теперь он передавал её им как своим наследникам.
Эта задача, одна из ключевых, если не самая ключевая из всех задач, возникавших перед человечеством, переходила теперь со всей непомерной тяжестью и опасностью требуемого ею пути к иерархиям Российской метакультуры.

Это было отражено зеркалом исторической действительности в акте так называемого крещения Руси.

Эта инвольтация Яросвета начинается в X веке и очень быстро знаменуется появлением, вслед за Владимиром, ряда крупнейших исторических имён: Ярослава Мудрого, летописца Нестора, Антония и Феодосия Печёрских, затем Владимира Мономаха. Это будущие человекодухи, нисшедшие в Небесную Россию во дни её основания, теперь направлялись демиургом в Энроф ради выполнения особых задач, с миссиями праведников и родомыслов.

Как и всегда над большими коллективами, над Киевским государством дышало и зыблилось то иноматериальное образование, о подобных которому уже говорилось в главе про средние слои Шаданакара под названием эгрегоров. Порождённый теми психологическими излучениями народа, которые связаны с деятельностью государственной, эгрегор обладал подобием сознательности, зарядом воли и жил самостоятельной жизнью, в значительной степени определяя государственную деятельность каждого из следующих поколений русских людей.

Воздействие демиурга и Навны на индивидуум и на народ в целом не поднималось за порог сознания; а то, что переживалось в душевном ощущении, приписывалось действию других инстанций: инстанций исключительно христианского мифа.

Если в этом вопросе мы и способны удивляться чему-нибудь, так это тому, что прароссианство всё-таки не было уничтожено. Больше того: создаётся впечатление, что враждебному натиску христианского мифа кто-то всё время ставил как бы некий предел, кто-то, век за веком, оберегал слабые грядки прароссианства от вытаптывающей поступи воинствующей церкви. Демиург, сам причастный христианскому Трансмифу, но свободный от человеческой ограниченности, берёг эту область потенций народного духа для далёких, великих веков; он сам оплодотворял её своим дыханием; сама Навна питала её мерцающей духовной росой.

Но ещё более глубокая мудрость, мудрость жертвенного самоограничения сказывается в том, что Яросвет не дал прароссианскому мифу возможности буйного роста, мощного цветения. К чему это могло бы привести? Если бы прароссианство осознало само себя, сложилось бы в систему, стало бы претендовать на роль господствующей идеологии — страшная, не на жизнь, а на смерть борьба его с мифом христианским стала бы неизбежностью. Борьба — и уничтожение одной из сторон. Но в глазах высшей мудрости обе стороны драгоценны, обе оправданы единой Истиной, таящейся в них под покровом двух правд. Искоренится ли на Руси христианство, заглохнет ли прароссианское оправдание мира — и исчезнет одна из двух основ грядущей синтетической культуры. Обе должны быть сохранены до тех отдалённых времён, когда станет возможным не уничтожение их во взаимной борьбе, но переход обеих в общее гармоническое мироотношение и богоотношение, свободное от узости, от эпохальной ограниченности одного из них и от безотчётности,безынтеллектуальности другого.

Активизация светлых сил всегда во всемирной метаистории вызывает и активизацию сил Противобога: это, по-видимому, закономерность текущего эона. Да и мог бы Противобог и его миры оставаться безучастными, созерцая выход на метаисторическое поприще новых сил, стремящихся, в конечном счёте, к преодолению демонической власти над человеческим миром? И борьба инфрафизического стана против Навны, Яросвета и Дингры (остающейся хотя и слепой, но необходимой участницей метаисторического процесса) приобретает несколько форм.

Проследите основные линии движения, основные события истории Киевской Руси: каждый легко различит два главных фактора, угрожавших молодому национальному образованию. Уже Владимир занял Киевский престол лишь после кровопролитной распри; едва же он умер, как вся страна была потрясена борьбой за власть и братоубийствами Святополка Окаянного. Короткая передышка при Ярославе Мудром — новая волна усобиц при Изяславе I — и с тех пор прерывающаяся лишь на короткие года двухсотлетняя княжеская усобица. Усобица, не только заливавшая кровью поля страны и подтачивавшая её физическое бытие, но и истощавшая эфирную субстанцию сверхнарода, а его духовное становление тормозившая опасно и мучительно. — Так выходит на поверхность истории великая хищница, гасительница светочей и домашних очагов, умножительница страданий — Велга России. В человеческом существе она срывает все запреты с низших инстинктов разрушения и осквернения. Она втягивает в себя клочья распавшихся человеческих эфирных и астральных тел. Она — смерчеобразное средоточие множества мелких инфрафизических существ, вдохновительница анархических сил, хозяйка на полях сражений и на местах казней.

… для метаисторика важнее другой непреложный факт: то, что каждая велга есть полюс Идеальной Соборной Душе, и то, что она стремится к перетягиванию эфирно-астральной субстанции сверхнарода в сферу демонической материальности.

