"Не сотвори себе фантома"или почему "Роза Мира" якобы "опасна"

Абсолютно точное попадание, Сергей. Одной короткой фразой выражена суть моей претензии к религиозному мировоззрению. А "Исповедь" и "В чём моя вера?" Толстого я только что приобрёл на Озоне, буду изучать.

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 21.11.2010, 22:51

Хотя внешне эта мысль мне нравится, я чувствую в ней какой-то подвох.

Бог = Благо. Нет разницы.

Но благо каждый может тоже трактовать по-своему, в соответствии со своей эгоистичной натурой. Где благо для одного переходит в неблаго для другого?

Лосский, Николай Онуфриевич очень хорошо обозначил этот момент:

Быстрый бег гончей собаки, преследующей зайца, добро для гончей, и зло для зайца; в осажденной крепости, где гарнизон страдает от недостатка съестных при-пасов, съедание куска хлеба одним солдатом есть благо для него и бедствие для другого солдата; любовь Анны Карениной к Вронскому – счастье для Вронского и несчастие для мужа Карениной; преодоление Карфагена Римом – счастие для Рима и бедствие для Карфагена.

Как с этим-то быть?

Относительно того, что друзья не понимают Даниила Андреева - согласиться не могу. Думаю, есть те, которые понимают, хотя их и не так много.

И тогда мы снова возвращаемся на вечные круги нигилизма, где нет ни Бога, ни блага, ни совести, ни добра, ни зла. Всё это суть дышла – куда их повернул, туда они и вышли. И снова подвешиваемся в этической пустоте без малейшей точки опоры. А разница между религиозным и гуманистическим подходами очень простая и ощутимая: благо гуманизма хоть кто-то способен понимать и практиковать в меру своей совести, Бог же – абстрактное понятие, равноудалённое и от теории, и от практики нашей жизни.

Лев Толстой пишет в своей "Исповеди":
"Отпадение моё от веры произошло во мне так же, как оно происходило и происходит теперь в людях нашего склада образования. Оно, как мне кажется, происходит в большинстве случаев так: люди живут так, как все живут, а живут все на основании начал, не только не имеющих ничего общего с вероучением, но большею частью противоположных ему; … вероучение это исповедуется где-то там, вдали от жизни и независимо от неё. Если сталкиваешься с ним, то только как с внешним, не связанным с жизнью, явлением.

По жизни человека, по делам его, как теперь, так и тогда, никак нельзя узнать, верующий он или нет."

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 26.11.2010, 1:05

А Иисус Христос тоже "абстрактное понятие"? Не было такого человека? Врут евангелия?

Чем тебе Христос не угодил? Он тебе руки выламывает, не даёт благими делами заниматься? Обязательно надо его сбросить с корабля истории?

Зачем революцию делал? Разве тебе, дураку, царь-батюшка не давал пирожками торговать? (с)

Тебе не истина и путь нужны. Потому что истина и путь -- это "кто", а не "что".

Если истина -- это кто, то этот кто-то круче тебя -- умнее, духовнее, свободнее. Логично?

Мешает принять такую истину гордыня. Потому что принять её, это добровольно подчиниться более умному.

"Да будет воля твоя" (а не моя дурацкая воля)

Бунт титантов был в этом. И титан-Толстой уже сходил туда. И ты идёшь. Как раз на этом пути Истина обезличивается, превращается в набор абстракций, а потом и во враньё.

Смири гордыню, сын мой. Прими безропотно, что я умнее тебя
А Христоc умнее нас обоих.

Костя, это разница между гуманизмом и интелектуальной (умом) верой, а не религиозностью.

Тех, кто верит умом, действительно, не отличишь по их делам от атеистов (порой они даже хуже атеистов-гуманистов). Но если человек пережил личную встречу с Богом, то тогда (и, на самом деле, только тогда) можно говорить о настоящей религиозности (ре - лига от латинского вновь связывать, восстанавливать связь человека с Богом).

