Ну вот — щупальце Стебинга опять шарит по Украине

Мне кажется, тему современной культуры нужно обсуждать в какой-то отдельной ветке форума. Просто любой, самый юный народ начинается с осмысления своего места в мире. В этом смысле показательно «Слово о законе и благодате» митрополита Иллариона: да, отталкиваются от конкретных вещей, чтобы... придти к конкретным вещам. Это не «Украина — не Россия», а именно нечто достаточно четкое и очерченное, уже имеющее свою основу и ядро.
О предполагаемом политическом будущем Украины:

Федерация {Великая} Украина
27.02.2014/b/


У меня есть знакомый-филолог. Настоящий укро-наци и ярый русофоб. Когда он говорит о России и её истории, его просто трясёт.

Но даже он как филолог говорит о том, что украинского языка не существует. Что это придуманное искусственное образование с безумной орфографией, монстр, который создавался не на основе местных украинских наречий, а отталкиваясь от русского литературного языка XIX века, безо всякого знания фонетических законов и морфологического строя местных говоров.

Одна только БiМБА вместо русской «бомбы» чего стоит!

По всей Украине сейчас все симпатизирующие националистам и журналисты переходят с родного русского на украинский. Но говорят-то они что? И как говорят?
А говорят так, что думают, что просто вместо произнесения русских звуков (а на письме — писания букав) надо произносить (и писать!) несколько другие, свои «украинские». Например «i» вместо «о».

То есть хотят отразить то языковое явление, что древнерусский звук «ъ» как в древнерусском «гърло» при дальнейшем развитии в русском получил под ударением раскрытие в «о», а в нежинско-полтавских диалектах сохранил своё качество при общем сдвиге фонации вперёд, став очень кратким «ъ», звучащим как краткое «ы». Но не никаким не «i». Однако в слове бомба этого произойти никак не могло. Потому что это позднее заимствование. Когда появились бомбы, этот процесс уже завершился. И слово бомба в украинский должно было быть заимствовано со звуком «о», который в украинском языке никуда не исчезал.

Звук этот прекрасно слышен, например, в говоре того раздетого беркутом обозного козака, когда он рассказывает, как ему на майдане хорошо. И это именно узкое «ы». Ведь его язык местный, настоящий. Он с Полтавы. Тогда как журналисты и прочие переучившиеся на украинский «новоукраинцы» ничтоже сумняшеся произносят на этом месте русское «и». Получается такой русский язык украинскими словами. Жутко трудный. Ибо звуки произносятся не так и не в том месте ротовой полости, где было бы их удобно произносить настоящему носителю языка. И когда им надо сказать что-то по сути, то, что требует мысли, — они переходят на русский, ибо думать и одновременно так напрягаться с языком — задача почти непосильная!

Так вот…
Тот же самый филолог говорит, что никакого общеукраинского языка не существует. Вы хорошо поймёте это, если вспомните, как борются между собою западные регионы, отстаивая то, что именно их язык самый настоящий и единственный настоящий украинский.

Вместо этого на Украине существует пять (5!) вполне самостоятельных различных языков, причём различных по происхождению! И среди них самый древний самый архаичный для восточного (а может быть и всего славянства!) ПОЛЕССКИЙ язык.

ПОЛЕССКИЙ язык распространён в украинском и белорусском Полесье и является общим для белорусов и украинцев этого региона. Он ещё сохраняется в сёлах, но, видимо, вскоре постепенно будет полностью вытеснен «мовой». А между тем это наше общеславянское достояние!
В этом языке чрезвычайно архаичный лексический фонд, невероятно интересные фонетические и акцентологические явления, которые многое могут нам рассказать об истории развития славянских языков, да и про происхождение славян. Это как если бы с нами сейчас заговорили древние новгородцы!

Дать этому языку возможность самостоятельного развития в некой языковой автономии — просто настоятельная задача не только для учёных, радеющих о спасении редкого языка, но и для людей руководствующихся просто гуманитарными соображениями. Для этого необходимо территорию этого языка, охватывающую северные районы Ровенской и Житомирской областей, необходимо выделить в самостоятельное автономное образование: ПОЛЕСЬЕ.

ГАЛИЧИНА тоже должна стать автономией хотя бы потому, что по своей истории, языку, религии и культуре, она резко отличается от всей остальной Украины и по сути дела Украиной считается довольно номинально. Да и украинцами это населения стало называть себя только под владычеством панской Польши. А в Австро-Венгрии они были «русины», то есть русские, называвшие себя так на немецкий манер.

Так же самостоятельным автономным образованием должно стать и ЗАКАРПАТЬЕ — область со своим языком, отличным от галичанского. И исторически эта область вплоть до советского времени от соседней Галиции жила совершенно обособленно.

Следующий регион — это ВОЛЫНЬ, или Лодомерия. Там так же присутствует свой язык, отличный от галичанского, и своя культура, которая ни в панской Польше, ни в Советской Украине так и не смогла слиться с культурой собственно Галиции. Потому что эти области на протяжении целых 8-ми столетий имели разную историю. Она так же в составе Украины должна стать отдельной республикой. Тем более что так можно будет снова поднять вопрос о возвращении, отторгнутых от Волыни Польшей земель Хелмской Руси с городами Хелм, Грубешов, Влодава и др. Его столицей может стать Луцк, а ещё лучше, если столицей станет Владимир-Волынский.

