Немного об этрусках

Украшенная флорентийскими ренесансными архитектурными ансамблями речка Арно течет по тосканской земле и изливается в Тирренское море. От ее устья до большого современного порта под названием Пьомбино тянется побережье, которое итальянцы называют Costa degli Etruschi. Туски, этруски по-римски и, наконец, тиррены по-гречески — все эти этнонимы нашли отражение на современных картах. Удивительно, что относятся они все к одному и тому же народу, проживавшему в древности в основном в передней части голенища италийского сапога.

Мало кто знает, что в своем рассвете этот народ был могуществен. Он владел выходами как в Адриатическое, так и в Тирренское моря, контролировал остров Корсика, на севере доходил до предальпийских озер Италии, на юге остановился в Кампании (области современного Неаполя), дружил с Карфагеном и правил Римом, бивал греков на море, осуществлял заальпийскую торговлю, строил впечатляющие гидротехнические сооружения и удивительно красиво расписывал гробницы своих аристократов. Посещение южной Тосканы и ее этрусских и римских памятников прошедшим летом заставило меня задуматься о метаистории этого народа, о его значении для греко-римской метакультуры, пока, впрочем, достаточно поверхностно, сильно не углубляясь в источники. А значение это уже из приведенного выше списка достижений этрусков не может быть пренебрежимо малым.

Самое главное, что приходит на ум при таком беглом взгляде на земной путь этрусков, — это их близость с эллинством. Ни один италийский народ (до римлян, разумеется) не упоминается в эллинских источниках столь часто.

Вот одно из известнейших подобных свидетельств, относящееся к VI в. до н.э. Сообщают о некоем знатном коринфянине Демарате, приплывшем в Этрурию, как говорит Страбон «со множеством людей» и поселившемся в Тарквиниях. «Множество людей», как выясняется, составляли греческие ремесленники и художники, снова по словам Страбона, украсившие всю Тиррению. Сын Демарата, заведя связи в при римском дворе, сам занимает трон, становясь пятым царем Рима, Луцием Тарквинием Древним и продолжает дело «украшения» Тиррении уже на римские деньги. Этруски таким образом приобретают контроль над латинским поселением. Римляне знакомятся с эллинской культурой, вероятнее всего при этрусском посредстве. Все государственной власти принесены сыном Демарата в Рим из Тарквиний.

Разумеется, не обходилось между эллинами и тирренами и без конфликтов. Так, на северо-западе совместно с карфагенянами этруски в 540 г. до н.э. побеждают западных греков в основном из Массалии (совр. Марсель) и заставляют их покинуть колонию Алалию на острове Корсика. На южном направлении греки более успешно противостоят этрускам. Так, в 525 г. до н.э. эллины отражают их атаку на кампанскую колонию Кумы. В 509 г. до н.э. этруски теряют контроль над Римом. Известно о безуспешных попытках его вернуть. Это, впрочем, не останавливает их массированную экспансию на север и северо-восток, приводящую их к Адриатическому морю, откуда они успешно торгуют с Элладой весь V в. до н.э.

Как мы видим, несмотря на противостояние с окружающими их колониями, этруски всегда стремились поддерживать тесные связи с балканской Элладой. Это имело для них важнейшее значение. Археологические исследования показывают, что уже в VI в. до н.э. в этрусских городах процветали греческие кварталы. Сюжеты эллинской мифологии (например, троянского цикла) — не редкость на этрусских саркофагах. Триада этрусских богов — Тин, Уни и Мнелва — тоже уж очень сильно напоминают греческих Зевса, Геру и Афину.

Все это не может не означать одного: Аполлон имел на этот народ определенный вид.

Бросается в глаза еще одна деталь. Как и греки, этруски не имели единого государства. Они жили независимыми полисами, скрепленными друг с другом не слишком, по-видимому, жесткой системой договоров. Этрусское Двенадцатиградье было скорее всего чем-то похоже на Пелопоннесский союз.

Интересно в этом смысле сообщение Павсания, уже упоминавшееся нами в статье об Олимпийских играх: некий царь тирренов Аримнест первым из варваров сделал приношение в Олимпию. Заметьте, именно тиррен, вовсе не лидиец Крез, замучивший своими бесконечными посольствами оракул в Дельфах, а именно тиррен и именно в Олимпию, ставшую символом сплочения политически раздробленного этноса. Это сообщение показывает, что этруски были очень хорошо осведомлены о делах в Элладе, испытывавшей те же политические проблемы, что они сами.

