К метаистории Кавказа

О Новом кавказском мышлении:

Идеи и цели Имама Шамиля не исчезли с уходом его из этого мира (Да будет доволен им Аллах!). Единение и братство кавказских народов, воцарение мира на Кавказской земле, добрососедские отношения с Россией и другими странами, очищение совести мусульманина от неправды и слабости.
Всего этого, как мы видим, невозможно добиться войной и насильственными методами. Но человек наделён Аллахом такими способностями, которые несравнимо сильнее и действеннее, чем военные методы. Это сила его духа, стремление к братству и единству, глубокое мышление, дар убеждать политических противников, верность идеалам религии и общечеловеческих ценностей, способность проводить их в жизнь и отстаивать их силой духа, красотою культуры, горением сердца за правду, не проливая при этом кровь.

Сообщение отредактировал Марат - 20.1.2011, 10:01

Если не остается ничего другого, то прибегаете к помощи бога? Отличная позиция.



Причем тут террористы? Ладно, это Вам непонятно.



Опять передергиваете. И смешиваете понятия. Император говорил о покорении Кавказа, а Вы что тут видите? Разве я отрицал уничтожение аулов? Когда? Придумываете.



Просто за фактами скрывается совсем другая трактовка, которая Вам не нравится. Ну так это Ваша проблема.


Крепости ставились для защиты уже существовавших поселений от набегов кавказских разбойников.


Можно сказать по другому. Вы настолько предвзяты, что не видите, что Кавказская война не может трактоваться как геноцид.



Ну вот. Вы и сами говорите, что целью ставилось покорение Кавказа, а не уничтожение народов Кавказа. Именно в этом я и вижу отличие.


Кто же говорит о милости царя? Помилуйте. Воображение у Вас богатое, конечно.


Не хотите разговаривать - не надо. Но только поймите, дело не в отрицании фактов, а в разной их интерпретации. Да даже и интерпретация у Вас зачастую такая же. Остается лишь сделать один шаг и признать, что одно исключает другое. Либо Империя была заинтересована в покорении Кавказа и сохранении горских племен, либо была заинтересована в их уничтожении.

В первую очередь Россия заботилась о своей безопасности. Невозможно было жить с Кавказом рядом и не воевать с ним. Набеги, грабежи, угон в рабство практиковалдись на территории России кавказскими племенами. Это все факты.

Какие Вы видите варианты действий России в такой ситуации? Она должна была просто смотреть сквозь пальцы на забавы горских разбойников?
Вот истинная подоплека Кавказской войны. А вовсе не русская кровожадность и желание пограбить слабых. Вы просто попробуйте взглянуть с другой стороны. Это не так сложно.

От начала прибегаем к Богу, как к Альфе и Омеге. И когда всё хорошо и когда не хорошо, для этого существует пятиразовая молитва.

Значит подтверждаете истребление части народа. Уже прогресс.

Крепости тоже ставили государственные разбойники и грабители.

Покорение методами уничтожения - небольшое отличие.

В гораздо меньшей степени чем Вы, так как чаю истинного возрождения России, а для Вас Кавказ очередной форпост империи. Разные подходы, разная мораль.

Да. Приходится сдерживать его потоки. Особенно богат список фактов, который Вы благополучно не заметили.

Что история с черкесами Вас не убеждает в этом? Здесь воображения не нужно, здесь должна быть трезвая беспристрастная оценка. Только откуда ей взяться, если Сочи на носу))) (шутка).
Империя была заинтересована в уничтожении той части народов, тех слоёв общества, которые были способны к выражению их требований о свободах и правах, тех, кто готов был отстаивать их, влияя на самосознание народов, самоутверждая их в истории подобно любой другой нации.

"Вякая нация стремится образовать свое государство, укрепить и усилить его. Это есть здоровый инстинкт нации. Через государство раскрывает нация свои потенции. Потеря нацией своего государства, своей самостоятельности и суверенности есть великое несчастье, тяжелая болезнь, калечащая душу нации. Это есть здравый инстинкт нации. Государственное бытие есть нормальное бытие нации."

русский философ Н.Бердяев.



А я смотрел с другой стороны, потом началась новая кавказская война и я вновь не увидел там обоюдной справедливости и бескорыстных целей русских политиков и генералов, о "ичкерийских" националистах и не говорю, там всё ясно, их приходу к власти послужила массовая депортация. К тому же на события оказали влияние те узлы, которые накручивала империя на протяжении веков. Теперь мы имеем ещё один узел от современных политиков.

Вариант для России был один, сохранять межгосударственные отношения с тем же Дагестаном с момента заключения союза между ними (я приводил историческую хронику событий), а не ломать этот союз с целью превращения союзников в вассалов. Совместно вести политику против той же Персии и контролировать разбойников, активному появлению которых послужила экспансионистская политика второго Ж-ра. Вариантов было много, но любая империя выбирает один - подмять под себя кого можно. Вот Турцию и Персию не смогла.

А изначально Россия и не жила рядом с Кавказом. Из кавказских территорий цари стремились создать буферную зону между ней и мусульманским миром. А для этого следовало насаждать свои порядки. Вы тоже взгляните, даже не с другой стороны, а объективно, это же понятно. Практически ни один из народов не является послушным и мирным, когда его землям угрожают. Если Россия бы стала приближаться к границам европейского государства или к границам ареала существования любого другого не кавказского народа, пыталась бы вступить на их территории, в ответ бы она получила, если не открытую войну (что в истории уже имело место быть), то беспрерывные набеги. И что этому удивляться, ещё считая свои действия справедливыми?!

Все заботятся о своей безопасности, у всех есть семьи, святыни и собственные законы.

Только равноценный диалог, где обе стороны слышат друг друга. Вы оправдываете войну, я говорю, что нет оправдания войне и привожу причины, в том числе метаисторические. Если стремления к такому диалогу нет, оставим дискуссию до лучших времён.

Сообщение отредактировал Марат - 21.1.2011, 23:17

Марат, любите Вы вешать ярлыки!

Я вовсе не оправдываю войну вообще, да и эту войну в частности.
Я лишь отметил, что эта война была практически неизбежна.

Возможно, был небольшой шанс избежать этой войны, заключив мирные договоры со всеми странами Северного Кавказа. Но был ли этот шанс реальным? С одной стороны, в России все это держалось бы в руках чиновников. С другой стороны, и государств там было много и разных. Быть со всеми из них в дружбе - вещь практически невероятная. Сразу начали бы перетягивать друг на друга одеяло, вот помоги мне против этого, или против того.

Да вы и сами считаете


Держать пустое пространство между собой и Кавказом - смысла нет, все равно кто-нибудь там да и поселился бы. И делал те же набеги. И от кавказских набегов это не помогло бы - все равно продолжались бы набеги.

Итого имеем: мириться трудно, воевать тяжело Цугцванг. Никакого хорошего выбора нет.

Сообщение отредактировал Александр К - 22.1.2011, 0:29

Должен сказать, что дискуссии с Вами - это небезполезное занятие, поэтому рассчитываю на диалог.


На данный момент так. Но всё же выбор всегда есть и не обязательно плохой...

Народам, людям легче мириться, чем государству признать свою ответственность за громадные исторические ошибки, потому как оно всегда стремится быть на вершине в лучах славы и ни на миг не хочет видеть тот путь, который остался позади вместе с изувеченными судьбами людей.

Этап сближения, после нынешнего длительного отчуждения возможен в будущем, вопреки государственной и клановой стратегии: держать народы в напряжении, в состоянии не мира, не войны. "Вечные союзнические отношения", разумная дистанция, переосмысление принципов взаимоотношений обеими сторонами.

Сообщение отредактировал Марат - 22.1.2011, 19:44

Исторические высказывания известных людей:

Всю свою жизнь Саид Шамиль (внук Имама Шамиля) посвятил борьбе, его мечтой всегда был родной Кавказ. Размышляя о будущем, он дал точный прогноз Стране Советов: «Советский Союз однажды непременно развалится. Однако его крах произойдёт не по причине вооружённого вмешательства извне... Угнетённые народы сами разрушат стены своей тюрьмы...»

