Живущие, чтобы светитьФилософско-корабельная сказка

Ещё одна повесть из «корабельного» цикла. Можно сказать, с реальными героями (прохожу мимо них каждый день ) Посвящаю городу Роттердаму, открывшемуся мне в этом году новой, необычной стороной. Благодарю Юнию за Коспатрика, часовенку на сваях и конструктивную критику, которая мне очень помогла в работе над повестью.

Итак —

ЖИВУЩИЕ, ЧТОБЫ СВЕТИТЬ



Глава 1

Он стоял у высокой набережной — небольшой корабль с двумя мачтами и маячной башней, выкрашенный в ярко-красный цвет. Перед ним канал пересекал мост с бронзовыми львами, держащими щиты. Справа, на другой стороне канала тянулись жилые дома из коричневого кирпича, перед ними — высаженные в ряд липы, уже наполовину облетевшие. Он знал, что теперь ему придётся созерцать этот вид всю оставшуюся жизнь, ведь его здесь поставили на вечном приколе. Более того, с него сняли силовую установку, перестроили ходовую рубку и трюм, превратив его в ресторан.

Он досадовал, что так получилось. Море было маняще близко. Корабль слышал его зов в криках чаек, ощущал его дыхание в порывах свежего влажного ветра. Он так хотел снова выйти в море! Или хотя бы пройти по Новому Маасу. Но он не мог даже сдвинуться с места. Он, тосковавший о плавании, вынужден был слушать обыденные разговоры людей, приходивших к нему поесть и хорошо провести время. И что ещё хуже, он ни для кого не светил. Его маяк никому не был нужен.

Но в один прекрасный день всё изменилось.

Вообще-то прекрасным тот день назвать было трудно. Погода стояла пасмурная, то и дело моросил дождь, оставлявший мелкие капельки на палубе. И настроение у корабля было под стать погоде. «Лучше бы меня разобрали на металл, чем так», — в который раз подумал он. Знать, что море рядом и не иметь возможности выйти туда, ощутить мягкие и сильные прикосновения волн, обнимающих корпус, — это было невыносимо. Поэтому корабль снова крепко захандрил.

И тут появилась она.

То, что это не совсем обычная посетительница, корабль понял сразу. Не обратив внимания на застеклённый стенд с меню возле входных ворот, она сразу же пробежала по металлическим мосткам, перекинутым с набережной к нему на борт, и оказалась на палубе.

Корабль заинтересованно посмотрел на неё. Девушка, даже скорее подросток, невысокая и тоненькая. Коротко стриженые пепельные волосы, живое улыбчивое лицо с весело поблескивающими серо-голубыми глазами. Одета совсем не по погоде — в коротких шортиках и майке-топ, а обуви на ней не было вообще. На шее её трепетал развеваемый ветром красно-белый платок.

Пробежав босыми ногами по палубе между расставленных перед рубкой столов и стульев, она забралась по металлическим ступенькам на нос, посмотрела вперёд, на мост со львами, а потом повернулась к мосту спиной и облокотившись о борт, начала разглядывать маячную башню корабля.

-— Тинто, — прочла она вслух название под фонарным помещением маяка. Так назывался расположенный в корабле ресторан.

-— Дурацкое имя, — по привычке пробурчал корабль, зная, что человек навряд ли сможет его услышать. Но девушка услышала. Она посмотрела на него снизу вверх, улыбаясь:

-— Почему дурацкое? По-моему, хорошее.

-— Не вижу в нём ничего хорошего, — возразил корабль, про себя удивляясь, что эта девушка слышит его. Впрочем, он знал, что есть люди, умеющие говорить с кораблями, но таких людей было немного, а ему они и не попадались вовсе.

-— А у тебя раньше было имя лучше? — поинтересовалась девушка.

-— Раньше у меня был только номер. Одиннадцать, — ответил корабль. — Плавучий маяк Тринити Хаус номер одиннадцать, вот так меня называли.

Вообще-то он немного слукавил. Когда его отбуксировали в Голландию, ему дали имя — Брейвертин. По названию судоходного участка Северного моря. Но это имя он не любил, потому что уже тогда знал: из плавучего маяка ему придётся переквалифицироваться в плавучий ресторан и до конца жизни заниматься нелюбимой работой.