Такие люди практикуют любовь к Богу и к человекам, и это, обычно, видно, и кроме названия, имеет мало общего с интелектуальной верой (как это писал апостол Иаков - "... и бесы веруют, и трепещут.")

Это как отношения супругов, или родителей и детей - есть просто добрые, проникнутые симпатией и уважением отношения, а есть и настоящая любовь. (уважение - подобно гуманизму, а любовь - религиозности)

Бывает и так, что умом человек понимает, что к супругу и детям надо относиться хорошо, и даже убеждает в этом других, а сам, на деле, ест поедом своих домашних (и это подобно той псевдо-религиозности, вере умом, которую ты назвал религиозным подходом)

Сообщение отредактировал Leonid - 26.11.2010, 2:11

Максим, при чём здесь Иисус Христос? Он создавал Вселенную? Он давал «зелёный свет» мировому мучительству? Разве я касался Иисуса в своих разговорах? Мы пока с Богом-Первотворцом не можем разобраться, а ты хочешь, чтобы мы обсуждали более путаный вопрос, является ли Планетарный Логос Богом или нет?

Я пока считаю, что Планетарный Логос – не Бог, а ограниченное существо вроде каждого из нас, только крупнее. Все излияния вроде «Бог-Сын и Бог-Отец существуют неслиянно и нераздельно» не могу принять иначе как словоблудие.

Насчёт историчности Иисуса - может и не было его, откуда я знаю? В советскую эпоху меня учили, что его не было, после ознакомления с работами Александра Меня и ему подобных талантов (например, Борис Гладков «Толкование Евангелия») я склонен считать, что Иисус всё же был. А вот Евангелия без сомнения врут. Чудовищнее всего то, что эти тексты возведены в ранг фетиша. Чем разбирать содержащиеся в них бессмысленные нагромождения, лучше бы и не читать их вовсе.


Максим, с точки зрения этики тут подмена на подмене. Даже нет смысла разбирать.


Я не могу сойти с этого пути, потому что я не могу отпасть от самого себя.


Да я не против. Только пусть он тогда не прячется за ветхими текстами, а сам с нами пообщается.


Лёня, я тебя уважаю и не имею причин не доверять тебе и таким замечательным людям, как Даниил Андреев, как Слава Курилов. Но моё уважение и моё доверие всё равно не станет поводом, чтобы я поверил во что-либо на слово. Меня и остальных уже столько раз обманывали и пытаются обманывать преднамеренно и непреднамеренно, что я больше ничего не приму на веру. Не поверю, пока сам не встречу, «пока не вложу перста своего в раны твои, и руки своей в ребро твоё.»

Оля, прости, если засоряю твою тему.

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 27.11.2010, 15:58

Константин, хочу попросить Вас выбирать все-таки более корректные формулировки, когда речь идет о вещах, имеющих для окружающих высокую ценность (несмотря на то, что вопрос на который Вы отвечали как бы давал возвожность такого ответа).

Кроме того, если Вы, действительно вдумчиво и обстоятельно читали хотя бы некоторые из трудов Александра Меня, то "сомнения" в том, что "Евангелия врут" должны были у Вас непременно зародиться. Отец Александр упоминает и о библейской археологии, зачастую ссылаясь на вполне достоверные научные источники.
Но поскольку Вы довольно самоуверенно утверждаете, что "Евангелия без сомнения врут", стоит, наверное, привести весомые доказательства, обосновать свою точку зрения.
По существу вопроса, относительно Евангелий, считаю наиболее здравой и логичной точку зрения Даниила Андреева, изложенную в РМ.

"Принять на веру", "доверять" и уверовать - разные, и далеко не так сильно, как на первый взгляд кажется, связанные между собою явления.