Отдельной автономией должна стать и МАЛОРОССИЯ, или собственно Восточная Украина в составе Черниговской, Сумской и Полтавской областей. Эта область Украины наиболее близка России и не только географически, но и антропологически. Здесь между русскими и украинцами-малороссами наблюдается явление так называемой языковой непрерывности, когда говор одной деревни, города или села не столь отличен от наречия близлежащего городка или деревни, но если мы будем отступать дальше, различия будут нарастать всё больше и больше, и на крайних точках, мы можем вдруг обнаружить, что люди там говорящие говорят уже на разных наречиях или диалектах, хотя жители всех соседних деревень или сёл абсолютно уверены, что говорят на одном наречии, прекрасно понимают друг друга и почти ничем друг от друга не отличаются.
На территориях древнего сельского заселения это довольно широко распространённое явление. На таких территориях границы диалектов можно проводить только административно. Так на старых российских этнических картах рисовавшие их немцы-профессора границы между малороссами и русскими проводили просто в соответствии с административным делением, нисколько не вдаваясь в подробности, какое население там живёт и на каких наречиях говорит.
Местное население здесь — это потомки древнего населения Северщины, и оно антропологически родственно, а по своему облику полностью подобно, населению русского Владимирского Ополья, то есть населенью современных Владимирской и Ивановской областей и востока Нижегородской области. Потому что эти земли, пустовавшие в 13-16 веках, заселялись преимущественно из Северщины.

Да и ещё очень важно!
Малороссия и Великороссия — это древние названия этих земель и отражают как раз эту самую миграцию с Юга на Север, с Малой земли на Большую, просторную, с Северской Земли (Чернигов, Новгород-Северский, Курск) на Владимиро-Суздальскую Русь. Точно так же как Великая Польша заселялась из Малой Польши, Великобритания — из Бретани, а Великая Греция — из Малой Греции. В этом нет никакого шовинизма или пренебрежения к жителям «Малой» земли. Они просто исторически первые и это слово отражает их большую древность и проживание в истоке происхождения всего народа. Тем более что именно эти люди были носителями восточно-древнерусского наречия, на основе которого по большей части и сложился современный русский язык.

Далее — НОВОРОССИЯ. Это территория Одесской, Кировоградской Днепропетровской, Харьковской и других областей Юго-востока Украины. Сейчас уже не все знают тот исторический факт, что в этих областях первыми поселенцами и первым населением были именно русские. Они заселили этот край после его присоединения Екатериной второй. Это было как помещичье переселение, создававшихся здесь крупных поместных хозяйств, так и переселение пашенных крестьян из центральной России. Собственно украинское население стало переселяться сюда только после реформы 1861 года, гонимое земельным голодом, вытесняемое помещиками-поляками, польскими восстаниями и бежавшее от долгов перед откупщиками. Условия аренды земли первоначально здесь были щадящими, и переселение приняло значительные масштабы, хотя, допустим, Таврическую губернию почти не затронуло. Новопереселявшиеся воспринимались старым русским населением как уже другие, пришлые, и в общении с ними на основе русского языка стало возникать такое явление как «суржик». В той или иной степени насыщенный украинизмами русский язык.

Столицей этого огромного региона в идеале должна стать Одесса, а языком — русский язык. Одессу сделать столицей лучше всего именно для того, чтобы восстановить право традиции. Ведь до революции Одесса была неформальной столицей Новороссии, в ней был свой Новороссийский университет, да этот город старой русской культуры в западной части региона надежнее свяжет регион в одно целое, нежели такие промышленные гиганты как Харьков или Днепропетровск.

Тяготение всего региона на юго-запад, к старому культурному центру, повлечёт за собой и направление общих миграций населения и надёжнее свяжет его в единое культурное пространство.

Со временем к этому региону может присоединиться русское Приднестровье, в качестве автономной области — Гагаузия, да и, возможно, — Молдова.

Столицей собственно ЦЕНТРАЛЬНОЙ УКРАИНЫ, как и всей Федеративной Украины, может остаться Киев. В состав этого региона войдут земли Черновицкой, Хмельницкой, Житомирской, Винницкой, Киевской и Черкасской областей. Языком должен стать украинский язык, но не тот новореформированный западенско-украинский, на котором как говорить никто не понимает, а язык, на котором здесь реально говорят люди, с элементами суржика и народной речи. Язык, изгнавший из себя новопридуманную и заимствованную из польского или галичанского языков «правильную» новоукраинскую лексику и не самоистребляющий себя посредством выкорчёвывания издревле присущих ему слов «слишком похожих» на русские.

Все эти автономные образования должны будут иметь полную финансовую и культурную самостоятельность наподобие немецких земель, и, делегируя свои полномочия центру, участвовать в общем управлении страной пропорционально своему участию в бюджете федеративного государства

(Автор Сергей Фефелов)
Окно возможностей для такого рода Федерации, однако, уже закрывается.

