Гражданин НебаНа смерть священника Даниила Сысоева

Иконы уже пишут

А что, - отца Даниила уже к лику Святых причислили? Я сижу в своей избушке, от нинзи пытаюсь защищаться, потешая окружающих навешиванием изнутри замков и бантиков (самый надёжный способ), и о происходящем в мире не ведаю. Но знаю точно: самочинное прославление, написание икон и акафистов (даже если имеют место явные проявления святости в виде чудотворений на могилах и прочее), - это действия против Церкви, а следовательно, - большой грех. Такими вещами занимаются те, кого отец Даниил в своих статьях разоблачал. Да, - разоблачал, показывая их истинную сущность под православными одеждами. Боже, милостив буди нам, грешным!

Снам стараюсь не верить (не благословляется), но расскажу, потому что мне приснился отец Даниил совсем юным, и страх оттого, что я осталась в большой комнате одна, с его появлением сразу отошёл. Комната очень напоминала храм ап.Фомы на Кантемировской. Отец Даниил начал раздавать какие-то подарки деткам, не дав ничего мне, а когда расстояние между нами стало увеличиваться - он к алтарю, а я к выходу - я подбежала к нему: "Отец Даниил, скажите про "Розу Мира"! Ну ведь хорошая же книга!". "Хорошая, хорошая..", - сказал он, а на лице было какое-то невысказанное сожаление. Вот так. Простите.

Сообщение отредактировал Тамара - 19.7.2010, 7:45

Нет пока. Инициатива снизу.
Впрочем, полагаю, о. Даниил в перспективе будет прославлен как новомученик ибо пострадал за исповедание и проповедование Христа.

А у вас какая игровая приставка?

Скорее трава.

Сообщение отредактировал Константин - 20.7.2010, 13:11

Я думаю нет. Еслив от нинзей защищается - наверное в мортал комбат режется... новые всяки фичи разучивает... замки и бантики - это типа новые приемы удушений и подсечек...

Сообщение отредактировал Максим_де_Трай - 21.7.2010, 10:29

Каюсь, плохо описала сон, потому как в спешке, да ещё без очков на фоне привычного (?) стресса, - и, конечно же, забыла самое главное. Сновидение-то пришлось на 22-е июня! Усматриваю в этом намёк. Простите, ребята, что ввела в грех своей глупостью. Много болтаю. "Завязывать" надо "бантиком"

Тут где-то на форуме Александр Балабанов сказал что-то типа того, что если дело дойдёт до выбора, то он не предаст Христа. Я высказала отцу Даниилу похожую мысль, на что он ответил: "Посмотрим".

Так уж получилось, что я только сегодня заглянула в Миссионерский портал о.Даниила Сысоева. Делюсь с форумчанами кое-чем из того, что там вычитала:

"Матушка Юлия, жена мученически погибшего 19 ноября 2009 года священника Даниила Сысоева, согласилась поделиться своей памятью о муже. Разговор задумывался как интервью, но перерос в откровенный монолог, в канву которого вплетен личный дневник Юлии Михайловны.

Тот вечер я запомнила почти поминутно, – даже, то, что покупала в магазине, что думала, когда ехала домой. Мой последний звонок ему, и последние его слова: «Минут через сорок». А через сорок минут эти холодные гудки в трубке – он больше не ответил. Я позвонила ему через пару минут после выстрела. А потом эта первая страшная ночь: храм, милицейское оцепление, допросы, лужа алой крови на полу. Его недопитый чай в кабинете, открытый ноутбук. Бессонная ночь, рассвет и дальше – сплошной ужас. Вот отрывки из моего дневника, мемориала тех скорбных дней.

19 ноября 2009, 12-43
Куда пропадают четки?
Они пропали. Пропали самым таинственным образом – были, и вот, теперь их нет. Несколько лет они служили мне верой и правдой. Из одной машины перекочевали в другую. Они вытерлись и растянулись, но их таинственное приятное тепло всегда утешало меня. Они всегда были теплыми, такими теплыми, как бывает святыня, источающая из себя невидимый свет, который согревает всех приходящих к ней. Видимо, связаны были кем-то с молитвой и отпущены в мир как еще одно маленькое оружие против вечной ночи...

- Написав этот рассказ, я нашла четки в машине на самом видном месте. Знала ли я, что это последний день земной жизни моего возлюбленного мужа? Мы не знали. Какие предчувствия были в его сердце, мне сложно сказать. Кое-чем он делился в эти последние сумрачные ноябрьские дни.