-— Только номер — это скучно, — проговорила девушка с сочувствием в голосе. А корабль размышлял, что сегодняшний день не так уж плох. Не каждому повезёт встретить человека, умеющего говорить с кораблями.

-— А можно я буду звать тебя Тинто? — спросила она и улыбнулась такой обезоруживающей улыбкой, что отказать в её просьбе было крайне затруднительно. — К тому же имя тебе идёт. «Тинто» — по-испански «красный». А у тебя корпус красного цвета.

-— Ну хорошо, Тинто так Тинто, — согласился корабль. Девушка соскочила с уступа на носу, откуда смотрела на его маячную башню, пробежала по палубе и по вертикальному трапу на стене поднялась на верх ходовой рубки, проигнорировав табличку «Посторонним вход воспрещён».

-— Э-э... Сюда вообще-то нельзя, — заметил корабль и тут же поправился: — Нет, я не возражаю, но хозяева ресторана не разрешают.

-— Они всё равно не видят, — беззаботно отозвалась девушка и задрав голову вверх, посмотрела на маячную башню: — Тинто, а можно подняться к тебе на маяк?

Вообще-то в маячную башню он не любил пускать посторонних, но серо-голубые глаза девушки смотрели так приветливо и тепло, и улыбка у неё была такая хорошая, что он согласился:

-— Поднимись. Только там закрыто.

И снова он немного схитрил. Он вполне мог открыть вход на маяк, но то ли ему захотелось слегка повредничать, то ли просто стало интересно, как его гостья поведёт себя в этом случае. Но девушка, как ни в чём не бывало, легко взбежала босыми ногами по металлической лесенке, ведущей к фонарному помещению, и коснулась люка. И — Тинто этого никак не ожидал — люк сам открылся от прикосновения маленькой тёплой ладони.

Девушка сначала просунула голову через люк, оглядываясь, потом забралась внутрь. «Только ничего не трогай», — хотел сказать корабль, но почему-то не стал.

-— Ух ты... — восхищённо прошептала девушка, медленно обходя вокруг фонаря из четырёх светильников с параболическими зеркалами. — Ты самый настоящий маяк... Здорово! Всегда хотела познакомиться с кораблём-маяком!

Трогать она ничего не стала, посмотрела только и выбралась наружу, закрыв за собой люк. Спустившись, она присела на край ходовой рубки, свесила ноги вниз и облокотилась о металлические перила. Тем временем внизу на палубе за столик села молодая пара. К ним подошёл официант и приветливо улыбаясь, подал меню. Тинто хотел напомнить девушке, что если её увидят наверху, то ей наверняка попадёт, но снова почему-то не стал.

Тем временем в разрывах туч показался кусочек ярко-голубого неба. Девушка посмотрела на небо, и Тинто заметил, что глаза у неё такие же ярко-голубые. И тут до него наконец дошло.

-— Ты ведь не человек, да? — спросил он.

-— Ага, — весело кивнула девушка. — Я самолёт. Вообще-то я стою в музее. Но одновременно летаю, где хочу. А если хочу спуститься на землю, то превращаюсь в человека, вот. — Она посмотрела вниз на палубу корабля, где официант вышел с двумя бокалами вина на круглом подносе, и добавила: — Не беспокойся, меня не видят.

-— А как тебя зовут? — спросил Тинто. Девушка улыбнулась:

-— Солейль. А если коротко — Соль.

-— Тебя так назвали люди?

-— Не-а. У меня тоже был только номер. Имя я придумала сама. «Солейль» означает «солнечная». А я люблю солнце.

-— Похоже, солнце тоже тебя любит, — заметил корабль. — Смотри, проясняется.

Действительно, ветер постепенно разгонял тучи. Тут и там уже голубело осеннее небо. Солнечные лучи ласково тронули борт Тинто и рассыпались сверкающими бликами на поверхности воды. И корабль почувствовал, что настроение у него становится таким же искрящимся и солнечным.

Солейль легла на спину, закинув руки за голову. Она смотрела в небо, беззаботно улыбаясь. А Тинто размышлял о том, как бы продолжить разговор. Он не нашёл ничего лучшего, как пожаловаться на жизнь, снова испортив себе настроение:

-— Хорошо, что ты летаешь... А я, как видишь, стою.

-— Тебе здесь не нравится? — спросила Соль. — По-моему, уютное место. И мост красивый.

