Одни ли мы во вселенной

Это, кстати, к вопросу о том, почему бы не «распиарить» книги Д. Андреева на уровне «Гарри Потера», чтобы приобщились миллионы. Трудно это осуществить в высоком идейном и эстетическом плане, тут нужен гений уровня Д.А.

весть Даниила Андреева показывает эту картину мира более выпуклой или более вогнутой

— Как близко страна была к революции во время Депрессии?

Алинский. Намного ближе, чем обычно думают. Реформы Рузвельта спасли систему от самой себя и предотвратили полную катастрофу. Надо напомнить, что канули в прорву не только деньги людей, но и целиком их система ценностей. Американцы привыкли восхищаться своим обществом как перевалочным пунктом с земли в рай, с его ценностями упорного труда и бережливости как гарантии безопасности, успеха и процветания.

И вдруг в течение нескольких дней билеты в рай были отменены без возврата их стоимости, и все перевернулось вверх дном. За одну ночь американская мечта превратилась в кошмар для подавляющего числа американцев и прекрасный мир с многообещающим концом вдруг подкрался и накрыл их с головой. Их сбережения испарились за закрытыми дверями обанкротившихся банков, их работа исчезла за закрытыми воротами фабрик, а их дома и фермы были отобраны у них из-за невыплаченных ипотек. Немедленно дымовые трубы фабрик стали безжизненными и холодными, машины остановлены и холод повис над страной.

Люди старались обмануть себя и говорили: «Это только сон, мы проснемся и увидим солнечный свет двадцатых снова в наших домах и на наших работах, с цыпленком в каждом котле и с двумя автомобилями в гараже». Однако, когда они открыли свои глаза, их обступила реальность нищеты и безнадежности, реальность, которой они никогда не ждали, которой они не заслуживали. Ведь они работали не покладая рук, откладывали на черный день и ходили в церковь каждое воскресенье. О, конечно, говорили они себе, бедность существует, но где-то далеко от нас, в темных уголках нашего общества. Она угрожает черным и людям со смешными иностранными именами, тем, кто не умеет говорить по-английски, но это не может случиться с нами, с божьими людьми. Но темнота не только не ушла, она еще более сгустилась. Сначала люди онемели и отдались отчаянию, но постепенно они начали приглядываться к новому и страшному миру, в котором они оказались, и стали пересматривать свои ценности и приоритеты.

Нас учили в школе и с амвона, что бедные будут всегда, потому что всегда будет сколько-то не приспособленных к жизни людей, неудачников, дураков или лентяев. Но чтобы мы все оказались идиотами, или бездеятельными, или некомпетентными? Новое настроение стало закипать в стране, и общее несчастье стало постепенно разъедать традиционные ценности здорового индивидуализма, бескомпромиссной конкуренции и лицемерной филантропии. Люди начали искать что-то, на что они могли бы опереться, и они нашли друг друга. Мы неожиданно обнаружили, что беспощадный закон выживания наиболее приспособленных больше не работает, что другие люди могут принимать участие в наших проблемах, а мы можем помочь им в их проблемах. Что-то похожее возникло в Лондоне во время налетов авиации во время Второй мировой войны, когда социальные барьеры были сломлены перед лицом общего несчастья.

В тот момент в Америке стали слышны новые голоса и возникать новые ценности. Люди начали цитировать Джона Донна: «Нет человека, который был бы как остров». Они обнаружили, как много общего у них есть с другими людьми, и стали объединяться, чтобы улучшить свою жизнь. В первый раз после движения за отмену рабства между черными и белыми возникло действительное единство, когда представители обеих рас сошлись вместе, чтобы противостоять угрозе безработицы и снижения заработной платы. Это был один из наиболее важных аспектов тридцатых годов: не просто политическая борьба и реформы, но и внезапное осознание общей судьбы и человеческих связей между миллионами людей. Наблюдение за этим процессом, и тем более участие в нем, — волнующий и воодушевляющий опыт.

Половина тут же отсеется, полистав содержание да избранные страницы. Половина другой половины отсеется на первых же главах. Большинство из оставшихся прочтут какие-то фрагменты.

Более продуктивным я вижу такой путь, когда каждый из нас будет пытаться действовать в духе христианских ценностей и в духе Розы Мира, но каждый в той области, в которой способен больше всего.

в лучшем случае — на интеллектуальные развлечения

а) Энроф не «подлежит неизбежному разрушению» (энтропия не разрушение);

у нас идут с увеличением энтропии

это лишь гипотеза,

классическая физика, просчитанная и проверенная много раз

что энтропия нарастает там, где не присутствует воля,

Что в нашей физической вселенной преобладают ситуации, среды, комбинации конкретных элементарных частиц где преобладает ситуация отсутствия уменьшающей энтропию воли — это грустная фантазия, а не факт. Навязывать другим людям грустные фантазии, из которых нельзя сделать конструктивных выводов — нехорошо

Мне кажется что Вы ненаучно подходите к научной картине меря, считая её верной целиком априори. Учёные которые занимаются открытием физических законов имеют противоположный подход — сомнение во всём и принятие уже открытых, работающих и пока не опровергнутых законов только за временные рабочие выводы а не некоторые «вечные» догматы.

Когда воля начинает уменьшать энтропию в одном месте, то в других местах параллельно с этим энтропия усиленно возрастает.

Ну покажите мне хоть одну ситуацию, когда растворившийся в горячем чае кубик сахара выделится самопроизвольно обратно в кубик.