Украинский язык сложен, я его не освоила ещё, жаль что я не филолог. Знаю теоретически, что «i» украинское это русское «и»
«i» с двумя точками это как «й» с придыханием

Про это правило я не слыхала.
Спасибо за информацию, я её на свой форум скопирую с Вашего разрешения http://vakonda.0pk.ru/viewtopic.php?id=77#p115

Сообщение отредактировал Ваконда - 15.4.2014, 10:05

Татьяна, интересны ваши рассуждения.
Хотела бы ответить на это:


То, что работают в направлении раскола России не сомневаюсь, но создание сибирского языка, мне кажется, в принципе невозможно. Татарский язык локализован исключительно в Татарстане, к слову там почти 50 % населения русские, собственно, как и во многих автономных республиках русских до 70-80 %. К тому же никаких русских говоров не существует, мне приходилось бывать во многих городах Сибири и Дальнего Востока там говорят на обычном русском языке, на таком же как в Петербурге или Москве.

Если и существуют какие-то наречия, то они ничтожно малы, их в Сибири не привить, тем более какой-то искусственный язык.

Проблемные у нас: Северный Кавказ, Тыва, Татарстан. Могут разыграть другую карту: раскочегаривание национализма и заявка на «ущемление титульных наций», хотя на самом деле этого нет, наоборот бывает так, что русское большинство пользуется меньшими правами и социальными возможностями, при заявленном равенстве. Важная вещь ресурсы, которыми богаты восточные регионы, здесь могут запустить фишку, что русские «отобрали» алмазы, золото, нефть, газ и не дают титульным нациям управлять своими ресурсами, несмотря на то, что промышленное освоение этих территорий проводила Россия, а «титульным нациям» из-за малоразвитости это было долгие годы недоступно.

Еще есть проблема неравномерного распределение средств в Сибирский и Дальневосточный регионы, если их не будут развивать (планы вроде бы есть), то получат через какое-то время бунт и сепаратизм. В остальном, мне кажется, при правильно выбранном курсе и грамотной политике все будет спокойно.

Сообщение отредактировал Ксения - 15.4.2014, 11:31

Здравствуйте!
Во-первых, никакой, ураинской Навны — нет. Навна это соборная душа Российского сверхнарода. Сверхнарода, в который входит и Украинский народ. Вероятно есть одна из младших сестёр, которая отвечает за инспирацию той нации, которая входит в состав единого сверхнарода. Как пишет Д.А., — «они не играют ведущей роли, в его истории».
Могут ли они «провалить свою задачу», «подпав под влияние демонических сил»?
Нет, не могут. Почему? Потому, что эти существа давно уже прошли весь эволюционный путь становления своих монад, далеко оставив в прошлом возможность какого-то падения или подпадания под чьё-либо влияние. Говоря о становлении, я имею ввиду, становление только младших сестёр и подчинённых демиургов, так как духи народоводители сверхнародов — Богорождённые, а не Богосотворённые, как младшие сёстры. Они подпали под единственное влияние, — под влияние Бога, поэтому они не могут ошибаться, и не могут что-либо провалить. Они уже творят волю, единственно, Бога, и только Бога. А Бог не ошибается. Никогда.
Ошибиться могут инспираторы из Гашшарвы, которые, похоже, полностью подчинили себе, сознание хунты временщиков, и пытаются развязать очередное кровопролитие. Не нужно в чём-то подозревать светлые иерархии, они не имеют к происходящему, никакого отношения.
Они ведут свою невидимую внешне, работу, которая проявит себя со временем, когда кончится грызня тех, которые должны перегрыздь друг-друга, и освободят от собственного присутствия, планету Земля.


Извините, что напираю, но, на какой странице РМ, Д.А говорит об этом? Я, действительно, не помню. Д.А писал, что Франция не имеет своего синклита, но о духе народоводителе, я не помню... Да, и не мог этот дух, поднять бунт против провинденциального! замысла, так как он не может не творить, волю провидения.


То же самое...
Прошу уточнить...
Не согласен...
Младшие сёстры — застрахованы от любых падений. Единственно, от чего они не застрахованы, то это, от пленения. Но, даже в плену, они не могут отпасть от Бога. Это невозможно в принципе...

Добрый день. Дмитрий, про то, что Младшие Сестры и духи-народоводители «застрахованы от падений» и «прошли долгий путь» — это Ваши домыслы, не имеющие никаких оснований в текстах Даниила Андреева. У каждого «младшего» народа тоже существует своя миссия, которая отличается от миссий сверхнародов лишь локальностью — так, гений способен влиять на всю метакультуру и даже на всю человеческую цивилизацию, но талант может влиять на самого гения, занимаясь разработкой «маленьких» тем. Все в мире взаимосвязано, поэтому существование талантов иногда не менее важно, чем существование гениев, и даже вплотную связано с миссиями гениев.
Соборная Душа Германии «не пала», просто её светлое влияние свелось к минимуму: она стала проводником воли уицраора, как человек под пытками делает то, на что часто не способен в нормальной жизни. Нужные цитаты:
«Ему в метакультуре соответствует одна из Великих Сестер — Соборная Душа ведущей нации. Бывают, однако, и более сложные коллизии. В метакультуре Северо-западной, например, демиург сверхнарода был связан до XIX века с одной из Сестер — Соборной Душою Германии. Но в этом столетии второй германский уицраор стал настолько силен, что плен этой Соборной Души в одной из цитаделей Мудгабра превратился в почти полное порабощение ее воли, и демиург вступил в союз с другой Великой Сестрой, Соборной Душою Англии.»
«Действительно особняком в этом отношении стоит литература французская, удивительно бедная вестничеством. Но это находится в теснейшей связи с общей метаисторической трагедией Франции. Еще в начале XVI века ее дух-народоводитель поднял нечто вроде бунта против демиургического плана. По-видимому, он желал, чтобы французский уицраор, незадолго перед тем родившийся, был санкционирован свыше на объединение романо-католических народов на основе не католичества, а французской государственности. Таким требованием этот дух вызвал свое отстранение, и Франция осталась без непосредственного водительства. Ее Синклит, оставшийся в Эдеме, слился с Синклитом апостола Петра, но после этого в него из Франции поднимались уже немногие, другие входили в Монсальват.»