Вторая форма борьбы Противобога и его миров против светлой диады и Дингры заключалась в попытках истребить их или истощить нападениями извне. Эту цель преследовали те события, которые в зеркале исторической действительности приняли вид нападений печенегов, половцев и, наконец, татар на раздираемое Велгой Киевское государство. Трудно ли за этими тенями, этими ратями и ордами, мечущимися по степным просторам Поволжья, Дона и Днепра, разглядеть тех, от кого эти тени отбрасываются: ожесточённых эгрегоров степных племён, вечно бурлящих, вечно клокочущих, неспособных к отвердению в устойчивые, творческие организмы истории? — Этот вид враждебной деятельности Противобога разрастётся в далёком будущем, ставя под угрозу существование страны, в годину татарского, польского, французского, германского нашествий. Деяния же Велги примут форму общенародных внутренних потрясений Великой Смуты и Великой Революции.

В XIII веке на изнемогавшего русского эгрегора Гагтунгром направляется тёмноэфирный гигант-чудовище: воинствующий уицраор монгольского племенного массива. … Жертвой этого существа сделалась сама монгольская метакультура, слишком юная, с едва ещё возникавшим синклитом, а теперь втягиваемая в воронку метаисторических замыслов Противобога. Демонический разум теперь играл в беспроигрышную игру: русская метакультура либо рухнула бы под напором более сильного врага, либо Яросвет оказался бы вынужден противопоставить уицраору Монголии подобное же чудовище, дабы оградить само физическое существование русского народа. Это — первый могучий удар, обрушиваемый на Русь Гагтунгром, и это — то самое метаисторическое событие, которое стоит за первой великой катастрофой нашей истории: нашествием татар.

Можно по-разному оценивать — и историки по-разному оценивают размеры социально-политического, культурного и нравственного урона, нанесённого России татарским игом. Рассматривая же события под метаисторическим углом, мы можем дополнить положения исторической науки лишь следующим указанием: воздействие сил Велги, столь бурно проявлявшееся в княжеских усобицах, расчистило путь для другой, более могущественной силы, причём обе эти группы сил являлись, в конечном счёте, проявлением воли одной и той же инфрафизической инстанции. То, что расшатала Велга, должен был сокрушить монгольский уицраор; если же это не удалось бы до конца и ему — осталось бы в запасе другое орудие, которое должно было развернуть свою деятельность в другие времена и другими методами: чёрное ядро в существе будущего русского уицраора.

Действительно: под ударами монгольского чудовища русский эгрегор был смят, полурастерзан на клочья, едва сохранявшие в себе жизнь и способность к будущему воссоединению. Кароссе Дингре был нанесён ущерб, который — если бы речь шла о существах физического плана — можно было бы сравнить с истеканием кровью. Сам Яросвет был побеждён в бою с монгольским гигантом на границах Святой России; юному, ещё не окрепшему и малочисленному синклиту едва удалось спасти от разрушения лишь сокровеннейшие святилища своей небесной страны.


Область сильнейших инспираций Первого Жругра в Энрофе определилась в некоторой географической области, на берегах Москвы-реки, и здесь берёт начало процесс концентрации и воспитания сил метакультурной и исторической самообороны.

Глубоко значительным предметом созерцания для метаисторика остаётся тот процесс, в котором мыслимо появление личностей, подобных Александру Невскому, чью мудрость и волю укреплял демиург, чистоту замысла блюла Навна, ваятельница народной плоти подготавливала чреду его преемников, демон великодержавия укреплял силу его меча, а силы христианского Трансмифа берегли его своим покровом, сотканным из светлого эфира народных молитв, мученичества погибавших в бою или в татарской Орде и духовного делания светочей церкви.


Когда определилось географическое средоточие Российской метакультуры, естественно и неизбежно этот национальный духовный очаг и цитадель государственности должен был увенчаться физическим подобием вершины сверхнародного трансмифа: Кремлём Земным. Даймоны и другие силы демиурга, ниспосылавшиеся им к душе, разуму и воле московских князей и митрополитов, иноков и бояр, зодчих и иконописцев, прославленных и безымянных, приоткрывали им те образы Небесной Руси и Фонгаранды, которые ждали своего отражения в камне и кирпиче. И это отражение стало возникать: медленно, трудно, из года в год и из века в век, утяжелённое, беспорядочное, вечно перестраивающееся, искажённое случайностями, калечимое пожарами, нападениями чужеземцев и произволом властей, с золотым венцом царства — на челе, с клеймом рабства и ранами мученичества — на лице, — и всё же прекраснейшее из всего, что было возможно при духовном и материальном уровне русского средневековья.


Итак, метаисторическим событием, лежавшим в основе того, что в истории называется возвышением Москвы и созданием национального государства, было рождение кароссой Дингрой от Яросвета демона великодержавной государственности и укрепление его демиургическими силами для борьбы с общим врагом.

Но в лице своего порождения и его преемников — двух, наследовавших первому, демонов великодержавия — Яросвет приобрёл как бы метаисторического соперника, которому тоже предстояло стремиться к планетарной цели, но в корне подменив её смысл.