-— Как ты не понимаешь? — не выдержал Тинто. — Я же корабль, я не могу не ходить в море! А тут стою на приколе, как дурак, и служу рестораном. И мой маяк никому не нужен. Разве что освещать дорогу пьяным, чтобы не свалились в канал.

Лицо Соль стало серьёзным:

-— Тинто, ты... очень хочешь в море?

-— Даже слов нет, как хочу! А главное — светить! Помогать другим кораблям находить дорогу. Ведь я для этого создан!

-— Я знаю... Это как хочешь взлететь, и не получается... Но... — Она рывком села и подобрала ноги: — Ты сможешь выйти в море, если захочешь! Надо только очень сильно захотеть!

-— Да куда уж сильнее...

-— Нет, ты не понимаешь! Надо представить, как ты отдаёшь швартовы и покидаешь гавань. Очень ярко представить! Как будто это на самом деле. И тогда однажды всё получится! — Помолчав, она добавила: — Я ведь тоже стояла в музее, а мне очень хотелось летать. И я представляла, как взлетаю сама, без пилота. Как набираю высоту... И у меня в конце концов получилось! А потом я научилась представлять себя человеком. Ведь на земле тоже много интересного, а ходить по земле в облике самолёта не очень удобно.

-— Странные вещи ты говоришь, — сомневался Тинто.

-— Странные, — согласилась Соль. — Но оно работает!

-— Ну хорошо, даже если я выйду в море... Кому я буду светить? Плавучие маяки больше не нужны!

-— Неправда, Тинто! В море всегда кто-то путешествует, а значит, всегда нужен кто-то, кто поможет найти дорогу домой. Поэтому маяки всегда нужны. Пусть не здесь, но в Звёздной гавани точно.

-— Звёздная гавань? — переспросил Тинто. — Это куда уходят души кораблей после смерти?

-— Говорят, для этого необязательно умирать, — задумчиво ответила Соль. — Есть корабли, живущие и на земле, и в Звёздной гавани одновременно. — Она помолчала. — А ещё говорят, что если найти путь в Звёздную гавань, то начинаешь жить и там, и здесь. Тинто, я думаю, в Звёздной гавани ты будешь нужен! И я тоже, хотя я всего лишь тихоходный биплан из дерева и полотна. Если мы найдём туда дорогу...

-— Как мы найдём туда дорогу, если я не могу даже сдвинуться с места?

-— Ты так ничего и не понял, Тинто. Я же говорю: нужно представить! И поверить, что это возможно. Ну, понимаешь теперь?

-— Кажется, да, — задумчиво отозвался корабль. — Представить и поверить... Я попробую. Прямо сейчас.

-— Лучше подожди до ночи, — возразила Соль. — Ночью тихо, спокойно. Ничто не отвлекает. И ночью лучше видно Маяк всех дорог.

-— Маяк всех дорог? — удивился Тинто. — Это что ещё такое?

-— Это маяк, который помогает найти путь в Звёздную гавань. Но и не только туда. Вообще помогает найти дорогу. Странно, Тинто, ты же сам маяк, неужели ни разу не слышал о Маяке всех дорог?

-— Не слышал, но ты рассказала, и это как будто знакомо...

-— Значит, ты уже знаешь о нём. В глубине души... — Соль вскочила на ноги: — Мне пора. Рада была познакомиться, Тинто.

-— Ты уже уходишь? — огорчённо спросил корабль. Девушка улыбнулась, глаза её весело блеснули:

-— Я прилечу ещё. Вечером. И мы попробуем вместе добраться до Звёздной гавани.

Она перелезла через перила, огораживающие верх ходовой рубки Тинто, оглянулась на него ещё раз, вскинула руки, и... исчезла! Только в небе под облаками летел маленький самолётик. Пролетая над кораблём, он качнул крыльями и ушёл на разворот над городскими зданиями.

Тинто, казалось, всё ещё ощущал её лёгкие, почти невесомые шаги по палубе, прикосновение её теплых ладошек. Самолётик Соль. Солнечная... Она словно оставила кусочек солнца в его душе, и ему самому теперь было светло и спокойно.

Глава 2

Весь остаток дня и вечер корабль был в прекрасном настроении. Поздно ночью посетители ресторана разошлись. Вскоре ушли официанты, а затем и хозяин, закрыв на ключ его рубку и ворота, ведущие к мосткам. У него на борту стало безлюдно и тихо. И набережная, освещённая уличными фонарями, тоже была тихой и пустой. Только ветерок шелестел листвой каштанов и плескали волны, легонько ударяя Тинто в борт.