По личному именованию украинской Навны. Соборную душу украинского народа я достаточно давно называю Лелей. Мне это удобно, но, конечно, не навязываю. Истинные имена иерархий может знать только духовидец, а я просто давняя читательница «Розы Мира».
Скверный интернет сегодня, к сожалению, не позволяет мне вести полноценную дискуссию. Налажу — вернусь в разговор. Сейчас же хочу просто скинуть очередную статью про современный украинский язык и парочку своих соображений.

ГЛАВНАЯ УКРАИНСКАЯ ДАТА

Да, гражданская война уже началась, и сейчас не до истории с филологией…
Но тем не менее.

15 апреля — самая, пожалуй, важная дата в истории «украинства» и «украинского языка». 15 апреля 1918 умер Иван Семенович Нечуй-Левицкий.
Региональный этнографический писатель, один из деятелей «украинизаторства», был бы мало кому интересен за пределами «Украины», если бы не обстоятельства смерти.

Свидомые источники пишут о смерти Нечуй-Левицкого стыдливо:
«Письменник помер 15 квітня 1918р. у Києві, похований на Байковому кладовищі».
Ну или — максимум допустимой информации:
«Останні дні провів на Дегтярівці, у так званому «шпиталі для одиноких людей», де й помер без догляду 1918 року. Поховано його на Байковому кладовищі».

А умирал писатель медленно и страшно. От голода. В стране, где у власти находились его ученики. Но ученики не простили учителю давней критики…


Еще до переезда в Молдавию Иван Семенович начал заниматься литературной деятельностью. Писал он на малорусском наречии. Его произведения издавались и в российской части Малороссии, и в австрийской Галиции. Нечуй-Левицкий становится популярным. Из многих концов Российской империи читатели слали ему письма.
В октябре 1884 года одно такое письмо пришло с Кавказа. Некий юноша, отрекомендовавшийся как «тыфлыськый гымназыст» (тифлисский гимназист — письмо было написано по-малорусски), просил его стать литературным наставником. К посланию прилагалось несколько стихов и рассказов. Юноша хотел, чтобы известный писатель высказал о них свое мнение и, если найдет их достойными, помог опубликовать.
Иван Семенович не отказал в просьбе. Он внимательно прочел присланное. Что-то похвалил, что-то мягко покритиковал. Но в любом случае советовал юному автору не оставлять занятий литературой. Чуть позже по рекомендации Нечуя-Левицкого некоторые произведения напечатали в галицких журналах.
Обрадованный «гымназыст» повадился присылать свои писания и дальше, рассчитывая на помощь в опубликовании. Он называл писателя «благодетелем моим и учителем», всячески льстил, просил разрешения посвятить ему очередную повесть.
Повести между тем были слабенькие. Но Иван Семенович продолжал ободрять юношу, не жалея для него теплых слов. Единственное, что утомляло Нечуя-Левицкого, это чрезмерная назойливость молодого человека. Стоило писателю из-за занятости или по нездоровью немного промедлить с ответом, как неслось новое письмо с упреком («почему молчите?») и мольбой написать «хоть коротенько».
Однако писатель сносил все терпеливо. Пояснял, что не всегда хватает времени и сил. Извинялся. Успокаивал. Вряд ли он предполагал, что придет время и бывший «гымназыст» окажется его злейшим врагом, даже поспособствует его смерти. Звали надоедливого юношу — Михаил Грушевский.
http://odnarodyna.com.ua/content/maloizves...nechuy-levickiy

Трогательная дружба старого и молодого украинизаторов длилась долго. Закончилась же в одночасье…

«…Свои взгляды писатель изложил в статье «Современный газетный язык на Украине» и брошюре «Кривое зеркало украинского языка». Он протестовал против искусственной полонизации украинской речи, замены народных слов иноязычными, приводил конкретные примеры Так, вместо народного слова «держать», указывал Нечуй-Левицкий, вводят слово «тримати», вместо народного «ждать» — слово «чекати», вместо «предложили» — «пропонували», вместо «ярко» — «яскраво», вместо «обида» — «образа», вместо «война» — «війна» и т д. Известное еще из языка киевских средневековых ученых слово «учебник» Грушевский и К° заменили на «підручник», «ученик» — на «учень», вместо «на углу» пишут «на розі» («и вышло так, что какие-то дома и улицы были с рогами, чего нигде на Украине я еще не видел»).