Можно возразить, однако, что этруски безнадежно отставали в развитии как духовной, так и политической сферы от эллинов. Безусловно, это так. К началу VII в. до н.э. в Элладе уже минимум сто лет как действует Олимпийская экехейрия, Дельфийский оракул координирует выводы колоний в самые удаленные уголки света, разгорается дионисийское движение. В Этрурии в то же самое время находят лишь первые свидетельства восточной торговли. Далее, эллинский этнос, сформировавшийся после дорийского вторжения, не знал до персидских войн значительных внешних угроз. Он только расширялся в основном в образовавшуюся на Востоке после нашествия народов моря пустоту. Этруски с самого начала оказались зажатыми между враждебных италийских племен, греков и карфагенян. Но у них было преимущество: им было, на кого равняться. На Балканы они смотрели с надеждой. Если бы Аполлону удалось создать в Элладе сильное, в политическом и военном отношении жизнеспособное объединение полисов, тот же опыт был бы использован и в Этрурии.

К концу V в. до н.э. относится, вероятно, окончательное уяснение демиургом неудачи с эллинским объединением полисов. В то же время, в 390 г. до н.э. не этруски, а уже римляне отражают нашествие галлов на Италию. Аполлон вынужден пойти на рождение Форсуфов, сначала, вероятно, римского, а затем и македонского.

Кстати именно галльское нашествие показывает неоспоримое преимущество эллинского полисного объединения. Через все Двенадцатиградье галлы проходят как нож сквозь масло. Эллада встречается с той же самой бедой через сто лет уже очень сильно потрепанной междоусобицами и македонским игом и, тем не менее, галлы остановлены до Фермопил и до Истма. Ни один из серьезных значимых культурных или религиозных центров не пострадал.

«Я возьму этот большой мир,
Каждый день и каждый его час.
Если что-то я забуду,
Вряд ли звезды примут нас.» —

так пели отправляющиеся к созвездию Кассиопеи пионеры в старом фильме «Москва-Кассиопея». В кают-компании их звездного корабля можно было воспроизвести практически любой земной интерьер или ландшафт. Юные пионеры не знали, что их ждет за много световых лет от дома, потому и взяли с собой все лучшее, что было у них на земле.






Точно такое же впечатление производят и этрусские гробницы. На них изображали то пиры, то спортивные игры, то охоту, то просто пейзажи с людьми и зверями — все из этого, энрофного мира, будто этруски не знали, что их ждет в мире ином. Не знает, куда отправляется после смерти, человек без метакультуры. Даже в более поздних гробницах, где все чаще появляется демон злой демон царства мертвых Харун, — аналог греческого лодочника Харона, — даже там царство мертвых предстает закрытой, охраняемой им дверью, за которой снова неизвестность. Глубочайшие откровения эллинства — дисонисийство и Элевсин — остались этрускам неизвестны, их соприкосновение с метакультурой Олимпа — поверхностно.

В заключение могу сказать, что по всей вероятности, изначальный демиургический план отводил этрускам роль властелинов Запада. Туда, на запад Средиземноморья должны были быть направлены их колонизационные усилия подобно тому, как расширяли свои владения эллины на восток. Но, чтобы начать развиваться по этому пути, этруски должны были полноценно войти в один сверхнарод с эллинами, исполниться волей Аполлона.

Я где-то слышал, что этруски были первым в Европе народом, который научился производить оружие из железа. И отчасти свидетельство этому отыскал в английской Википедии. Там говорится: «In Gaul, on the other hand, the Iron Age dates back some 500 years BC; whereas in Etruria the metal was known some six centuries earlier» — то есть, что в Галии железный век начался примерно 500 лет до н.э., а в Этрурии этот металл появился на шесть столетий раньше. Как будто бы, монополия на оружие из железа давала древним этрускам исключительное преимущество на поле боя в своём регионе.

Также этруски, по слухам, это народ «живущий в башнях». Они первыми в Европе начали строить укреплённые города-замки на вершинах холмов и гор, окружённые высокими стенами и рвами. Прямо-таки, средневековая традиция!

