Белый рейдерVentis Secundis - С благоприятными ветрами!

Ольга, спасибо!
С большим интересом читаю, все пока нравится, но подожду с общей рецензией до окончания публкации.

Денис, очень рада, что читаешь! И если что, не жалей, критикуй

Вот, кстати, поспела третья глава. Немножко крапивинская. Ну и в целом повесть получилась крапивинской.

Опубликовала «Белого рейдера» полностью! Добавлены глава 4, глава 5 и эпилог.

Вот, дочитал!
Теперь уже могу оформить свои впечатления вполне законченно.
Как и все твои творения — очень теплая и обаятельная вещь получилась. Как и в «Городе», ее главная сила не в интриге, которой практически нет, а в особой атмосфере, которой она пронизана. За это мы и любим твои повести
Собственно, на этом можно было бы остановиться, потому что если в тексте есть хоть одна крупная удача, все неудачи за это можно разом списать.
Но, раз ты просишь покритиковать, то с удовольствием.
(Меня вообще-то просить о таких вещах опасно я ж как разойдусь, меня не остановишь...)
1. Все-таки корабельный мир мне кажется не до конца продуманным и сконструированным. Как всякий вымышленный мир, он должен быть очень объемным и глубоким, вроде Средиземья Толкина — с историей и легендами, бытовыми особенностями и т.д. Здесь же иногда (только иногда!!!) ощущается не настоящий мир, а «декорация»: нечто придумано, придумано очень интересно, но плотью не обрасло, а осталось штрихом, наметкой.
2. Второе замечание касается, скорее, одной из идей, лежащей в основе всей вещи: подъема из Бездны. Если рассматривать все это лишь как общий символ, то все в порядке, но если спускаться глубже, на психологический уровень, то возникают вопросы. В «Белом рейдере» падение в бездну — почти случайность, страдание в ней — страдание за проступок, совершенный просто по незнанию, глупости и т.д. Однако на деле такого рода проступки вырастают из характера или системы ценностей, и подъем из Бездны невозможен без некоего самоочищения. Здесь же такое самоочищение даже и не требуется, все и так с самого начала очень хорошие, добрые, а в Бездне оказались просто так, нечаянно

Ну и останавлюсь на этом, потому что может показаться, что вещь мне не нравится, а она мне нравится и даже очень. И потому можешь не обращать внимания на все, что я тут написал, потому как Автор должен идти своей дорогой, если чувствует, что прав.

Денис, большое спасибо за отзыв и критику, а главное, за то, что читаешь мои вещи Твоё мнение для меня очень важно. А по поводу критики не беспокойся: критика у тебя всегда доброжелательная и конструктивная.

С первым пунктом, пожалуй, соглашусь. Пожалуй, и в «Городе» не хватает глубины и объёма. Но чтобы мир приобрёл рельефность и глубину, нужно просто время. Толкиенское Среднеземье складывалось десятилетиями, а нашему с Юни корабельному миру нет и года

Вообще, процесс работы над сказочными повестями для меня во многом — всматривание и вслушивание, и потом — попытки подобрать верные слова, чтобы об этом рассказать. Потому я так медленно пишу и без конца редактирую написанное. Какие-то вещи ясны с самого начала, а какие-то проясняются лишь потом. Второстепенные герои вдруг выходят на первый план. (Титаник, например, хронически не умеет быть второстепенным героем )

Мне кажется, для тех же корабельных историй я бы целыми днями рылась в библиотеке, а потом бродила по улицам и размышляла, потом снова читала книги и смотрела фильмы... Кстати, мой нынешний офис расположен в очень вдохновляющем районе — и я уже познакомилась с героем моей следующей истории...

По поводу второго пункта — не соглашусь. Падение в Бездну — это кармическое последствие. Которое складывается из целого ряда факторов. Это и личная карма (убийство), и — пожалуй, в данном случае главный фактор — карма государственности (флагман фашистского флота, любимый корабль Гитлера — ничего себе!!!), и какие-то личные заморочки (об этом Бисмарк тоже рассказывал, поднимаясь с Худом по лестнице Маяка). И ещё — стечение обстоятельств. Призраки, как любые демоны, своей пищи не упустят. Ну и у Бисмарка, как у корабля с утяжелённой кармой, больше шансов им попасться

Но из «Розы Мира» мы знаем, что закон кармы несправедлив и страдание — отнюдь не лучшее лекарство. Поэтому рейдеры и спасают попавших в беду. Поэтому Худ, ужаснувшись судьбе своего врага, ставит целью своей жизни его спасение.

