Дверь в Лето для двух мальчишек: Р. Брэдбери и В. Крапивин (статья)Анализ мифотворчества двух знаменитых писателей-фантастов

Да я, вот, хотел для Даши видео снять. Об осенне-летнем лесе. Всё-таки, тут у нас, наверное, как в крайнем Дальневосточном Приморье -- осень сдвинута примерно на месяц в сторону отставания от центральной России. Сейчас ещё бывает и очень солнечно и температура под 20С в пике дня. Ну, вот, и сегодня так тоже. Хотелось, своего рода, эту же самую "дверь в лето" немного приотворить. Снял, но качество, увы, слабенькое. И звук кое-где западает и камерой я, по видимому, кручу черезчур интенсивно. Но, тем не менее, думал-думал, и всё же решил разместить. Я там ещё и босиком побродить немного успел...

10 октября 2010 г.

Есть и маленькое продолжение ещё. Увы, не лучшего качества. Там мне пришлось к тапкам назад через речку босиком шлёпать.

.

Павел, спасибо!!! Замечательно получилось! И правда, дверь в Лето...




А еще - вспомнился один солнечный денек прошлого лета, когда вблизи моей Деревни переходили вброд речку вместе с Ваней, странствуя по лесу...

Павел, очень красивый лес в твоих краях, совершенно летний... а особенно понравилась мне нежно журчащая речка с прозрачной, звенящей водой и... твое босикомхождение!

У нас в Петербурге сегодня - яростный, холодный ветер, облака стремительно мчатся по синему небу. Березы оделись в золото, а ясени уже теряют листву, и резные листочки их кружатся на ветру. Правда, в палисаднике дома напротив цветут еще отважные розы, календула, астры.

А теперь, даже теплее будто стало

Сообщение отредактировал Daria - 11.10.2010, 21:01

Ну и тут напишу.

Ты прав, и у Брэдбери, и у Крапивыина центральным является образ лета. Только вот какой момент. Я всегда ощущал у обоих авторов то, что лето их - это лето на исходе, лето дышащее осенью. Это не июнь и не июль - это конец августа или даже начало сентября, а иногда такое впечатление, что это бабье лето. И дело не в каких-то конкретных описаниях, которые позволяют сделать такой вывод, но в некой неуловимой атмосфере, какой-то мелодии этих книг; даже если автор прямо пишет - на улице июнь, то слышится всё равно рубеж августа и сентября.

Почему так? Может быть Брэдбери и Крапивин чувствовали, что их маленький летний рай для мальчишек и собак - это лишь намёк на истинный рай и на истинное Лето, то самое, Господне благоприятное. Наверно так. И потому вот это ощущение недостаточности вот этого земного лета. Лета, которое неизбежно кончится; и в этом ощущении - мечта о Лете, которое уже не кончится никогда.

Кстати, миф о лете, о котором ты говоришь, нашёл отражение и у совершенно иных по стилю, эстетике и образам писателей. Они тоже стали целой эпохой, и тоже американец и русский. Одного ты назвал - Хайнлайн ("Дверь в лето", "Фермер в небе", "Звёздный зверь", "Космический кадет" и пр.), а другой, точнее другие - братья Стругацкие (ранние произведения - "Страна багровых туч", "Путь на Амальтею", "Стажёры" и, особенно "Полдень. 22 век"; дальнейшее - "Малыш", "Далёкая радуга", "Парень из преисподней", трилогия о Максиме Камерере - это уже закат полдня, конец лета, когда выясняется, что ни в космосе, ни на Земле, на что надеялся Иван Жилин, самого главного нет). И у первого, и у вторых речь не идёт о позднем творчестве, где никакого лета нет и в помине.

Лето у Хайлайна и Стругацких совсем иное, чем у Брэдбери и Крапивина - это лето бесконечного технического прогресса человечества, это технологический полдень цивилизации и торжество прометеева человека, который с помощью огня-техники покорил сами звёзды и может сотворить полуденное летнее солнце в любом месте, где окажется.