Тинто с нетерпением ждал, когда прилетит Солейль. Однако девушка не появлялась. Он начал волноваться. А вдруг она заблудилась, не нашла дорогу в темноте? Но он продолжал ждать. По набережной прошла компания подвыпивших молодых людей, горланящих на всю улицу. Дойдя до моста, они повернули за угол здания, и вскоре их голоса затихли в отдалении. Потом проехал припозднившийся велосипедист. Но Соль по-прежнему не было.

Волнение сменилось настоящей тревогой. А вдруг с Соль что-то случилось? Хотя что может случиться с самолётом, который летает где хочет? А может... Может, она забыла про него? Мало ли на свете других кораблей, куда более привлекательных, нежели старый плавучий маяк со снятыми двигателями и скверным характером? Точно, она забыла, огорчённо думал Тинто. Нужен он ей, как... как самолёту корабельный винт.

И тут в тишине он услышал негромкое стрекотание. А потом увидел в небе приближающиеся огни. Это был самолёт! Маленький биплан с винтовым двигателем, работавшим необычно тихо. Самолёт полого пикировал прямо к Тинто на палубу. Корабль с беспокойством подумал, что палуба у него заставлена и самолёту будет негде сесть, но тут самолёт исчез, и вместо него на один из столиков спрыгнула Соль, опрокинув цветочный горшок. Теперь она была не в майке и шортах, а в коротких брюках и рубашке с нагрудными карманами, подпоясанной широким ремнём. Только на шее её повязан тот же платок, и ноги по-прежнему босые.

-— Ой, — вскрикнула Соль, — кажется, я у тебя что-то уронила...

-— Ты пришла! — обрадовался Тинто. — А я уж думал...

-— Что я заблудилась в темноте? — улыбнулась девушка. Соскочив со столика на палубу, она подняла упавший горшок с геранью: — Не разбился, это хорошо. А то было бы жалко...

Поставив цветочный горшок на место, Соль хозяйским взглядом окинула столики и сложенные зонты:

-— Слушай, что за бардак у тебя на палубе? Приземлиться некуда!

-— Но не я же его устроил, — отозвался корабль.

-— А я тебя и не виню. Я просто предлагаю: давай его разгребём. — Соль выкинула за борт попавший под руку стул: — Это ведь тебе не нужно в плавании? А место занимает.

-— Ты что делаешь? — испугался Тинто, когда в воду за бортом полетело ещё несколько стульев, а потом и столик. Он представил лицо хозяина на следующее утро. Но Соль беззаботно улыбнулась:

-— Так мы же уплываем!

-— Но ведь не насовсем? — возразил корабль.

-— Но и я твою мебель выбрасываю не насовсем! — Соль отправила за борт следующий столик.

-— Ничего не понимаю... — пробормотал Тинто. Ему уже мерещились машины с мигалками и полицейские, приехавшие разбираться, кто вынес из ресторана всю мебель. Соль села на расчищенный участок палубы, оперевшись руками за спиной.

-— Тинто, ну как тебе объяснить? На земле у тебя всё останется по-прежнему. Все эти дурацкие столы и стулья. А в Звёздной гавани тебе это барахло не понадобится, вот я его и убираю.

-— Кажется, понял... Я тебе помогу! — Тинто мысленным усилием выбросил два стола одновременно. Потом осмелел и отправил за борт стоявшую на носу старую мойку.

-— Только не надо трогать цветы, — попросил он. — Они живые.

-— Конечно, не будем трогать! — согласилась девушка. — Им ведь тоже интересно увидеть Звёздную гавань.

Вдвоём они быстро избавились от лишнего на палубе и в трюме. Потом Соль вооружилась шваброй и ведёрком с водой, и надраила палубу корабля до чистоты. Расставив цветы в горшках вдоль бортов на носу, она радостно протанцевала по палубе:

-— Красота! Чисто, просторно!.. Теперь можно отчаливать!

-— А как? — спросил корабль. — Я ведь прикован.

-— Тинто!.. — Соль сникла: — Ну как же так? Мебель повыкидывал, а от какой-то дурацкой сваи оторваться не можешь?

-— Не могу, — огорченно признался Тинто. — Да и свая не одна, их две.