"Принять на веру" - это внешний, умозрительный акт, свидетельствующий о духовной пассивности и даже лени, а уверовать - великое событие, таинство, явление духа взыскующего, пламенное по своей природе, сокровенное , грубо говоря - внутреннее.
И Христа, его Личность, его Образ - нельзя принять на веру, в таком случае - он останется лишь бесплодным умозрением, или, еще примитивнее - действующим лицом, персонажем. Кому-то вообще не удается почувствовать Христа, ощутить его в сердце своем. Из великих - пример - Лев Толстой. Но это ведь вовсе не сильная сторона Толстого.
Еще один довольно важный момент - наверное, чтобы прийти к великому событию - Встрече с Богом, как Личностью, как с безгранично любимым - Ты, а не холодно-абстрактным Абсолютом, нужно выйти за пределы самости, преодолеть эгоизгм и быть готовым к тому, что это Встреча изменит тебя, разобьет вдребезги все устоявшееся мировоззрение, умозрения и построения...

Сообщение отредактировал Daria - 28.11.2010, 0:42

Здравствуйте Ольга.

Вряд ли сознательно не хотим, скорее пока не можем. Подобное притягивает подобное, так и ум наш способен заметить и осознать лишь то, что подобно
ему в данный момент, резонируя на одной частоте, связывающей познаваемое с осознанием.

Действительно звучит верно, он к ней еще не готов. Как не объяснишь ребенку некоторые "взрослые" вещи, так и ему лучше бы не читать эту книгу.
Все "фантомы" ума появляются от его (ума) попыток домыслить, дорисовать детали, осознать которые еще нет возможности, по образу и подобию своему.
Так и на форуме, так и в религии. И "Роза Мира" не исключение.
Почему я уверен, что читающий "Розу Мира" и критикующий ее человек пока "не дорос" до ее наиболее полного осознания и принятия?
Почему не допустить того, что он "перерос" ее мировоззрение и высоким своим взором мудро указывает нам на ее недостатки и заблуждения?
Потому что на ребенка, хорошо усвоившего на доступном ему уровне книгу "Что такое хорошо и что такое плохо", мы, умудренные опытом взрослые,
смотрим с любовью и пониманием. Пониманием того, что хоть и по-детски наивно, но правильно маленький человек определяет себя в окружающем мире,
он на правильном пути. Мы видим отсвет Истины в этом. И не появится желания критиковать за что-то этого ребенка,
как и не будет поводов для критики "Розы Мира" у какого-нибудь высокого Гуру.
Но появится желание помочь в дальнейшем продвижении по этому пути, своим светом освещая перед ним дорогу жизни и маня за собой.
Шагать он должен сам. Только так с определенной концентрацией на происходящем он закрепит уроки жизни и пополнит копилку опыта,
опираясь на который сможет идти дальше.
Не стоит освещать перед ним сразу всю дорогу. Не имея достаточно опыта он может не понять того что увидит вдали. Будучи еще ростком,
он не сможет принять то, что ему суждено превратиться в высокий колос. И тогда в его уме увиденное раньше времени начнет превращаться в

Стоит ли ругаться с такими и спорить с ними, увидевшими умом то, на что пока не нашли отклика в душе?
Разве можно ругать первоклассника, который пока не может решить задачу пятого класса с некоторыми неизвестными?
Пройдет время и он сам дойдет до решения той задачи под руководством учителей, которые у него обязательно будут.
Учителем может стать отец, любимая девушка, несчастный случай, статья в газете, попавшая на глаза в нужный момент.
Но не вы станете учителями если будете спорить с ними на форумах, доказывая неподготовленному сознанию свои истины.
Особенно истины в отрыве от высокой этики. Истины, принятые на веру, не пережитые собой.
Этим вы только оттолкнете их.