И как Прометей, этот миф "полудня" и у Хайлайна, и у Стругацких терпит фундаментальный крах. Хайлайн углубляется на склоне творчества в живописания самодовлеющих личностных перипетий героев вращающихся в кругу фрейдистских комплексов и сексуальных приключений. Стругацкие совершенно дезавуируют свой мир полудня наполняя его чередой непрерывных неразрешимых проблем, иронии и скепсиса, а под конец превращают весь мир своих образов в один сплошной, безвыходный "Град обречённый". Неизбежный итог земного человеческого лета - зима.

Брэдбери и Крапивин сумели избежать зимы, тонко балансируя на краешке лета. Ибо понимали, что Лето - это отнюдь не торжество техники и прометеева огня, но торжество любви, дружбы, братства и детской простоты. И, в "Голубятне на жёлтой поляне", Яр бросает свой бесполезный аннигилятор и берётся за детский резиновый мяч, а в "Что-то страшное грядёт" ружьё заряжают не пулей, а улыбкой - и лишь это позволяет победить.

Сообщение отредактировал Константин - 15.1.2011, 15:06

Теперь Рэй открыл свою дверь в лето. Спасибо Рэй, мы тебя любим.

С ТЕХ ПОР ПРОШЛО УЖ МНОГО ЛЕТ...
...И ЗИМ ИНЫХ
УЖ НЕТ ДАЛЕЧЕ...

Прошло два года с момента последнего обновления этой темы...


Но лето приходит по прежнему, не взирая на нас, и снова делает нас детьми: счастливыми и беззаботными, смеющимимся солнцу и непомнящими былого...

Я искал на земле магическое место, портал, через который можно было бы проникать физически в светлые миры, посредством всего лишь нахождения там. Я не уверен, что подобное место существует, но, размышляя о нём, я пытался вообразить, каким бы оно могло быть? Наверняка там много светлых энергий, небесных стихиалей, открытых пространств, изобильного цветения, пения птиц... Я хотел представить себе, в каких широтах и на каком континенте место, соединяющее в себе все эти достоинства, могло бы располагаться. А потом мне пришла в голову мысль, что такое место, по сути дела, существует повсюду, во всех странах и землях, когда наступает ЛЕТО!

И вправду, разве не меняется наше настроение? Разве не снятся нам теперь другие сны: насыщенные приключениями и яркими чувствами? Разве не забываем мы на время о своих социальных ролях, профессиях и должностных обязанностях и не делаемся словно бы людьми без истории, родившимися вчера и с детской непосредственностью взирающими на чудеса мира?

Летом земля возносится к небу и человек перестаёт немного быть человеком. Он делается существом без времени и без плоти. Он даже ест мало и совсем не хочет спать... Вернее, весь его день делается похожим на один нескончаемый яркий и сказочный сон, в котором за каждым углом подстерегают неожиданность и удивление, но не изменен счастлиый финал.

Правда, тут всё тонко. Слишком много жары — и человек переутомляется и делается агрессивным от раздирающей его непоседливости. Слишком сухо — и чахнет листва, внося в атмосферу дух жесткости и власти. Черезчур влажно — и мы застываем в бессильном томлении неисполненности... Для «портала» требуется всего вмеру, именно то самое количество добрых благ, которое взывает к жизни, но не перенапрягает силы.

Но факт тот, что эти моменты — а то и целые дни и недели! — нисходят на нас на всех и повсеместно открывают близость заповедного царства. Мы должны использовать их по максимуму, как дар свыше, когда грань, отделяющая нас от миров совершенства, истоньшается и делается проницаемой. Эти дни надо проводить, сосредоточившись на возвышенном и провиденциальном, отрешившись от сует и ни в коем случае не враждуя друг с другом, ибо что посеешься в такие дни, то непременно сбудется. В них хорошо познавать мудрость и находить любовь, ибо мудрость сейчас сама просится к человеку, а любовь ищет быть найденой. Также хорошо путешествовать. Не обязательно далеко. Можно и близко, главное с легкостью!

Эти дни даны, как предощущение светлой вечности. Если мы её полюбим, то мы в ней и останемся!