Комментарии к первой книге РМ

Когда речь идет о первой (и 12) книгах Даниила Андреева, среди тех, кто считает себя его последователями, нет единства в оценках. Первая глава во многом писалась как введение к самой книге — это признавал и сам Даниил. В ней собственные чувства, мысли автора звучат порой явственнее, чем иномирные образы. Да и посвящена она не образам из иных миров — а вещам земным. Вещам, более подверженным изменениям и движениям.

Существует большое различие во взглядах в отношении к первой главе — от ее полного неприятия до согласия почти со всем в тексте. Конструктивное обсуждение этой темы было бы полезно, поскольку могло выработать некую общность во взглядах — или как минимум лучше понять друг друга. Ведь если последователи Андреева не могут договориться даже по первой главе…

Основа этого текста появилась как черновики обсуждения в Тимспике, где я выступал в роли докладчика. Я набрасывал мысли и предлагал их обсуждать. Сами эти мысли родились как комментарии к первой главе — комментарии, которые я бы поместил в приложение к книги, если бы был ее издателем. Так во всяком случае мне представлялось, когда я начинал писать. Далее получилось то, что получилось. После бесед я существенно дополнил текст, какие-то мысли откорректировал, какие-то дополнил мнением других участников. Далеко не все удалось обсудить основательно — в живой беседе, как и на форуме, бывают офф-топы. Тем не менее, то что я привожу ниже — это не есть резюме бесед в тимспике, а мои собственные комментарии, тесно, впрочем, связанные с этими беседами.

Заголовки пронумерованы следующим образом: первая цифра обозначает номер рассматриваемой книги, вторая номер главы, третья — порядковый номер рассматриваемой темы. Например, 1.2.2. означает, что речь идет о второй главе первой книги и что данная тема в этой главе по порядку вторая.
Итак, начну.

ГЛАВА 1. РОЗА МИРА И ЕЁ БЛИЖАЙШИЕ ЗАДАЧИ

1.1. Против чего направлена книга. Спор Андреева с предполагаемым читателем из других эпох:

Интересно, что в самом начале главы Даниил говорит не о задачах (название главы), а о том, против чего направлена книга.

никакие усилия разума, никакое воображение или интуиция не способны нарисовать опасностей грядущего, которые не были бы связаны, так или иначе, с одной из двух основных: с опасностью физического уничтожения человечества вследствие войны и опасностью его гибели духовной вследствие абсолютной всемирной тирании.
Книга направлена, прежде всего, против этих двух зол. Двух коренных, первичных зол.

Сама по себе мысль эта обычно не вызывает возражений.

Однако не может не броситься в глаза некоторое противоречие между:

Люди других эпох, вероятно, не поняли бы нас; наша тревога показалась бы им преувеличенной, наше мироощущение — болезненным. Но не преувеличено такое представление об исторических закономерностях, какое выжглось в человеческом существе полувековым созерцанием и соучастием в событиях и процессах небывалого размаха. И не может быть болезненным тот итог, который сформировался в человеческой душе как плод деятельности самых светлых и глубоких её сторон.

и

Я тяжело болен, годы жизни моей сочтены.

А также

я принадлежу к тем, кто смертельною ранен двумя великими бедствиями: мировыми войнами и единоличной тиранией.

Андреев словно спорит сам с собой. Так или иначе, сложно представить, чтобы трагические обстоятельства его жизни совсем не сказались на мировоззрении, и уж во всяком случае, на выборе той проблематики, которая казалась главной.

По факту, по прошествии 50-и лет, новые угрозы — терроризм, экология отодвигают проблематику, поставленную Андреевым на второй план. О возможности мировой войны еще иногда говорят, но уж во всяком случае не так остро, как в 80-е и тем более в конце 50-х.
В 60-е годы произошли изменения в метаисторическом плане, изменился сам сценарий, что повлияло в итоге и на основные опасности, грозящие человечеству. Мы живем сейчас в совершенно другом мире.

Однако Андрееву нельзя вменять в вину, что он ограничил основные опасности двумя перечисленными — на тот момент они действительно были наиболее актуальны. Андреев писал предисловие, обращаясь к современнику. Пиши он сегодня, он, скорее всего, использовал бы иные образы и слова.