21 ноября 2009, 04-50
У него два ранения: слепое – в шею и сквозное – в затылок. Это был контрольный выстрел. У меня остался его окровавленный священнический крест – он лежит в алтаре.

Он жил – и это чудо, – почти час с простреленной шеей и насквозь простреленной головой. Но мне никто не позвонил!!!! Почему? У меня вопросов больше, чем ответов. Эти дни потеряли время – это сплошная боль и скорбь. Была и радость, почти пасхальная, когда после облачения в морге мне позволили посмотреть на его лицо. Чудо в том, что, несмотря на сквозное ранение, ему Господь сохранил лицо неповрежденным, без единого кровоподтека, как живое. Когда я его первый раз увидела, он мне улыбался. В этот момент мне казалось, что разлука наша закончилась, и мы теперь опять будем вместе. Да, я так думала. Я разглядывала каждую черточку на его лице, таком наизусть знакомом и родном. Даже знакомый волосок на усах, который всегда рос неправильно: я всегда обрезала ему этот волосок, чтобы не торчал, когда стригла ему усы. Он улыбался, только было очень странно, почему он такой холодный. А когда мы его привезли в храм и меняли воздух на лице (так как воздух должен был быть мой, который я шила для храма) то лицо у него было уже суровое. Вечером в субботу мы привезли девочек и закрылись в храме. Когда сняли воздух с лица, то он опять улыбался. Очень бледный. Девочки рыдали, а малышка не сразу решилась подойти близко к папе и потрогать его лицо. Но потом она успокоилась, тянула к нему ручки, трогала его щеки и говорила: «Папа».

…Его окровавленный крест в алтаре. Это крест, который он купил за день до смерти вместо того, что у нас украли из машины. Священнический крест отца Даниила, омытый его кровью Кажется, восьмого ноября мы ходили с батюшкой в кинотеатр на фильм «Царь», помню, меня еще растрогала сцена похорон митрополита Филиппа, у меня по щекам текли слезы и я старалась, чтобы муж их не заметил. Знала ли я, что через две недели я буду на отпевании своего мужа? Это был последний наш поход в кино. Тогда, выйдя из кинотеатра, мы обсуждали фильм, а когда сели в машину, то увидели, что стекло разбито и украдена батюшкина сумка в которой не было ничего ценного, кроме священнического креста.

…Господь удостоил его мученичества и смыл все его грехи, потому что его грехи были несоизмеримы с тем, что он делал. Сегодня я видела, как над гробом рыдал мужчина восточной внешности, у меня нет слов. …Почему нужно было пройти через такое чудовищное страдание, что бы понять, как сильно мы любим друг друга. И любовь эта теперь совсем неземная. …Если бы не о. Даниил и его поддержка я не знаю, что делала бы.

Так тяжко. Весь день смотрели разные трансляции. Ангелина узнала папу на какой-то беседе и начала говорить: «Папа, папа!» – и какой-то лепет, типа: приди ко мне. Потом хватала его подрясник, прижимала его к себе и говорила: «Папа». Глядя на это, я боюсь, что сорвусь. - О. Даниил меня утешает. Когда гроб несли к храму, уже на кладбище, я в такую скорбь опять впала, не выразить, и вдруг прямо под ноги – букет фиолетовых ирисов. Я сразу поняла, что от него. Именно такие ирисы он подарил мне на первом свидании. Он в последние дни сказал, что хотел мне цветы подарить, да так и не подарил, а ведь давно не дарил, за всей этой кутерьмой, что у нас была. Вот сейчас подарил. Если видели фото с погребения, я там с фиолетовыми ирисами. …Сейчас позвонил один батюшка из Вашингтона, сказал много утешительного и не просто утешительного, а со смыслом, ну такого, словно мне о. Даниил отвечает на мои вопросы.

27 ноября 2009, 21:34
Нашелся сегодня нательный крест с веревочкой. Я вчера в прокуратуре некоторые вещи забирала, отдали подрясник, ремень, четки, ну и носильные вещи, которые велено сжечь по правилам. А креста не было и документов на машину не было, оказалось, что в больнице остались, мы их сегодня нашли. Как-то все батюшка сам устраивает. …Епитрахиль мне вчера в руки дали подержать, я приложилась к ней. Запах крови такой сильный. Не отдали, так как там нашли пулевое отверстие. Это – «вещдок». … И еще одна подробность оказалась. Трудно о ней писать. У него был выбор не умереть. Когда этот закричал: «Где Сысоев?», – батюшка вышел из алтаря. Ведь понял, куда идет! А можно было и не выходить. У них из алтаря лестница на второй этаж, можно было и туда побежать, ну не успел бы убийца их найти: времени мало было и тревожную кнопку уже нажали, а отец Даниил вышел… Нет, все было определено. Его смерть нас многому научила.

