Проблема интеррелигии в "Розе Мира" (статья)

МОЖЕТ ЛИ ИНТЕРРЕЛИГИОЗНАЯ ОСНОВА РОЗЫ МИРА БЫТЬ ХРИСТИАНСКОЙ?

Вообще говоря, Даниил Андреев не дает прямого ответа на этот вопрос, хотя многие родонисты считают (исходя из его слов), что ответ на него может быть только положительным. Возьмем, к примеру, такую цитату:

"Конечно, прежде чем станет осуществимой уния между христианством и другими религиями и культами "правой руки" - а это есть одна из исторических задач Розы Мира, - естественно достичь воссоединения христианских церквей: подготовку такого воссоединения, богословскую, философскую, психологическую, культурную и организационную, Роза Мира будет проводить с неослабевающим воодушевлением. Пока воссоединения христианства не произошло, пока Восьмой вселенский собор (или несколько последовательных соборов) не рассмотрят весь объем старой догматики и не внесут в него ряд тезисов, основанных на духовном опыте последней тысячи лет, пока они не санкционируют наивысшим авторитетом воссоединенного христианства тезисы учения Розы Мира, до тех пор эти тезисы могут, конечно, исповедоваться, утверждаться, проповедоваться, но не должны быть отлиты в замкнутые, завершенные, безусловные формы, рекомендуемые к исповеданию всем христианам.

В этом воссоединении христианских конфессий и в дальнейшей унии всех религий Света ради общего сосредоточения всех сил на совершенствовании человечества и на одухотворении природы Роза Мира видит свою надрелигиозность и интеррелигиозность.

Религиозная исключительность ее последователям не только чужда - она для них невозможна. С о - в е р ч е с т в у со всеми народами в их наивысших идеалах - вот чему учит ее мудрость.

Строение Розы Мира предполагает поэтому ряд концентрических кругов. Почитаться пребывающими вне всеобщей церкви не должны последователи никакой религии "правой руки"; те же из них, кто еще не достиг сознания надрелигиозного единства, занимают внешние из этих кругов. Средние круги охватывают менее деятельных, менее творческих из числа последователей Розы Мира; внутренние же - тех, кто смысл своего существования положил в сознательном и свободном богосотворчестве".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., I, 3, стр. 29).

Как видите, здесь Даниил Андреев говорит только о воссоединении христианских церквей и унии с другими религиями правой руки, причем именно в последней, а отнюдь не в интеррелигиозности христианства, он видит интеррелигиозность самой Розы Мира. Некоторое сомнение вызывают только два последних абзаца. Первый из них позволяет предположить, что интеррелигиозное мировоззрение должен иметь представитель каждой религии, вошедшей в Розу Мира, а второй - что, в зависимости от степени этой интеррелигиозности, представители разных религий будут принадлежать к разным кругам Розы Мира, причем к внутреннему кругу - кругу высшего посвящения - будут принадлежать только те, кто уже перерос узконациональные и узкоконфессиальные рамки своей религии и готов работать на благо всех. Однако это еще не говорит о том, что интеррелигиозная основа Розы Мира должна быть христианской... Если, конечно, не цепляться за то, что в последнем абзаце Даниил Андреев называет Розу Мира "всеобщей церковью", но это весьма слабый довод. Кроме того, в первой главе (той же I-й книги) он говорит совершенно четко:

"Это не есть замкнутая религиозная конфессия, истинная или ложная. Это не есть и международное религиозное общество вроде теософического, антропософского или масонского, составленного, наподобие букета, из отдельных цветов религиозных истин, эклектически сорванных на всевозможных религиозных лугах. Это есть интеррелигия или панрелигия в том смысле, что ее следует понимать как универсальное учение, указующее такой угол зрения на религии, возникшие ранее, при котором все они оказываются отражениями различных пластов духовной реальности, различных рядов иноматериальных фактов, р а з л и ч н ы х сегментов планетарного космоса. Этот угол зрения обнимает Шаданакар как целое и как часть божественного космоса вселенной. Если старые религии - лепестки, то Роза Мира - цветок: с корнем, стеблем, чашей и всем содружеством его лепестков".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., I, 1, стр. 13).

Вот так: не религия, а только учение, указывающее правильный угол зрения на существующие религии, - такой, который позволяет им заключить унию друг с другом для совместного богосотворчества. Я бы даже сказал, что это не только учение, но и некоторая внерелигиозная (надрелигиозная?) органиация, координирующая такую совместную деятельность религий. И не только религий... Ясно, в такой организации могут работать представители любых религий правой руки, что ни в коем случае не обязывает их придерживаться интеррелигиозного мировоззрения. Единственное, что от них требуется, - это уважение к вере представителей других религий. Но это вполне возможно и при исповедовании какой-то одной религии...

К сожалению, не все так просто, как мне хотелось бы, поскольку некоторые заявления Даниила Андреева позволяют предположить, что под Розой Мира он понимал именно интеррелигию и именно интеррелигиозное христианство! Вот, например, что он пишет о тех положениях религиозных учений, которые должны быть общими для религий, согласившихся войти в Розу Мира:

"...Можно, правда, построить исходя из телеологии истории определенную классификацию религий, которая позволила бы выделить религии высокоразвитые в особую группу, и убедиться, что есть тезисы, утверждаемые всей этой группой религий, хотя и с различной степенью чистоты и силы. К их числу принадлежат: тезис о единстве Бога, о множественности различных духовных иерархий, о множественности разнозначных миров, о бесконечной множественности становящихся монад, а также о существовании некоего общего нравственного закона, который характеризуется посю- или потусторонними воздаяниями за совершенное человеком в жизни. Во всем же остальном, и даже в истолковании только что перечисленных общих тезисов, мифы либо противоречат один другому, либо говорят о разном".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., I, 3, стр. 24).

(Не подумайте, что здесь Даниил Андреев говорит только о мифах. Дальше он на примере некоторых мифов показывает, что возможен такой взгляд на них, который устраняет разногласия между религиями, исповедующими эти мифы).

Как только я прочитал это, то в душе у меня возник протест, поскольку такая точка зрения автоматически исключает из Розы Мира политеические религии. Прежде всего, она исключает буддизм, который признает всех богов, но не поклоняется ни одному из них. И это - не ущербность данной религии, не недоразвитость ее по сравнению с монотеическими религиями, такими, как христианство и ислам! Просто такова высшая реальность этой религии, для которой не приемлем тезис о единстве Бога... Вот тезис о "множественности различных духовных иерархий" для нее приемлем, но тезис о единстве Бога - нет! И если Роза Мира будет настаивать на этом последнем тезисе, то сделает невозможным присоединение к ней буддизма...

А вот что по этому поводу говорит Даниил Андреев:

"Буддийское созерцание, исключая, кажется, состояние "абхиджны" самого Гаутамы Будды, останавливается на Нирване, вернее, на мирах наивысшего аспекта буддийского Трансмифа, не стремясь осознать даже высших сфер Шаданакара. Чувство глубокой безнадежности, неверия в возможность преображения миров и просветление Закона проникают эту религию насквозь. Это естественно для всех религий, возникших до воплощения Планетарного Логоса в Энрофе. Естественно также, что эта безнадежность парализовала всякое стремление ко всемирному. Если можно здесь чему-нибудь удивляться, то скорее тому, что буддизм все-таки нашел в себе силы к разливу вширь, хотя, конечно, прозелитизм его духа давно отошел в минувшее".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., VII, 2, стр. 137).

Я не буду пока что разбирать этот отрывок, поскольку собираюсь сделать это во второй части статьи, посвященной проблеме Абсолюта. Сейчас я хочу только сказать, что такая точка зрения свидетельствует о непонимании Даниилом Андреевым смысла и задач буддийской религии. Понять его, конечно, можно, поскольку он никогда не скрывал своих симпатий и своей принадлежности к христианской религии. Но тем осторожнее он должен быть в своих высказываниях о других религиях! Последняя цитата, к примеру, не отвечает даже его собственным критериям интеррелигиозности...

Следующая пара цитат уже не оставляет сомнений, что интеррелигиозную основу Розы Мира Даниил Андреев видел именно христианской:

"Центр верграда, его сердце и в то же время его вершина - это храм Солнца Мира. Без многих других сооружений можно представить верграды в небольших городах, только без храма Солнца Мира невозможно...