На самом деле эти два пункта сливаются в один. Стремление познать истину, основанное на духовной жажде,
на совпадении своего внутреннего вектора с вектором познаваемого невозможно без активной работы разума.
Так же как и работа разума не может продолжаться долго, если не питается некой притягательной силой, берущей начало изнутри.
Осознаваемое стремление к неизведанному, желание это неизведанное определить и постичь,
способность подниматься по лестнице познания не смотря на груз сомнений - вот качества развивающейся личности.
Эти качества дополняют друг друга и усиливают.
Что такое благо?
Благо это ощущение гармонии. Себя в себе, себя в окружающем мире, окружающего мира в себе.
Разве можно назвать гармоничным факт утоления хищником голода за счет удачно пойманного зайца?
Действо, вызванное голодом, удовлетворяемым лишь на время, а затем вновь и вновь повторяемое?
За мимолетным удовольствием последует новое ощущение голода, новые усилия, страх промахнуться.
Нет никакого блага в набивании брюха, нет никакой гармонии в удовлетворении похоти.
Пребывать в гармонии можно лишь осознав свое предназначение и осуществляя его, помогая окружающему миру, тем самым помогая себе.
Быть сотворцом красоты и наслаждаться ею.
Не нужно измышлять и лишний раз задаваться вопросами "что такое или кто такой Бог?"
Иди туда, куда тебя влечет и будешь находить ответы. Как вверху, так и внизу - единый принцип вселенной.
Посмотри на брата своего, его тело состоит из тех же частиц, что и вселенная.
Его разум - активная сила, приводящая в движение. Жизнь, которую ты чувствуешь в нем и есть то неосязаемое,
без которого не было бы брата как такового. Ты знаешь что живешь, но не знаешь откуда ты это знаешь.
Тебе это надо доказывать. Через призму своего Я преломлять луч от источника, добавляя свой спектр красок и возвращая его обратно.
Мы Живем.

Я снизойду чуть ниже, улыбаясь
И обниму того, кого люблю.
Пусть ты идешь по жизни, спотыкаясь,
Тебе своим я светом помогу.

Друг, посмотри вокруг, очисти разум,
Весь Мир как на ладони для тебя.
Сын, ты не добьёшься всего сразу,
Но по кирпичику построишь дом, любя.

Невзгоды, беды, лишь напоминанье,
Они друзья тебе, ты их благодари,
В суровый и тяжелый час познанья
Спасибо Мне скажи и вдаль иди...

Ушёл от ответа. Никаких подмен у меня нет. Добровольное соподчинение более духовному, мудрому, старшему, причинному, это основа истории и религии. И "РМ" о том же. И евангелия о том же. "Да будет воля Твоя!".

А противоположность сему -- бунт титанов, как бунт гордыни. Да будет воля Моя!

--------

Костя, рассказать, чем и как ты закончишь? Если умеешь мыслить логически, то сам увидишь, что "курок" уже "взведён". И "висок" рядом. Увы.

В откровенный демонизм ты не пойдёшь. Но веры (и доверия) Богу у тебя нет. И рассудок тебе тоже не поможет. Труба...

Если путь рождения в этом мире и активной веры и добродетели хоть какие-то шансы оставляет понять и поменять мир, то путь претензий к Богу никаких шансов не оставляет. На этом куда более могучие люди пропадали.

Дарья, пустая эстетика и патетика к вниманию не принимаются. Именно из этого обстоятельства и проистекает моё обвинение в фетишизме.


Дарья, Вы не знаете, что именно я подразумеваю под Евангельским враньём, а наперёд берётесь спорить. А я подразумеваю далеко не фактологию событий, а их освещение. Иисус как живое воплощение любви не мог говорить, пожалуй, большую часть того, что ему приписано в канонических текстах. Эти нестыковки и бессмыслицы нами уже многократно обсуждались. В этом я, собственно, солидарен с Даниилом Андреевым.


Максим, как всё это далеко от того, что могло бы помочь делу. Чувствуешь ли ты за собой право ругать слепорождённого за то, что тот ничего не видит? Неужели ты настолько наивен, что думаешь как-то испугать меня своими предостережениями? Но шах и мат ты сформулировал абсолютно точно. У меня НИКОГДА не было веры в Бога и, тем паче, доверия к Нему. И труба мне настала сразу, как только я начал подозревать, что у жизни несмотря ни на что должен быть какой-то смысл.

Продолжаю читать «Исповедь» Льва Толстого и встречаю настолько абсолютное совпадение его душевной муки и тупика мысли с моими, которого не находил никогда и ни у кого. Простите, что сейчас приведу длинную цитату. Оцените, кому интересно.