Сам не безгрешный по части выдумывания слов, Иван Семенович считал торопливость тут недопустимой, так как слишком большого количества нововведений народ «не переварит». Он пояснял, что в основе таких замен лежит желание сделать новый литературный язык как можно более далеким от русского. «Получилось что-то и правда уж слишком далекое от русского но вместе с тем оно вышло настолько же далеким от украинского», — заметил Нечуй-Левицкий. Польским влиянием объяснял писатель введение форм «для народу», «без закону», «з потоку», «такого факту», вто время как на Украине говорят: «для народа», «без закона» «с потока», «такого факта». Крайне возмущала его и «реформа» правописания с введением апострофа и буквы «ї»: «Крестьяне только глаза таращат и все меня спрашивают, зачем телепаются над словами эти хвостики», — возмущался он.

Классик украинской литературы настаивал на том, что украинский литературный язык нельзя основать на «переходном к польскому» галицком говоре, к которому добавляют еще «тьму чисто польских слов: передплата, помешкання, остаточно, рух(да-да, это тоже не украинское слово — Авт.), рахунок, співчуття, співробітник». Указав на множество таких заимствований («аркуш», «бридкий», «брудний», «вабити», «вибух», «виконання», «віч-на-віч», «влада», «гасло», «єдність», «здолати», «злочинність», «зненацька», «крок», «лишився», «мешкає», «мусить», «недосконалість», «оточення», «отримати», «переконання», «перешкоджати», «поступ», «потвора», «прагнути», «розмаїтий», «розпач», «свідоцтво», «скарга», «старанно», «улюблений», «уникати», «цілком», «шалений» и много-много других, не хватит газетной полосы, чтобы привести все) Иван Семенович констатировал: это не украинский, а псевдоукраинский язык, «чертовщина под якобы украинским соусом».

Следует еще раз подчеркнуть: Иван Нечуй-Левицкий был убежденным украинофилом. Не меньше Грушевского и его компаньонов хотел он вытеснения из Украины русского языка. Но, стиснув зубы и скрепя сердце, вынужден был признать: этот язык все же ближе и понятнее народу, чем навязываемая из австрийской Галиции «тарабарщина».

Разоблачения Нечуя-Левицкого вызвали шок в «национально сознательных» кругах. На него нельзя было навесить ярлык «великорусского шовиниста» или замолчать его выступление. Грушевский попытался оправдываться. Он признал, что пропагандируемый им язык действительно многим непонятен, «много в нем такого, что было применено или составлено на скорую руку и ждет, чтобы заменили его оборотом лучшим», но игнорировать этот «созданный тяжкими трудами» язык, «отбросить его, спуститься вновь на дно и пробовать, независимо от этого »галицкого« языка, создавать новый культурный язык из народных украинских говоров приднепровских или левобережных, как некоторые хотят теперь, — это был бы поступок страшно вредный, ошибочный, опасный для всего нашего национального развития».

Грушевского поддержали соратники. Ярый украинофил Иван Стешенко даже написал специальную брошюру по этому поводу. В том, что украинский литературный язык создан на галицкой основе, по его мнению, были виноваты сами российские украинцы. Их, «даже сознательных патриотов», вполне устраивал русский язык, и создавать рядом с ним еще один они не желали. «И вот галицкие литераторы берутся за это важное дело. Создается язык для институций, школы, наук, журналов. Берется материал и с немецкого, и с польского, и с латинского языка, куются и по народному образцу слова, и все вместе дает желаемое — язык высшего порядка. И, негде правды деть, много в этом языке нежелательного, но что было делать?». Впрочем, уверял Стешенко, язык получился «не такой уж плохой». То, что он непривычен для большинства украинцев, — несущественно. «Не привычка может перейти в привычку, когда какая-то вещь часто попадает на глаза или вводится принудительно. Так происходит и с языком. Его неологизмы, вначале »страшные«, постепенно прививаются и через несколько поколений становятся совершенно родными и даже приятными», — уговаривал Стешенко.

Однако такие пояснения никого не убедили. «Языковой поход» провалился. Грушевский и его окружение винили во всем Нечуя-Левицкого, якобы нанесшего своим выступлением вред делу «распространения украинского языка». «Приверженцы профессора Грушевского и введения галицкого языка у нас очень враждебны ко мне, — писал Иван Семенович. — Хотя их становится все меньше, потому что публика совсем не покупает галицких книжек, и Грушевский лишь теперь убедился, что его план подогнать язык даже у наших классиков под страшный язык своей »Истории Украины-Руси« потерпел полный крах. Его истории почти никто не читает».

Справедливости ради надо сказать, что «Историю Украины-Руси» не читали не только из-за языка. Это сегодня Михаила Грушевского объявили «великим историком». Современники его таковым не считали. Некоторые ученые в частных разговорах называли этого деятеля «научным ничтожеством». Но признаться в собственном ничтожестве Грушевский не мог даже самому себе. Проще было винить во всем Нечуя-Левицкого. И профессор затаил злобу».
http://br-sl.newmail.ru/2006/3/i3-06-6-r.html

Эти тексты — «Сьегочасна часописна мова на Украiнi» (разумеется, «на», а вы как думали?) и «Криве дзеркало української мови» (кстати, что характерно — саму букву «ї», фигурирующую сегодня в названии брошюры, сам писатель не выносил) — свидомая публика тоже вспоминать не любит… Между тем, чтение не только нужное, но и крайне интересное… Вообще, вся история, как мастерили «украинскую мову», присобачивая что угодно, лишь бы непохоже на русский — тема безумно увлекательная. Но об этом написано вполне достаточно. Ну, учитывая, что значительная часть жж-юзеров предпочитает информацию черпать преимущественно из ЖЖ — для начала можно, например, глянуть записи mikle1 под тегом «язык». Дальше втянетесь — и уже не оторветесь)) Но вернемся к нашим героям…