-— Одна, две — какая разница? — настаивала Соль. — Ты попробуй!

-— Ну хорошо, попробую, — согласился корабль.

Однако как он ни старался мысленно, проклятые скобы, приковывавшие его к вбитым в дно канала сваям, держали намертво. Девушка только вздохнула. Перемахнула через борт, вцепилась обеими руками в скобу и упираясь ногами в корпус Тинто, начала медленно её разгибать.

-— Соль, я сам, — сказал он, но девушка уже разогнула скобу достаточно, чтобы та больше не держала корабль. То же самое она проделала и со второй скобой возле кормы.

-— Всего-то делов, — проворчала она, вернувшись на палубу. — Только не говори теперь, что не можешь сдвинуться с места потому, что с тебя сняли двигатели.

Будь Тинто человеком, а не кораблём (к тому же уже выкрашенным в красный цвет), он бы непременно покраснел, потому что именно это он и хотел сказать. Но Соль уже взмыла в небо самолётом. Сделав круг, она выпустила трос с крюком, уцепила его за корму и дёрнула с такой силой, что несколько горшков с растениями упали и покатились по палубе.

Корабли у пирсов расположенного неподалёку музея гавани под открытым небом уже проснулись и активно обсуждали происходящее.

-— Молодец! Взял и стронулся с места! — говорили одни.

-— Ну так конечно, хорошо, если у тебя подруга — самолёт, — завидовали вслух другие.

-— Эй, Маячок, далеко собрался? — окликнул его Бюффель, таранный корабль, пришвартованный за понтонным мостом. — Уж не в Звёздную ли гавань?

-— А если и в Звёздную гавань, что с того? — откликнулась сверху Соль, таща Тинто на тросе.

-— Да я ничего, просто хотел пожелать доброго плавания, — проговорил Бюффель. — А заодно напомнить, что корабли вообще-то ходят носом, а не кормой вперёд.

-— Тинто не виноват, что в вашем канале негде развернуться, — снова встряла Соль прежде, чем Тинто успел что-либо ответить. Бюффель с хитрецой посмотрел на неё:

-— Подруга, а не найдётся ли у тебя второго троса? Захватила бы тогда и меня.

Корабли вокруг засмеялись:

-— Бюффель, тебя нужно не бипланом тащить, а «Боингом»!

-— А ну, ребята, потеснимся и пропустим их! — распорядились два брата-буксира, старые пароходы по имени Док Ярд 5 и Док Ярд 9. Пришвартованные у пирса парусные суда и пароходики посторонились, давая Тинто дорогу.

-— Доброго плавания тебе, Маячок! — пожелала шхуна Аннихье, всегда сочувственно относившаяся к нему. — Будь осторожен в море.

-— До моря нужно ещё добраться, — не унимался Бюффель. — Мост-то опущен. Говорю же, надо пустить меня вперёд. Чтобы я его протаранил. Эй, крылатая подруга! — позвал он Соль. — Швартуй Маячка где-нибудь в сторонке и возвращайся за мной!

-— Мост поднимается! — сообщил кто-то из кораблей впереди. — А ты, Бюффель, не приставай к незнакомым девушкам!

-— Так знакомым я уже надоел, — отшучивался таранный корабль.

Покинув гавань, Тинто проплыл мимо разведённого моста и почувствовал, как течение Нового Мааса подхватило и понесло его. Река! Широкая и просторная, уходящая дальше, в Северное море... Соль снова превратилась в девушку и легла на палубе, раскинув руки и глядя в небо.

-— Фуууух! Нелёгкая это работа — из болота тащить кашалота, — с чуть ворчливой ноткой проговорила она.

-— Дальше кашалот поплывёт сам, — решительно заявил корабль, разворачиваясь по течению.

Кажется, ему удавалось даже подруливать. Они проплыли под мостом Эразмуса, белевшего в ночной подсветке изящным веером туго натянутых тросов. На обоих берегах город сверкал россыпями огней. Городские небоскрёбы казались колоннами света, упирающимися в тёмное небо. Тинто залюбовался, забыв, что нужно вообще-то следить за курсом. Напомнила ему об этом одна из попутных барж.

-— Смотреть надо себе под нос! — сердито сказала она, с трудом уклоняясь от корабля, чуть не ударившего её в борт.