«Так, в бытность мою в Париже, вид смертной казни обличил мне шаткость моего суеверия прогресса. Когда я увидал, как голова отделилась от тела, и то, и другое врозь застучало в ящике, я понял -- не умом, а всем существом, -- что никакие теории разумности существующего и прогресса не могут оправдать этого поступка и что если бы все люди в мире, по каким бы то ни было теориям, с сотворения мира, находили, что это нужно, -- я знаю, что это не нужно, что это дурно и что поэтому судья тому, что хорошо и нужно, не то, что говорят и делают люди, и не прогресс, а я с своим сердцем.
…
Но это были только редкие случаи сомнения, в сущности же я продолжал жить, исповедуя только веру в прогресс. "Всё развивается, и я развиваюсь; а зачем это я развиваюсь вместе со всеми, это видно будет". Так бы я тогда должен был формулировать свою веру.
…
В сущности же я вертелся всё около одной и той же неразрешимой задачи, состоящей в том, чтоб учить, не зная чему. ... Теперь мне смешно вспомнить, как я вилял, чтоб исполнить свою похоть -- учить, хотя очень хорошо знал в глубине души, что я не могу ничему учить такому, что нужно, потому что сам не знаю, что нужно.
…
Вернувшись оттуда, я женился. Новые условия счастливой семейной жизни совершенно уже отвлекли меня от всякого искания общего смысла жизни. Вся жизнь моя сосредоточилась за это время в семье, в жене, в детях и потому в заботах об увеличении средств жизни. Стремление к усовершенствованию, подменённое уже прежде стремлением к усовершенствованию вообще, к прогрессу, теперь подменилось уже прямо стремлением к тому, чтобы мне с семьёй было как можно лучше.

Так прошло ещё пятнадцать лет.

Несмотря на то, что я считал писательство пустяками в продолжение этих пятнадцати лет, я всё-таки продолжал писать. Я вкусил уже соблазна писательства, соблазна огромного денежного вознаграждения и рукоплесканий за ничтожный труд и предавался ему как средству к улучшению своего материального положения и заглушению в душе всяких вопросов о смысле жизни моей и общей.
…
Так я жил, но пять лет тому назад со мною стало случаться что-то очень странное: на меня стали находить минуты сначала недоумения, остановки жизни, как будто я не знал, как мне жить, что мне делать, и я терялся и впадал в уныние. Но это проходило, и я продолжал жить по-прежнему. Потом эти минуты недоумения стали повторяться чаще и чаще и всё в той же самой форме. Эти остановки жизни выражались всегда одинаковыми вопросами: Зачем? Ну, а потом?

Сначала мне казалось, что это так -- бесцельные, неуместные вопросы. Мне казалось, что это всё известно и что если я когда и захочу заняться их разрешением, это не будет стоить мне труда, -- что теперь только мне некогда этим заниматься, а когда вздумаю, тогда и найду ответы.
…
Я понял, что это -- не случайное недомогание, а что-то очень важное, и что если повторяются всё те же вопросы, то надо ответить на них. И я попытался ответить. Вопросы казались такими глупыми, простыми, детскими вопросами. Но только что я тронул их и попытался разрешить, я тотчас же убедился, во-первых, в том, что это не детские и глупые вопросы, а самые важные и глубокие вопросы в жизни, и, во-вторых, в том, что я не могу и не могу, сколько бы я ни думал, разрешить их. Прежде чем заняться самарским имением, воспитанием сына, писанием книги, надо знать, зачем я это буду делать. Пока я не знаю -- зачем, я не могу ничего делать. Среди моих мыслей о хозяйстве, которые очень занимали меня в то время, мне вдруг приходил в голову вопрос: "Ну хорошо, у тебя будет 6000 десятин в Самарской губернии, 300 голов лошадей, а потом?.." И я совершенно опешивал и не знал, что думать дальше. Или, начиная думать о том, как я воспитаю детей, я говорил себе: "Зачем?" Или, рассуждая о том, как народ может достигнуть благосостояния, я вдруг говорил себе: "А мне что за дело?" Или, думая о той славе, которую приобретут мне мои сочинения, я говорил себе: "Ну хорошо, ты будешь славнее Гоголя, Пушкина, Шекспира, Мольера, всех писателей в мире, -- ну и что ж!.."