Важно, однако, сказать, что даже это измене сценария не делает книгу «Роза Мира» менее актуальной — ведь де факто она коснулась гораздо более широкого круга тем и затронула куда более широкий круг явлений, чем обозначил Андреев на этих страницах…


1.1.2. Реальность этического контроля в том виде, как это описано у Андреева

После обрисовки основных угроз, стоящих перед человечеством, и тенденций, имевшихся в 20 веке, Андреев касается, способа, который позволил бы этих угроз избежать.
Здесь возникает ощущение, что данный способ (да и сама возможность избежать эти угрозы в принципе) появляется в книге как-то уж слишком резко, без перехода:

Таким образом, опыт истории подводит человечество к пониманию того очевидного факта, что опасности будут предотвращены и социальная гармония достигнута не развитием науки и техники самих но себе, не переразвитием государственного начала, не диктатурой «сильного человека», не приходом к власти пацифистских организаций социал-демократического типа, качаемых историческими ветрами то вправо, то влево, от бессильного прекраснодушия до революционного максимализма, — но признанием насущной необходимости одного-единственного пути: установления над Всемирной Федерацией государств некоей незапятнанной, неподкупной высокоавторитетной инстанции, инстанции этической, внегосударственной и надгосударственной, ибо природа государства внеэтична по своему существу.

Замечу сразу, что в первой главе Андреев говорит в основном о Лиге, почти не упоминая Розу Мира. В дальнейшем эти понятия в некоторых случаях перекликаются, четкого разграничения между ними нет. В одном месте говорится, что Лига станет средой для возникновения Розы Мира.

Однако здесь в первой цитате речь о Лиге исключительно, и в следующем фрагменте Андреев поясняет:

Мне представляется международная организация, политическая и культурная, ставящая своею целью преобразование сущности государства путем последовательного осуществления всеохватывающих реформ. Решающая ступень к этой цели — создание Всемирной федерации государств как независимых членов, но с тем, чтобы над Федерацией была установлена особая инстанция, о которой я уже упоминал: инстанция, осуществляющая контроль над деятельностью государств и руководящая их бескровным и безболезненным преобразованием изнутри.
Какова будет структура этой организации, каково ее наименование — предугадывать это мне представляется преждевременным и ненужным. Назовем ее пока условно, чтобы не повторять каждый раз многословных описаний, Лигой преобразования сущности государства.

Основное сомнение, возникающее при чтении приведенных цитат в том, что непонятно, каким образом будет осуществляться контроль, если у организации не будет никаких властных полномочий.
При наличии же таких полномочий, данный контроль уже сложно назвать «этическим».

Андрееву, скорее всего, виделось в Лиге дальнейшее развитие ООН. Но ООН не имеет прямых способов влияния на государства, ее резолюции носят скорее рекомендательный и декларативный характер. В истории масса случаев, когда резолюции ООН игнорировались и не выполнялись. Если в случае этического контроля речь не идет о создании каких-то властных структур, которые волевым образом заставляли бы страны выполнять эти решения, то непонятно, что могло бы измениться при создании Лиги.

Есть некая сложность, связанная и с последовательностью действий — с одной стороны, Андреев пишет, что Лига нужна для преобразования Всемирной Федерации государств в братство, то есть Всемирная Федерация уже должна существовать. С другой, он говорит о роли организации в создании Всемирной Федерации.

Неотчетлива определена и сама эта Федерация: создание Всемирной федерации государств как независимых членов Данная мысль сама по себе в известной мере противоречива, поскольку союз независимых членов уже не будет федерацией. Федерация подразумевает передачу части своего суверенитета центру.

Таким образом, мысли Андреева в отношении Лиги и этического контроля лучше считать ориентировочными. Ценно главное зерно этих рассуждений — Даниил верно обозначил направление, что делать что-то в этом направлении нужно, что общество должно как-то ограничивать агрессивные импульсы государств. Но средства, которые им предлагались, едва ли актуальны на сегодняшний день.

В том сценарии истории, который реализовался на практике, потребность в Лиге, скорее всего, отпала. (Подробнее я коснулся этого вопроса в статье: возможные пути прихода Розы. Лига?).
Вполне возможно, в будущем, сообщества людей, спонтанно объединяющихся, например, в интернете, могли бы осуществлять тот самый этический контроль над государствами, который Андрееву виделся в его годы в Лиге.