Настоящее исцеление Бисмарка происходит уже на Маяке. Собственно, подъём по лестнице и есть самоочищение. Там он, в частности, рассказывает Худу о Гитлере и о смешанных чувствах, связанных с этим человеком.

Честно говоря, меня удивил Худ. Я когда-то думала, что он такой весь из себя флагман, ведь очень известный корабль, было отчего задирать нос. А он оказался совсем другим. Собственно, с его появления повесть и начала активно двигаться, хотя изначально я задумывала написать только о Бисмарке. Вторым сюрпризом был Вилфред (я их как будто сразу увидела с Худом вдвоём), а третьим — Екатерина, которой вообще-то отводилась не второстепенная даже, а третьестепенная роль.

Ну, вот такие пока мысли

Значит, все еще впереди С «Городом», однако, проще — он отсылает к текстам Д.А., к его мифу, а с таким напарником можно не беспокоиться за глубину и объем. С корабельным миром будет сложнее, потому что он более «авторский», и в нем работы будет для вас с Юнией на порядок больше. Но не сомневаюсь, что вы справитесь


Второстепенные герои, на мой взгляд, вообще вышли более живыми, это Титаник и Беренгария. Однако это общая проблема всей романтической литературы, начиная с Вальтера Скотта. В чем тут причина, не знаю... Наверное, в том, как сказала одна мудрая женщина, что Добро — всегда загадка, потому положительный герой, его носитель, всегда схематизируется, ибо он загадка и для автора. А обыденное и бытовое понимать и изображать легче.


И эти факторы могут быть различными. Вспоминая «Город», и твой рассказ-фантазию о прошлых жизнях, я думаю, что ты, на самом деле, очень хороший человек потому как все твои герои попадают в Бездну по одной-единственной причине — незнанию. Они творят зло, только если не догадываются, что это — зло, будучи изначально добрыми сущностями. Для Бисмарка его проступок казался всего лишь игрой в «морской бой».
Но так, на самом деле, бывает очень редко, хотя с кораблями, лишенными эйцехоре, возможно, только так и бывает
А у людей, с их склонностью, благодаря эйцехоре, наслаждаться злом, бывает по-другому. Бывает сознательная измена и служение злу, бывает зло под маской добра, и изживание эйцехоре не просто осознание, но мучительный процесс самоуничтожения части себя.
Однако, если считать восхождение по лестнице Маяка лишь общим символом, то, конечно, никаких замечаний нет.
Да и вообще, последнее замечание проистекает, видимо, из разного трансфизического опыта и не должно восприниматься как замечание

Денис,



Проще, да. Но и сложнее, потому что чувствуешь ответственность и боишься где-нибудь сфальшивить или наврать.



А ты не читал, кстати, «Звезду морей»? Здесь же, на форуме? Там Карпатия немного рассказывает Олимпику об истории этого мира.



Мне кажется, они просто более яркие, экстравертные. Интроверты меньше на виду, но... Вот мне очень нравится Вилфред — чистая душа и верный друг.



Денис, разница трансфизического опыта тут ни при чём. Ведь по «Розе Мира», карма — странная штука. Например, человек может быть очень хорошим, но убеждённым атеистом, и в посмертии у него могут возникнуть неприятные моменты... Или может быть исключительно порядочным в личной жизни, но — царём или президентом, военным министром, и тогда на него ложится часть государственной кармы. Это несправедливо, конечно, но ведь демоны справедливых законов не придумывают.

Карма Бисмарка утяжелилась из-за Гитлера. Носители тёмных миссий ведь тем и отличаются, что многих утаскивают вниз

Маяк, наоборот, исцеляет. Мавритания в своё время плакала, раскаиваясь в некрасивом поступке по отношению к Олимпику. Бисмарк окончательно освобождается от ложных идей и чувств, внушённых ему Гитлером. На Маяке всё происходит не через страдание, но через понимание. И всегда найдётся кто-то рядом, кто поддержит тебя и примет таким как есть, со всеми совершёнными в прошлом ошибками.