И я ничего и ничего не мог ответить.
…
Жизнь моя остановилась. Я мог дышать, есть, пить, спать, и не мог не дышать, не есть, не пить, не спать; но жизни не было, потому что не было таких желаний, удовлетворение которых я находил бы разумным. Если я желал чего, то я вперёд знал, что, удовлетворю или не удовлетворю моё желание, из этого ничего не выйдет.
…
Даже узнать истину я не мог желать, потому что я догадывался, в чём она состояла. Истина была то, что жизнь есть бессмыслица.

Я как будто жил-жил, шёл-шёл и пришёл к пропасти и ясно увидал, что впереди ничего нет, кроме погибели. И остановиться нельзя, и назад нельзя, и закрыть глаза нельзя, чтобы не видать, что ничего нет впереди, кроме обмана жизни и счастья и настоящих страданий и настоящей смерти -- полного уничтожения.

Жизнь мне опостылела -- какая-то непреодолимая сила влекла меня к тому, чтобы как-нибудь избавиться от неё. Нельзя сказать, чтоб я хотел убить себя. Сила, которая влекла меня прочь от жизни, была сильнее, полнее, общее хотенья. Это была сила, подобная прежнему стремлению жизни, только в обратном отношении. Я всеми силами стремился прочь от жизни. Мысль о самоубийстве пришла мне так же естественно, как прежде приходили мысли об улучшении жизни. Мысль эта была так соблазнительна, что я должен был употреблять против себя хитрости, чтобы не привести её слишком поспешно в исполнение. Я не хотел торопиться только потому, что хотелось употребить все усилия, чтобы распутаться! Если не распутаюсь, то всегда успею, говорил я себе. И вот тогда я, счастливый человек, вынес из своей комнаты, где я каждый вечер бывал один, раздеваясь, шнурок, чтобы не повеситься на перекладине между шкапами, и перестал ходить с ружьём на охоту, чтобы не соблазниться слишком лёгким способом избавления себя от жизни. Я сам не знал, чего я хочу: я боялся жизни, стремился прочь от неё и, между тем, чего-то ещё надеялся от неё.

И это сделалось со мной в то время, когда со всех сторон было у меня то, что считается совершённым счастьем: это было тогда, когда мне не было пятидесяти лет. У меня была добрая, любящая и любимая жена, хорошие дети, большое имение, которое без труда с моей стороны росло и увеличивалось. Я был уважаем близкими и знакомыми, больше чем когда-нибудь прежде, был восхваляем чужими и мог считать, что я имею известность, без особенного самообольщения. При этом я не только не был телесно или духовно нездоров, но, напротив, пользовался силой и духовной, и телесной, какую я редко встречал в своих сверстниках: телесно я мог работать на покосах, не отставая от мужиков; умственно я мог работать по восьми--десяти часов подряд, не испытывая от такого напряжения никаких последствий. И в таком положении я пришёл к тому, что не мог жить и, боясь смерти, должен был употреблять хитрости против себя, чтобы не лишить себя жизни.

Душевное состояние это выражалось для меня так: жизнь моя есть какая-то кем-то сыгранная надо мной глупая и злая шутка. Несмотря на то, что я не признавал никакого "кого-то", который бы меня сотворил, эта форма представления, что кто-то надо мной подшутил зло и глупо, произведя меня на свет, была самая естественная мне форма представления.

Невольно мне представлялось, что там где-то есть кто-то, который теперь потешается, глядя на меня, как я целые 30--40 лет жил, жил учась, развиваясь, возрастая телом и духом, и как я теперь, совсем окрепнув умом, дойдя до той вершины жизни, с которой открывается вся она, -- как я дурак-дураком стою на этой вершине, ясно понимая, что ничего в жизни и нет, и не было, и не будет. "А ему смешно..."