1.1.3 Переход к религии. Цели и задачи Розы Мира:

Даже при беглом чтении первой главы бросается в глаза, что на первых страницах почти не упоминается религия. Андреев подводит к религиозности осторожно, в соответствии с духом эпохи. В начале он говорит почти исключительно о социальных идеях и не упоминает Розу Мира.
Тон меняется здесь:

И вероятно в высшей степени, что мирообъемлющее крылатое учение — и нравственное, и политическое, и философское, и религиозное — претворит эту жажду поколения во всенародный творческий энтузиазм.
То обстоятельство, что последнее крупное религиозное движение в человечестве — протестантская Реформация — имело место четыреста лет назад, а последняя религия мирового значения, ислам, насчитывает уже тринадцать веков существования, — выдвигается иногда как аргумент в пользу мнения, что религиозная эра в человечестве завершилась.

И сразу начинает звучать более высокая нота, словно автор коснулся здесь чего-то более важного, глубокого, значимого (это относится и к следующим абзацам). Нельзя исключать, что на такой выбор повлияла необходимость скрывать главное — в те годы еще нельзя было исключать обысков, а при обыске взгляд сотрудников падал, естественно, на первые страницы.

С другой стороны, в постепенности видится и публицистический прием, когда главная идея не выкладывается сразу, а к ней подводят читателя постепенно.
Первое упоминание Розы Мира на третьей странице — лишь вскользь — звучит так:

Развернуть эту концепцию именно так, дать понять, каким образом в ней, трактующей об иноприродном, в то же время таится ключ и от текущих процессов истории, и от судьбы каждого из нас, — вот задача настоящей книги. Книги, которая, если Господь предохранит её от гибели, должна вдвинуться, как один из многих кирпичей, в фундамент Розы Мира, в основу всечеловеческого Братства.

Роза Мира идет через запятую с всечеловеческим братством, как близкий синоним. И — еще примерно пять страниц без пояснений. Андреев словно решил заинтриговать читателя… Затем то самое:

Никто, кроме Господа Бога, не знает, где и когда затеплится первый огонь Розы Мира. Страна — Россия — только предуказана; ещё возможны трагические события, которые осложнят совершение этого мистического акта и принудят перенести его в другую страну. Эпоха — шестидесятые годы нашего века — только намечена; возможны гибельные катаклизмы, которые отодвинут эту дату на длительный ряд лет. Возможно, что средой, где затеплится первый пламень, окажется не Лига преобразования сущности государства, а иной, сейчас ещё не предугаданный круг людей. Но там ли, здесь ли, в этой стране или в другой, раньше на десятилетие или позже, интеррелигиозная, всечеловеческая церковь новых времён, Роза Мира, явится как итог духовной деятельности множества, как соборное творчество людей, ставших под низливающийся поток откровения, — явится, возникнет, вступит на исторический путь.
Религия, интеррелигия, церковь — нужной точности я не могу достигнуть при помощи ни одного из этих слов. Ряд коренных её отличий от старых религий и церквей со временем принудит выработать в применении к ней слова иные…

Здесь сразу много определений, однако бросается в глаза то, что Андреев избегает дать какое-то одно конкретное определение. Он скорее рисует образы, яркие и объемные, их дальнюю перспективу, показывает читателю панораму издали.
Такой стиль вообще во многом характерен для Даниила. Он показывает нам, словно в кино, дальние образы и панорамы. Редко у кого кроме него встретишь это сочетание — поэтической емкости образов и религиозно-философской их наполненности.
Отмечу, что хотя глава 1.1. называется «цели и задачи «Розы Мира», о целях и задачах как таковых говорится почти в самом конце:

Отсюда вытекает и ещё одно, четвёртое, отличие Розы Мира: перспектива последовательных, стоящих перед нею духовно-исторических задач, вполне конкретных и принципиально осуществимых. Перечислю ещё раз ближайшие из них: объединение земного шара в Федерацию государств с этической контролирующей инстанцией над нею, распространение материального достатка и высокого культурного уровня на население всех стран, воспитание поколений облагороженного образа, воссоединение христианских церквей и свободная уния со всеми религиями светлой направленности, превращение планеты — в сад, а государств — в братство. Но это — задачи лишь первой очереди. Их осуществление откроет путь к разрешению задач ещё более высоких: к одухотворению природы.

Бросается в глаза, как тесно переплетены среди задач первой очереди задачи духовные и материальные. Социально-политические идеи, о которых говорилось в связи с Лигой, тоже отнесены сюда. Каждому что-то ближе из приведенного перечня задач. Но логика здесь не взаимоисключающая, а взаимодополняющая: «и — и».
И очень ценно дополняет приведенный фрагмент цитата из начала второй главы:

Потому что общая цель Розы Мира, точнее — того гигантского духовного процесса, который начался тысячелетия назад и лишь этапом которого является Роза Мира, — так вот, цель этого процесса — просветление Шаданакара…

К этому уже добавить нечего, здесь логично просится точка.