(Из книги Марьям Ибрагимовой "Имам Шамиль")

В час, когда начались маневры войск, к Шамилю подвели белого коня с золотистой гривой, с глазами, блестящими как два круглых агата.

— Господин Шамиль, это вам подарок от его императорского величества, — сказал флигель-адъютант.

Имам сел на коня и, к великому огорчению всех, был увезен один.

На широком полигоне, где стройными рядами застыли войска, в окружении свиты, на белом коне в военной форме восседал Александр II.

Подъехав к группе всадников в роскошных мундирах, сияющих серебром и позолотой эполет, аксельбантов, погон и орденов, Шамиль остановился в нерешительности. Он не мог понять, который же есть тот, кому он обязан милостью. Почувствовав на себе удивленные, полные любопытства и нескрываемого восторга взгляды властных сынов Руси, имам смутился.

— Великолепен! — произнес император и, тронув коня, подъехал к Шамилю.

— Это царь, — шепнул имаму по-аварски полковник Богуславский.

Шамиль сразу преобразился, выражение лица его сделалось мягким, спокойным.

Александр II первым протянул руку:

— Я очень рад видеть вас у себя в России. Жаль, что это не случилось раньше, при жизни вашего покойного сына Джамалуддина, горячо любимого моим отцом, мной и всеми нашими близкими. Надеюсь, что мы станем добрыми друзьями и у вас не будет оснований для раскаяния в том, что вы помирились с нами.

Когда Богуславский перевел слова царя, Шамиль сказал:

— Передай ему, что душа насильственно плененного покорена окончательно большим вниманием и великими почестями, оказанными мне победителем. И я, клянусь аллахом, искренне раскаиваюсь и сожалею, что не внял тогда голосу живого и мольбе умирающего сына, до конца сохранившего любовь и преданность русскому народу и царю.

Довольный ответом Шамиля, царь спросил бывшего вождя воинственных племен:

— Не желаете ли остаться полюбоваться парадом войск?

— Благодарю, останусь с радостью, это доставит мне истинное удовольствие, — ответил Шамиль.

Царь стал объезжать ряды застывших полков. Справа ехал великий князь, слева — Шамиль.

— Здравствуйте, молодцы! — восклицал Александр.

— Здравия желаем вашему величеству! — громко, дружно отвечали драгуны и уланы.

Затем император остановился и стал принимать парад. Колонна за колонной стали проходить перед государем. Их командиры, приблизившись к царю, четко отдавали рапорт, держа ладони у головных уборов.

Моросил мелкий сентябрьский дождь. Степные дали были затуманены. Гордо сидел император в промокшем мундире, любуясь строгими рядами и ритмичным движением колонн. Гулко отбивала шаг пехота. Шамиль залюбовался стройным юношей, который, вытянувшись в струнку, шел плац-парадным шагом впереди одной из колонн. В это время император обернулся к Шамилю.

— Нравится вам этот юный офицер? — спросил Александр.

— Лучший из бывших моих героев позавидовал бы его отцу, — ответил Шамиль.

— Это мой младший сын, — с чувством гордости сказал Александр.

— А чей этот молодой орел? — в свою очередь спросил Шамиль, залюбовавшись офицером, шагавшим впереди второй колонны.

— Это мой средний сын, — не ожидая перевода Богуславского, ответил император.

За пехотой двинулась кавалерия. Всеобщее внимание привлекли конники. Все как на подбор, прекрасно обмундированные, каждый отряд на конях одной масти. Вот приблизилась колонна верховых на каурых скакунах. Спокойный взгляд Шамиля заискрился восторгом. Он не мог оторвать восхищенных глаз от прекрасного, легкого и игривого, словно танцующего под звуки оркестра коня и слившегося с седлом отличного наездника.

— Я думал, что во вселенной нет джигитов лучше тех, что живут в горах, но этот одной посадкой мог бы украсить тысячу лучших наездников моей страны, — взволнованно произнес Шамиль.

Богуславский перевел императору слова Шамиля.

— Скажи ему, что это мой третий сын, — самодовольно улыбаясь, ответил Александр.

Шамиль с трудом сдерживал восторженные чувства, только мускулы на спокойном лице его подергивались от волнения.

— С такими молодцами, как твои аскеры, можно завоевать весь мир. Клянусь аллахом, я удивляюсь, как можно было с такой силой тридцать лет воевать с нами. — сказал Шамиль, прощаясь с царем после смотра войск.

Шамиль с приближенными и приставленным к нему новым переводчиком, полковником Богуславским, по распоряжению императора был отправлен в Петербург.

— Вы должны представиться государыне императрице, моей матушке, так она повелела, — сказал Александр, прощаясь с Шамилем.

С разрешения царя остановились на несколько дней в Москве. Шумная толпа москвичей криками и громкими приветствиями встречала легендарного вождя воинственных горцев Кавказа. Служителям порядка с трудом удавалось оттеснить любопытных, рвавшихся к каретам. Опытные водители конного транспорта с государственными гербами торопили ретивых коней к Кремлю, чтобы укрыть за высокими воротами знаменитого пассажира, который с удивлением и недоумением смотрел на восторженные лица русских людей из окошка кареты. Ни одного взгляда, затаившего ненависть, ни единого лица, искаженного злобой к бывшему врагу России.

«Поистине удивительный народ», — прошептал Шамиль.

-----------

В Кремле состоялась встреча имама с престарелым фельдмаршалом, бывшим наместником Кавказа Ермоловым. Старый герой Отечественной войны, гроза туземных племен, не поднялся с глубоких мягких кресел, когда вошел Шамиль. Ермолов полагал, что пленник сам подойдет к нему, со склоненной головой и приложится к руке, но Шамиль с чувством собственного достоинства подошел к свободному креслу и, опустившись в него, так же, как неприветливый хозяин, гордо откинул голову.

— Скажите, господин полковник, пленнику известно о том, что он удостоен чести видеться с фельдмаршалом? — спросил обескураженный Ермолов.

Богуславский, который стоял вытянувшись посреди комнаты, ответил:

— Да, ваша светлость. Надеюсь, вы простите невежество туземному вождю, которому чужды этика и светские манеры. Если я не ошибаюсь, по обычаю горцев, хозяин дома должен подняться навстречу не только мирному гостю, но даже если в дом входит враг...

— Знаю, знаю я их нравы и обычаи! — махнул рукой старый фельдмаршал.

Шамиль тем временем внимательно разглядывал крупное лицо, нависшие широкие брови и глубоко сидящие холодные глаза, придававшие суровый вид и без того грозному генералу.

— Спросите у него, слышал ли он обо мне? — сказал Ермолов, не глядя на Шамиля.

— Много нехорошего слышал, — ответил Шамиль, когда Богуславский перевел вопрос фельдмаршала.

Переводя, Богуславский пропустил слово «нехорошего».

— Я не только слышал, но читал его низамы — приказы, касающиеся моих соплеменников, — добавил Шамиль.

— Какие именно и каково его мнение о моей деятельности на Кавказе? — поинтересовался Ермолов.

Шамиль, подумав немного, стал говорить:

— Этот человек, будучи правителем нашего края, поставленным царем, причинил много вреда не только горцам, но и собственному правительству. Он слишком легко касался того, чего следует касаться с чрезвычайной осторожностью.

— А именно? — спросил Богуславский.

— Он попирал древние установления, сроднившиеся с верой и чувством народа, заменяя их поверхностными необдуманными уложениями. Например, «Положение об агаларах». Этим он возбудил непримиримую вражду и недоверие к русскому правительству даже влиятельных людей — ханов, беков, и не зря, ведь они вначале восставали и шли вместе с народом против царского правительства. Этим положением он лишал наших богачей имущественных и прочих прав. Мало того, в обращениях с потомственной знатью нашего вилаета он допускал грубую брань. И это после того, как наши ханы, шамхалы и беки в трудные для Арасея времена войны с французами, когда к Грузии двинул свои пораженные полчища иранский шах, — они, эти дагестанские владетели, стали на сторону русских со своим ополчением против Персии, именно тогда, когда у царя не было там сил, чтобы противостоять Ирану. Эта неблагодарность заставила тех же ханов позже искать защиты у Персии и Турции.