Но есть ли, или нет этот кто-нибудь, который смеётся надо мной, мне от этого не легче. Я не мог придать никакого разумного смысла ни одному поступку, ни всей моей жизни. Меня только удивляло то, как мог я не понимать этого в самом начале. ... Как может человек не видеть этого и жить -- вот что удивительно! Можно жить только, покуда пьян жизнью; а как протрезвишься, то нельзя не видеть, что всё это -- только обман, и глупый обман! Вот именно, что ничего даже нет смешного и остроумного, а просто -- жестоко и глупо.
…
Прежний обман радостей жизни, заглушавший ужас дракона, уже не обманывает меня. Сколько ни говори мне: ты не можешь понять смысла жизни, не думай, живи, -- я не могу делать этого, потому что слишком долго делал это прежде. Теперь я не могу не видеть дня и ночи, бегущих и ведущих меня к смерти. Я вижу это одно, потому что это одно -- истина. Остальное всё -- ложь.

Те две капли мёда, которые дольше других отводили мне глаза от жестокой истины -- любовь к семье и к писательству, которые я называл искусством, -- уже не сладки мне.

"Семья"... -- говорил я себе; -- но семья -- жена, дети; они тоже люди. Они находятся в тех же самых условиях, в каких и я: они или должны жить во лжи, или видеть ужасную истину. Зачем же им жить? Зачем мне любить их, беречь, растить и блюсти их? Для того же отчаяния, которое во мне, или для тупоумия! Любя их, я не могу скрывать от них истины, -- всякий шаг в познании ведёт их к этой истине. А истина -- смерть.»

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 28.11.2010, 20:33

Ты себе сам глаза выкалываешь.

То что ты называешь "зрением" Д.Андреев называл "рассудочностью" и подменой духовного интеллектуальным.

Андреевская характеристика "богословия" Толстого тоже известна: Толстой заблудился среди нагромождений своего рассудка.

Тебе нужна естественно-научная формула Бога, где всё расписано. И пока тебе эту формулу на языке рассудка не дадут, ты будешь бунтовать. И поступишь в итоге безрассудно (здесь железная логика).

На страницах "РМ" есть как минимум один рецепт, как не сломаться под грузом экзестенциальных мук. Андреев предложил методику, в конце которой можно испытать состояние, снимающее все мучительные вопросы о добре и зле. Ты пошёл за ним?

Есть такие методики и в церкви, в т.ч. и в евангелиях, которые ты выплёскиваешь из корыта вместе с водой.

Есть методика мудрого народа -- рожать детей, заниматься простым трудом -- сильно лечит от философского тупика, в который неизбежно упирается любой рассудок.

Есть методика нашей семьи: 2 недели назад мы подобрали (вывезли из пустующего дачного посёлка) очередного котёнка, который бы умер без нас. Это уже примерно 20-й зверёнок за 20 лет, и восьмой в нашей семье на данный момент. Сейчас эта кошечка Фроська сидит у меня на столе перед монитором и ловит лапкой курсор мыши на экране...

Можешь ещё одну методику от меня попробовать. Она частично снимает мировоззренческую абстиненцию от чрезмерного употребления рассудочных истин. Знакомишься с красивой девушкой, ведёшь её в ресторан, выпиваешь с ней пару бутылок вина под мясо или рыбу, а потом проводишь с ней бурную ночь. Это не панацея но количество злости уменьшается.

М.

Максим, я не понимаю, почему ты твердишь о моей рассудочности, когда душевные муки мне доставляет не рассудок, а только совесть, которой тошно смотреть на ваш дивный мир?


Суть этой методики есть уход в затвор, в глушь, в тайгу, в натуральное хозяйство. Я ещё не знаю, по плечу ли мне эта ноша, хотя давно о ней помышляю как о крайнем средстве. А гарантий результата никаких нет и не будет. Поэтому я пошёл за Андреевым примерно настолько же, насколько и ты. У тебя уже есть где и на что жить за городом в течение полугода ежегодно. Я такого себе позволить не могу, и ещё только приобрёл себе 9 соток болота в пригороде.