...Здесь, видимый и собравшимся на площади, и молящимся во храме, верховный наставник совершает торжественную службу Солнцу в трех его значениях: как воплощению великого жизнетворящего духа; как отчему лону, из которого изошло телесное существо всей Земли и всего земного; и как образу - подобию Всевышнего...

Направо и налево от главного алтаря, в котором протекают также служения, обращенные к Первой Ипостаси, мне представляются приделы Приснодевы-Матери и Бога-Сына: они сообщаются с центральным залом двумя высокими арками; тяжелые занавесы закрывают проемы этих арок в обычные дни. Если же оглянуться назад, то по сторонам от главного входа, увидишь две другие подобные же арки; за ними - приделы Синклита России и Синклита Мира.

В верградах небольших городов не будет необходимости в отдельных храмах, посвященных одной из ипостасей Троицы или в отдельных храмах Синклитов: потребность в этих культах могут удовлетворять служения в соответствующих приделах храма Солнца Мира. Но в больших городах наряду с такими приделами неизбежно возникнут особые храмы именно этого назначения.

Культ Единого, культ Солнца Мира не сможет исчерпать того религиозного осмысления, которое Роза Мира даст событиям истории, событиям культуры, событиям личной человеческой жизни. Таинство рождения; обряды, сопутствующие различным возрастам детей и их возмужанию; таинство брака и таинство расставания; таинство побратимства - священнодействие, благословляющее союз двух душ в высокой дружбе; благословение творчества художественного, воспитательного, врачевательного, общественного, творчества любви, творчества семьи, творчества просветления животных, творчества даже таких родов и форм, которых мы еще не предвидим, - все это войдет в ритуал Розы Мира, направляясь в одних случаях - к инстанциям христианского трансмифа, в других - к Синклитам метакультур и Синклиту человечества, к Великим Стихиалям и к Матери-Земле и, наконец, к Той, на Чье приближение к нам мы уповаем".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., XII, 3, стр. 255-256).

"С этим культом будет связана третья из иерархий духовенства Розы Мира. Если первой их них - иерархии Триединого Бога, чтимого под символом Солнца Мира, и Его первой ипостаси, Бога-Отца - может быть присвоен золотой цвет, а второй иерархии - голубой или синий, то согласно мистической традиции духовенство Бога-Сына, Планетарного Логоса, Иисуса Христа закономерно представляется облаченным в одежды белого цвета.

Все эти три иерархии, все три культа имеют универсальный, космический смысл; по самому существу своему они могут и должны быть едиными для всего человечества. Но, сверх того, учение Розы Мира обладает такими аспектами, каждым из которых она обращается только к одному сверхнароду, к людям одной культуры. Метаисторическое объединение человечества - величественный процесс, могущий протекать лишь с постепенностью. Пока существуют метакультуры, со всей спецификой их исторических выражений, единое учение будет преломляться сквозь различные культурные призмы, и в этих преломлениях скажутся различия исторических судеб, фонда знаний, накопленной мудрости и исторического долженствования. Единая в своих высших проявлениях, Роза Мира в каждой из культур создаст для себя как бы фундамент в виде некоторого этического и метаисторического учения, сопровождаемого культом и обращенного только к данному сверхнароду или нации...

Таким аспектом единого учения, обращенным, например, к народу японскому, мог бы быть преобразованный шинтоизм.

Аспектом, обращенным к народу еврейскому, могло бы стать преобразованное иудейство..."

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., XII, 3, стр. 258).

Вот так: космический смысл в Розе Мира имеет только преобразованное христианство, а остальные религии могут иметь только локальный национальный смысл, со временем утрачивающий свое значение... Я уж не говорю об исламе, у которого, согласно Даниилу Андрееву, нет своего трансмифа. Но как понять то, что иудаизм, у которого есть свой трансмиф, Даниил Андреев причислил к таким же локальным национальным проявлениям Розы Мира, как шинтоизм? Или то, что буддизм, трансмиф которого уступает по своему величию (хотя это тоже сомнительное заявление, которого не должно быть во взаимоотношениях религий, входящих в Розу Мира!) только трансмифам христианства и индуизма, вообще не упомянут при описании верградов России, хотя я не сказал бы, что в России эта религия имеет локальный национальный характер?...

Объяснение всем этим противоречиям простое. И вы должны его знать, поскольку многие исследователи творчества Даниила Андреева отмечали, что XII-я книга "Розы Мира", за исключением 4-й и 5-й глав ("Князь Тьмы" и "Смена эонов"), является самой слабой из ее книг. Потому что при написании этих глав (т.е. 1-й, 2-й и 3-й глав XII-й книги) он опирался не столько на свой дар, сколько на собственное домысливание того, что изложил в остальных книгах (которые он писал, несомненно, опираясь на свой дар!). Естественно, что на содержании этих глав сказались все его личные человеческие пристрастия и заблуждения, прежде всего, его симпатии к христианской религии... Именно поэтому в остальных книгах "Розы Мира" далеко не так очевидна христианско-ориентированная интеррелигиозная основа Розы Мира, как в последней, XII-й книге...

Распутывание этого клубка я начну с противопоставления пары цитат из "Розы Мира". Первая непосредствено продолжает ту цитату, с которой я начал данную статью:

"Пусть христианин вступает в буддийский храм с трепетом и благоговением: тысячи лет народы Востока, отделенные от очагов христианства пустынями и горными громадами, постигали через мудрость своих учителей истину о других краях мира горнего. Сквозь дым курений здесь мерцают изваяния высоких владык иных миров и великих вестников, об этих мирах говоривших людям. Мирам этим не соприкоснулся западный человек; пусть же обогатятся его разум и душа хранимым здесь знанием.

Пусть мусульманин входит в индуистский храм с мирным, чистым и строгим чувством: не ложные боги взирают на него здесь, но условные образы великих духов, которых поняли и страстно полюбили народы Индии и свидетельство о которых следует принимать другим народам с радостью и доверием.

И пусть правоверный шинтоист не минует неприметного здания синагоги с пренебрежением и равнодушием: здесь другой великий народ, обогативший человечество глубочайшими ценностями, оберегает свой опыт о таких истинах, которыми духовный мир открылся ему - и никому более".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., I, 3, стр. 29).

В то же время, Даниил Андреев пишет (эта цитата непосредственно предваряет цитату, с которой я начал данную статью):

"Известно, что многие японцы, исповедующие христианство, остаются в то же время верными шинтоизму. Правоверного католика или протестанта, да и православного тоже это коробит, он не может понять, как это психологически возможно, и даже ощущает в этом явлении нечто как бы кощунственное. Но безо всякого кощунства это возможно и даже совершенно естественно потому, что опыт христианства и опыт шинтоизма различествуют по горизонтали: они - о разном. Шинтоизм есть национальный миф. Это есть аспект мирового религиозного откровения, обращенный к народу японскому и только к нему. Это - осмысление духовной, лучше сказать, трансфизической реальности, надстоящей над японским народом и только над ним и проявлявшейся в его истории и культуре. В шинтоизме не найти ответов на вопросы космического, планетарного или общечеловеческого характера: о Творце мира, о происхождении зла и страдания, о путях космического становления. Он говорит только о метаистории Японии, о ее метакультуре, об иерархиях, ею народоводительствующих, и о небесном соборе просветленных душ, поднявшихся в высшие миры Шаданакара именно из Японии. Синкретизм японцев, то есть одновременное исповедание ими шинтоизма и католичества, шинтоизма и буддизма, есть не психологический парадокс, а, напротив, первый намек на то, как должны дополнять гармонически друг друга опыты и истины различных религий".

(Даниил Андреев "Роза Мира", Москва, Прометей, 1991 г., I, 3, стр. 28, 29).

Лично я не вижу ничего предосудительного в чувстве, когда одновременное исповедование двух разных религий воспринимается как кощунство. Потому что вероисповедование, если оно является искренним, - это гораздо более интимная вещь, чем приверженность своей национальной культуре. И чем искреннее человек исповедует ту или иную религию, тем немысленнее для него войти в чужой храм с таким же трепетом и благоговением, как и в свой родной храм. С уважением к чужой вере - да, но с благоговением и трепетом - это уже черезчур. Потому что одновременное исповедование нескольких религий автоматически подразумевает снижение силы переживаний в рамках каждого отдельного вероисповедования. Это - последствия для самих верующих. Сами же религии при этом обретают тенденцию к постепенному слиянию в одну религию. (Поэтому можно не сомневаться, что в одновременном исповедовании христианства и шинтоизма христианство - это уже не совсем христианство, а шинтоизм - уже не совсем шинтоизм).