продолжение следует

Неинтересно....вот если бы Вы об номере Жругра заговорили тут сразу бы набежало «дебатеров»
Для меня нет никаких противоречий в первой книге и зачастую в «дебатах» я обращаюсь за цитатами именно к ней.
Это квинтэссенция всего творчества Андреева.
Боле того,именно «проглотив» первую книгу ,как наживку, я и «зацепился» за «Розу Мира»

Сообщение отредактировал gavrik - 22.2.2012, 9:44

Иван, привет!
Рад, что ты выложил свои комментарии здесь, и можно их просмотреть и обсудить.
Правда, как ты понимаешь, мне придется во многом оппонировать твоим идеям
Однако вначале оговорюсь, что твой анализ мне представляется интересным и заслуживающим самого пристального внимания.



На мой взгляд, нет никакого противоречия между влиянием на Д.А. трагических событий XX века и объективностью его оценок грозящих опасностей. Опасности, на самом деле, никуда не делись. Актуальность их на данный момент — да, несколько снизилась, но это не означает, что в будущем они не вернутся. Более того, они вернутся почти со стопроцентной вероятностью, поскольку никуда не делся тот, кто инициирует мировые войны и мировые тирании. Ведь до начала XX века Европа 100 лет (!!!) жила относительно спокойно. И никто и думать не думал, что начнутся такие безобразия. Потому Д.А. и говорит об откровении могущества сил зла и предупреждает: не верьте кажущемуся спокойствию! Ведь даже Роза Мира не сможет остановить Антихриста и предотвратить последнюю мировую войну!
Проблемы экологии и терроризма также напрямую связаны с нравственностью и этическим контролем.


Иван! На тебя явно плохо влияют Ахтырский с Синельниковым, для которых властные полномочия и этика — две вещи несовместные У анархистов, как известно, только беспредел и вседозволенность считаются нравственными, а любого, кто этот беспредел хочет остановить, они рисуют исчадием ада.
На самом деле, этический контроль — это контроль на основе этики, а не контроль, сам по себе обладающий какой-то «возвышенностью» и «этичностью». Его цель — ограждение от зла, а не сотворение добра. Во-вторых, он носит всеобщий характер, т.е. действия контролера также должны подвергаться этической оценке с точки зрения всеобщих и обязательных моральных норм. В-третьих, его цель — ограничение, а не уничтожение и полная ликвидация. Как скажем, бан на ОРГ не подразумевает, что человек не будет иметь возможности в другом месте изливать свою злобу и ненависть.
Отмену этического контроля я не могу расценивать иначе, как антиэтическую контрреволюцию, цель которой — развязать руки желающим освободиться от «уз добра».
А вообще очень хорошо, что ты таки решился представить результаты конференций в виде текста...
Надеюсь, он не последний.

Сообщение отредактировал Наблюдатель - 23.2.2012, 12:14

Иван, на мой взгляд, там не противоречий и это не спорит сам собой.
В одном случае Андреев говорит о физической болезни и боится, что не завершит миссию. В другом — о душевной травме, своей и общества и опасениями в связи с этим.

Я согласен с Денисом, что опасности потенциально существуют, а говорят о них меньше, потому что 3-тья мировая не выгодна теперь и высоким демоническим иерархиям, то есть вероятность ее меньше. Терроризм, думаю, опасность третьестепенная даже в сравнении с обычной войной.

К двум основным опасностям я добавил бы, как и ты, экологию и от себя — вышедший из под контроля технический прогресс в двух вариантах. 1) Гибель под грузом этого прогресса, как Селениты. 2) Подчинение нас машинами, превосходящими по интеллекту или посредством машин существами инфрафизических миров.

По поводу этического контроля без властных полномочий. Андреев сам приводи авторитет Махатмы Ганди. Будет авторитет, будет контроль без полномочий. А то, что «Конструктивное обсуждение этой темы было бы полезно, поскольку могло выработать некую общность во взглядах — или как минимум лучше понять друг друга» я согласен.

Пророчество на то и пророчество, что не может быть изменено. Оно или истинное, или ложное.
Мне кажется, что основные опасности, грозящие человечеству, не изменились, изменился лишь способ их проникновения в мир. Этот способ — экономический и технический. сейчас основные войны ведутся в экономике, а научно-технический прогресс грозит опасностями, доселе неведомыми.