Растерянный Богуславский не знал, что ответить Ермолову, а Шамиль продолжал:

— Он издал приказ, запрещающий нашим соседям — мусульманам, селящимся за южными горами, совершать паломничество к святыням ислама в Мекку и Медину. Народы, пораженные в гражданских правах, усмотрели в том посягательство на один из коренных догматов своей религии. Разве не это привело к волнению на юге, когда курдамирский шейх Исмаил стал выступать с проповедями не только среди людей своего вилайета, но через таких, как шейх ярагский, стал поднимать и единоверцев Дагестана? Все это, основанное на насилии и жестоких расправах за малейшее сопротивление, привело к тому, к чему шли мои предшественники и я вместе с нашим народом.

— О чем он говорит? — с раздражением спросил Ермолов, видя оживленное лицо и страстную речь вождя горцев.

— Он вспоминает обиды, причиненные его соплеменникам со стороны наместников, которые поставили себе за правило не только попирать все их законы, но и уничтожать в крае все иноверное, — ответил Богуславский.

— А я остаюсь при своем мнении и убежден, что если бы мои преемники не проявляли либерализм по отношению к туземцам, война с ними не протянулась тридцать лет, к стыду такой могучей державы, как Россия, — заключил Ермолов.

http://www.a-u-l.narod.ru/Mariam_Ibragimov...mil_kniga3.html

------------------------------------



----------------------

Погрузившись в тяжелые раздумья, Шамиль вспомнил Джамалуддина. Сын говорил ему, что Кавказ не добьется свободы, пока не станет свободной сама Россия. Что война эта лишь продлевает обоюдную несвободу, перемалывая в своем огненном чреве лучших сынов России и Кавказа. И что стоит ему примириться, как огромная армия вернется назад и взорвет изнутри крепостную державу. И лишь когда бывшие рабы станут полноправными гражданами, в государстве воцарятся свобода, справедливость и любовь к ближнему, как того требуют вера христианская и вера мусульманская.

При Шамиле Кавказ стал другим. Ни пушки, ни штыки, ни огонь уже не в силах были повернуть его историю вспять. Из разрозненных камней имам сложил единое здание Имамата, в котором обитал теперь единый по духу народ.

Джамалуддин был отдан царю, как аманат — заложник Шамиля. Теперь наступил черед отца стать аманатом своего народа.

(из книги Шапи Казиева "Имам Шамиль")
http://www.a-u-l.narod.ru/Shapi_Kaziev_Ima...il.html#glava05

Сообщение отредактировал Марат - 22.1.2011, 16:46

Александр,
Так почитайте и посмотрите, я же и сказал
Что история была не такая как сказано в учебниках...
Которые в советских временах писались по измененным уже российским, а сейчас уже и не знаю по каким.
Про казаков в этих спорах и забыли, а было государство свое Донских казаков до Петра 1 и в два раза больше чем территория ВВД.
И была народная борьба под предводительством атамана Булавина именно против оккупации.
http://www.stakhanov.org.ua/uploads/posts/...52_dsc_0047.jpg
Несогласные с оккупацией казаки-некрасовцы ушли в Турцию и жили там 300 лет.

Сообщение отредактировал Ispanez - 23.1.2011, 1:24

Гази-Мухаммад чувствовал, что не всё в заверениях Лазарева, правда. Полковник производил впечатление человека в котором сохранились понятия совести и чести, но сын Шамиля понимал то, что не всё зависело от него в этот исторический момент. Заинтересованы в сдаче Шамиля были силы куда значительнее, чем те, кто вёл в этот час переговоры при въезде в Гуниб недалеко от дома Мухаммада Кудалинского.

Однако условия мира, при которых Имам смог бы выехать в Мекку, взяв при этом на Родину Пророка (с.а.с.) тех, кто пожелает пойти за ним или же при желании остаться здесь в Дагестане со своими преданными людьми, которым не причинят никакого зла, - вселяли надежду на благополучный исход дела. Пленения, гибели, а вслед за ней и окончания пути сопротивления - по Воле Аллаха удастся избежать. И потом вновь продолжить путь к свободе…

А если русские не выполнят своих обещаний? Что тогда? Лазарев уже был замешан в подкупах наибов, не зря рядом с ним находился Даниял-Бек, перешедший на сторону врагов. Сколько раз они уже обманывали и нарушали договора.

«Не возобновляй прошедшего. Что было, то было. Лучше взгляни на настоящее и размысли о последствиях! Знай, что я желаю устроить ваше дело как возможно лучше. Ты не должен смешивать прежних генералов с настоящим главнокомандующим. Этот — наместник Императора. Каждое приказание его — слово и дело самого Императора. Он во всем доверенное лицо его» *

Эти слова повторились в сознании Гази-Мухаммада. Клятва, которую дал Лазарев, не произвела на него вначале сильного впечатления, но он решил, что, если она будет нарушена, Господь вновь посрамит неверных.
Удел сильных и храбрых людей, в чьём сердце горит огонь благородных воинов, – ненавидя врага и воюя с ним, также сильно верить в Судьбу и в клятвы чести, данные им при свидетелях. Гази-Мухаммад решил объявить отцу эти условия мира в надежде, что удастся сохранить жизни людей и не потерпеть окончательного поражения после которого, дело Имама погибнет.

Направляясь к стоянке, он окинул взглядом вооружённый русский конвой, затем произнеся: «Бисмилла!» - вскочил на коня и в окружении своих людей помчался наверх, в Гуниб.

Чем ближе он был к отцу и чем дальше оставались отряды русских, тем сильнее росла в нём уверенность в том, что Гуниб и его защитники выдержат штурм, а Шамиль отвергнет условия мира.

Но это была всего лишь надежда, которой не суждено было сбыться. Гази-Мухаммад пытался убедить отца покинуть горы вместе с членами семьи и преданными людьми ради того, чтобы, исполнив Хадж, устроить их в полной безопасности. А дальше после совершения паломничества, испросить у Аллаха дальнейшей судьбы.
Но проблема состояла в том, что без согласия турецкого султана переход в Мекку был невозможен, и необходимо было продержаться до тех пор, пока послы не передадут его официальное решение. Для этого нужно было ждать месяц, на что царский наместник никогда бы не согласился, так как обстоятельства, сложившиеся в мировой и внутренней политике диктовали свои условия. Более того, он был возмущён озвученным Гази-Мухаммадом требованием, оставить царского генерала в заложниках у Шамиля.

После множества обманов со стороны наместников и генералов, Имам в свою очередь не мог позволить себе заключить новый договор с клятвопреступниками. Выслушивая голоса двух партий своего лагеря, одна из которых призывала биться насмерть, а другая довериться и принять условия мира, - предводитель правоверных решил идти до конца и вновь заглянуть смерти в лицо.
Обе стороны склонились к войне.

…………………………………………………………………………………………………
Гази-Мухаммад унаследовал от отца не только храбрость, но и здравый ум политика и стратега. Полной зрелостью анализа ситуации и мудростью он сравниться с ним не мог, но будущее видело в нём личность неординарную, достойную своего родителя. Личное же стержневое качество души, присущее каждому человеку и не передающееся по наследству – Иман*, - не был в нём столь могуч, и в этом состояло главное различие отца и сына. Гази-Мухаммад, хоть и верил в судьбу, предписанную Всевышним Аллахом, всё же, что свойственно многим людям, сомневался в завтрашнем дне. И лишь молитва и духовные силы Имама-отца поддерживали его в сложившихся испытаниях.

