Ночной Петербург

Вы думаете, если иноматериальные паразиты, то сразу ужас, человека высасывают? Помните, у ДА стихотворение, где «за каждой женщиной — шлейф лярв»? За каждой! То есть независимо от уровня духовного развития. Свободны от паразитов, видимо, только святые. Их-то вы и приводите, сравнивая типичное и нетипичное!

Люди определенного уровня развития, кстати, чувствуют этих паразитов

А кроме паразитов эти «люди определённого уровня развития» чего-нибудь чувствуют?

вот поискал, но найти не смог

однако про инкубов, суккубов и лярв конечно отрицать нельзя.
они здесь, рядом с нами !

Владимир, я не совсем понял, что значит «запретная сексуальность»? Это как?

Не смотря на то, что похоть, как пишет Д.А., является сутью и смыслом жизни жителей Дуггура, всё-таки одной похоти, а уж тем более сексуальности, пусть даже «запретной» или «демонической», думаю, недостаточно, чтобы увязать свою душу (или чьё-то творчество) с Дуггуром.

По «РМ» высшая суть Дуггура — не просто сладострастие, но мистическое сладострастие, которое можно понимать как сексуальное тяготение конкретно к Великой Блуднице и всем её отражениям в более мелких демонницах.

Для человеческой души срыв в Дуггур таит грозную опасность. Срыв происходит в том случае, если на протяжении жизни в Энрофе душу томило и растлевало сладострастие к потустороннему — то самое мистическое сладострастие, которое испытывают мелкие демоны Дуггура к Великой Блуднице. Даже пребывание в Буствиче не может для такой души восстановить должного равновесия между отягчённым эфирным телом и окружающей средою. Душа со своими облачениями проваливается в Рафаг, где ждёт её новый провал: в тот самый мир, о котором ей смутно мечталось на земле.

Или вот ещё в главе о Блоке:

Но это ещё только начало. Страстная, не утолимая никакими встречами с женщинами, никаким разгулом, никакими растворениями в народе любовь к России, любовь к полярно-враждебным её началам, мистическое сладострастие к ней, то есть сладострастие к тому, что по самой своей иноприродной сути не может быть объектом физического обладания, — всё это лишь одно из русел его душевной жизни в эти годы.

Для мистического сладострастия нужно быть мистическим человеком в точном смысле слова, а таких — предельное меньшинство. Обычное же злоупотребление сексом (похотливость), думаю, не имеет автоматического отношения к Дуггуру, даже если голым сиськастым блондинкам пририсовать рожки и хвосты.

Мистику Дуггура гораздо больше можно встретить в картинах, где нет никакой эротики или порнографии. Вспомним описание сизого, сумрачного, знойного мета-Петербурга в главе о Блоке. Кстати, там же есть упоминание о Египте, так что египетские морды, действительно, не случайны:

— но это уже не просто Петербург, не только Петербург. Это — тот трансфизический слой под великим городом Энрофа, где в простёртой руке Петра может плясать по ночам факельное пламя; где сам Пётр или какой-то его двойник может властвовать в некие минуты над перекрёстками лунных улиц, скликая тысячи безликих и безымянных к соитию и наслаждению; где сфинкс «с выщербленным ликом» — уже не каменное изваяние из далёкого Египта, а царственная химера, сотканная из эфирной мглы... Ещё немного — цепи фонарей станут мутно-синими, и не громада Исаакия, а громада в виде тёмной усечённой пирамиды — жертвенник-дворец-капище — выступит из мутной лунной тьмы.

Что касается просто похоти в людях и в искусстве, то это, думаю, не пробивается дальше чем Буствич. Как говорит один уважаемый мной и Павлом философ-экстрасенс — «на тонком плане между едой и сексом нет разницы». То есть секс и еда — одно и то же.

Иногда встречается здесь совсем иное: местами ландшафт разнообразится светящимися пятнами, похожими на огромные гнилушки. Что-то от трупной зелени есть в них... Это в Агр просвечивает другой слой, расположенный ниже: Буствич. Там всё гниёт, но никогда не сгнивает до конца; в состоянии, сочетающем гниение заживо с духовной летаргией, и заключается мука Буствича. В Буствиче развязывают узлы своей кармы те, чья душа, отяжелённая тяготением к ничем не озарённому плотскому, не выработала за свою жизнь на земле никакого противовеса. Здесь пленника гложет удручающее отвращение к самому себе, потому что эфирное тело его превратилось в подобие кала.

Наказание за «ничем не озарённое плотское» — Буствич, максимум. Для провала в Дуггур это самое плотское должно быть «озарено» демоническим — тяготением к Блуднице.

Чувствуют многослойность пространства. И, соответственно, все, что связано с каждым конкретным местом. И демоническое,и светлое))

А как выражается это тяготение? Человек же не всегда осознает, что его тянет именно к демоническому.
Конкретно по обсуждаемому произведению я не буду отстаивать, что там затронут именно Дуггур. Я сам в этом не уверен. Поэтому я спросил, какие еще слои могут соответствовать тому, что там затронуто.

Интересно, почему именно Древний Египет связан с Петербургом? В моих ощущениях тоже постоянное ощущение Египта

Вот хорошее определение — сладострастие к потустороннему. То есть передачей того самого, что вызывает это сладострастие, характеризуется связь конкретного произведения с Дуггуром.Или не только с Дуггуром?
Какие из современных творений вы можете выделить как явно прозревающие в этот слой?