…Отец Даниил всегда стремился к святости и другим об этом говорил. Ему мало было просто спасения. Он говорил, что неверно рассуждать, что «в раюшку хоть с краюшку». Ему было мало «с краюшку», он хотел высшей славы и высшей награды на небе. Иногда он буквально шокировал людей, которые приходили креститься или крестить детей, тем, что говорил следующее: «Вы обещаете, что станете святыми, вы обещаете, что ребенка воспитаете святым»? Он часто в своих проповедях говорил о добрых делах, которыми мы зарабатываем капитал на небе, строим там себе дома и даже дворцы. Недаром и временный храм был назван именем апостола Фомы, который построил небесный дворец царю Гундофару.

17 марта 2010
Прошло четыре месяца, даже удивляюсь этому: всего четыре, а мне казалось, что прошло лет пять не меньше, только эти пять лет сплошная и бесконечная зима. И ныне середина марта, а холодно и мороз. Батюшка говорил мне, чтобы я приезжала к нему на могилу, когда будет особенно тяжко, вот и езжу. Привожу ему 15 фиолетовых ирисов, теперь это наш обычай. Пятнадцать по числу прожитых вместе лет. Иногда мне кажется, что это сон, иногда думаю, что вот, все, что у меня осталось – это могила с цветами. У него всегда много цветов. Вот они стоят замерзшие и побитые морозом, понурив свои разноцветные головы, засыпанные снегом. Кто-то поставил фотографию батюшки, горят фонарики. Удивительно то, что могилу его я точно до мелочей описала еще при жизни батюшки в своем романе, который о. Даниил благословил и всячески меня поддерживал в этом. В романе я описывала могилу почившего старца. Вот это описание: «Могила старца была увенчана простым деревянным крестом с крышей домиком, под крестом в красном фонарике теплилась неугасимая лампада, могильный холмик был весь сплошь завален букетами с цветами, припорошенными, словно пыльцой белым пушистым снегом. Первый снег тонким полупрозрачным ковром застилал землю, в воздухе неспешно кружилось множество молчаливых снежинок. Старая яблоня с побитыми морозом побуревшими яблоками склонялась над крестом».

А кто знал, что чувствует человек, которому стреляют в затылок? Именно это я описываю в романе – казнь мученика, не отрекшегося от веры, от Христа, мученика, убитого именно таким способом – выстрелом в затылок. Почему именно это было описано, пожалуй, это тайна, как и многое другое, происходившее в нашей жизни: тайна предзнания. О предзнании мы часто говорили с отцом Даниилом. Как-то на мой вопрос; почему он практически не отдыхает, почему не делает себе выходных дней, он ответил: я боюсь не успеть, мне надо больше успеть, я знаю, что меня убьют. Когда ему исполнилось лет тридцать – он говорил, что проживет тридцать три года, я тогда усомнилась; откуда такая точность, такие знания. Когда ему исполнилось тридцать три года у нас родилась третья дочь, может, поэтому Господь продлил его жизнь еще на два года, а может и что другое и это тайна о которой я, наверное, узнаю уже в жизни будущей.

Ноябрь 2010 г.
О людях. Кто мои близкие?
Уход отца Даниила обнажил совершенно неожиданные вещи. Люди, которые были близкими или считались друзьями, изменились: кто-то так и остался другом, а кто-то повернулся «задом», даже ни разу не позвонили за весь год, а кто-то еще и удары в спину пытается наносить. Правильно говорят, что друг познается в беде. Лучше сказать о тех, кто поистине стал близок. Взамен тех, кто отвернулся, кто соблазнился или просто остался холоден, Господь послал таких замечательных людей, каких я раньше никогда не встречала. Это люди огромной любви и огромной жертвенности и чистоты, которые в прямом смысле стали примером и источником для подражания. Близкими стали в основном те, кто никогда не знал при жизни отца Даниила. Но они все говорят, что нас познакомил сам отец Даниил. Поэтому сам факт знакомства с ними – чудо.