В данном случае Даниил Андреев допустил ошибку, решив, что интеррелигиозная основа Розы Мира должна быть христианской. Это непосредственно следует из того, что ни один нормальный человек не может одновременно исповедовать несколько религий. (Я имею в виду, что он должен исповедовать их также истово, как и приверженцы какой-то одной религии). Он может заниматься административными делами этих религий, может соблюдать их культовые обряды, но все это только внешние проявления веры. В душе он будет чувствовать либо равнодушие к этим религиям, либо некоторую принужденность своих переживаний, как профессиональные актеры к своим спектаклям. Или, что более вероятно, будет искренне исповедовать только одну религию, а культовые обряды других соблюдать по необходимости. Причем в этом последнем случае его вообще нельзя допускать к руководству другими религиями, поскольку нельзя исключить предвзятость его действий в урегулировании взаимоотношений между ними.

Но есть в этом правиле одно исключение. Дело в том, что существуют религии, в которых человека специально обучают волевому управлению своей эмоциональной сферой - это буддизм и ламаизм. Такой человек действительно может с одинаковым благоговением войти и в христианский храм, и в мусульманскую мечеть, и в иудейскую синагогу, и вообще в любое святилище. Если, конечно, ему это понадобится. Но скорее всего он войдет во все эти храмы не с благоговением, а с уважением, причем именно таким, какое истинные приверженцы этих религий ждут от него в этой ситуации. Потому что именно такому управлению своими эмоциями для соблюдения равновесия в окружающем мире и обучают его в рамках его религии! Но главным залогом искренности такого его отношения к другим религиям является то, что буддизм и ламаизм признают всех богов, но не поклоняются ни одному из них.

А помните пример с одновременным исповедованием японцами христианства и шинтоизма, который Даниил Андреев приводил в качестве иллюстрации того, что человек может осуществлять интеррелигиозную связь между религиями в виде одновременного и одинаково истового их исповедования? Тогда я сказал, что это невозможно, хотя на самом деле здесь не все так однозначно. Хорошо известно, насколько широко в Японии распространен буддизм (причем не просто буддизм, а именно дзэн-буддизм, в котором акцент на волевом управлении человеком своими эмоциями наиболее силен). По сути дела, в Японии эта религия стала не просто религией, а национальной чертой характера, настолько она укоренилась в характере и темпераменте японцев. Человек может не считать себя буддистом и исповедовать какую-то другую религию (или даже несколько, как в случае с христианством и шинтоизмом), но если он японец, то в глубине своей души он все равно буддист! Именно эта черта характера и позволяет японцам одновременно исповедовать христианство и шинтоизм, что немыслимо для других наций. Поэтому данный пример доказывает не то, что человек может одновременно и одинаково истово исповедовать несколько религий, а то, что интерерлигиозную связь между разными религиями может осуществлять только человек, воспитанный в системе буддизма. То есть интеррелигиозная основа Розы Мира должна быть не христианской, как считал Даниил Андреев, а буддистской! Или, как минимум, надрелигиозной...

Эх, Гандалф, сколько бумаги испортили...

Роза Мира - это, прежде всего Христос (Логос) и Богородица (Женственность), как суть, смысл и сердце всего нашего Шаданакара.

Поэтому Роза Мира есть, по сути своей, религиозная связь с Христом, то есть религия Христианская.

Разумеется, речь у Даниила Андреева идёт о будущем преображённом христианстве, которе не будет знать религиозной узости и непримиримости некоторых нынешних её версий.

При этом земной буддизм конечной целью своей имеет растворение в полном Ничто, чего, конечно же, не может быть не только с христианской т.з., но и с т.з. буддистского трансмифа. А всё потому, что буддизм не говорит о том, что лежит выше его "нирваны", то есть не говорит о мирах самого Логоса, Который эту нирвану создал.

Другое дело, что говорить о интер-религиозности и со-верчестве могут лишь люди, которые ЧУВСТВУЮТ, что это такое. Именно они будут заниматься преображением христианства.

Но и со-верчество не есть удел только будущих поколений. Например, на нашем форуме есть розамиричи, включая меня, которые одновременно являются православными христианами. При этом никаких внутренних конфликтов они не испытывают, потому что, со-верчество, это прерогатива души, а не интеллекта.

И точно также легко ложится на душу вера в то, что ОСНОВА и сердцевина будущей интеррелигии и будущего учения Розы Мира может быть только христианской, которая от Христа. Ведь Он сам есть ОСНОВА нас и нашего земного шарика.

Говорить здесь об "ошибках" Андреева неуместно, также, как о том, что его 12- я книга слабее других. Нельзя сравнивать грушу и яблоко. Это разные фрукты. И книги о разном.

М.

А на мой взгляд, тут все не так просто.

Довольно много говорилось на тему, является ли Роза мира религией или нет.
И тут необходимо делать большую оговорку относительно того, что мы понимаем под Розой мира.
Если мы говорим о сегодняшнем дне, то Розы мира еще нет. Есть лишь некоторое число последователей Даниила Андреева, объединенных общими идеями, мечтами, мыслями и т.п.
Если мы говорим о ближайшем будущем, то Роза мира (или некоторая организация, сопоставимая с нею) видится на обозримом отрезке как организация общественная и вне-конфессиональная. Я бы даже добавил, что ни в коем случае не религиозная.

И только в отдаленном будущем, когда процесс объединения уже существующих религий станет реальным, и когда в результате их интеграции начнет вырисовываться нечто более-менее целое, только тогда можно будет говорить о Розе как о религии.

Раньше - нет.

Но естественно, что в ходе такой предполагаемой интеграции существующие сегодня конфессии претепрят определенные изменения.
Невозможно представить объединение тех религий, которые реально существуют сегодня, с узкоконфессиональным эгрегорным балластом.
Естественно, на основе существующего на сегодняшний день христианства представить объединение остальных религий нельзя.

Но если христианство изменится, сохранив ту устремленность в высочайшие слои Шаданакара, к Планетарному Логосу, к Мировой Сальватерре, но при этом очистившись от груза нетерпимости по отношению к другим религиям, то на основе такого христианства объединение остальных религий уже не покажется чем-то невозможным.

Что же касается ближайшее обозримого отрезка, то



Я с этим соглесен.

Дать такой угол зрения, при котором мировые религии не противопоставлялись друг другу, а друг друга дополняли, способно только учение, которое само выходит за религиозные пределы.

Теперь, что касается 12 книги Розы мира и глав о культе.

я считаю, что лишь время, будущие поколения и их духовный опыт смогут ответить на вопросы, какие формы мог бы принять культ будущей религии.
Рассуждать об этом нам сейчас вряд ли имеет смысл. Даниил Андреев - на мой взгляд - в известной мере поторопился, столь конкретно очерчивая формы культа в 12 главе.
В этом смысле я опять-таки соглашусь с Гэндальфом.
Но в то же время, обращаясь к своим друзьям, к тем, кто разделяет идею, Даниил имел право (а наверное - и должен был!) рассказать о своих личных мечтах и даже просто о тех мыслях, которые возникают у него на этот счет.
Поэтому данная глава служит не как категорический императив для принятия к действию, а скорее для совместных размышлений, созерцаний.

Так, например, Даниилу Андрееву виделся храм солнца мира с золотыми куполами, стоящий в центре верграда.
А мне, например, видится белое здание на зеленых холмах с куполами цвета неба и источником у подножия.
Но я уверен, что это один образ!
А какие очертания это здание примет в действительности, решат только его архитекторы - и дай Бог, чтобы кто-то из нас дожил до этого счастливого момента...

Это единство в главном - вот что важно на мой взгляд.

А то, какую роль в будущем объединении смогла бы играть каждая из великих религий - и даже каждая из малых религий, еще предстоит выяснить.