Если все сие правда, то этруски представляются нам народом с достаточно высоким уровнем технологии и практических знаний о природе, ибо без этого ни железо не добудешь, ни высокий дом не выстроишь. Однако, не кажется ли, что здесь мы наблюдаем некоторый перекос в сугубо утилитарную земную сторону развития культуры? Пантеон богов бедный, а техническая сноровка богатая. Не видим ли мы подобного и в Риме, который развивался под сильным влиянием этрусков? В практике — сила, а в возвышеных духовных областях — слабость. Организация общества превосходная, а религиозно-философских устремлений непропорционально мало.

Однако, так или иначе, но этруски почему-то вызывают во мне симпатию...

В Западной Европе, возможно. Совершенно точно в Италии. Потому и говорят, что этруски были переселенцами с Востока. Но те племена, которых совокупно и по традиции называют дорийцами и эолийцами поставили производство железа на Балканах на поток уже на рубеже II-I тысячелетия до н.э.


Опять-таки, в Западной Европе. Стены Микен и Тиринфа с очевидностью древнее.


Возможно так. Переселенцы с Востока, вероятно, оторвались от духовных корней, а технологию, помогавшую им выжить, усвоили и развили. Мое предположение состоит в том, что по демиургическому замыслу этруски должны были глубже эллинизироваться, но что-то помешало этому. Что именно, у меня пока нет идей. Есть много внешних факторов, но внутренние процессы в Двенадцатиградье я представляю себе плохо.


Я думаю, это связано отсутствием уицраора и отчасти с подспудным ощущением тому, что этруски в какой-то момент имели все шансы составить (лучшую) альтернативу Риму.

Я с этим полностью согласен. От метакультур, где не было уицраоров, веет какой-то теплотой и духовностью, светлыми устремлениями. Это Египет, Эллада, Киевская Русь. Культура Египта воспринимается мной как светлая, пронизанная особой духовностью, Вавилон мрачен, безысходность. Те же чувства соответственно вызывает Греция и Рим, киевская Русь и Московская.



По поводу уицраоров Македонии и Рима, македонский возник первым. Вспомним завоевания Александра, даже спартанцы не сопротивлялись. Возвышение Рима началось позже. И вообще я считал, у них был один уицраор, просто вначале полем влияния было македонское царство, потом Рим.

Кстати, Владимир, о светлых устремлениях этрусков. Вы помните наш разговор о «просветленной» эротике? Так вот ее элементам более двух тысяч лет. Вот как выглядели крышки некоторых этрусских саркофагов.

Это саркофаги супругов. Обратите внимание, на лицах почти никакой чувственности, только неподдельная забота друг о друге.


В Египте на каком-то этапе безусловно был уицраор.


Создание двух Форсуфов — очень непростая метаисторическая коллизия. Кстати говоря, этруски помогли мне найти хоть какую-то связь между ними. Раньше мне казалось, что они были созданы совершенно независимо.

Дайте мне время, Владимир, и я постараюсь обосновать конкретно со ссылками на источники, что порядок создания именно таков: сначала римский Форсуф (отправная точка — отражение нашествия кельтов в 390 г. до н.э.), а чуть позже, в середине IV в до н.э. македонский Форсуф, ассоциирующийся с быстрой экспансией Македонии. В общем, правильнее было бы сказать, что оба Форсуфа были созданы почти одновременно. Причина их появления тоже едина — неспособность «изнутри» объединить политически раздробленные полисы. Но об этом значительно позже.

Сообщение отредактировал Athenaios - 20.9.2012, 6:48

Разговор помню. Я писал тогда, что Эллины не отличались особой жестокостью, их погубило особое сладострастие то, что иногда называют «просветленной» эротикой. Просветленная эротика это ее отсутствие, то есть замена сексуальных переживаний, имеющих демоническую природу, светлыми имеющими провиденциальную природу.


По поводу уицраоров, я ни на чем не настаиваю. Андреев пишет
«Форсуф — уицраоры Македонии и Рима» вот я и решил что македонский первый. Ну а значительные победы, особенно в древности, одерживались и без уицраоров, спартанцы, хотя бы, киевские князья, от Олега, до Ярослава Мудрого. Киевская Русь была мощнейшим централизованным государством в Европе. Так что изгнание кельтов не обязательно говорит о наличии уицраора.