-— Извини, — смущённо пробормотал Тинто, поспешно забирая вправо. Баржа добавила:

-— И вообще, отстаивался бы ты в своей гавани, музейный экспонат, а не мешался тут под винтами.

-— Извини, я правда не хотел, — оправдывался корабль. Соль вскочила и подбежала к борту, чтобы рассмотреть ворчливую баржу:

-— Вам что, уважаемая, мало места в реке?.. Тинто, давай обгоним эту склочную тётку, — предложила она и снова превратилась в самолёт. Сделав круг над кораблём, подцепила его тросом и потащила вперёд. Баржа проворчала вслед:

-— Он ещё и связался с самолётом. Это до добра не доведёт.

-— Бе-е, — сказала ей Соль.

-— Доброго плавания, Тинто! — пожелал глубокий и звучный женский голос слева. — И тебе чистого неба, самолётик!

Тинто удивлённо посмотрел на противоположный берег, где возле входа в гавань Катендрехт был пришвартован величественный и прекрасный белый корабль с несколькими ярусами палуб, высокой мачтой и двумя узкими изящными трубами, расположенными параллельно и соединёнными металлической перемычкой. Он не мог не узнать её. Да и кто из местных кораблей не знал пароход «Роттердам», бывший флагман Голландско-Североамериканских линий?

-— Леди Роттердам, ты здесь? — удивился Тинто. — Я думал...

-— Что меня разобрали на металл? — с лёгкой улыбкой спросила она. — Нет. Я, как и ты, не хожу в море, но продолжаю служить людям. До скорой встречи в Звёздной гавани!

-— До встречи, — растерянно отозвался Тинто. «Она знает, что мы идём в Звёздную гавань? — удивлённо думал он. — А если... если она живёт и там, и здесь?» Он хотел спросить об этом Леди Роттердам, но они с Соль уже ушли далеко вперёд.

Постепенно Тинто освоился с мысленным управлением и даже мог при необходимости ускоряться или наоборот, сбавлять ход. Соль снова вернулась на палубу и превратилась в девушку. Она стояла на ступеньке у него на носу, держась за борт. Встречный ветер трепал её короткие волосы и развевал концы шейного платка.

Город с его небоскрёбами остался позади. Теперь мимо проплывал ярко сверкающий огнями Ботлек — грузовой район порта, где работа не останавливалась ни днём, ни ночью. А Тинто каким-то особым корабельным чутьём ощущал, что его подхватывает и несёт течением, которое, он был уверен, приведёт туда, куда им с Солейль нужно.

-— Мы взлетаем! — радостно воскликнула Соль. И точно: порт с его многочисленными огнями постепенно уходил вниз. Но перед Тинто по-прежнему поблескивала волнующаяся поверхность реки, и он чувствовал, как вода мягко и упруго обтекает корпус. Он уверенно шёл вперёд.

Глава 3

Город превратился в россыпи огней далеко внизу, а облака, подсвеченные луной, наоборот, приближались. Это было непривычно, но Тинто не испугался. Ведь что может случиться с кораблём в спокойных водах, даже если воды каким-то загадочным образом уходят в небо?.. А он уже шёл среди облаков, серебрящихся в лунном свете; одни напоминали башни фантастических очертаний, огромные и в то же время лёгкие, другие — исполинские корабли, неспешно идущие по тёмному ночному небу каким-то своим курсом.

Вот Тинто проплыл сквозь облако, и это ему показалось забавным: всего лишь участок тумана, который неожиданно начался и так же неожиданно закончился. Корабль снова нырнул в облако и снова вынырнул, но уже не так скоро. А потом он вошёл в сплошной белесый туман. И тут вдруг Соль, стоявшая у него на носу и радостно смотревшая по сторонам, как-то сникла.

-— Тинто, я... пойду посижу у тебя в рубке, — сказала она. Соскочив со ступеньки на носу, девушка торопливо прошла по палубе в рубку и закрыла за собой дверь. Села в угол рядом с оранжевым спасательным кругом и обхватила руками колени.

-— Соль, что случилось? — обеспокоенно спросил корабль, видя, что ей явно не по себе.

-— Ничего, — ответила девушка, ещё больше сжимаясь в комочек.

-— Тебя что-то напугало? — как можно мягче проговорил Тинто. В глазах Соль блеснули слезинки.

-— Тинто, я ужасная трусиха, — еле слышно прошептала она.