Он сидел напротив Имама и ждал его последнего слова. Русские уже взяли Гуниб. Али-Гаджи Чохский и Юнус были отправлены на переговоры о заключения мира.
Шамиль читал молитву. Грудь его высоко вздымалась, дыхание учащалось. Это состояние отца было знакомо Гази-Мухаммаду. Он замечал его всякий раз перед боем. В этот момент вошли Юнус и Али-Хаджи, глядя на Имама, они замерли… тот изготовился к битве, положив оружие рядом с собой, он шептал молитву.
Передав слова Барятинского о том, что он ждёт выхода Шамиля, они, исполнив долг, покорно замолчали.
Мгновения, невыразимые по своей трагичности и напряжению, овладели пространством и чувствами присутствующих. Время потеряло свой счёт. Ход часов уподобился течению бурной реки, неровному и стремительному.
………………………………………………………………………………………………..
Как свидетельствует сам Али-Хаджи, Имам, возвысившись над мыслями, державшими его во власти земного пути, отвечал: «Вы должны сражаться, а не говорить мне, чтобы я шел к главнокомандующему! Я хочу сражаться и умереть в этот день». *

В это мгновение нервы Гази-Мухаммада не выдержали. Он понимал, что большой шанс был упущен, умрёт и последняя возможность выйти и вывести людей из рук русских. Погибать было рано, и судьба давала знать об этом разуму. Он произнёс роковые и одновременно судьбоносные слова: «Я не хочу сражаться, я выйду к русским; а ты, если хочешь, то дерись!» *

Тогда сердце Имама ощутило удар, доставляя ему нечеловеческую боль. Утешал сон, явившийся ему знамением, видение покойного Джамалудина и его слова, его горячая мольба о мире. Но ум и гордость не позволяли ему смириться со словами старшего сына. Осудив сыновей, он решил предаться Воле Аллаха и идти навстречу тем, кто бросил ему вызов. Потерпев поражение в 35-летней войне, он понял, что терять нечего и даже открытая казнь не испугает его.

"Аллах - творец всего сущего, Он - покровитель всему... Наивысший Судья... Не бойся никого кроме Аллаха!"...
Аяты Корана звучали в тот день над землёй, над горами и в сердце Имама и всех его воинов.

Словно прозрев, Гази-Мухаммад повторял себе и пришедшему за ними Али-Хаджи: «Я хочу сражаться, пока не убьют меня!»…* «Я хочу сражаться…»
Но в мечети в сердцах людей звучали другие слова «Иза джаа насруЛЛАХУ уаль Фатх!...» («придет помощь Аллаха и настанет победа...») Повторялось тысячекратно, заливая души мюридов светлой надеждой на будущее…


Тяжёлые мысли и чувства овладели Гази-Мухаммадом. Он испытывал теперь страх за отца и думал, что его скоро убьют. Терзаемый муками, отбросив мысли о прочем, он готовился отомстить за него, ожидая прихода Лазарева. Но получив известие о том, что отец жив, он немного успокоился и пришёл в себя. Однако его ждало разочарование; весть о том, что семейству Шамиля надлежит перебираться в лагерь, повергла Гази-Мухаммада в состояние, которое можно описать, как крайняя степень отчаянья. Значит, все обещания были ложью, и путь в Мекку теперь закрыт! Они уже не выпустят Имама из своих рук, ту же участь готовят и нам.
Лазарев и Даниэль-Бек пытались успокоить его, заверить, что всё будет хорошо и передали письмо от Шамиля.

«Мир вам, любимые сыновья, жены, дочери, родственники и все остальные люди, преданные мне! Когда я ехал к стану врагов, думал, что меня здесь ждет казнь. Ни страх, ни робость не вселились в мою душу, ибо на этом не кончается наш путь...»*

Гази-Мухаммад слышал спокойный, уверенный голос отца и чувствовал, как мужество заново овладевает им, и надежда тихо повторяет: «на этом не кончается наш путь...»

ИншАллах! – повторяли тайные свидетели происходящего, Ангелы, посланные в те дни в мир Всевышним Создателем.




----------------------------------------------------------------------------------------------
* исторические высказывания и отрывок из письма Шамиля. Продолжение письма: "...Я только попросил напиться и помолиться в последний раз. Но к великому удивлению, благодаря милости Аллаха, меня приняли достойно, ни в чем не унизили, а, наоборот, оказали почести. Поистине эти русские далеки от зла в условиях мира, как и мы. Не бойтесь их, доверьтесь вполне, ибо они тоже есть люди, созданные единым Творцом. Завтра же поутру постарайтесь явиться сюда с теми, кто желает до конца быть со мной. Да хранит вас Аллах!"
Покорный судьбе Шамиль».(оригинал на авар.)

http://www.a-u-l.narod.ru/Gadji-Ali_Skazan..._o_Shamile.html
http://www.a-u-l.narod.ru/Mariam_Ibragimov...mil_kniga3.html
*Иман - святая вера.





-----------------------------------------------------------

Отрывок из книги М.Ибрагимовой "Имам Шамиль"

— Сын мой, — тихо заговорил Шамиль, — я не смыкал глаз несколько ночей. В эту последнюю, оставшись один в мечети, я молился долго, в надежде на провидение, жаждая услышать голос Божий через уста пророка, чтобы он наставил на путь, дал совет, протянул руку помощи. Вдруг забылся на миг в каком-то легком приятном полусне. И явился мне образ покойного Джамалуддина, ясный и легкий, как радость. Я услышал голос, чистый, как молитва. «Отец, умоляю тебя, примирись с русскими», — сказал он и тут же исчез, словно испуганный последовавшим орудийным залпом.

Я открыл глаза и увидел свет восходящего дня. Да будет так, если это Божья воля.

Сообщение отредактировал Марат - 31.1.2011, 18:54

Судьбы Христианства на Кавказе
(Неизвестные страницы метаистории)
================================================



Ещё один отголосок метаисторический трагедии,постигшей Византийскую метакультуру: закат и уничтожение Христианской Церкви Кавказской Албании, появившейся на свет, как плод духовно-миссионерского подвижнического труда святых апостолов Христа Варфоломея и Фаддея и ученика последнего св.Елисея.
Другие причины исчезновения этой некогда значимой христианской церкви: экспансионистские устремления различных государств, укоренявших своё присутствие на Кавказе с начала IV века н.э., сближение с монофизитской армянской церковью, а также иные причины.

Несмотря на все разногласия между восточными церквями, существование Византии, как христианской империи, без сомнений препятствовало их поглощению воинственными соседями.

История Албанской церкви

Христианская Церковь Кавказской Албании ведёт свою историю от времен проповеди святых апостолов, посеявших семена евангельского благовестия на территории государственного образования Южного Кавказа IV в. до Р.Х. – VIII в. по Р.Х. - Кавказской Албании.

История христианства в Кавказской Албании получила отражение в албанских, древне-армянских и грузинских источниках, а также в исследованиях и работах российских, азербайджанских, дагестанских и армянских ученых-албанистов.

Основными источниками, дающими сведения об истории, развитии и состоянии Албанской Церкви являются следующие:

1. «История албан», Моисея Каланкатуйского (VII в.) – основной албанский первоисточник по истории Кавказской Албании;

2. «История» армянского автора Агафангела (V в.) – дает некоторые сведения об обращении албан в христианство;

3. «Житие Маштоца» ученика Месропа Маштоца Корюна (V в.) – сообщает о религиозном положении в Кавказской Албании и иерархии духовенства;

4. «История Армении» Фавста Бузандаци (IV в.) – дает сведения о церковно-административном делении Албанской Церкви;

5. «История Армении» «отца армянской истории» - Моисея Хоренаци (VIII в.) – обрисовывает историю распространения христианства в Албании, сообщает о нахарарах Албании, о создании албанского алфавита и о церковно-административных границах;

6. «О Вартане и армянской войне» армянского историка Егише Вартапета (V в.) – показывает состояние Албанской Церкви в период политико-экономической борьбы Византии с Персией;

7. «История» армянского епископа Себеоса (VII в.), принимавшего участие в Двинском Соборе 646 г. – описывает положение христианства в Закавказье, приводит иерархию духовенства;

8. «История» армянского священника Гевонда Вартапета (VIII в.) – предоставляет некоторые сведения из жизни Албанской Церкви того периода;

9. «Албанская хроника» албанского историка Мхитара Гоша (XIII в.) – дает полный список албанских католикосов, обрисовывая историю Албанской Церкви;

10. «История области Сисакан» Степаноса Орбеляна (XIII в.) – раскрывает историю проповеди в Албании святого апостол Варфоломея;

11. «История» албанского автора Киракоса Гандзакского (Гянжинского) (XIII в.) – ;

В Албанское государственное образование входили 26 племён, расселившиеся на обширной территории, простиравшейся от северной части Большого Кавказа, граничащего даже с Сарматией, до нижнего течения реки Аракс на юге. На западе Албанское царство граничило с Иверией, на юго-западе с Арменией, а на востоке его граница проходила по левобережью Каспийского моря.