Настаивать я тоже не имею права, но давайте все же дождемся более серьезной и обстоятельной аргументации.

Этруски, честно говоря, вызывают у меня симпатию несколько по иной причине. Возможно, я не прав, но мне они представляются очень стойким и достаточно строгим в плане организации и дисциплины жизни и порядков народом. Этруски по одной из версий — основатели Рима. Ну, если и не прямые основатели, то по крайней мере, те, кто оказал на становление римского менталитета и римской культуры колоссальное влияние. А Рим славился своей простотой и чёткостью нравов. Мораль была немудрёной, но эффективной, а в некоторых проявлениях — героической... В книге Ивана Ефремова, «На краю ойкумены», одним из существенных героев повествования является этруск по имени Кавий, человек стойкий, как сталь, расчётливый организатор, храбрый командир, честный друг... Его образ очень связался в моём сознании именно с образами ранних римлян (по одной из легенд, взяв слово с римлянина, того можно было смело отпускать перед казнью домой попрощаться с родными — на утро он являлся в назначенный час и принимал смерть)... Одновременно, не останавливался этруск (и римлянин) и перед пролитием крови, когда это необходимо для дела. Но не ради забавы. Неумалимым было его возмездие — не для услаждения местью, а ради порядка, ибо порядок и дисциплина в итоге несут мир и жизнь и продолжение рода... Что-то присутствует во мне самом, сродное «причастию железу и крови», что, несмотря на все мои небесные замыслы и побуждения, также симпатизирует некоторым характерам той древней и суровой поры. Этруски — это строители и воины, закалённые созидатели и верные товарищи, когда одному умереть за всех считалось долгом и честью, как мужчины, так нередко и женщины... Религия их была простой, даже примитивной, но практика — строгой и разветвлённой: не мудрствуя лукаво, они своими делами крепили общество и зарабатывали себе место под солнцем. Так я себе представляю этрусков и ранних римлян. Вполне вероятно, что неправ...

На фоне общего гимна этрускам мой пост, может, будет неким диссонансом, поскольку у меня несколько иное видение этого народа.


Я тоже думаю, что первоначально именно этруски выдвигались Провидением на роль лидеров Запада. И это было бы лучше, чем Рим, безусловно. Признаюсь, как и Павел, в некой к ним симпатии: они необычны, у них не-эллинское и не-римское мышление, очень специфичная культура, которая, развившись, сделала бы всю Античность более богатой и иной.
Но нечто этрусков погубило, и это не уицраор, и не внешнее вторжение.
Михаил упомянул о демонах на стенах этруских гробниц. Добавлю больше — хоррорных сцен с кровавыми жертвоприношениями людей там столько, что хватит, думаю, на небольшой фильм ужасов. Считается, что все свои темные обычаи: вроде гладиаторских боев и гаданий по внутренностям животных Рим позаимствовал именно у этрусков. Не в этом ли причина того, что Аполлон от них отвернулся? Этрурия впала в утонченное демонопоклонство, и должна была уступить место Риму: простому, бесхитростному, по-солдатски прямолинейному, приземленному, как стол, и все же демонопоклонством уж точно не страдающему. Кроме Рима ведь никого и не оставалось, кто в то время мог бы еще хоть как-то держать на себе Античность...

А Демарат приплыл «со множеством людей», чтобы развратить их эллинскими красивостями

На самом деле вы отчасти правы. Тогда вопрос к вам: а как вы относитесь к спартанцам? Вот уж, казалось бы, где стойкость и дисциплина?

Я заметил много параллелей между спартанцами и этрусками. Например, и те и другие в отличие от большинства эллинов жили на плодородной земле и могли обходиться без привозного хлеба. И те, и другие сделали предшествующее местное население зависимым: у этрусков тоде было какое-то подобие илотов. Характер колонизации: не дальние заморские страны, как у большинства греков, а соседние территории. Разница только в направлени развития: спартанцы были искусственно заторможены где-то в VIII в. до н.э. и отгородились от остального эллинского мира, а этруски пытались преодолеть отставание за счет как раз-таки связей с передовыми эллинскими полисами, но так в полной мере и не смогли. Потому и понадобился Рим. Возможно это был поиск компромиса между эллинской душой, устремленной уж очень сильно вдаль, и здоровым консерватизмом.