А меня, честно говоря, рассуждения Гандалфа удивляют.
Сам подход удивляет.
Если на самом деле существует Господь наш Иисус Христос, и Господь есть первичная реальность, то Роза Мира возможна только как христианство.
Если первичной реальностью является буддийская пустота, шунья, как бы ее ни трактовать, Роза Мира возможна только как буддизм.
Можно верить в Христа, или можно верить шунью, дело выбора. Это проблема личной веры; кто здесь прав, христианство или буддизм, выбирает каждый сам.
Но заявлять, что буддизм должен стать основой религии только потому, что он более «удобен» в обращении с другими религиями — это, извините, какой-то инструменталистский подход к проблемам духовности. «Мы выбираем буддизм не потому, что он истинен и дает подлинное знание и спасение, а потому что с его помощью легче будет всех поженить!»
Странно все это.
Д.А. не сомневался в существовании Христа, «Розу Мира» он прямо в «словаре» называет грядущей всехристианской церковью.
И я думаю, его совершенно не заботило, удобна ли эта истина или неудобна.
Истина есть истина.

Явление пятое. Те же и Крот

Опять понравилось, как написал Денис. Статьи его какие-нибудь на досуге почитать что ли…

Если есть необходимость что-то дополнить, то только лишь одно: :!:

Ребята, вы (и в первую очередь Александр-Гендальф) на меня только не обижайтесь, но все это вообще зря. И зря уважаемый Александр затеял весь этот разговор. Не потому, что разговор глупый или вредный – напротив, он по-своему умный и полезный. Просто бывают на свете и умные, и полезные разговоры, которые тем не менее затеяны зря.


Крот скажет свое мнение: для меня Роза мира – это не религия. Для меня Роза мира – это Вера. Люди тут собрались грамотные, и я полагаю, представляют себе, в чем отличия одного от другого. Вера – это, согласитесь, гораздо более широкое понятие.

Верить можно в Планетарного Логоса.
Верить можно в буддийскую шунью.
Верить можно в коммунизм.
Верить можно в уфологию.
А судя по словам Вячеслава Бутусова, даже «можно верить и в отсутствие веры».
Но во что-то человеку верить необходимо – так уж человек устроен.

Причем, вопреки расхожему утверждению не человек выбирает себе Веру – она выбирает его. :!:
И искать ответ на вопрос, почему та или иная Вера выбрала того или иного человека – это, на мой взгляд, разговор без начала и без конца. А главное: стоит вообще его искать? Не потеряет ли наша Вера свою красоту, если мы начнем безжалостно резать по ней рационалистическим ланцетом? :?:

Иван, так ведь это и есть одно из определений Веры, только очень-очень упрощенное, почти детское.


Так это, Иван, когда еще будет… Можно строить прогнозы, но лично для меня эти прогнозы по большому счету, не имеют такого уж принципиального значения. Я просто верю в это и все.

А устраивать полемику по поводу того, что круче: христианство или буддизм – это по моему вообще не наш путь. Нехай наши доблестные ортодоксы на ультра-православных форумах этим занимаются. А нам-то зачем?

А что касается «трепета и благоговения» к чужим религиям, которого якобы в природе не существует… :? Кх-кх… Я дико извиняюсь, но давайте, граждане, просто вспомним, с каким неподдельным трепетом и благоговением один православный христианин по имени Родион рассказывает на нашем форуме про храмы и религии Востока. Он так и подписывается – «душа с Востока». Считая себя при этом христианином, причем православным. А если верить статье Гендальфа, таких людей, как Родион, вообще, простите, не существует. :?

Я с некоторым огорчением вижу, что тема, поднятая Гэндальфом, недопонята...

Отчасти, наверное, виноват в этом и он сам, поскольку противопоставлять христианство и буддизм в столь явном виде не стоило.

Но я считаю, что тема эта актуальна и уместна.

В "Розе мира" одной из главных вещей, на мой взгляд, является вера в то, что другой путь, другая религия, также спасителен.
Поговорите с христианами сегодняшних конфессий - считают ли они спасительными буддизм, индуизм, ислам?
Думаете, вы часто услышите положительный ответ?

Да, мы все здесь говорим о некоем преображенном христианстве.
Но его пока нет... :roll:

А буддизм? Поговорите с буддистом. Что скажет он?
Он скажет, что есть разные пути к Богу, включая и христианство, и ислам, и индуизм.
И какая, по-вашему, позиция ближе к "Розе мира"?

Так что саму постановку вопроса я считаю здесь, по крайней мере, оправданной.

И потом, давайте обратим внимание на такой момент.
У нас на сайте в основном христиане.
Есть некоторое количество буддистов, и это пожалуй, все.
Остальные религии не представлены, и это минус. Минус довольно ощутимый для сайта по Розе мира, в которой идея содружества религий, со-верчества является если не центральной, то одной из главных.

И я считаю, что одной из причин такого положение дел является имеющая все-таки, хоть и в завуалированном виде, нетерпимость по отношению к другим религиям...
Помню, как здесь встречали мусульман, которые появлялись прошлой осенью.
Стыдно, господа!
(тут я обращаюсь не к тем, кто писал в этой ветке, а вообще, так сказать, ко всем. Команда мы, вроде как?)

Конечно, если мы собираемся создавать Розу мира в одной России и ориентироваться при этом исключительно на христиан, то это одно дело.
Если же нет...

Вот я представил, что я буддист или, не дай Бог, мусульманин.
Вот я прихожу на форум, читаю эту ветку, читаю, как здесь достается Гэндальфу, поворачиваюсь и ухожу с форума.
Или допустим, я буддист, и хочу объединяться с христианами. Но мне в первый же день говорят, причем в категоричной форме: "Роза мира - это в первую очередь христианство, а буддизм твой... ну не то чтобы полная фигня, но вроде того. А если ты так не считаешь... ну, это брат, твои проблемы, извини"

Думаете, что это конструктивный подход?...

Максим, я согласен практически с каждым словом из того, что ты написал.

Здесь только относительно акцентов.





Я объясню, почему я избегаю говорить слово "вера".
Личная вера - это дело очень деликатное и по большому счету дело каждого.

Да, есть то, что нас объединяет - это вера в миры, описанные в книге "Роза мира" и вера в приход эпохи, обозначенный на ее страницах .

Но все-таки это не вера в религиозном смысле слова.
Такая вера у собравшихся тут людей может различаться. Здесь могут быть христиане, могут быть индуисты, могут быть даже неоязычники - что ж теперь...

Позиционировать нас как религиозную общность было бы неправильно. Я даже в описание сайта, когда делал его два месяца назад, добавил такие слова:

Собравшиеся здесь люди не считают себя некоей новой религиозной общностью. В то же время – это и нечто большее, чем просто клуб почитателей таланта Д. Л. Андреева.

Помимо того, очень не хочется, чтобы нас воспринимали как религиозную организацию. Пусть, кто-то уже назвал последователей Даниила Андреева сектой, но делать самим что-то, подтверждающее эти слова, совсем бы не хотелось.

И наконец, у нас объективно нет общей веры по всем вопросам. Разногласия на этом сайте приветствуются. Мы с самого начала решили не идти путем составления деклараций, символов веры, манифестов. А значит - будут объективные различия, и объединяет скорее не вера, а идея или мечта.

Я солидарен с позицией Иоанна.

Необходима максимальная деликатность в отношении представителей нехристианских конфессий. Они должны чувствовать себя здесь в абсолютном равенстве с христианским большинством. Я бы даже сказал, что им необходимо оказывать неподдельное гостеприимство и радушие.

Знаешь, Иван, есть три вещи, которые я органически не перевариваю:
1. Котлеты из полуфабрикатов (с тех пор, как отравился ими в армии)
2. Когда обижают маленьких детей (это без комментариев)
3. Нетерпимость в любой форме. С нацистами, шовинистами и религиозными фанатиками в одной песочнице никогда играть не буду, Иван! Это железно! И если на нашем форуме подобные тенденции когда-нибудь (не дай Бог!) возабладают - я в тот же момент не примину покинуть форум, причем демонстративно. Это я сказал только для того, Иван, чтобы ты знал: я тут тебя абсолютно поддерживаю и даже может быть более жесток, чем ты. Тут даже разговоров никаких быть не может!


Вот-вот, Иван. Я поэтому и говорю, зря все это. Зря.

Денис, не надо содержание с формой путать...

А что это такое - понятно?

Только не стоит её с привычными и удобными догмами путать. То, что вполне простительно Д.А., человеку не обременённому ограничениями того времени простительно гораздо меньше.

Не совсем каждый, и не к Богу (за редким исключением это понятие в буддизме игнорируется), но к Спасению, Просветлению. Но в целом буддизм действительно несколько более веротерпим и лоялен к другим формам Пути.

Есть в японском нац.характере черты совсем не буддийские. Как и в любом другом, впрочем.