История христианства в Кавказской Албании обязана своим зарождением благовестническим трудам святых апостолов Варфоломея и Фаддея, а также ученику святого Фаддея – Елисею.

Из Предания Церкви известно, что один из 12-ти учеников Христовых святой апостол Варфоломей после проповеди Слова Божия в Малой Азии и Индии направился в Кавказскую Албанию (см. «Жития святых» свт. Димитрия Ростовского). Здесь его проповедь имела некоторый успех – многие, видя чудеса совершаемые Апостолом, уверовали во Христа, но в то же время встретила серьезное сопротивление в лице многочисленных жрецов-магов и поддерживающего их Астиага, брата правителя. Несмотря на то, что Апостолом была исцелена дочь одного из правителей той страны и крещена его семья, наущаемый жрецами Астиаг улучил удобное время, схватил святого Варфоломея и для расправы над ним привез его в древний религиозный центр Албании - город Барук (Альбанополь /в смысле город Албании/, Баку) – жреческий город, где у подножия зороастрийской дахмы (Девичьей башни) на ступенях капища Арты был распят вниз головою. На кресте с распятого мучители содрали кожу, после чего умолкли богоглаголивые уста Апостола. Нечестивые мучители напоследок отсекли главу святого Варфоломея и оставили тело его на некоторое время висеть на кресте.

После мученической кончины в Армении святого апостола Фаддея, проповедовавшаго в Нахичевани и Сюнике с прилегающими областями, один из его учеников Елисей (Егише) возвратился в Иерусалим, где братом Господним Иаковом, первым епископом Иерусалимским, был рукоположен во епископа, получив в удел восточные страны. Возвратившись через Персию в Кавказскую Албанию апостол Елисей начал проповедь веры Христовой в Чоле (Чоге) (отождествляется с городищем Топрах-кала близ Дербента). По мнению исследователей основанному на исторических источниках, Апостол посетил с проповедью также ряд городов, где помимо коренных жителей были и значительные арамейско-иудейские общины: Ути, Киш (Гис), Чол (Чор), Ахты, Зрых, Мюхрек, Гельмец. За время проповеди был убит один из сподвижников Елисея. В Кише (сохранившемся до наших дней) Апостолом была построена церковь «праматерь всех церквей на востоке» и принесена бескровная Жертва. В долине Зергун, «в краю маскутов», апостол Елисей принял мученическую смерть. Тело его было брошено в яму. Во второй половине пятого века албанский царь Вачаган III обрёл мощи святого, а над местом его мученической кончины построил часовню.

Второй период распространения христианства в Кавказской Албании связан с именем святителя Григория Просветителя. Согласно историческим сведениям в 313 году после особого времени «оглашения» албанский царь Урнайр (Благословенный) вместе с албанскими князьями и своим войском принимает крещение от святого Григория на реке Евфрат. С этого времени христианство провозглашается государственной религией Кавказской Албании. По сообщению Моисея Каланкатуйского весь албанский народ «принял небесную печать… Демоны были изгнаны из страны, а жертвоприношения и сжигаемые иные подношения были отменены, прегрешения были прокляты, а истина возвышена, устыдилось заблуждение, воцарился невиданный свет, а мрак был рассеян».

По одной из редакций жития святителя Григория, по просьбе царя Урнайра он основывал по стране многие церкви, поставляя священников по местам, рукоположил для Албании и епископа - благочестивого Фому «избранного мужа» из города Саталы.

В 30-ые годы IV века внук Григория Просветителя Григорис «исполненный духовных добродетельных достоинств» по просьбе албанских правителей был рукоположен во «епископа Иверии и Албании». Прибыв в Албанию, епископ Григорис «…рукополагал иереев, убеждал их служить святым… и ревностно возгорался к апостольской истине». Около 338 года епископ Григорис принял мученическую смерть от рук маскутского царя Сенесана (Санатрука). Внявший поначалу проповеди Григориса, царь Сенесан затем «изменил свою мысль и внял своему войску. Тогда они поймали дикого коня, привязали юного Григориса к хвосту его и пустили по полю вдоль берега великого северного моря… и таким образом погубили добродетельного проповедника Христова, юного Григориса». Ученики епископа Григориса истерзанное тело его привезли в Амарас и погребли возле церкви, построенной его дедом святым Григорием. Как сообщает Моисей Каланкатуйский, могила святителя Григориса считалась священной, «…бездетные, как говорят они, приходили сюда на паломничество, брали немного земли, после чего обретали детей. Все, кто страдал от лихорадки, брали землю и сразу же исцелялись».

Интересно, что в документах Соборов персидской Церкви Востока (410-420) Аран (Албания) упоминается среди епархий, подчиненных Патриарху – Католикосу с резиденцией в Селевкии-Ктесифоне, но это подчинение, по-видимому, было чисто номинальным. В иерархическом отношении Албанская Церковь подчинялась Греческой (Иерусалимский Патриархат), откуда и получала рукоположения первоиерархов. Католикосат не имел автокефального статуса и находился в зависимости от Патриарха, однако, с очень широкой автономией в вопросах самоуправления. Глава Албанской Церкви именовался Католикосом и избирался на соборах, в которых принимали участие князья и представители епархий.

Исторические источники дают нам сведения о том, что клир Албанской Церкви состоял из архиепископов, епископов, иереев и диаконов, а также монашествующих, чтецов и псалмопевцев. По сообщению источников мы знаем, что в церковно-административном отношении Церковь была разделена на епархии, управляемые епископами, а те, в своё время, часто имели и хоръепископов (викариев). Епархии же были поделены на более мелкие округа.

Судя по материалам I Двинского Собора (506 г.), албанский язык являлся официальным языком Церкви. Историк Корюн сообщает, что «…блаженный епископ Иеремия … принялся за перевод божественных книг, с помощью которых дикомыслящие, празднобродящие и суровые люди страны Албании быстро узнали Евангелие».

Армянский католикос Бабген писал о христианстве кавказских стран: «У нас такая вера, как мы писали вам ранее, в согласии с грузинами и албанами, каждый на своем языке».

Существование литургических памятников на албанском языке было подтверждено в 1996 году находкой в монастыре святой Екатерины на Синае - более сотни страниц албанских текстов богослужебного назначения (Лекционарий) были обнаружены в грузино-албанском палимпсесте. Находка доказывает наличие в Албанской Церкви Священного Писания Ветхого и Нового Завета на родном языке. По мнению исследователей Лекционарий был составлен на рубеже IV – V веков.

На пути дальнейшего распространения христианства в Кавказской Албании встал персидский царь Йездигерд II (438 – 457), пожелавший вернуть народы Албании к огнепоклонству. Восстание албанских племен в союзе с армянами и иверами за своё право исповедывать христианство закончилось кровопролитным сражением (Аварийская битва). Получив упорное сопротивление, Йездигерд признал: «Кто чему желает поклоняться – пусть и поклоняется».

Несмотря на победу в этом сражении, начинаются периодические гонения на христианство в Кавказской Албании со стороны персидских царей. Моисей Каланкатуйский сообщает: «Безнравственный и безбожный царь Персии, подобно неистовому и взбешенному больному псу, прилагал усилия подчинить себе все другие монархии и в то же самое время разрушить церкви, христианскую веру, восстановить своей властью безумное идолопоклонство. Кровь святых мучеников во Христе была пролита неправедными руками и добродетельный народ был без числа умерщвлен безнравственными мечами».

В 487 году албанским царём становится Вачаган III Благочестивый. Вачаган провозглашает христианство официальной религией, повсеместно восстанавливает порушенные святыни, государственную политику направляет на укрепление Церкви, принимает суровые меры против язычников.

Большое значение имел созванный по его инициативе Агуэнский Собор (487-488), определивший структуру организации и положение церкви, регламентирующий отношения духовенства и мирян. В это время Албанская Церковь пользовалась фактической автокефалией.