Прошел год, и я поняла одну вещь, которую никак не могла принять и понять – в Древней Церкви с мучениками поздравляли. Я ощутила всем сердцем, как же хорошо Там отцу Даниилу! Какие он имеет гигантские возможности для деятельности, несоизмеримые с нашими земными мерками, тут я поняла и осознала, что больше не принимаю соболезнования. Я принимаю только поздравления. Да, я еще не могу, не выношу, когда меня называют вдовой. Вот уж неправда. Ну да по социальному статусу, по анкетам на Шенген, на перепись населения я – вдова. А реально этого нет. Никакая я не вдова. Вот как".

История с чётками, которые у матушкм Юлии всегда были на коробке передач в машине и внезапно пропали, так же внезапно появившись, напоминает мне массу похожих случаев. Судя по воспоминаниям, семья Сысоевых не догадывалась о том, что с ними работают отечественные нинзи. В противном случае, они бы тоже на бантик дверь завязывали, чтобы быть уверенными в том, что ночью не было проникновения. И Слава Богу, - а то бы и их наши ребята на смех подняли.

Сообщение отредактировал Тамара - 19.11.2010, 14:06

Сегодня-завтра отмечается годовщина мученической смерти отца Даниила Сысоева убитого, почти нет сомнений, за исповедание Христа в своей церкви в ночь с 19 на 20 ноября 2009 года.

Вечная память.



Год без отца Даниила

Мне очень не хватает отца Даниила. Не хватает личного общения, к которому мы привыкли в нашей с ним повседневной жизни. Но все-таки, мною буквально ощущается его незримое присутствие, сильная духовная связь.

Сегодня, 19 ноября, в 17.00 - пройдет заупокойная служба в Храме апостола Фомы на Кантемировской (м. Кантемировская, последний вагон из центра, 5 минут пешком до Проектируемого проезда)

Завтра, 20 ноября, в 9.00 - пройдет Божественная Литургия и панихида; затем в 12.00 от храма отправятся автобусы на могилу отца Даниила, где также будет совершена панихида.

Отец Даниил похоронен на Кунцевском кладбище прямо за алтарной частью храма.

П.С.
Память о новомученике
Упокой Господи...
Последний путь отца Даниила

Мемориальный дневник отца Даниила - pr_daniil
Миссионерский портал созданный о. Даннилом - Миссионерский центр св. пророка Даниила

Прошу обратить внимание на следующие фрагменты из воспоминаний матушки Юлии:

"Куда пропадают четки?

Они пропали. Пропали самым таинственным образом – были, и вот, теперь их нет.

До них у меня были другие четки, которые всегда пропадали внезапно и при невыясненных обстоятельствах.

Потом были и другие, которые появлялись и исчезали, даже не вызывая о себе воспоминаний. Но эти, последние, были со мной долго. Я теряла их несколько раз, и они возвращались ко мне. Один раз я нашла их в луже возле храма. Я подняла их, зажала в кулаке, такие мокрые и грязные и мне казалось, что я чуть было не потеряла близкое сердцу существо.

В другой раз я нашла их в церковной лавке на прилавке, они примостились там, словно потерянная рукавичка, и тихо ждали меня.

-Ой, это же мои четки!- в восторге воскликнула тогда я.

-Ваши?- переспросила свечница, – их кто-то принес, подобрали возле храма.

Пожалуй – это был единственный раз, когда посторонние люди видели их у меня. Никогда и ни при каких обстоятельствах, я не показывала их на людях. С этого момента я больше не выносила их из машины, да и те два раза непонятно, как они оказались возле храма, они всегда висели на коробке переключения и ждали того момента, когда моя рука начинала машинально к ним тянуться, а сердце ныло в груди в жажде слова к Богу. И вот однажды я с ужасом увидела, что их нет. То место, где они лежали было непривычно пусто. Недоумение посетило меня. -Может, завалились, – думала я, устраивая тотальный обыск, заглядывая под кресла, в последней зыбкой надежде их там найти. Они исчезли, ушли, покинули меня, за суету, за неверие, за не прощение обид. Я никогда не покупаю четки, я буду ждать, когда Господь вновь даст их мне, будут ли это другие новые или мои старые вытертые вновь вернутся ко мне – не знаю. Мне их очень не хватает, может Господь вернет их?
***
Написав этот рассказ, я нашла четки в машине на самом видном месте. Знала ли я, что это последний день земной жизни моего возлюбленного мужа? Мы не знали.