Корень неудач заключался в том, что в обоих случаях уицраоры действовали уже без санкции демиурга, ибо санкция эта была снята с них ещё раньше, а во втором случае начался даже ещё более трагический процесс: демиург вступил с уицраором в открытую борьбу. Под этим углом зрения метаистория должна рассматривать все события русской государственности и культуры на протяжении всего царствования Николая I, Александра II и Александра III: ожесточённую борьбу воинствующего государственного начала против начала культуротворческого; гибель Пушкина, Лермонтова, удушение литературы, парализацию осмысляющей мысли, засилие бюрократии и военщины, ослабление международных связей, возрастающий страх перед российским колоссом в странах Запада, Крымскую войну, поражение, вынужденную перемену курса, отмену крепостного права, попытки разнообразных реформ, учащающиеся вспышки революционных страстей, народовольчество, террор снизу, убийство царя, панику в высших кругах общества, очередное шарахание вспять, реакцию при Александре III и назревание новой революционной ситуации.

Картина крайне усложнялась тем, что демиург Яросвет и Второй Жругр не были единственными участниками борьбы: в неё вмешивались порождения Жругра — хищные и алчные детёныши, время от времени отпочковывавшиеся от него. Ранее Жругру удалось уничтожить двух первых, набросившихся на отца ещё в те времена, когда ему не приходилось обороняться от сил Яросвета. Движения Разина и Пугачева были потоплены в реках крови. Третий же жругрит был слаб и недостаточно деятелен: ему не удалось даже выдвинуть своё человекоорудие — вождя нового движения, как не удалось ему инвольтировать и народные массы; разгром движения декабристов даже не потребовал больших жертв. Но вскоре после смерти Николая I, когда уицраору, уже столько времени напрягавшему силы в борьбе с демиургом, требовалась передышка, а исторической государственной власти, тридцать лет боровшейся с духовностью, с веянием красоты, свободы и гения в искусстве и в общественной мысли, требовалось найти какой-либо модус вивенди с этою силой — как раз в этот момент отпочковался новый жругрит: бурый, очень энергичный, с чёрными глазами без блеска и со злобным, весьма интеллектуальным лицом. Юрко и неуловимо, как хищная касатка вокруг неповоротливого кита, завертелся он вокруг измученного, дряхлеющего родителя. Он требовал от игв пищи, и напор его был столь стремителен, что многие из обитателей Друккарга, не решаясь ослушаться, начали доставлять питательную росу ему вместо старого Жругра. Вскоре его резкий, крикливый голос, насмешливый и наглый, донёсся и до поверхности земли и через сознание нескольких десятков человек, обладавших чувством эпохи, бойкостью мысли, волей к общественному действию и к тому же владевших пером, стал трансформироваться в небольшой запас новых идей, проповедуемых иногда талантливо, иногда нет, но всегда с большим темпераментом, с огромным задором и самоуверенностью и по большей части резким, издевательским, циничным тоном. Начинались шестидесятые годы.

От слова до дела, от пропаганды до революционного террора оставался один шаг. Он был сделан очень быстро, и старый Жругр затрясся от боли и бешенства, когда детёныш оторвал у него одно из главных щупальцев, а проводники воли этого детёныша в Энрофе умертвили прямо на петербургской улице императора — неустойчивое, слабое, слишком мягкое, но всё-таки орудие Второго Жругра.


Я понимаю, как оскорбительно для поколений, воспитанных на идеалах революционной борьбы и видящих в событиях 1905 года беззаветный героизм народных масс и их вождей — с одной стороны, кровавый произвол власти — с другой, принять мысль, что за этой величественной эпопеей скрывается грызня отвратительных чудовищ метаистории между собой — столь отвратительных, что санкция демиурга не могла осенить ни одного из них своим отблеском. … Но пора уяснить себе, что за историческими событиями, масштаб которых нас ослепляет и заставляет их поэтизировать, стояла всё-таки именно борьба метаисторических чудовищ: именно поэтому так кровавы эти исторические эпопеи и так сомнителен их конкретный положительный результат. Ведь борьба чудовищ стоит и за мировыми войнами, и хорошо, по крайней мере, что мы не склонны больше поэтизировать эти войны. Со временем будет покончено и с поэтизированием революций.

Как раз именно к XX веку и особенно в грандиозных событиях, ареной которых стала Россия, сказывается воздействие начал планетарных — сложнейшее переплетение и столкновение инспираций, исходивших из центров гораздо большего масштаба и преследовавших гораздо более обширные цели.

И наконец.

Непрерывная, тысячеобразная, напряжённейшая борьба светлых и демонических сил начнёт приближаться к своей кульминации. Бушуя в десятках слоёв Шаданакара, она вступит в этап безостановочных битв Синклитов, даймонов, ангелов — всех сил Провидения — с невидимыми чудищами, порождениями и союзниками Гагтунгра и Воглеа. Эти порождения будут могучи и невоплотимы в нижних мирах. Но их деятельность в мирах пяти и шести измерений будет проектироваться и в Энроф, выражаясь и в разнуздании сексуальной стихии, и в возрастании жажды крови, и в опустошающих душу успехах техники, и в систематическом уничтожении всех, поднявшихся духовно выше общего уровня демонизируемого человечества, и во многом другом, что сейчас невозможно ни понять, ни представить.