В 527 году в Двине был созван собор трех Церквей Закавказья, на котором было осуждено монофизитство, но и не приняты постановления Халкидонского Собора (451 г.), о котором сложилось мнение, как о соборе принявшем ересь Нестория.

Со смертью царя Вачагана III (510 г.) страной управляют персидские наместники – марзбаны. В этот период Албанская Церковь, стоящая на достаточно крепких позициях, посылает своих миссионеров для проповеди Евангелия среди северокавказских народов (гунов, савиров).

Еще в V веке столицей албанских католикосов была Гябала (Кабала), в 552 году резиденция католикосов перемещается в Барду (Партав).

С середины VI века обозначился статус Албанской Церкви в триаде Церквей Закавказья: около 552 года её архиепископ Аббас получил титул «Католикоса Албании, Лбина и Чога».

В 551 году Албанская Церковь порывает свои связи с Византией. Принимая все постановления первых трех Вселенских Соборов, Албанская Церковь сохраняет приверженность догматам IV Вселенского Собора, видимо, до Партавского Собора (706 г.). В этот период в Албанской Церкви не прекращаются смуты вызванные спорами по поводу Халкидонского Ороса.

Эпоха арабских завоеваний (с середины VII в.) положила начало упорной борьбе ислама и христианства, окончившейся к XI в. исламизацией большей части населения Прикаспийского региона. Утвердив свою власть в Закавказье, халифы поставили албанских католикосов в зависимость от монофизитской Армянской Церкви. В 20-ых годах VIII века армянский католикос Элия (Эгия) «доложил» халифу Абд ал-Малику (685-705 г.г.), что албанский католикос вошел в соглашение с Византийским императором, и, таким образом, добился низложения албанского католикоса – халкидонита Бакура-Нерсеса. Албанский Католикосат решением халифа был подчинен Армении.

Потеряв свою автономию, ослабленная Албанская Церковь перестала быть консолидирующей силой в борьбе с арабской экспансией. Во второй половине Х века население левобережной Кавказской Албании (Эрети) воссоединилось с Православием в лоне Грузинской Церкви. В период политической раздробленности (IX - XII века) монофизитский Албанский католикосат вступил в полосу упадка. Католикосы в IX - X веках пребывали в монастыре Хамши провинции Миапор царства Парисос; В XI веке центром церковной жизни был Арцах, а в XII веке - Кахи (Закаталы).

С 1240 г. возросла роль епископов Гандзасарских из рода Гасан Джалала. В конце XIV – начале XV века монастырь Гандзасар, фактически являвшийся духовным и политическим центром Арцахского княжества, стал кафедрой Албанских католикосов. После присоединения в начале XIX века Северного Азербайджана к Российской империи Албанский католикосат (Гандзасарский патриархат) был в 1815 году упразднен царским указом, а на его месте были образованы 2 епархии (Арцах – Шуша и Шемаха) в юрисдикции Армянского католикосата (Эчмиадзинской патриархии) и викариатство Гянджа в составе Тифлисской консистории Армянской Церкви.

Несмотря на это, Албанская Церковь просуществовала фактически до 1836 года, когда особым рескриптом императора Николая I был упразднен сан албанского католикоса, а имущество Албанской Церкви передано Эчмиадзинскому Католикосату. В 1909 – 1910 годах с разрешения обер-прокурора Святейшего Синода Ериванская Армяно-Григорианская консистория уничтожила старые архивные документы подведомственных епархий, среди которых были уничтожены, очевидно, и все архивы и исторические документы Албанской Церкви.


Эмоционально озвучивает эту катастрофу тюрколог М.Аджи, благополучно подогнавший в своих "исследованиях" всё, что было возможно и невозможно под пресловутую "тюркскую идею". Даже ему не пришлось выдумывать новую историю, он лишь выразил своими словами то, что произошло в ту эпоху и не важно, что он ошибочно верил в тюркутское происхождение албанов, факт является реальностью:


Только ради этой фразы стоило бы процитировать М.А.: "Албаны исчезли как народ, вместе с Церковью..."
То есть две эти величины неразделимы каждая в себе и друг в друге, и существовать друг без друга народ и его церковь не могут. Тогда это уже будет другой народ или народы, пребывающие в лоне иной церкви.


Размышляя над историческим поражением христианства и его церквей в борьбе за своё самоутверждение, в казалось бы выигрышной для них ситуации, понимаешь, что мораль любой системы, даже церковной, требует от её выразителей исполнения собственных интересов. Для наместницы Христа на Земле, такой исход дел, при котором с исторической арены исчезает, а фактически погибает церковь-сестра, не является победой.

"...Ряд окраинных народов, воспринявших эту религию (христианство - М.Ш.) поверхностно..."* О каких конкретно народах и нациях идёт речь в этом отрывке Книги VI главы 2 "Розы Мира", можно судить исходя из той ситуации, которая складывалась в ту эпоху на окраинах Византийской империи и в других странах, где населения исповедовали эту религию. Вероятно к "окраинным" народам относится и разноплеменной народ Кавказской Албании, в составе которой были и нации к христианству ещё не примкнувшие. В силу различных обстоятельств, цепи расколов в некогда единой церковно-христианской организации, характерных особенностей этих этносов и других неведомых причин, - христианская религия не стала их плотью, кровью и душою.
В результате Единобожие с Христом было отвергнуто, - пришло на смену Единобожие без Христа (как не странно и, как не двойственно это звучит).
И всё же нельзя сказать, что те же самые народные массы населявшие Армению, Грузию и другие христианские земли, до глубин усвоили христианское Учение. Одна из субъективных причин дехристианизации албанов (как общего названия объединённых племён албанского царства), как представляется, состоит в многочисленности этих племён и несмотря на их родственные корни, разрозненности на данном историческом этапе, чему ещё больше способствовала завоевательная политика персов и арабов, наряду с разрушительной троянской политикой хазар и прочих тюркских племён, расколовших Албанию, заполонив арранские земли Азербайджана.

Но и пришедший в этот регион ислам, не был воспринят, точнее сказать принят отдельными племенами Албании, оказывавших сопротивление завоевательной политике арабов. Продолжая следовать, хоть и в недостаточной степени усвоенной, но христианской традиции, а где-то и древним языческим верованиям, горные народы бывшей Кавказской Албании оказывали отпор чужеземной экспансии. Но главной цели Халифат всё же добился, ослабив политическую систему албанов и влияние их церкви.

Причины того, что корни христианства не проникли столь глубоко в сознание и традицию народов, скрыты и в конкурентной борьбе церквей между собой и в конечном итоге за паству. А также по мнению исследователей, в изолированности горных районов Дагестана от важнейших очагов христианской культуры - Грузии, Армении и Византии.
Нельзя одновременно утверждать, что причина потери христианско-церковной традиции кроется только в поверхностном восприятии религиозных идей Учения Иисуса. Многие из этнических христиан далеко не всегда глубоко осознают и осознавали миссию и Природу Христа, однако их поддерживает церковь, в лоне которой пребывает человек. Держась за существующую традицию и приобщаясь повседневному духовному труду своей церкви, он мало-помалу будет приближаться к пониманию христианских основ и откровений.

Но, раздавленная конкурентами и другими обстоятельствами, церковь, теряет связь с паствой, с душами народов к ней приобщённых, и перестаёт служить проводником истины божественной в сознание масс. Высшая реальность, к примеру, Рая Византийской метакультуры и общего Христианского Трансмифа "блокируется"вакуумом духовного незнания новых невоцерковлённых поколений и катастрофического бездействия летаргирующей (в лучшем случае) церкви.

Итак, уничтожая свободу, единство и храм(в духовно-религиозной совокупности этого понятия) "окраинных" народов, чьё предназначение исторически синтезировать в себе духовные ценности и культуры Востока и Запада, чьё бытие на перепутье Европы и Азии подобно соединяющему мосту, - крупные державы (и стоящие за ними демоны великодержавия), соседние христианские церкви и их эгрегоры, участвовавшие в историческом процессе поглощения Албанской церкви, - в самой, что ни на есть трагической степени повлияли на дальнейшую судьбу, оставшихся наедине с угрозами той эпохи, народов. И практически исчезнувшие с лица земли отдельные албанские племена, - стонущее свидетельство того, что с гибелью храма часто погибает и сам народ.


