По прочтении ольгиной «Звезды Морей» у меня возникла идея о том, что Звездная Гавань, бывшая некогда земным островом и затем вознесенная на небеса, может иметь вполне определенную историческую привязку. Ниже по просьбе Ольги и с разрешения Юнии я излагаю свою гипотезу, которая может лечь в основу серии художественных произведений.
Отправная точка —
сообщение Диодора Сицилийского (I в. до н.э.) о финикийской легенде об изобильном острове в «западном», Атлантическом океане («за Геракловыми Столпами»). Согласно комментариям — это, вероятнее всего, либо один из Канарских, либо один из Азорских островов. Почему, не один из островов Мадейра — не знаю. Диодор сообщает, что карфагеняне рассматривали этот остров, не известный больше никому из народов Средиземноморья, как убежище, куда они могли бы переселиться в случае опасности. Под этим предлогом они отказали этрускам в выводе колонии на остров и по той же причине не заселяли его сами во времена своего могущества. Открыт остров был случайно, когда во время одного из плаваний финикийские корабли были унесены штормом далеко от берегов Ливии (Африки).
Предполагаемое развитие. После взятия Карфагена (окончание второй Пунической войны, 210-е гг. до н.э.) римлянами группа финикийцев (50-100 человек) после долгих сомнений решает переселиться на остров. Пострадав от уицраора, как внешнего, разрушившего их родной город, так и от собственного, заставлявшего их нападать в свое время на римлян и гибнуть на полях сражений в Италии (походы Ганнибала), они решают вести независимую ни от кого жизнь на острове и никогда и ни при каких обстоятельствах не присоединяться ни к какой империи. Они уплывают на остров на одном-двух кораблях, благополучно достигают его и поселяются там. Впрочем, полностью изолироваться они не могут, ибо обеспечить свою независимость им может позволить только приобщение к техническому прогрессу. Поэтому через какое-то время они решают вернуть обратно в Средиземноморье несколько (до десятка) семей, которые будут жить среди местных жителей (предположительно, в разных частях хорошо знакомой карфагенянам Испании), не смешиваясь с ними брачными связями, но при этом полностью интегрируясь в местную жизнь, и одновременно в тайне поддерживать связь с никому неизвестным островом.
Дальнейшая история потомков карфагенян. Благодаря посредничеству живущих в Средиземноморье семей островитяне знакомятся не только с передовой техникой, но и со сменяющими друг друга религиозными идеями: упадническое язычество рубежа старой и новой эры, культы синкретических богов (Изида, Серапис), культы императоров, неоплатонизм; митраизм и христианство поздней Римской империи и ранней Византии; ислам, пришедший с арабским завоеванием Испании, и, возможно, зарождающийся сефардский иудаизм; наконец, католическое христианство, пришедшее с реконкистой. Каждая из идей оказывается островитянам в чем-то близкой, но в силу того, что носителями почти всех этих идей являются империи, они не могут их полностью принять и обратиться в новую веру.
О Звезде Морей я провел отдельное небольшое исследование. Вообще, у этого термина есть два значения. Оба имеют происхождением античные времена. Первое значение —
Полярная звезда. Значение ясное, ибо всякий, путешествовавший в древности морем ориентировался по звездам, а значение Полярной звезды в этом деле трудно переоценить. Со вторым значением пришлось потрудиться, ибо налицо путаница в наименовании источников. Второе «значение» имеет своим истоком
«Ономастикон» св. Иеронима (стр. 833-834), написанный примерно в 390 г. «Ономастикон» — это, собственно говоря, толковый словарь еврейских имен. Так вот, там, говоря об имени Мариам (Мария), св. Иероним якобы употребляет эпитет «stella maris».
Современными исследователями это оспаривается, так как в других местах тот же автор пишет «stilla maris», что значит «капля морской воды». Вероятнее всего такое разночтение явилось следствием (весьма удачной) ошибки переписчика. Известный гимн «Stella Maris» относится уже к IX в.
Хочу предостеречь тех, кто захочет отправиться на поиски вслед за мной.
Английская Википедия ссылается на перевод «Ономастикона» Евсевия Кессарийского, выполненный св. Иеронимом. Но это ошибка. «Ономастикон» Евсевия содержит толкования иудейских топонимов. Толкования имени Мариам в нем нет.
Островитяне могли знать об обоих значениях этого термина. Причем, первое им должно было быть известно давно, еще со времени их жизни в Средиземном море (греки учились у финикийцев навигации по звездам). Второе значение они могли узнать из привезенных из Средиземноморья книг. Не очень хорошо зная латынь, они могли бы не заметить ошибки. Столь высокая и светлая реальность, стоящая за путеводной звездой поразила их. Это привело к созданию на острове особого культа Звезды Морей, который потомки карфагенян не предали до окончания своего энрофного существования. Можно себе представить, что и отдельные представители средиземноморских народов, которым живущие в Испании семьи в силу особой человеческой близости решаются открыться, прельщенные незамутненностью островного культа какой бы то ни было державностью, решаются посетить остров, пообещав все увиденное держать в тайне. Некоторые, возможно, решаются и поселиться на острове, что явилось залогом будущей «мультиконфессиональности» Звездной Гавани. На острове со временем появляются мирно сосуществующие небольшие средиземноморские религиозные общины от позднеантичных язычников до мусульман и христиан. При этом каждая из общин развивает наиболее светлые стороны своих учений. Остров являет собой, таким образом, подобие духовного заповедника, бережно хранимого силами Света.
Конец земного пути островитян на мой взгляд стоит отнести к эпохе испано-португальской колонизации атлантических архипелагов (XV в.). Пушки, упоминаемые в «Звезде Морей», использовавшиеся островитянами для обороны, должны уже быть к этому времени в ходу. Можно представить себе, что испанцы среди множества островов, населенных дикими племенами, обнаруживают один, наиболее крупный, где находится абсолютно современная цивилизация, но с самобытным культом Звезды Морей и невиданным содружеством как современных, так и давно исчезнувших в Средиземноморье религий. Поначалу отношения развиваются мирно. Незвависимый остров включается в активную торговлю со Средиземноморьем, не теряя своей духовной самобытности. Семьи островитян, веками тайно жившие в Испании, могут, наконец, больше не скрываться.
Но таким положением недовольны католические иерархи. Островитян объявляют язычниками. Против них начинается война. Веками не державшие в руках оружия, они героически держат оборону, одерживают несколько побед, но противостоять испанской империи они, конечно, не в силах. Когда положение островитян становится отчаянным, они в последней надежде взывают к Звезде Морей, и их остров вместе с ними возносится на небо. Так заканчиваются почти 18 веков земной жизни культуры потомков карфагенян. Жившие в Испании их семьи искореняются. Связанные с ними «ненадежные» люди под разными предлогами уничтожаются инквизицией. Любое упоминание об острове истирается как из церковных, так и из светских хроник.
Небесный путь острова определяется непринадлежностью его ни к одной из метакультур и особой ролью кораблей в жизни островитян. Будучи не в силах помогать людям, его обитатели помогают душам кораблей. Остров становится Звездной Гаванью. Население Звездной Гавани пополняется как душами кораблей, так и теми братьями и сестрами различных синклитов, что были при своей земной жизни влюблены в море и в те живые создания, что, будучи управляемы людьми, бороздят его просторы.
Для себя я пока называю будущую Звездную Гавань
островом Мелькарта.
Мелькарт — финикийское божество, аналогом которого обычно считается эллинский Геракл. Божественный царь финикийского города Тира, выведшего все основные колонии, включая Карфаген. В своих метаисторических изысканиях я условно считаю его народоводителем финикийцев.