Читал, конечно. Хотя этот эпизод помню плохо. Наверное, история была очень краткая Но дело не только в истории создания, а в «истории» вообще: что и почему именно так в этом мире.
Потом есть еще одна загвоздка — я вообще несколько смущен психологией кораблей, и я не знаю, насколько к ним применимы мерки людской психологии


Карма несправедлива, но лишь отчасти. В РМ подчеркивается двойственность ее законов, их изначально светлая основа и «демоническое» утяжеление. Потому возмездие не ложится на тех, на ком нет вины, хотя оно может быть непропорционально велико.
Царь, президент, военный министр посылают на смерть людей и прекрасно об этом знают. Они с легкостью ломают судьбы миллионов и обычно ничуть об этом не жалеют. Так чего же должно их ждать в посмертии?
С атеизмом сложнее... Здесь несправедливость может быть просто вопиющей. Но, во-первых, сочетание атеист-хороший человек все ж таки не самое частое, во-вторых, имея искаженное представление о мире, атеист способен нанести огромный вред из лучших побуждений. Мой учитель философии, профессор, был милейшим человеком, я вообще среди коллег никого добрее его не встречал, но на своих лекциях по истории религии он регулярно высмеивал Библию и Христа. И не хотел на них взглянуть по-другому, хотя, безусловно, мог.
Но, повторюсь, корабли есть корабли, и, быть может, есть смысл все трактовать, как трактуете вы с Юнией — не вдаваясь в темные стороны людей и их карм.

Да, Карпатия рассказывает буквально чуть-чуть (о защитниках крепости и о том, как остров был поднят в небо). Но им с Олимпиком и так есть много о чём поговорить, а автору нужно вместить это в формат небольшой повести



Здесь, как я уже говорила, нужно просто время. И — читать, размышлять, пытаться вчувствоваться. Это как подбираешь новую, незнакомую мелодию. Сначала следуешь общей канве. Чтобы получилось то, что услышал. Потом уже понемногу начинаешь мелодию украшать, пробовать аранжировки, добавлять партию того или иного инструмента. И снова вслушиваться, всё ли на месте, всё ли в гармонии, не проскакивает ли где-то фальшивая нота. И это может занять десятилетия... Так один мир живёт во мне уже больше двадцати лет, но я не знаю, смогу ли когда-нибудь о нём написать.



Ну, авторы — сами люди, и поэтому пишут по-человечески Потом, корабли настолько связаны с людьми, и люди настолько ощущают эту связь, что я думаю, здесь и в самом деле очень много общего... Но мне нравится работать над этими сказками не столько из-за психологии, сколько из-за того, что здесь можно попытаться рассказать о том, что такое миры Просветления. Показать, что там за жизнь, постараться передать её дух.

В своё время я читала «Науку и религию», там публиковались и художественные произведения, затрагивающие тему рая. И все они меня разочаровывали. Рай получался каким-то выхолощенным, плоским, а то и откровенно несправедливым. Да и слова «вечное блаженство» — мне всегда было непонятно, что за ними кроется? И только прочтя о затомисах, я наконец поняла, что это такое. И наши с Юнией герои-корабли живут в раю — потому что там они с теми, кого любят, там они занимаются любимым делом, там открывают для себя новые творческие возможности. И этот художественный образ рая мне кажется более живым и близким, нежели любые интеллектуальные построения.

Вообще, одна из художественных задач, решаемая в этих сказках — дать читателю почувствовать дух жизни без эйцехоре. Ведь можно говорить, что плохое — это плохо. А можно дать ощутить, что хорошее — действительно хорошо



Мне кажется, светлые пра-законы трудно было бы назвать «кармой» в нынешнем понимании. Карма уже предполагает в себе несвободу. А осознание своих ошибок, их изживание — это уже акт свободы. В корабельных историях образом светлого пра-закона является подъём на Маяк. Здесь Мавритания глубоко раскаивается в некрасивом поступке. Здесь Худ, а потом уже и Бисмарк присаживаются на ступеньку, чтобы поразмыслить, а всё ли они делали правильно. И здесь же важный момент — взаимопомощь. Олимпик помогает Мавритании проделать путь, оказавшийся для неё нелёгким. Вилфред ободряет Худа, Худ потом через десять лет говорит Бисмарку те же слова поддержки, что и сам когда-то услышал. И в этих словах, сказанных другим (человеком или кораблём) снова проявляется любовь Бога и Его вера в нас.