«В разгар Первой мировой войны экономическое положение в стране ухудшилось. Учитель-пенсионер Нечуй жил на 50 рублей в месяц. (За украинские книги издатели тогда не платили ни копейки.) На эти деньги до войны он умудрялся поесть, одеться, купить дров, заплатить за квартиру и даже съездить летом в Белую Церковь на отдых. А теперь продовольствие подорожало. Нечуй питался кое-как, резко постарел и отощал. В гостях съедал все без остатка, а потом насухо вытирал тарелку кусочком хлеба. Донашивал до дыр старую одежду. Довольствовался тарелкой борща у своих старых знакомых — монашек Покровского монастыря. Они наливали ему маленькую мисочку, и ту не до краев. Спасался от голода чаем и хлебом. Иногда находил деньги на полфунта (200 граммов) сала или на бутылку молока.
От такого питания стал плохо видеть (говорил, что «темнеет изнутри»). На улицу выходил, как слепой, в темных очках и не узнавал знакомых…
Академик Сергей Ефремов добыл ему в каком-то общественном фонде 300 рублей и выдавал по 25 рублей в месяц на питание. Получив вскоре еще надбавку к пенсии, Нечуй почувствовал себя богачом и с торжеством рассказывал вдове писателя Бориса Гринченко и ее матери, жившим по соседству, о своих утренних банкетах: «Съел одно яичко, а потом и второе! Съел пирожок, а потом и второй! Вот так! Два яичка и два пирожка могу съесть, а до того и одного не мог»… «У меня слезы стояли в глазах, — пишет Мария Гринченко, — а Нечуй-Левицкий, не замечая этого, весело говорил, что и ужин у него будет такой же богатый, как и завтрак, ведь он купил шесть пирожков — два он съест вечером, а два останутся на утро».
http://fakty.ua/172828-ivan-nechuj-levicki...rtit-nash-yazyk

(Если кто-нибудь увидит в голодной деградации несчастного старика повод похихикать — пусть вспомнит предсмертное розановское: «Творожка хочется, пирожка хочется…» Разница, правда, в том, что большевики Розанову ничем не были обязаны — а совсем даже наоборот…)

«Когда к власти пришла Центральная Рада, друзья писателя обратились к правительству Михаила Грушевского и, в частности, к министру просвещения Ивану Стешенко с просьбой о правительственной пенсии для бедствующего классика. Но не тут-то было. Великий историк не умел прощать обид. Не на высоте положения оказался и министр просвещения, которого Нечуй не раз упоминал среди тех, кто в угоду моде «калечил свой язык». Никакой пенсии от Украинской Народной Республики (УНР) Нечуй-Левицкий так и не дождался…
Между тем состояние его здоровья ухудшалось. Перед осадой Киева войсками большевиков во главе с кровавым Муравьевым писатель попал в больницу на подворье Софийского собора. Начался жестокий обстрел города со стороны Дарницы. Красные артиллеристы целились в высокую монастырскую колокольню, где засели наблюдатели войск УНР. Снаряды рвались на усадьбе монастыря, один угодил в центральную абсиду собора и чуть было не повредил священную икону «Нерушимая стена». К счастью, из образа выпало лишь несколько кусочков смальты.
Больницу в Софии срочно ликвидировали, а самого Нечуя (поскольку его отказались забрать родственники) отправили в «Дегтеревку». Эта богадельня пользовалась в народе дурной славой. Люди умирали там от холода и голода даже в мирное время, а про гражданскую войну нечего и говорить. Слава Богу, нашлась сердобольная сестра милосердия, которая на свои деньги немного подкармливала всеми оставленного 80-летнего классика. Он продержался еще какое-то время и умер в ночь на 15 апреля 1918 года. На момент смерти у него не было даже верхней одежды (при записи в больницу ее забрали родственники, поэтому в богадельню писателя перевезли в одном нижнем белье).
Правительство Грушевского пыталось скрыть от общественности смерть Нечуя-Левицкого в богадельне. Умершего целый день продержали в «Дегтеревке» и лишь с наступлением темноты одели в чужую одежду и тайно перевезли в Софийский собор. Писатель удостоился пышных правительственных похорон, отпевали его 12 иереев. Когда гроб вынесли на подворье, к собору подкатил роскошный автомобиль, из которого вышли несколько министров и присоединились к похоронному шествию. Был ли среди них Грушевский, доподлинно не известно».
(там же)

Кстати — характерная деталь. За год до смерти, в 1917-ом, во время прогулки Нечуй-Левицкого «ограбили» на улице… Грабители, обыскав старика и не обнаружив при нем ничего, кроме абсолютно пустого кошелька, «переглянулися і віддали Нечую гроші, які мали з собою». Киевские бандиты продемонстрировали благородство, недостижимое (и непостижимое) для властвующих украинизаторов как тогдашних, так и сегодняшних.