-— Неправда! — горячо возразил корабль. — Ты храбрая. И решительная. Ты научилась летать сама, без пилота. И помогла мне решиться на эту дорогу.

-— Тинто... — тихонько проговорила Соль. — Я ведь уже пробовала долететь до Звёздной гавани. Одна. И каждый раз попадала в этот туман. Однажды я там заблудилась и долго летала, думала, никогда не вернусь. Понимаешь, это не как пролететь сквозь облако. Там знаешь, где земля, где небо. А тут непонятно, где верх, где низ, и закончится ли этот туман когда-нибудь. Непонятно совершенно ничего. Даже есть ли ты на самом деле или тебя нет.

-— Соль, не бойся, теперь ты не одна, — успокоил её Тинто. — Я ходил по морю в туманную погоду. И знаю: пока я чувствую воду под килем, всё будет в порядке. Любой туман когда-нибудь кончается.

-— А... мы не врежемся во что-нибудь? — всё ещё робея, спросила Соль.

-— Не врежемся, — заверил Тинто. — Я верю течению, которое нас несёт. И... знаешь, я попробую включить маяк! На всякий случай.

Мелькнула предательская мысль: а вдруг не получится? Ведь маяк работал на электричестве, а Тинто, покинув свою стоянку у набережной, разорвал и провода, питавшие его приборы от городской электросети. Но он очень хотел ободрить свою добрую и отважную спутницу, испугавшуюся какого-то глупого тумана лишь потому, что однажды ей случилось там заблудиться. И поэтому он решил во что бы то ни стало зажечь свой маяк. Он постарался как можно ярче представить, что фонарь в маячной башне включается — так, как происходило каждый день много лет подряд на службе. И после пары попыток, к его радостному изумлению, маяк загорелся!

-— Получилось! — воскликнул Тинто. Соль подняла голову:

-— Правда? Твой маяк горит?

-— Да! Теперь мы точно не потеряемся в этом тумане! — Присмотревшись вперёд, он ликующе воскликнул: — Соль, я вижу другой маяк! Он сигналит нам!

-— Другой маяк? — удивилась девушка, кажется, уже переставая бояться.

-— Да! — подтвердил Тинто. — Он яркий, как звезда! Ты только посмотри!

Соль поднялась и несмело вышла из рубки. Нос корабля почти не различался в тумане. Но звезда, необычайно яркая и лучистая, светила прямо по курсу. Маяк Тинто тоже светил. Его луч, казалось, рассеивал клубы тумана впереди. Соль прошла на нос корабля и всё ещё робея, поднялась на ступеньку, откуда она раньше смотрела вперёд. Остановилась и крепко вцепилась обеими ладонями в борт Тинто, словно боясь, что он вдруг исчезнет в тумане.

-— Красивая... — тихонько проговорила она, глядя на звезду.

-— Знаешь, я думаю, это и есть Маяк всех дорог, — отозвался Тинто. — И он выведет нас из тумана.

Корабль уверенно дал полный вперёд. Туман, словно сопротивляясь, начал сгущаться сильнее. Вскоре даже маяк Тинто стал почти не виден в белёсой мгле. Лишь звезда по-прежнему ярко горела впереди.

-— Соль, мы уже близко! — проговорил Тинто, подбодряя свою спутницу. Туман сгустился до предела. Казалось, он заполнил даже рубку и трюм корабля. «Последний рывок, — думал Тинто, идя полным ходом. — Не бойся, Соль! Мы уже пришли, я чувствую это!..»

Туман рассеялся так же неожиданно, как и сгустился. Впереди открылся золотистый песчаный берег, омываемый прозрачно-аквамариновыми волнами.

Глава 4

Тинто стоял на песчаном берегу, обнимая девушку с коротко стрижеными пепельными волосами, спрятавшую лицо у него на груди. Она тоже обнимала его крепко-крепко. У ног их тихонько плескали волны. А в отдалении на скалах возвышался белый маяк, его огонь горел ярко даже на фоне этого ослепительно-голубого неба.

Только сейчас Тинто понял всю необычность ситуации. Он стал человеком! Соль теперь была ему по плечо. Он ощущал тепло её тела и частые, беспокойные удары сердца. Наверное, её страх перед туманом всё ещё не прошёл... Он ласково погладил волосы девушки:

-— Соль! Мы приплыли.