Это универсальная практика (не только буддистская). В христианстве развитая узко (только в некоторых католических орденах). Хотя любая серьёзная аскеза без неё так или иначе не обходиться, просто вне учения, как бы.

Так бывает.

И так бывает. Как "христобуддист" считаю последнее более адекватным. Но не всем, увы...

ПРАВОМЕРНО ЛИ БОГА-ОТЦА НАЗВАТЬ АБСОЛЮТОМ?

Этот вопрос у Даниила Андреева также запутан, как и предыдущий. Вот, например, наиболее известная цитата из "Розы Мира", в которой Даниил Андреев отождествляет Абсолют с Богом-Отцом:

"Ведь кем может быть Сам Бог-Отец, как не Духом? Только Духом. И притом именно Святым, в отличие от всех других духов, им сотворенных, ибо каждая из богосотворенных и даже богорожденных монад может совершить - и многие совершили - отрицательный выбор, богоотступничество; Отец же - совершенно очевидно - не может отпасть от Самого Себя, Он первичен, неизменяем, незамутним и неомрачим, и именуется Святым именно в этом смысле. Какое же положительное содержание можно вложить в отвлечение от Бога-Отца двух Ему изначально присущих свойств - Его духовности и Его святости? Где основания для того, чтобы этому отвлечению придавать совершенно автономное значение в качестве третьего лица Троицы?... Разве не естественнее и не последовательнее, не понятнее со всех точек зрения совсем другое решение: именно, решение в том смысле, что Бог Святой Дух именно и есть Бог-Отец, ибо Бог-Отец не может быть кем-либо иным, как Святым и Духом.

Опять-таки, я касаюсь здесь таких корней великого учения, противопоставляю одинокий голос такому могучему, необозримому хору, звучащему столько веков, что не может быть сомнения в характере отзывов на него, даже если он будет кем-либо услышан. Я даже понимаю, что в глазах некоторых окажусь повинен в великом духовном преступлении и мне будет приписан единственный непрощаемый (по Евангелию) грех: хула на Святого Духа. Заявляю торжественно: поклоняюсь Святому Духу, чту Его и молюсь Ему с таким же благоговением, как другие христиане; и не могу видеть не только хулы на Него, но ни малейшего принижения Его образа в той идее, что Он есть Бог-Отец и что Бог-Отец есть Бог Святой Дух, - что это два именования одного и того же - первого - лица Пресвятой Троицы...

...Единство Божие не подвергается, разумеется, ничьему сомнению: наивно было бы искать здесь возвращения ко временам Карфагена, Ура или Гелиополиса. Ипостаси - это различные выявления Единой Сущности вовне; это - то, как открывается Она миру, а не какою пребывает в Себе. Но выявления вовне столь же абсолютно реальны, как и пребывание в Себе; поэтому ипостаси не могут быть приняты ни в коем случае за иллюзии или за аберрации нашего сознания.

Выявляясь вовне, Единый проявляет некую присущую Ему внутреннюю полярность. Сущность этой полярности внутри Божества для нас трансцендентна. Но, выявляясь вовне, она воспринимается нами, как полярность двух друг к другу тяготеющих и друг без друга не пребывающих начал, извечно и присно соединяющихся в творческой любви и дающих начало третьему и завершающему: Сыну, Основе Вселенной, Логосу. Истекая во вселенную, божественность сохраняет эту присущую ей полярность; ею пронизана вся духовность и вся материальность вселенной. На различных ступенях бытия она выражается различно. В слое неорганической материи, который доступен всеобщему человеческому восприятию, ее можно усмотреть, вероятно, в основе того, что мы именуем всеобщим законом тяготения, в полярности электричества и во многом другом. В органической же материи нашего слоя, здесь, эта полярности Божественного проявляется в противозначности мужского и женского начал. Повторяю и подчеркиваю: здесь, ибо лежащая в основе этой противозначности полярность Божества, сама в себе, в своей сути, не может быть понятна".

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. VI, гл. 3, стр. 120,121).

Таким образом, согласно Даниилу Андрееву, Единое - это и есть Бог-Отец. И Он же - Бог Святой Дух... (Хотя последнее тождество у Даниила Андреева, вообще говоря, не симметрично, поскольку Бог-Отец всегда имеет атрибуты Святого и Духа, но Бог Святой Дух далеко не всегда имеет атрибут Отца. То есть единство Бога-Отца и Бога Святого Духа получается уже как бы неполным...) Правда Единое - это еще не Абсолют, хотя определенное родство между ними имеется. Но следующий отрывок из "Розы Мира" позволяет заключить, что Даниил Андреев отождествлял и эти понятия:

"Народ, культура, страна, долженствовавшие стать ареной жизни Христа, определились, конечно, не сразу. Как необходимое условие, нужен был четкий монотеизм, исповедуемый не единицами, а воспринятый уже массой народа. Без этого отсутствовала бы психологическая почва, необходимая для откровения Бога-Сына. Но географические и исторические условия, определившие культурный и религиозный характер народов Индии и Китая, не дали монотеистической идее способов проникновения в сознание народных масс. И монотеистическое учение Лао-цзы, и такие же тенденции в брахманизме остались почти эзотерическими доктринами. Все ограничивалось духовными восхищениями отдельных высоких душ и уединенными теософскими спекуляциями. Беспримерная религиозная одаренность народов Индии обусловила восприятие ими откровения многих Великих Иерархий и создание синклита, не сравнимого ни с одним другим по своей численности. Но могучий пантеон Индии как бы заслонял собою еще более высокую реальность Мировой Сальватэрры. Индийское религиозное сознание издавна привыкло к представлению о воплощении иерархий в облике людей и даже животных; поэтому оно не в состоянии было бы воспринять совершенную исключительность и особенность вочеловечивания Планетарного Логоса, его полную принципиальную несхожесть ни с аватарами Вишну, ни с инкарнациями каких бы то ни было других светлых сил. Буддизм, мощный своей этической стороной, избегал четкой постановки проблемы Абсолюта. Будда, как и Махавира, считал, что в деле спасения человек должен полагаться только на самого себя. В этом заблуждении сказалась отрицательная сторона того страшного духовного опыта, который он приобрел во время своего одинокого горения среди планетарной ночи, - опыта, который он вспомнил, став Гаутамой, но который он не смог, очевидно, осмыслить до конца. 4 Так или иначе, буддийское учение, уклонявшееся от прямого обращения к Единому, своим широким распространением в Индии окончательно вычеркнуло эту страну из числа возможных арен воплощения Планетарного Логоса".

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. VI, гл. 2, стр. 113).

Напоминаю, что Планетарного Логоса Даниил Андреев отождествлял не с Богом-Отцом, а с Богом-Сыном, т.е. с Христом. В данном отрывке говорится, что Христос мог воплотиться только в той стране, где уже существовала монотеическая религия поклонения Богу-Отцу. В Индии Он воплотиться не мог, поскольку ее многочисленный пантеон антропоморфных (не говоря уже о зооморфных) богов помешал индусам осознать идею высшего Бога. В буддистских же странах Он не мог воплотиться из-за недостаточной оформленности в этой религии понятий Единого и Абсолюта. Причем я почти уверен, что под неоформленностью этих понятий Даниил Андреев понимал, прежде всего, невозможность отождествления их с христианским понятием Бога-Отца. И считаю, что тем самым он посягал не только на христианский, но и на буддистский догмат. И даже больше: он не только посягал, но и принижал буддистское учение по сравнению с христианским учением! Хотите доказательство? Пожалуйста:

"Буддийское созерцание, исключая, кажется, состояние "абхиджны" самого Гаутамы Будды, останавливается на Нирване, вернее, на мирах наивысшего аспекта буддийского Трансмифа, не стремясь осознать даже высших сфер Шаданакара. Чувство глубокой безнадежности, неверия в возможность преображения миров и просветление Закона проникают эту религию насквозь. Это естественно для всех религий, возникших до воплощения Планетарного Логоса в Энрофе. Естественно также, что эта безнадежность парализовала всякое стремление ко всемирному. Если можно здесь чему-нибудь удивляться, то скорее тому, что буддизм все-таки нашел в себе силы к разливу вширь, хотя, конечно, прозелитизм его духа давно отошел в минувшее".

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. VII, гл. 2, стр. 137).