Не стоит, впрочем, представлять Нечуй-Левицкого невинной жетвой. Его вклад в дело «украинизаторства» и отторжения «Украины» от русской культурной традиции достаточно велик и помимо участия во взращивании упыря Грушевского. Можно, к примеру, вспомнить статью с харакетным названием «Непотрібність великоруської літератури для України і для слов'янщини» (1878, 1884), сводящуюся, по сути, к примитивному тезису: русская литература в своих высших проявлениях аристократична, а посему — не нужна «украинцам», в отличие от глубоко демократичной «литературы украинской»… Ну, плюс сетования, что «украли Гоголя»… Ну, еще несколько забавных замечаний, вроде:

«При глибокому психічному аналізі, фантазія Достоєвського, напр., така убога, що допровадила його до комічних образів…»

Или вот, к примеру:

«Недостача елеґантности, естетичности, фантазії й глибокого серця зразу дає впізнати великоруські поетичні твори, по більшій частці холодні, як полярний лід, і монотонні, як снігове полярне поле. Пушкінові поеми неначе чудові цяцьки, вирізані з льоду, і такі холодні, як лід…»

Но зато:

«…в творах національного українського поета Шевченка, в котрого, окрім фантазії, кожна стрічка, кожне слово ніби обмочене в чуття, ніби тільки що вилинуло з самої глибині серця…»

Без комментариев….

Надо понимать, что конфликт между поколениями украинизаторов не случаен, а глубоко закономерен. Язык — это система. Нельзя руками лезть в органику, нельзя отмерить: вот столько мы полонизмов и германизмов втащим, а вот здесь поставим границу — дальше, мол, заимствований не надо! Если ты начинаешь создавать искусственный волапюк, если превращаешь органическую систему в механическую совокупность варваризмов — то надо понимать, что ты, тем самым, интеллектуально калечишь приходящих после тебя — писать, говорить и (главное!) думать на изуродованном конструкте, априори не способном быть инструментом мысли. И следующее поколение дикарей (ставших дикарями, в том числе, и по твоей вине!) просто не в состоянии осознать — а почему надо останавливаться? Так ведь еще дальше от русского, а чего нам еще надо? Грушевский — не только палач Нечуй-Левицкого — это было бы слишком просто. Грушевский и сам — его жертва.

И, кстати, если бы сегодня оказалось возможным воскресить самого Грушевского — можно не сомневаться, что конфликт Нечуй-Левицкий–Грушевский повторился бы в абсолютной точности — но уже в формате Грушевский-Фарион… Маховик одичания запускается очень легко, остановить же его — труд каторжный, почти невозможный.

Но тут важно еще и другое. Смерть Нечуй-Левицкого — это, пожалуй, главный, архетипический «украинский» сюжет. Тут собрано все — и одичание, и предательство, и детская наивность обмана (полежит денек в соборе — может, все и забудут, что из богадельни перенесли) и некрофильский душок, и — самое главное — сама украинизаторская деятельность, как пролонгированное самоубийство…
Армен Асриян

Антуанетта, спасибо за цитату о духе народоводителе Франции. Я, действительно забыл об этом месте.
Конечно, этот «бунт» не был бунтом мировоззренченского плана, и не являлся отступничеством от Божественной воли. Это была, лишь, Божественная игра выразившаяся во взаимоотношениях Великих Существ. Такова была воля Провидения. Дух народоводитель Франции просто сыграл свою необходимую партию.

Да, конечно, это только, мои мысли. Но, я и не утверждаю, что являюсь истиной в последней инстанции. Да, это мои глубокие убеждения, которые трудно поколебать, хотя теоритически, и возможно, но — сложно.

Итак. Мои предположения сводятся к следующему:
В 19 веке, с началом проявления активности юного духа-народоводителя Украины возникает и некое существо, также тесно связанное Лелей и ее спутником — назовем его для порядка демоном украинства. Неизвестно, что повлекло его возникновение — какая-то трагическая ошибка юного духа-народоводителя или прямая санкция Гагтунгра. Этот украинский антидаймон, разумеется, не жругрит — он по природе своей скорее всего родственен чудовищам, «опекавшим» средневековый иудаизм или средневековую же инквизицию. Сразу же начинается «работа» над созданием мовы и т.п, но истинный расцвет мощи постиг чудище после революции, когда Советский Союз стал насаждать украинизацию совершенно варварскими методами. Одно из диких проявлений существования чудища — Бандера и бандеровщина со всеми эксцессами Волынской резни. Второй «расцвет» мы наблюдаем сейчас, с идейным преемством Бандере.
Стычка демонов российской и американской государственности сопровождается одновременно напряженной битвой русского Синклита с этим чудищем. Цель — пресечь его распухание и окончательное подавление воли младшей сестры, Лели, а в идеале было бы неплохо выкинуть чудище вообще из Шаданакара. Если же победить чудовище не удастся, украинский язык будет вырождаться и дальше, культура все больше дичать и хиреть, пока наконец не будет уничтожена окончательно. Часть бывших украинцев уйдет «под юрисдикцию» Навны, а часть станет поляками. Культуру же придется достраивать в Небесной России, а не на земле.

Антуанетта, Леля(пусть — Леля) и её спутник, никаким боком не могут быть связанными с «антидаймоном» Украины, если таковой есть, — это совершенно разные иерархии.