Да, чуть не забыла По поводу атеизма. Вот это и есть, на мой взгляд, пример зла, совершённого по незнанию. Ведь если твой знакомый профессор ощущал Христа как личность, имеющую отношение к его судьбе и судьбе всех людей... Навряд ли бы он тогда насмешничал над Библией. Беда в том, что Христос для него — выдумка, и он насмешничает, как считает, над нелепой выдумкой, не зная, что его слова могут иметь последствия и для него самого, и для его аудитории...

Да! И это ужасно трудно. Потому что такая жизнь идет в затомисах, а не на земле, и нам приходится о ней догадываться и ее «реконструировать» по кусочкам. Если бы удалось такую жизнь полноценно воссоздать здесь — до Розы Мира тогда оставался бы всего один шаг.


В европейском понимании карма, да, это что-то нехорошее. Но в индуизме это «воздаяние за совокупность добрых и злых поступков», она может быть как хорошей, так и плохой. Мне кажется, что изначально пра-закон выглядит всего лишь как «что вы делаете, то вы и получаете». То, что ты творишь, и есть ты, то, что возвращается к тебе. Но Провидение смягчает последствия дурных поступков и «усиливает» добрые, а Демоны — наоборот. Потому карма может быть благом, если она есть следствие благих трудов и добрых дел. Тогда она выглядит просто как добрый урожай, собранный после полугода работ, творение, в которое вложены силы, и т.д. Она тоже содержит некое ограничение свободы, но я всегда и был против отношения к свободе как к фетишу, потому что читсая свобода — это чистая пустота.


Это так, конечно, но... Даже если считать Христа выдумкой, заслуживает ли такая выдумка, чтобы смеяться над ней? Не дополняется ли извинительное зло «по незнанию» пусть малой, пусть совсем незаметной толикой сознательного зла?
Я не знаю ответа на этот вопрос.

Причём «реконструировать» приходится в человеческих понятиях, подбирая образы, которые могли бы хоть немного передать что-то «оттуда». Это сама по себе интересная художественная задача! Ты об этом говорил в статье «Два мифа». Верно выбранный образ, верное созвучие нот в общей мелодии мифа помогает душе читателя настроиться на соответствующий лад, ощутить соприкосновение, резонанс со светлой стороной стоящей за мифом реальности — трансмифа...



Мне поэтому и интереснее писать о светлом Попытаться хоть немного почувствовать так, как чувствовал бы человек эпохи Розы Мира. Передать эти ощущения, помочь читателю пережить их.

Вся беда нашего молодого родонистского сообщества — в том, что Роза Мира для нас пока остаётся теорией. А между тем Роза Мира — это практика. Практика каждодневной внутренней работы. Я имею в виду даже не молитвенную практику (которая, несомненно, нужна), и не медитационную (хотя у меня есть своя собственная система). Я о каждодневных мелочах. Как мы проводим день, как ведём себя со знакомыми или незнакомыми людьми, какие мысли нами владеют... Если мы красиво рассуждаем о добром и вечном, но при этом сердце наше обуреваемо тёмными эмоциями, то розамиротворчество наше — чисто теоретическое. А на практике мы можем уйти от Розы Мира очень и очень далеко.

Освобождение от душевной мути помогает прояснить внутренний взор, а это соответственно открывает сердце добрым силам. Появляется видение своего пути, понимание своей задачи. Не хочется больше собираться в кучу и строить какие-то грандиозные проекты. Поиски сверхспособностей ради них самих тоже больше не представляют интерес. Просто находишь своё дело и начинаешь работать, зная, что рядом с тобой незримо трудятся те, кого ты уже знаешь и любишь сердцем. Понимая, что никакие выходы в астрал не приблизят тебя к ним больше, чем каждодневная совместная работа. И можно быть при этом учителем в школе, медсестрой, даже домашней хозяйкой — любая область деятельности предоставляет возможность для просветления и облагораживания этого мира. А ведь наша задача и состоит в просветлении Энрофа.

Поэтому и первым шагом в воплощении Розы Мира мне видится появление искусства, свободного от душевной мути. Искусства, которое прививало бы вкус к добрым человеческим отношениям, к радости и творчеству, к душевной чистоте. Надеюсь, что наши с Юнией корабельные сказки тоже вносят в это свой скромный вклад.