Еще цитата:

"...Распространено заблуждение о том, что будто бы буддизм, по крайней мере южный, атеистичен. В действительности, на высших ступенях Хинаяны, как и джайнизма, никакого атеизма, конечно, нет. Но, начиная с Гаутамы и Махавиры, мыслители и проповедники считали, что для масс лучше подчеркивать несущественность вопроса о Боге в деле духовного спасения, чтобы на Бога не перекладывались те усилия, к которым обязан сам человек. - Да и как иначе могли бы мыслить о Боге те, чья Нирвана - первый из двух слоев великой зеленой пирамиды? - Второй же слой принадлежит дхиани-бодхисаттвам, иерархиям, осуществляющим водительство людьми буддийских метакультур..."

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. III, гл. 3, стр. 75).

Еще:

"Так довели мы обозрение структуры Шаданакара до его конца - до наивысшей из сакуал, тремя сферами объемлющей всю нашу брамфатуру: Сферой Планетарного Логоса, Сферой Приснодевы-Марии и Сферой Великой Женственной Монады.

В силу чисто субъективных причин я привык к именованию этого средоточия и вершины Шаданакара Мировой Сальватэррой - имя, конечно, совершенно условное, даже случайное, не имеющее к Сальватэрре средневековых крестоносцев, Палестине, даже отдаленного отношения. Я не настаиваю на нем ни в малейшей степени, но принужден им пользоваться за неимением лучшего.

Мировая Сальватэрра пронизывает весь Шаданакар, кроме четырех миров демонической Основы и Суфэтха, но в различной степени. Ее наибольшая полнота связана с высокими слоями атмосферы. Религиозный смысл слова "Небо" - не плод аберрации темных сознаний древности, а выражение реальности, которую предчувствовали высокие души уже тысячи лет назад.

Все Провиденциальное в истории Шаданакара, в истории человечества и отдельной души - от Сальватэрры. Здесь сосредоточивается низлияние высших космических Сущностей, выражающих себя как в становлении звездных миров, так и в нашем становлении. "Небесных воль блистающий кристалл" - формула, применимая к Мировой Сальватэрре не только поэтически. Непрерывные волны благодати и силы изливаются с этих высот, из этих глубин. Чем помогут нам приблизиться к представлению о них такие слова, как сияющий благовест или звучащее сияние? То, на что могли намекать подобные полуобразы, осталось глубоко внизу, в мирах ангелов, в сакуале Высокого Долженствования, в Синклите Мира. Даже то, что пыталась выразить библейская легенда о лестнице Иакова, заканчивается здесь, пройдя сквозь весь Шаданакар. Великие сущности и великие существа восходят и сходят ступенями материального бытия от Сальватэрры к земле и от земли к Сальватэрре. Она есть сердце планеты и ее внутреннее Солнце. Сквозь нее и только сквозь нее раскрываются выси, шири и глуби Духовной Вселенной, объемлющей и звездные архипелаги, и океаны метагалактики, кажущиеся нам столь пустынными.

Духовная Вселенная невыразима ни на каком языке и может быть пережита, конечно, лишь в отдаленнейших предчувствиях. Наивысшие духовные восхищения у мистиков христианства, высшая ступень экстаза у индуистов, "абхиджна" Будды - все это суть состояния именно этих отдаленных предчувствий. Систематизирующий разум пытается влить их в твердые формы учений, чтобы приобщить к ним многих, и создает тусклые отблески, подобно учениям о Дао, о Плероме, об Эмпирее, о дыхании Парабрамы.

Когда же странники по мирам иным говорят об Эдеме, как учители семитических религий, либо о чертогах Брамы и Вишну, о небесах иранских азуров или индуистских дэвов, о блаженной стране Сукхавати, даже о Нирване - они принимают за последнюю цель лишь отдельные ступени внутри Шаданакара, отдельные вершины метакультур и наивысшие трансмифы религий, либо, наконец, реальность Мировой Сальватэрры.

Когда человечество - физическое и уже внефизическое - закончит свой колоссальный цикл, когда закончат его и все царства планетарной Природы, - они полностью совпадут с этим планетарным раем. Тогда начнется раскрывание Мировой Сальватэрры, как цветка, в готовый принять ее простор Духовной Вселенной. Солнце Мира будет сиять над этим цветком, принимая в свои небеса его благоухающее излучение.

Но последняя цель будет и тогда еще безмерно далека; ныне же она лежит за пределами какого бы то ни было самого ослепительного предчувствия".

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. VI, гл. 1, стр. 111).

Ну, что скажете? Когда такое говорят о буддистской Нирване (которую не то что превысить, но и определить невозможно!) - это что, разве не принижение буддистского учения? Если Даниил Андреев видел Нирвану именно такой, то это говорит только о том, что в системе буддизма его дар не расценивался бы как одна из высших степеней духовного прозрения. Хотя, скорее всего, он видел так не саму Нирвану, а то, как в нее погружались и ее переживали адепты буддизма. Понятно, что как приверженец христианской религии, он не усмотрел в этом ничего выдающегося по сравнению с духовным опытом адептов христианства. В то же время, как гениальный духовидец, он просто должен был почувствовать при этом не только отношение христиан к переживанию Нирваны буддистами, но и отношение самих буддистов! То есть, попросту, сопереживать последним. Но, судя по приведенным цитатам, он это не почувствовал и не сопережил... Хотя и призывал последователей Розы Мира к максимальному сопереживанию всем религиям...

Впрочем,одну оговорку он все-таки сделал:

"Буддийское созерцание, исключая, кажется, состояние "абхиджны" самого Гаутамы Будды, останавливается на Нирване, вернее, на мирах наивысшего аспекта буддийского Трансмифа..."

Помните такую фразу в первой из трех последних цитат? А вот какой смысл в нее вкладывал Даниил Андреев:

"Речь идет о вступлении Будды в состояние "абхиджны" - широкое прозрение "в сферы, не имеющие названий, в бесчисленные системы миров и солнц, двигающихся с поразительной правильностью, мириады за мириадами... где каждое светило является самостоятельным целым и в то же время частью целого - одним из серебристых островов на сапфировом море, вздымающемся в бесконечном стремлении к переменам. Он видел Владык Света, которые держат миры невидимыми узами, а сами покорно движутся вокруг более могущественных светил, переходя от звезды к звезде и бросая непрестанное сияние жизни из вечно меняющихся центров до самых последних пределов пространства. Все это он видел в ясных образах, все циклы и эпициклы, весь ряд кальп и махакальп - до предела времен, которого ни один человек не может охватить разумом. Сакуалу за сакуалой проницал он в глубину и высоту и прозревал за пределами всех сфер, всех форм, всех светил, всякого источника движений. То незыблемое и безмолвно действующее Великое, согласно Которому тьма должна развиваться в свет, смерть - в жизнь, пустота - в полноту, бесформенность - в форму, добро - в нечто лучшее, лучшее - в совершеннейшее; это невысказываемое Великое сильнее самих богов: Оно неизменно, невыразимо, первоверховно. Это - Власть созидающая, разрушающая и воссоздающая, направляющая все и вся к добру, красоте и истине"".

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. II, гл. 2, стр. 43).

Таким образом, он это все же почувствовал... Пусть только у одного Гаутамы Будды, но это тем более подтверждает, что в отношении буддизма он был не прав! Как он мог поставить Нирвану ниже Мировой Сальватэрры? Этому есть только одно объяснение - он отождествлял Великое (из приведенной цитаты) с Богом-Отцом, хотя и говорил, что "Великое сильнее самих богов"... Видимо потому, что строго отделял Бога-Отца от остальных богов... Но это как раз ошибка, и дальше я попробую это доказать. Бог-Отец - это, конечно, главнейший бог, но все-таки бог...

Для начала хочу привести отрывок из платоновского "Парменида":

"Единое не может быть многим, это противоречит постановке проблемы. Единое не может быть и целым, ибо части множат Единое. Единое беспредельно, так как у него нет начала и нет конца. Единое не имеет предела, значит лишено различий; не имея различий, не имеет и очертаний, т.е. никакой фигуры.

Не имея частей, очертаний, фигуры, Единое не может находиться где-то: ни в ином, ни в себе, ибо охваченное чем-то, даже самим собой, оно бы различалось, и не было бы единым, но двумя. Абсолютная Сверхсущность Единого не допускает никакого удвоения, а тем более, умножения.