Джеваншир (князь Кавказской Албании из династии Михранидов) несколько десятилетий пытался противостоять завоевателям, заключал союзы с хазарами и Византией, но в 667, перед лицом двойной угрозы со стороны арабов на юге и хазар на севере, признал себя вассалом Халифата, что стало поворотным пунктом в истории страны и способствовало её исламизации. В VIII в. большая часть населения Кавказской Албании была мусульманизирована Халифатом.

Метаисторический процесс реформации и монотеизации "окраинных" христианский церквей был приведён в действие иерархиями высшего порядка. Но самой реформы в христианстве не случилось, - возникла новая религия, выступившая, как государственная, несмотря на её изначальную всемирность, ставшая первоначально основной движущей силой Арабского Халифата. Силой Нового Божественного Откровения, властью санкции на проведение религиозной реформы в христианстве, изначально планируемой к возложению на новую религиозную ветвь, - Халифат победно продвигался по миру, завоёвывая пространства и души новых земель. В завоевательных войнах арабов и стремлении их правителей к распространению Ислама путём проповеди и добровольного принятия его столпов населением покоряемых государств, проявляется конфликт между миссионерским путём несения света религии людям и военной экспансией государства, - конфликт, который явился отражением трансфизической борьбы внутри метакультуры (в данном случае, формировавшейся на тот момент, Арабо-Мусульманской м-ры.).

Умирание Албанской церкви естественным образом связано с разрушением Албанского царства и вхождения населения в полюс арабо-исламского влияния. Попытка албанского каталикоса Нерсеса Бакура перейти в халкидонизм, приняв диафизитство и духовное начальство Византии, была отвергнута албанскими феодалами. Лавировавшая между арабами и византийцами, армянская церковь, пытаясь сохранить единство церкви албанской и в первую очередь своё водительство над ней, вводит её в сферу арабского влияния, фактически участвуя на стороне последних в борьбе с христианской Византией ради утверждения миафизитства, в ущерб общехристианскому единству.
На поместном национально-церковном соборе 705 года было объявлено о восстановлении канонического единства между двумя церквями, и Албанский католикосат, вновь стал автономным престолом, признающим первенство армянского католикоса.


В начале VIII в. в политических целях, пытаясь координировать действие подвластного им христианского населения, действия церквей, Арабский халифат при содействии армянской церкви сделал албанскую церковь монофизитской и иерархически подчинил ее армянской грегорианской церкви (705 г.). Албанская церковь с этого времени стала рассматриваться как часть армянской церкви, и языком богослужения ее становится древнеармянский. (П.И.Тахнаева)

Чтобы разделить больших и властвовать их территориями, нужно объединить на короткое время малых, растворяя одного в другом. Так и действовали политики халифата, отвоёвывая жизненное пространство и власть над человеческими душами у Византии. Попытка албанской церкви принять диофизитство и признать главенство Константинополя VI — VII в.в. была пресечена арабами, опять-таки при содействии церкви Армении. К чему в конце концов привела эта "братская опека" ради удержания оной в лоне "истинного учения", - известно, - к упразднению её. Поддерживая монофизитов, арабы на самом деле не поддерживали не одно из христианских течений, используя одно из них в своих целях. Устранение Албанской церкви открывало ворота на Северный Кавказ. И они были открыты через Баб аль Абваб.

Смешанные чувства вызывает в этой ситуации политика армянской церкви и государства; заключая союзы со всеми великими державами в те исторические моменты, когда они угрожали Кавказскому региону, она всегда была направлена против ослабевавшей власти Византии. Бесспорно, ради независимости церкви и утверждения избранного доктрианального течения есть смысл вести борьбу...Но борьба, что уже ясно вырисовывалось в ту тяжёлую эпоху, вела к уничтожению первозначимого христианского государства на земле.

Падение Византии под натиском тюрков, обернулось трагедией для самого армянского народа, когда тюрки - победители Константинополя, в начале 20 века истребили более миллион армян. Можно и не усматривать в этой драме отголосок тех времён, когда влиянию Византии противостояли со всех сторон, но эхо низложения Византийской церкви отозвалось на всём пространстве передней Азии, и не в меньшей степени в самой Армении и в целом на Кавказе.


==============================================================================

После падения Кавказской Албании носителем христианства на территории Дагестана становится государство Сарир (Авария).



-------------------------------------------------------------------------------
*Лжепророк должен был оторвать от христианства ряд окраинных народов, воспринявших эту религию поверхностно, увлечь за собой ряд других наций, к христианству ещё не примкнувших, а в самом христианстве возбудить сильнейшее движение прямой демонической направленности. Несовершенство христианской церкви было почвой, на которой подобное ядовитое семя могло бы дать богатейший плод... ("РМ" 6.2.)

Сообщение отредактировал Марат - 9.2.2011, 14:47

После падения Кавказской Албании носителем христианства на территории Дагестана становится государство Сарир (Авария) и ряд дагестанских княжеств.

Продолжение. Начало в предыдущем посте.



---

Итак, начиная с первых веков нашей эры и до XV в. в Дагестан проникло христианство разных толков, которые соперничали между собой, тем самым, мешая, друг другу утвердиться. Это делало их зависимыми от поддержки извне. Своего рода "метрополиями" выступали для монофизитов Южного Дагестана - григорианские общины Восточного Закавказья, для православных - Грузия, для католиков - итальянские колонии Крыма и Приазовья....

...Таким образом, в раннесредневековом Дагестане довольно интенсивно шел процесс христианизации коренных народов, в котором можно выделить два этапа. На первом этапе - в IV - VII вв. христианство проникало через посредническую деятельность армянских и отчасти грузинских миссионеров и купцов в Дербент, прилегающие территории, в Приморский и Южный Дагестан. На втором этапе - в VII - XII вв. - христианство православного направления наиболее активно внедрялось в соседние с Грузией западные районы Дагестана. Если на первом этапе распространения христианства в Дагестане основную роль играла Армения, то на втором этапе лидерство переходит к Грузии.

В период раннего средневековья христианская цивилизация, шедшая из Византийской империи, достигла пределов Дагестана, где получила значительное распространение, свидетельством чего являются многочисленные памятники материальной и духовной культуры.

После XV в. коренные народы Дагестана перестали исповедовать христианство разных направлений. Это было в основном связано с тем, что христианство было насильственно вытеснено новой религией - исламом. Так продолжалось вплоть до XVIII в (К.М.Ханбабаев "Христианство в Дагестане в IV-XVIII в.в.")

---

Данные исторические сведения говорят о том, что на Кавказском направлении переплелась в своеобразный узел деятельность различных метакультур, связанных между собой одной религией, разделённой в энрофе на различные ветви. Эгрегоры католической, византийской, армянской, грузинской церквей вели наступательную экспансию на территории северо-кавказского региона, движимые обще-метакультурными процессами интеграции всех общин в единую христианскую церковь Небесного Иерусалима {ВАХТ}. Равноапостольская миссия подвижников религии Христа при этом являлась той движущей силой, которая приближала людей различных сословий к одной из церквей в их выборе конфессионального течения.

---

(Исследование В.М. Бейлис ”Из истории Дагестана VI-XI вв.” в основном развивает идеи этого труда В.Ф. Минорского.) Рассматривая историю Сарира в тесной взаимосвязи с соседними владениями, он допускает возможным, что правители Серира восприняли христианство от миссионеров монофизитской албанской церкви. Он не исключал так же возможность проникновения христианства в Аварию с севера — из Хазарии. (П.И.Тахнаева)

---

То есть это происходит раньше, чем Грузия во времена царя Арчила, как указывают грузинские хроники, "насильно" прививает христианство в Хунзахе. Сарир уже тогда принял вновь зажжённую свечу Албанской церкви, перенося её на алтари служения Единому Богу в Хозонихетских горах (в Хунзахских владениях). Борьба шла за следование диофизитской христологической концепции в противовес монофизитической, поддерживаемое всевозможными путями Персией. Арчил пытался таким образом ограничить влияние персов на Кавказе.