Не мудрого, а безгранично тупого и бесконечно пьяного. «Можно жить только, покуда пьян жизнью; а как протрезвишься, то нельзя не видеть, что всё это -- только обман, и глупый обман!»


За это уважаю. Сам бездомных не подбираю, только кормлю. А вот моя Аня – та подбирает. Ну и что это меняет? Биосфера – это механический конвейер, бесконечно воспроизводящий страдания. Жизнь – это смертельная болезнь, передающаяся половым путём. Всё равно никто из нас никуда не денется с этой подводной лодки. Почему тебе нравится жить в подводной лодке?

Хочешь, выдам ответ в твоей прямолинейной манере? Потому что ты и все остальные боитесь взглянуть жестокой правде в глаза, боитесь отказаться от привычных суррогатов смысла жизни, которые вы видите в страстях и развлечениях, в продолжении рода, в семейном очаге, в народе, в человечестве, в прогрессе. Вот это и есть трусость, в которой ты любишь меня обвинять. Весь ваш прогресс не стоит единой слезинки произведённого вами на свет ребёнка. Ну как, нормально?

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 28.11.2010, 22:53

Муки совести ты пытаешься разрешить преимущественно рассудком. А нужно волей, т.е. верой, т.е. доверием.

Почему у тебя нет доверия Богу, я не знаю. Видимо, количество страданий превысило ПДК и что-то внутри лопнуло.

Но Нэртиса под рукой нет. И остаются проверенные народные методы сохранения ума и чувства. Но народ ты считаешь тупым пьяным быдлом. А себя умным трезвым небыдлом. Опять гордыня ума и гордыня совести. Носишься со своей совестью и требуешь жалости к себе, как с самому совестливому.



Потому что эта "лодка" (или "тюрьма", как ты написал до редактирования), это МОЯ лодка и МОЯ тюрьма. Кроме меня её никто не облагородит, не изменит. У меня даже вопросов не возникает, что кому-то можно предъявлять претензии за этот мир. Претензии -- это позиция потребителя чужого, а не хозяина своего.



Ещё как стоит.



-------

Три недели назад, будучи ещё на даче, я в первый раз в жизни делал человеку искусственное дыхание. Морозной ночью на берегу реки. Не спас. В лёгких оказалось слишком много воды и было слишком поздно. Как позже выяснилось, парень сорвался с крутого берега и перед тем как упасть в воду ударился башкой о дерево...

Так вот. Во мне этот случай ещё больше разбередил жажду жить и спасать других. Я приобрёл опыт и решил, что следующего я точно откачаю. Всем смертям назло!

Наверное, это у меня так потому, что по натуре я не эскапист, а что-то типа микро-демиурга Для меня чем хуже обстановка вокруг, тем сильнее желание жить и спасать этот грёбанный мир. Мне кажется, мне проще всего жилось бы в войну, в эпидемию, в катастрофу, во всеобщий ад на земле. Там мне было бы абсолютно понятно как жить и что делать, и ни на какой экзестенциальный ананизм у меня времени бы не было.

А вот почему одних людей трудности закаляют, а других ломают, я не знаю. Может быть, у меня была Олирна перед рождением, и я просто успел отдохнуть.

Константин, для меня правда жизни -- Навна. Она ведёт наш народ к духовным высотам, Она вдохновляет подвижников, творцов и простых людей вроде меня. Она видит в этом смысл, и я Ей верю. И хочу взять на себя хотя бы ничтожно малую долю Ее труда. Хотя бы немножко сделать этот мир лучше.

Вот в этом мой смысл.

А эскапистам логичнее всего убиться об стенку. Что зря страдать? Извиняюсь в свою очередь за прямолинейность.



Курсы оказания первой помощи не проходил? Мне тоже надо бы, потому что всякое в жизни бывает. Откачивать никого не приходилось, но в додзё как-то случилось позаботиться о парнишке, которому вдруг резко поплохело в конце тренировки. Слава Богу, ничего страшного с ним не стряслось, только вывернуло наизнанку -- что-то не то съел перед тренировкой.