Если Единое не находится нигде, то оно не может двигаться, не изменяясь и не перемещаясь. Изменяясь, оно уже нарушило бы свое единство, а перемещаясь, должно быть где-то (что уже запрещено ранее) или иметь центр и части, что тоже невозможно. В силу тех же оснований, Единое не может быть и в одном месте, т.е. покоиться.

Из всего этого следует, что Единое вне пространства, но, покоясь, движется, и, двигаясь, покоится. Движется своими, непостижимыми видами движения и, покоясь, ускользает от самого себя.

Единое не может быть подобным ни иному, ни самому себе и, с другой стороны, отличным от самого себя или от иного. Будучи подобным иному, оно было бы этим иным и не было бы самим собой. Но оно не будет также отличным от иного, пока оно остается единым, ибо не подобает Единому быть отличным от чего-бы то ни было. Единое имеет только одно свойство - быть Единым, потому что всякое иное свойство делает Единое большим, чем одно, т.е. нет выхода в никакое иное.

Единое не причастно к равенству, большему, меньшему, так как оно ни с чем не сравнимо и не имеет меры. Будучи бескачественным, Единое отвергает и количественные различия, оставаясь Единым в себе.

Одинакового возраста с чем-либо и самим собой Единое быть не может по причине непричастности к равенству и подобию вообще и времени в частности; по причине непричастности к неравенству, Единое не может быть старше и моложе чего-либо и себя. Если Единое таково, то оно не может существовать во времени. Старшее есть всегда старшее по отношению к младшему. Значит то, что становится старше себя, становится вместе с тем и моложе себя, коль скоро в нем будет то, старше чего оно становится.

Если что-то уже отлично от иного, оно не может становиться отличным от него; оно может только быть от него отличным; если что-то было отлично от иного или будет от него отличным, оно может только быть в прошлом отличным от него или отличаться от него в будущем; но если что-нибудь становится отличным от иного, то значит оно не было, не будет и не есть отличное от него, а только становится отличным, и не иначе.

Единое, становясь старше самого себя, должно неизбежно становиться вместе с тем и моложу себя.

Всякое становление возможно только при наличии становящейся Сущности. Чистое становление - бесструктурное Ничто. Тогда возникают два различных момента одной и той же сущности - сущность в себе и сущность становящаяся. Сущность в себе, оставаясь неизменной, есть точка отсчета в становлении. Оставаясь сущностью в себе, данная точка отсчета все-таки "движется", втягиваясь в становление, так как она становится моложе по отношению к старше. С точки зрения становления безразлично, что движется - момент "моложе" или момент "старше".

Один из моментов такому становлению - когда оба момента сущности уходят в бесконечность. В пределе такой бесконечности - бесструктурное Ничто. Но это невозможно, так как при движении к "моложе", неизменная сущность, принимая образ "моложе", все-таки остается неизменой в себе, да и становление не может быть беспредельным, ибо оно становится в рамках конкретной сущности со своим безусловным отличительным признаком.

Здесь возможно только одно: в предельной точке становления происходит как бы "коллаптическое схлопывание", т.е. сущность возвращается к себе. Моменты "старше" и "моложе" совпадают, накладываются друг на друга, становятся тождественными, имея потенциальную возможность различия, ибо тождественность есть и некое различие, хотя бы и бескачественное".

(Этот отрывок печатался в журнале "Наука и Религия". Номер и год журнала не помню - кажется 1991. У меня сохранилась только выписка из журнала. Думаю, что будет проще найти это произведение в других источниках. В том же Интернете, к примеру).

Ну, что, какие ассоциации? Правильно, очень похоже на андреевское определение Единого, которое он подгоняет под христианский догмат о Троице. И могу вас уверить, что точно также платоновское определение похоже на теософское определение Абсолюта! Учение Платона - один из краегольных камней теософии, поэтому платоновское Единое и теософский Абсолют - равнозначные понятия. И если рассуждения Даниила Андреева о Едином так похожи на рассуждения Платона, то становится понятно, что сравнивая Бога с Абсолютом, Даниил Андреев имел в виду именно теософский Абсолют! Другое дело, какие основания у него были обвинять индуизм и буддизм в недостаточном отражении их мифилогией вводимого таким образом понятия? (Подчеркиваю: не теософского Абсолюта, а именно вводимого самим Даниилом Андреевым понятия Бога-Абсолюта!)

В данном случае Даниил Андреев не учитывает, что понятие высшей реальности для буддуизма и христианства различно. Если христианство (точнее даже не христианство, а сам Даниил Андреев) в качестве этой реальности рассматривает Мировую Сальватэрру, в которой и пребывает Бог, то буддуизм в качестве таковой рассматривает Брахман-Атман, в котором пребывает все, но пребывает в имперсонализированном виде. Именно к этой последней реальности и стремятся буддисты для освобождения от колеса сансары, именно поэтому они не выделяют чем-либо христианского Бога из пантеона своих богов. Ясно, что для христианской мифилогии такая точка зрения не приемлема, почему Даниил Андреев и говорит о недостаточном отражении буддистской мифилогией понятия Бога-Абсолюта. Но при этом он не заметил, что с буддистской точки зрения все обстоит наоборот: вводимое им понятие Бога-Абсолюта недостаточно отражает буддистское понятие Брахмана-Атмана именно из-за своей персонализированности...

Есть, правда, один нюанс. Дело в том, что "буддизм... избегал четкой постановки проблемы Абсолюта" вовсе не потому, что его не устраивал имперсонализированный характер этой сущности, а потому, что на первом месте в этой религии стоит не мифология, не ортодоксия, а методика, путь самосовершенствования. Именно поэтому ее адепты всегда стремились не к некоторой высшей реальности, а к некоторому высшему состоянию, каковым в буддизме является Нирвана. Нирвана - это состояние монады, пребывающей в Брахмане-Атмане в имперсонализированном состоянии. Методика достижения этого состояния и составляет главное содержание буддизма как религиозного учения. В этой методике могут использоваться и мифы, но только в качестве конкретных примеров самосовершенствования, не имеющих универсального значения. Просто сама специфика буддистского пути самосовершенствования, требующего от человека непривязанности к явлениям мира сансары (а одним из элементов этого требования является неназывание данных явлений!), ставит на первое место именно практику.

Это, кстати, подтверждает и сам Даниил Андреев, только не совсем верно формулирует свою мысль, в силу пристрастности своей позиции:

"...Будда как свеча горел огнем сострадания, но и он учил только тому, как вырваться из круга железных законов мира, а не тому, как просветить и преобразить их..."

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. I, гл. 2, стр. 20).

Но вернемся к платоновскому "Пармениду". Обратите внимание: как строится платоновское определение Единого - оно строится из противоречивых (противоподожных по смыслу) высказываний. Точно также строится и буддистское определение Нирваны. Согласно буддистскому учению, Нирвана - это то, что есть и чего нет; то, что где-то и нигде; то, что когда-то и никогда; и т.д. до бесконечности... 1 То есть Нирвана определяется всеми противоположностями, какие мы только можем и не можем измыслить. (Поэтому остенсивно ее еще определяют как "не то, не то..."). С одной стороны, в Нирване все эти противоположности сливаются а одно неопределенное ("невыразимое") целое, а с другой стороны, все они могут выделяться в Нирване в виде пар противоположностей. Первое соответствует рассмотрению Нирваны как нечто несуществующего, второе - как нечто существующего. Точнее, понятие "существования-несуществования" относится, главным образом, к Брахману-Атману, а к Нирване - лишь в той мере, в какой она характеризует положение монады на этом уровне "бытия".

Таким образом, выше Брахмана-Атмана нет ничего, поскольку он и есть то, из чего возникает все (в том числе и наше Творение!) и куда возвращается все. Поэтому уровни бытия Христа и Бога-Отца никак не могут быть выше Нирваны... Если, конечно, не путать с Нирваной высший уровень буддийского Трансмифа... Они могут совпадать с ней (но тогда Христос и Бог находятся Брахмане-Атмане и не могут иметь того статуса, который они имеют в Творении!) или же находиться в пределах Творения. И такое положение дел не должно казаться унизительным приверженцам христианской религии! Потому что судить, какие уровни бытия выше, а какие ниже, можно только с учетом конкретной религии, в рамках которой выносится это суждение. Христиане превозносят коллективный путь спасения, поэтому для них высшим уровнем бытия является Мировая Сальватэрра. Буддисты, наоборот, превозносят индивидуальный путь спасения, поэтому для них высшим уровнем бытия является Брахман-Атман. 2 И в этом залог будущей провиденциальной унии между ними...