---

По поводу определения времени проникновения христианства в Сарир не существет четко принятой нижней хронологической точки . Как одно из предположений раннего проникновения христианства в Аварию, В.Ф. Минорский с ссылкой на армянского историка Товма Арцруни (900 г.), в числе народов обращенных в христианство в IV в. ”Григорисом, сыном Варданеса” называет народ, соответствующий по его мнению, аварцам. (П.И.Тахнаева)

---

А в веке пятом при царстве Вахтанга Горгасали Хунзах уже являлся очагом монотеистической религии, входя в Цукетское эриставство.

После раскола в 607 г. единой грузино-армянской церкви, картлийскими царями принимались меры по ограждении новорождённой Хундзкой церкви от влияния армянского монофизитизма и проиранской политики армянской церкви, усиливавшей раскол в Византийском мире.

---

Хунзах в V- VIII вв. находится под непосредственным влиянием Эрети, одной из провинций Картли, официальной религией которой была общегосударственная религия Картли — христианство диофизитского толка (православие), ставшее после раскола в 607-608 гг. с армянской церковью официальной религией Картлийского государства. (П.И.Тахнаева. "Христианская культура Аварии")

---

В круг влияния грузинских царей наверняка входили земли, чьи жители и управители являлись союзниками Грузии, иначе, как объяснить, что другие территории Нагорного Дагестана близ Кавказского хребта не входили не в одно из эриставств. Это говорит о том, что союзы заключались на добровольной основе. Процесс сближения между различными обществами Большой Лекетии и Хунзахом проходил параллельно с укреплением связей с картлийским государством и церковью, исповедующей православие. В истории тех лет не упоминается фактов о столкновении племён горцев-леков с грузинами, набегах или походах, наоборот укрепляются контакты и связи между двумя сторонами. Некартлийское (а агарянское) происхождение имени князя Цукетии говорит о том, что преследуя политические цели, цари Иверии опирались на силу различных феодалов, укрепившихся в Грузии со времён царя Вахтанга, в том числе и на формирвавшееся высшее сословие хундзов.

В последующее время, в начале царствования Арчила (40-50 гг. VIII в.), по сведениям того же источника, мтаваром (князем) Цукети был Абухуасро, который являлся так же ”…эриставом тушинов и хундзов и всех язычников этих гор”. Таким образом, кроме собственно Цукети, владения Абухуасро включали территории, подчиненные ему как мтавару расположенные за Большим Кавказским хребтом, населенные аварцами — хунзахцами и дидойцами. (П.И.Тахнаева)

---


Картли и Сарир обретают духовное родство, исповедуя общую религию, причащаясь единым таинствам. Вслед за Грузией идёт приобщение к Византийской метакультуре, что обеспечило отдаление от проперсидской политики армянской церкви и победу картлийских царей в борьбе за судьбу будущих церквей Лекетии во главе с Хунзахской.


Каким же был посмертный путь новообращённых верующих, спасённых и очищенных светом религии, затомис какой метакультуры был центром притяжения для их душ и маяком, указывавшим тот самый путь на протяжении жизни?
Разумно полагать, что к тому времени Грузия не могла иметь своего синклита в Византийском затомисе, а следовательно и этносы, следовавшие за ней и вместе с ней по историческому пути, - но он, этот синклит уже зарождался в лоне православия, чтобы со временем переместиться в затомис Российской метакультуры, полнясь лучшими представителями наций, объединившихся на том этапе вокруг народа грузинского. Но сверхнародом, в смысле претворения народа в суперэтнос, обладающего своей метакультурой и миссией нелокального и регионального, но мирового значения, ему было не суждено стать по причине происхождения монад грузинской светлой Диады, их ограниченного (в этом эоне) масштаба.

Сообщение отредактировал Марат - 9.2.2011, 14:50

Вот, интересная статья Егора Холмогорова на эту тему - Почему Кавказ это не Алжир Кто хочет покороче - вот тут я сделал выборку основных, на мой взгляд, тезисов статьи, с которыми, кстати, в целом могу согласится, хотя иногда автор и излишне экспансивен и радикален быть может.

Сообщение отредактировал Константин - 14.2.2011, 0:15

Опять та же псевдо-историческая песня. Не устали писать эти подделки, холмогоровы, епифанцевы и иже с ними. Уже наизусть знаешь их "историю".Но как скачут то, целые эпохи перепрыгивают.

Чьей?!

» Причины Кавказской войны (раннеисторический этап)




))))))))))
Да, сами русские посмеются здесь над этим. Северный Кавказ - это Кавказская земля. И дагестанец, кабардинец, русский и другие - здесь все кавказцы и живут они на Кавказской Земле, в Российской Федерации. От таких статей на километр разит шовинизмом. Просто так такие статьи не "выскакивают" из под пера. Новая "информационная война", абсурдная по своему замыслу. Видно, как подменяет автор понятия; он не говорит о приближении кавказцев к Русской Культуре, как творчеству многонациональному, транскультурному, он пишет Только вот последнее приводит к разложению нравов, как элиты, так и отдельных кругов, помешанных на этих "стандартах" и "преимуществах". Других же этот канализационный слив, что является частью этих стандартов, выражаемых частично в проявлениях субкультуры, навязанной России извне, заставляет оказывать протест идеологическому насилию, протест, который принял незаконные формы. А исторический процесс можно понимать по-разному - это сталинщина, большевистский террор, завоевательная политика Николая тирана I, ельцинская смута и так далее. Есть надежда, однако, что он (этот исторический процесс) войдёт в то русло, которое суждено России Богом и провозвещено Даниилом...

Сообщение отредактировал Марат - 14.2.2011, 1:02

Северный Кавказ, Марат, это, как и Украина, понятие географическое, а не национальное (если Вы, конечно, не хотели изобразить Капитана Очевидность и сказать ещё, что Урал - это уральская земля, Сибирь - сибирская, а Дальний Восток - дальневосточная ). Холмогоров тут в первую очередь имел в виду изрядную часть Северного Кавказа освоенную именно русскими без каких-либо войн (существенная часть СК вошла в состав России добровольно, по просьбам местных народов и правителей, а часть вообще изначально была заселена русскими ибо никому не принадлежала). Не секрет, что, например, равнинная часть нынешней Чечни стала заселятся чеченцами только при Империи, а окончательно в результате волюнтаристской и антирусской по преимуществу советской национальной политики, когда к Чечне был прирезан кусок Ставрополья где чеченцев отродясь не было. И пр.

Кроме того, С. Кавказ можно назвать русской землёй в цивилизационном и историческом смысле (и именно это Холмогоров также имеет в виду). Так уж сложилось, что кавказская земля стала частью русской земли.

А главное, что с основным пафосом холмогоровской статьи и Вы спорить полагаю не станете - речь о возможности отделения Северного Кавказа от остальной России ведут враги России, сознательные либо заблуждающиеся. И что буде это отделение состоится, то проблемы не решаться, но умножаться, причём в первую очередь для самих кавказских народов.

Ну и про "холодные набеги" у него там очень верно подмечено.

Сообщение отредактировал Константин - 14.2.2011, 6:02

Константин,

Вот, занудства ради, наверное, и из вящей моей "инквизиторской" вредности... но, всё же, замечу...

Вы, вот, ссылаетесь на Егора Холмогорова, да? А, ведь, он, как бы это сказать, не очень хороший человек...

Во первых, раскольник, ушедший из церкви в некое РАПЦ или ИПЦ, или ещё в какую-то подобную безблагодатную организацию...

Во вторых, автор, например, такой статьи, как "Не мешайте палачу". Не очень по христиански, да?

В третьих, друг Константина Крылова, который есть крайне вредный мужик (читайте его блог на ЖЖ, если хотите, там всё чёрным по белому). Это прямо, как голос шрастра!


Ввиду всего этого, я бы предложил не слишком доверяться Холмогорову. Он, если и радетель за свою отчизну, то с явным уклоном в Друккарг. К нему бы надо очень разборчиво относиться.

.