\\\\ Какие из современных творений вы можете выделить как явно прозревающие в этот слой? \\\\

мне кажется — фильм ф.феллини «сатирикон»

Ну и вот на схожую тему один старый постинг

http://forum.rozamira.org/index.php?showto...ost&p=39671

Сообщение отредактировал Кирилл - 31.1.2012, 2:22

Выходя вечером на темные улицы, ты движешься словно по чьей-то канве, словно уже тысячу раз кто-то проходил до тебя этот путь. Я думаю, существуют некие силовые линии, образованные давно движением тысяч, кто так же шел как я. Вот они-то и образуют энергетические потоки,смерчи, течения, и мы на самом деле гораздо менее свободны, чем думаем сами. Отсюда у меня взялось впечатление о безликости обывательской жизни, обывательских страстей, трагедий и радостей, и я решил написать этот стих, в котором у лирического героя все как у всех

Нет, мне не бывало так тоскливо
В полдень, перекошенный от гроз.
Ты стоишь под небом сиротливым,
И в твоих глазах немой вопрос.

Что же страсти трепетная лира
Вдруг дала досадный перебой?
Что ж, от сувенира к сувениру,
Ты спешишь, не в силах быть собой?

То тебя поманит светлый праздник,
То разгонит кровь лихой сюжет,
Только ты растратишь все напрасно,
И пройдут твои семнадцать лет.

На задворки суетного мира
Нас унёс ночных страстей прибой.
Покупал тебе я сувениры,
Лишь бы ты опять была собой.

Что с того, что нежность без причины
Спутает извилины ума? —
Только дочка держит от пучины,
И про долг напоминает мать.

Дымная и шумная квартира
И часов беспеременный бой;
Мысли стали словно сувениры:
Полно, это было ли с тобой?

Ты ли так недавно и напрасно
Променяла жизни тихий сон
На безумства бесконечный праздник,
Лёгкий и стремительный вальсок?

И тебя заманит в злую полночь
На костёр ни мёртвых, ни живых
Этот, сыростью и ветром полный,
С тишиной рифмующийся стих.

Ты стоишь под небом сиротливым,
И в глазах твоих немой вопрос:
В тишине родятся музыки мотивы,
Или то плоды весенних гроз?

Какое вы можете дать точное определение для термина мистический человек? Кто эти избранные? явно таковых нет на этом форуме, как можно предположить из тезиса об исключительности. А все многочисленные мистики, экстрасенсы, маги, которых в 80-90-е гг возникло множество(о коммерческих проектах мы сейчас не говорим), естественно по-вашему вообще не мистические люди?

Гулял очередной раз по ночному городу, распугивая призраков и заблудившихся алкоголиков, коих на Пушкинской и на Коломенской всегда была масса. И тут в голову мне пришел образ, который я решил выразить в стихотворении.

* * * * * * * *
Россия — имя-наважденье,
Кровавый, жгучий, страстный сон.
Я вижу сны без пробужденья
На перекрестке злых времен.

Затянут силой роковою, —
Едва ль от чаши оторвусь.
И выпью небо грозовое,
Твои все слезы выпью, Русь.

Богатым был я, стану — нищим,
Святошей был я, стану — тать.
Меня в тумане кто отыщет?
И как дорогу отыскать!

Пришел в Москву, а кремль, палаты,
Соборы стали как ракеты,
И улетели без возврата
За ширму призрачного света.

Недавно так получилось: встретился со школьной знакомой, посидели в узбекском кафе «Багратион» в Пушкине и, как водится, заговорились до поздна. Она любезно предложила подвезти меняя до Питера, но я решил прогуляться пешком до Павловска, где у меня есть теплая дача в Тярлево.
Была ночь. Деревянные домики вдоль трассы выглядели уныло. Возвышавшееся вдалеке водоочистное сооружение только добавляло мрачности в колорит. Неожиданно на меня обрушилось ощущение, что я выпал из времени и иду по символическому пути к трансцендентной цели. Вообще, эти места славятся способностью менять состояние сознания. Говорят, в Тярлево, возле речки, было языческое Место Силы. В голову пришло стихотворение

Был долог темный древний лес.
Я шел в неведомой тоске.
Спускались лестницы с небес.
Взносились замки на песке.

Я бросил все, я бросил всех.
Забыл, где мой родной очаг.
Теперь я рыцарь пыльных вех,
И каждый куст — мой славный стяг.

Грааль, — забыл я долг и честь!
Грааль, — тебя ищу сквозь сон.
Хочу я пить, хочу я есть!
Но я по-прежнему влюблен!

Среди грабительской войны
И средь разрушенных святынь
Я вижу лик моей страны,
И глаз пронзительную синь.

На древнем капище лежит
Богини древней мощный стан.
И модный мистик ворожит,
Сует пророчества в карман.

Он путь к Граалю начертил.
Он дал мне практик целый пук.
Но навсегда меня пронзил
Твой синий взор, святой от мук.

Торгуют бесы кровью недр.
Бандиты пулей делят власть.
А я пришел под старый кедр,
Чтоб из ручья напиться всласть.


Ах, города — как перлы бус!
Гардарики державен трон!
Ужели я проснулся, Русь?
Да, долго длился вещий сон!