Такое понимание Нирваны характерно для буддистов. Что касается христиан... У христиан такого понятия, конечно, нет, есть только намеки на ту реальность, которую буддисты именуют Нирваной. Например, в "Бытие" Моисея говорится:

"Бог сотворил небо и землю. Сначала земля была пустынна, ничего не было на земле. Тьма скрывала океан, над водами носился Дух Божий. И тогда Бог сказал: "Да будет свет!", и воссиял свет. Бог увидел свет и понял, что это хорошо. Затем Бог отделил свет от тьмы. И назвал Он свет - днем, а тьму - ночью"

Таким образом, согласно Ветхому Завету, Бог существовал еще до Творения. Кроме того, до Творения, по-видимому, существовал также Дух Божий. Прямо это, правда, не утверждается, но зато Даниил Андреев говорит следующее:

"...Высоко поднявшаяся монада может быть там, здесь, во многих точках мироздания одновременно, но она не вездесуща. Дух же Божий воистину вездесущ. - Он пребывает даже там, где нет никаких монад, например, в покинутых всеми монадами руинах брамфатур. Без Него не может существовать ничто, даже то, что мы называем мёртвой физической материей. И если бы Дух Божий покинул её, она перестала бы быть - не в смысле перехода в другую форму материи или в энергию, но совершенно".

(Даниил Андреев, "Роза Мира", Москва, Прометей, кн. II, гл. 3, стр. 45).

А вот что о тех же событиях говорится в Евангелии от Иоанна:

"В начале было слово. И Слово было у Бога. И Слово было Бог. Тот, Кто был Слово, был с Богом с самого начала. Все было сотворено Им, ничто не сотворено без Него. Жизнь была в Нем, и эта жизнь была светом для людей. Свет сияет во тьме, и тьма не победила Свет".

Как видим, здесь Творение понимается несколько иначе, т.е. не как создание Богом сразу же материального мира, а как первоначальное существование этого мира в виде некой ментальной деятельности Бога, которая только впоследствии обрела материальные черты. Из остальных книг Ветхого и Нового Завета можно извлечь еще меньше, поскольку в них повествование начинается сразу же с человеческой истории. (Впрочем, я не специалист по христианской литературе, поэтому утверждать не буду. Лично я просмотрел только Библию).

Так вот, к чему я веду? А к тому, что из сказанного сразу же следует вопрос: кто сотворил Бога? Или более деликатно: откуда появился Бог? Христиане отвечают на него просто: ниоткуда. Бог существовал всегда, Его никто не сотворил и Он ниоткуда не появился... А между тем, буддисты могли бы ответить на этот вопрос намного оригинальнее: Бог всегда существовал в Брахмане-Атмане. Или, уважая чувства христиан, - Он всегда существоал в Духе Божьем (Святом Духе). Но в Духе Он существовал не один, а вместе со своей противоположностью! Какой именно противоположностью - зависит от того, какой аспект (атрибут) Бога мы рассматриваем. Если мы рассматриваем Его как мужчину, то в Духе Он существовал вместе со своей женской противоположностью! Например, с Приснодевой-Матерью, как это открылось Даниилу Андрееу... 3 А если мы рассматриваем Его как всеблагого...

Дальше я не хочу продолжать, поскольку боюсь, что все родонисты от меня отвернутся. И все же прошу меня выслушать... То, что я говорю, нисколько не принижает, а тем более, не очерняет христианское учение. Наше Творение создал именно Бог, и только Бог! Именно Он своим сознанием выделил в Духе небо, землю, воздух и объединил их в единый мир. И увидел, что это хорошо... Но то, что в Духе все может существовать только в виде противоположностей, привело к тому, что зло проникло в Его Творение. Точнее даже не зло, а то, что впоследствии превратилось в него. Потому что даже когда Дух, из которого исходит все, состоит из противоположностей, даже тогда он не перестает быть Святым! Это и есть тот самый рай, в котором принципиально не может быть зла и греха. (Хотя на самом деле это не рай. Рай - это тот мир, который создал Бог, пока в нем не возникло зло. А Дух до Творения - это рай для буддистов, т.е. Нирвана).

А вообще, главный аргумент в пользу такого толкования христианского учения состоит в том, что в таком виде оно не только не противоречит буддистскому учению, но и теснейшим образом взаимодействует с ним! Потому что христианство стремится к нарушению равновесия Творения в сторону высочайшей нравственности и этики, а буддизм - к поддержанию этого равновесия в любых условиях, в том числе, в условиях высочайшей нравственности и этики... Впрочем, говорить так опять же некорректно по отношению к христианству. Лучше сказать так: христианство стремится к максимальному развитию Творения в сторону высочайшей нравственности и этики и поэтому нуждается в буддизме для поддержания равновесия Творения. Без него оно, конечно, может поддерживать это равновесие, но не может обеспечить максимальное развитие Творения. Просто потому, что не может не быть пристрастным в этом вопросе, а значит не может поддерживать необходимое для этого равновесие Творения... Очень хорошо это показала позиция Даниила Андреева по отношению к буддизму...

И еще, может быть, самое важное. Я думаю, вам понятно, что для того, чтобы Роза Мира превратилась в массовое движение, оно должно иметь откровение, которое всколыхнет миллиарды. У Даниила Андреева, согласитесь, это не получилось. Он не всколыхнул даже Россию! Значит, должно быть получено еще одно откровение, которое добавит мощи его учению... И если учесть то, что я говорил в первой главе об интеррелигиозной основе Розы Мира, то можно предположить, что перед приходом ее к власти должно состояться воплощение на Земле Будды Майтрейи, которое и принесет необходимое откровение, вливающее новые, чудесные силы в учение Даниила Андреева...

Это недопонимание. Хотя немало таких, кому и до такого восприятия дорасти не мешало б... :?

Это безусловно. Высота прозрения Д.А. относительна невысока. Его видение интересно тем, что оно фокусируется в сферах, которые традиционно игнорируются духовными практиками как ненадёжные. Но нынче ориентация только на такие традиции не оправдана. Спиритуализм, квиетизм и т.п. нужно изживать. Поэтому опыт Даниила Леонидовича очень ценен и актуален, востребован жизнью. Другое дело, что он не в коем случае не должен противопоставляться духовному опыту иных религий, наоборот, именно в их контексте и должен осмысляться.

Где? В традиционалистской догматике? В высокой, апофатической теологии? В личных представлениях Даниила Андреева? Без такой конкретизации сама постановка вопроса бессмысленна.

Да по моему тоже противопоставлять христианство и буддизм вовсе не обязательно. Одно дело историческое христианство и существенно другое сам Христос, которого даже апосталы почти всю дорогу правильно понять были не в состоянии. Сам Христос по моему практически буддист. ( Но разумеется и много больше этого)arrow:

Прада это я просто домысливаю себе Христа таким, каким хотел бы его видеть. :roll:

Да по моему тоже противопоставлять христианство и буддизм вовсе не обязательно. Одно дело историческое христианство и существенно другое сам Христос, которого даже апосталы почти всю дорогу правильно понять были не в состоянии. Сам Христос по моему практически буддист. ( Но разумеется и много больше этого)arrow:

Прада это я просто домысливаю себе Христа таким, каким хотел бы его видеть. :roll:

Gandalf,

Бога-Отца не следует рассматривать, как мужчину.Эта Сущность изначальна, полна,и совмещает все возможные качества в непостижимом для нас совершенстве которые истекают в Мир, выявляясь в отдельном своём проявлении , и только своим ограниченным человеческим разумом мы представляем себе Его мужским началом, потому, что это внешняя грань Его .Так, Приснодева-Мать, и Бог-Сын есть проявление двух качеств, находящихся в Боге в совершенном единстве.Возникая из Него, они ВИДИМО для Мира выражают присущую Ему полярность.
Вопрос:"что было до Бога?", только запутывает, и говорить не о ясности сознания, но только о том, что это сознание не может представить себе ВЕЧНУЮ, БЕЗНАЧАЛЬНУЮ И ПЕРВОВЕРХОВНУЮ СУЩНОСТЬ,и начинает кружить в чаще филосовских спекуляций, стремящихся подогнать представления о Боге к привычным понятиям нашего земного разума.
Если говорить, что зло проникло в творение, то возникает вопрос:откуда?