Его окровавленный крест в алтаре. Это крест, который он купил за день до смерти вместо того, что у нас украли из машины. Священнический крест отца Даниила, омытый его кровью Кажется, восьмого ноября мы ходили с батюшкой в кинотеатр на фильм «Царь», помню, меня еще растрогала сцена похорон митрополита Филиппа, у меня по щекам текли слезы и я старалась, чтобы муж их не заметил. Знала ли я, что через две недели я буду на отпевании своего мужа? Это был последний наш поход в кино. Тогда, выйдя из кинотеатра, мы обсуждали фильм, а когда сели в машину, то увидели, что стекло разбито и украдена батюшкина сумка в которой не было ничего ценного, кроме священнического креста. На следующий день отец Даниил улетел в Сербию и звонил мне из монастыря св. Ангелины радостный, говорил, что своим Ангелинам дочке и теще, купил кулончики с иконкой святой. …Я ему подрясник нагладила чистый, и он новый крест одел – это было в среду утром, а может и в четверг, в последний день его жизни, точно уже не вспомню.

В романе я описывала могилу почившего старца. Вот это описание: «Могила старца была увенчана простым деревянным крестом с крышей домиком, под крестом в красном фонарике теплилась неугасимая лампада, могильный холмик был весь сплошь завален букетами с цветами, припорошенными, словно пыльцой белым пушистым снегом. Первый снег тонким полупрозрачным ковром застилал землю, в воздухе неспешно кружилось множество молчаливых снежинок. Старая яблоня с побитыми морозом побуревшими яблоками склонялась над крестом».

А кто знал, что чувствует человек, которому стреляют в затылок? Именно это я описываю в романе – казнь мученика, не отрекшегося от веры, от Христа, мученика, убитого именно таким способом – выстрелом в затылок. Почему именно это было описано, пожалуй, это тайна, как и многое другое, происходившее в нашей жизни: тайна предзнания. О предзнании мы часто говорили с отцом Даниилом. Как-то на мой вопрос; почему он практически не отдыхает, почему не делает себе выходных дней, он ответил: я боюсь не успеть, мне надо больше успеть, я знаю, что меня убьют".

"Почерк" убийц всё тот же. Совершенно очевидно, что стекло в машине разбили для отвода глаз, - эти спецы могли забрать портфель так же незаметно, как чётки.

После вялой молитвы, огорчённая тем, что мне, по грехам моим, не предоставилась возможность поехать в Москву на панихиду, вечером 19-го я мыла посуду, "думая" ни о чём. И вдруг, - будто заслонка в печной трубе открылась полностью, просто ощутимо прошла волна "толщиной" примерно в 0,5 см, и цвет у неё был бежевый, и была она с очень мелкой рябью, но идеально ровная. В то же мгновение стало ясно, как день, что в случае с матушкой Юлией не было никакого предзнания, - всё, написанное ею, прочитывалось и убийство нарочно спланировано в это время года и так, как у неё написано. А теперь они потешаются, что очень в духе этих "Весёлых ребят" (увы, - не георгины).

Я сразу отбросила мелькнувшую было мысль ей об этом сообщить, но не успела положить голову на подушку, как ощутила присутствие отца Даниила, видела его лицо. Побормотала какие-то извинения, попросила вразумить и заснула в надежде, что он мне приснится. Но нет, - сновидения не было, но вместо него появилось желание, - как обязанность, рассказать всё м.Юлии. Её лицо на фото мне знакомо, - скорее всего видела в Оптине. Попыталась зайти на форум Миссионерского центра и добавить комментарий к воспоминаниям, но это мне не удалось. А ещё обратила внимание на сообщение о том, что дело отца Даниила продолжает священник Олег Стеняев. Это не совсеи правда. Да, этот батюшка разоблачает сектантов, но у него отношение к властям еретическое, противоречащее Священному Писанию: "Всякая душа да будет покорна высшим властям, потому что нет власти не от Бога" (Римл. 13;1). И я слышала, как в лекции по Ветхому Завету на Радио "Радонеж" о.Олег между делом заявил: "Нам нужны и опричники, и черносотенцы, и дружинники, и прочие воины". Надо ли говорить, что ничего подобного в устах священника Даниила Сысоева невозможно представить. Как может идейный противник быть "продолжателем дела" убиенного?