Я этого и не утверждал. Уицраор как порождение демиурга явился следствием невозможности решить задачу иными способами.


Это очень серьезное обвинение. Я бы несколько смягчил его. Этруски, вероятно, не смогли в достаточной степени побороть в своей религии демонопоклонство — ритуальные убийства были свойственны всем народам древности. Борьба с ними очень сильно запомнилась эллинству. Греческая мифология пестрит мифами об этой борьбе: это и златорунный баран, на котором бежит в Колхиду Фрикс под угрозой быть принесенным в жертву Зевсу, это и Тесей, убивающий Минотавра, пожирающего людей, это и Геракл, силой заставляющий дикие народы отказаться от преступных обрядов. То, что несмотря на обширные связи с Элладой, этруски не вняли этому голосу Аполлона, конечно, могло послужить причиной тому, что он от них отвернулся.

Спасибо, Денис, за это замечание. Намечается интересный круг вопросов.

Сообщение отредактировал Athenaios - 21.9.2012, 14:45

Какой народ связан прямыми духовными узами с Соборной Душой Афиной Палладой или вернее сказать сверхнарод? Греко-Римский. У этрусков был вероятней всего свой дух-народоводитель и соборная душа, входившие в общую Г-Р метакультуру. Этруски связаны с другим загадочным народом Малой Азии хурритами. Культуры и языки этрусков и хурритов схожи и несомненно связаны друг с другом.

http://www.95live.ru/world-history/issledo...ogo-yazyka.html

Сообщение отредактировал Maratshah - 22.9.2012, 12:10

Ну, это не сколько обвинение, сколько предположение. Но имеющее под собой серьезные основания.


Да, возможно, хотя я бы не стал категорично утверждать, что «всем». Но только на очень ранних стадиях своего развития народ может думать, что кровавые человеческие жертвы угодны богам. Как только он переходит к цивилизации, как только усиливается влияние светлой Диады, народ осознает, что богам это не нужно, и жертвоприношения людей прекращаются. Здесь практически нет исключений, только если не делается выбор в пользу демонопоклонства. То, что у этрусков были человеческие жертвоприношения — полбеды. Похоже, они прекрасно понимали, КОМУ они приносят жертвы, ведь кровавые сцены в этрусской иконографии неизменно сопровождаются изображениями демонов. Греков Аполлон простил за их наивность: повзрослев, они все поняли и перестали кадить ему гаввахом. Этруски повзрослели, все поняли, и продолжили сознательно кормить чудовищ. За что и были отвергнуты.
Повторюсь — это версия Ход мыслей Аполлона мы не знаем...

Тот факт, что этруски пришли с Востока и, вероятнее всего, из Малой Азии никем не оспаривается. Но оттуда родом, как это ни странно, и сам Аполлон! Если вспомнить старика Гомера, то Аполлон был защитником троянцев. Путь его воплощения в Энрофе был, видимо, очень непростым.


В любом случае, очень интересная, но я пока не готов ее всерьез обсуждать: во внутреннем развитии этрусской религии я пока ориентируюсь недостаточно хорошо.

Очень интересно, Михаил. На самом деле, многие источники подтверждают весть о том, что место происхождения Аполлона Малая Азия. У этрусков его имя звучало, как Аплу, у фессалийцев Аплун, у алпанов ( Кавказская Албания) Алпан, у дорийцев Апеллон. Есть еще форма этого имени со временем, по всей видимости, перешедшая в название страны по соседству с К.Албанией — Лпиния, Лепон. У хатов один из главных богов носил имя Лепин. Известны и другие формы этого имени у народов Малой Азии и Кавказа. В понимании этих народов — Аполлон это бог-громовержец, также ему приписываются и другие свойства, но везде он предстает одним из верховных божеств древних пантеонов. Вероятней всего, под этими культами можно понимать поклонение Демиургу, творившейся в то время величайшей метакультуры, зародившейся на просторах Малой Азии, расцветшей в Греции, Италии и на Балканах и впоследствии распространившей свое влияние на большую часть Европы и Азии.

Сообщение отредактировал Maratshah - 23.9.2012, 23:51