Присоединяюсь к тому , что противостояние Жругр — Стебинг есть всего лишь один из множества срезов реальностей, по которому мы можем описывать всё сейчас происходящее на наших Юго-Западных границах. Если не цепляться за термины, как некоторые, то с общим посылом Антуанетты согласен. Не стал бы говорить о «провале миссии» младшими юнными иерархиями. Без сомнения карта становления молодой украинской культуры в новейшей истории была выгодно разыграна тёмными и тут мы опять упираемся в «Жругр — Стебинг». Там, где велико влияние американца — гранты, экономические и политические рычаги, максимально демонизированные ростки культуры, гипертрофированная самостийность и пестование свидомости, как заболевания. Влияние местных светлых и общероссийского синклита сдерживается. Для молодого народоводителя и младшей сестры Навны похоже на плен. Каким же не изуродованным явлением была бы местная самобытность без этих «тенетов мрака»! Там же, где Жругр постепенно вытесняет врага, что началось с нашей сердцевины, распространяются почти не сдерживаемые действия нашего синклита. Отсюда и одна из составляющих в ощущениях людей, что их освободили! На Юго-Востоке он сейчас орудует во всю — там сейчас вся наша элита ГРУ и не только, координирующая и организовывающая местное население, говорил уже, что к середине мая будет совсем другая картина. Только на освобождённых территориях можно говорить о постепенном и бережном распутывании всех тех клубков, что наплели там для нас в Гашшарве и « сопутствующих регионах», как-то так...

Писал своё, не успев прочитать ваш свежий пост. Откуда пришло «Леля»? Так смело)))

Антуанетта.
Извините меня за «наезды», это со мной бывает — у дедушки свои недужки. Не обращайте внимание. Если я и сделаю ещё «замечание на полях», то не относитесь к этому серьёзно...
:-)

Здравствуйте, Татьяна! Чувствуется, что Вы человек очень увлеченный, которому очень хочется донести до нас свою позицию. Но читать Вас очень сложно. Приведу пример: читаю длинный пост про Нечуй-Левицкого, про его трагическую судьбу, про конфликт с Грушевским, про его завтраки и ужины, про то, как его пытались ограбить, про его отношение к Достоевскому, тут же ссылки на источники (кстати, ссылка на источник с доменом ua меня с некоторых пор напрягает), все, оказывается, для чего, для обобщающего вывода: «Смерть Нечуй-Левицкого — это, пожалуй, главный, архетипический «украинский» сюжет. Тут собрано все — и одичание, и предательство, и детская наивность обмана (полежит денек в соборе — может, все и забудут, что из богадельни перенесли) и некрофильский душок, и — самое главное — сама украинизаторская деятельность, как пролонгированное самоубийство…» И под всем этим подпись блогера Армена Асрияна.
Так Ваше или не Ваше? Вы то сами какие выводы делаете, что Вы по этому поводу думаете? С какой целью эта компиляция?

Не берусь комментировать все, что касается непосредственно «Розы мира». Тут я слаба, потому что столкнулась при чтении с некоторыми противоречиями и решила отложить до лучших времен.

По поводу лингвистических изысканий. Вы изложили лишь одну и полярную точку зрения на вопросы становления украинского языка. По этому поводу ломают копья лингвисты уже давно, и мне кажется, в этой ветке нет смысла развивать эту дискуссию, это будет профанацией.

Про гранты на раскол русского этноса по языковому принципу... Тут моя точка зрения совершенно совпадает с точкой зрения Ксении. Хочу только добавить, что я с Урала, и мы тут тоже говорим на одном языке с Москвой и Владивостоком. Конечно, Россия большая, в разных областях есть какие-то диалектические вкрапления, но они совершенно ничтожны. Если американцы этим занимаются, то они идиоты. Но я думаю, что они этим не занимаются. А у Вас есть факты?

Про полесский язык... Цитирую Вас:

«Дать этому языку возможность самостоятельного развития в некой языковой автономии — просто настоятельная задача не только для учёных, радеющих о спасении редкого языка, но и для людей руководствующихся просто гуманитарными соображениями. Для этого необходимо территорию этого языка, охватывающую северные районы Ровенской и Житомирской областей, необходимо выделить в самостоятельное автономное образование: ПОЛЕСЬЕ».

Как-то слабо представляю себе такой социальный эксперимент. И как-то слабо представляю добровольных участников этого эксперимента. Да и чтож Полесье... Можно пойти дальше, отчего бы например не реанимировать латинский таким же образом. Стройная система строения языка, благозвучность — даешь в массы, а то присвоили себе доктора да фармацевты.

Вообще, все это как-то незаметно уводит от темы Украины. А там стреляют уже и люди гибнут. И почему Вы оставили Украине только два выхода: «оставаться единым государством, или отделение Донецкого востока с присоединением его к России»? Мне кажется, у нее есть еще выход — стать федеративным государством с большой самостоятельностью автономий. А первый — унитарное государство — уже не выход, а самоубийство.

Хотя нет, дальше идет пост как раз излагающий видение федеративной Украины. И опять непонятно, это Ваше видение или Сергея Фефелова. Татьяна, Вы разделяйте себя и блогеров. Если Вы на той же точке зрения, то может быть, просто пересказать в нескольких словах или дать ссылку.

Сообщение отредактировал vera - 15.4.2014, 21:39