Она подняла на него глаза, и страх на её лице сменился удивлением:

-— Тинто!.. Это ты? — Она огляделась вокруг и ликующе воскликнула: — Точно, мы приплыли! Мы в Звёздной гавани! Какой же ты молодец! — Она снова обняла его, повиснув у него на шее. Тинто не устоял на ногах, и они вместе упали на песок.

-— Мы приплыли! — счастливо смеясь, повторяла Соль и сияющими глазами смотрела ему в лицо. Потом отпустила его и перевернулась на спину, глядя в синее небо с редкими белыми росчерками облаков: — Какое необыкновенное небо... Вот бы здесь полетать!

Тинто сел на песке. Глядя на Соль, такую сияющую, такую счастливую, он вдруг подумал: она красивая. И неожиданно для себя задался вопросом: а как выглядит он сам? В корабельном облике он никогда об этом не задумывался. А тут вдруг его начала беспокоить эта мысль. В какого человека он превратился? А если в брюзгу и зануду с вечно недовольным лицом, каких ему случалось видеть у себя в ресторане?..

Он оглядел себя. На нём были белая рубашка с короткими рукавами и матросским воротником, и тёмно-синие брюки. Однако его интересовала не одежда. Он потрогал руками лицо, но никаких определённых выводов не сделал. Тогда он подсел к кромке воды и посмотрелся. Но волна, легонько покачиваясь у берегов, словно дразнила его, не давая рассмотреть отражение. Он только понял, что волосы у него тёмные, перехваченные красной лентой, и чёлка непослушными прядями падает на лоб.

-— Ты прекрасно выглядишь, Тинто! — весело проговорила Соль, незаметно подсев рядом и подставив босые ноги набегающим на берег волнам. — И ты очень на себя похож!

-— Похож на себя? — с опаской переспросил Тинто. — То есть я старый зануда?

-— Да нет же! — рассмеялась Соль. — Ты очень симпатичный молодой человек! И у тебя хорошая улыбка!

Тинто вдруг почувствовал, как лицо вспыхнуло, словно его коснулся жар близкого огня. Он удивлённо потрогал лоб и щёки. Соль засмеялась ещё звонче и забила ногами, рассыпая водяные брызги:

-— А сейчас ты ну в точности такого цвета, как в корабельном облике!

Тинто поспешно зачерпнул в ладони воды и опрокинул себе на лицо, чтобы погасить разгорающийся на коже пожар. Он был смущён и немного сердит на Соль, и в то же время ему нравилось, что она сидит рядом и так звонко смеётся, пусть даже и над ним. Он снова зачерпнул воды и плеснул на неё. Девушка захохотала, вскочила на ноги, забежала в море и наградила его уже основательной порцией воды. Тинто тоже не остался в долгу. Так они, стоя по колено в ласковых прозрачно-голубых волнах, смеялись и плескали друг на друга, пока оба не вымокли до нитки.

Наконец, отсмеявшись, они одновременно смолкли. Соль окинула взглядом чуть колышущуюся аквамариновую гладь:

-— Это ведь Последнее море, да, Тинто?

-— Ну... да, — вдруг дошло до корабля. — А мы тут плещемся... Нам надо туда, — он решительно показал на маяк, уже погасивший огонь, но всё равно хорошо различимый на фоне синего неба. Соль приложила ладонь к глазам:

-— Далеко... Слушай, — предложила она, — давай не пойдём, а полетим.

-— Как? — удивился Тинто. — Я же не умею летать.

-— Зато я умею, ты забыл?

Соль выскочила на берег и превратилась в самолёт. Лёгкий одноместный биплан с открытой кабиной.

-— Прошу вас на борт, сударь, — пригласила она.


Это было непривычно — сидеть в кабине самолёта и смотреть на землю с высоты. Всё-таки даже когда Тинто плыл среди облаков, он ощущал под собой воду, прочно держащую его в своих мягких, но сильных ладонях. А тут под крыльями Соль — совсем ничего. Пустота. Но он знал, что Соль чувствует себя в небе так же свободно, как он в море, и он ей доверял.

Иногда восходящие потоки воздуха легонько подбрасывали самолёт, а иногда, наоборот, Соль падала в воздушную яму. Но это Тинто даже нравилось. Как будто поднимаешься и опускаешься на невидимых волнах.

Увидев, что Тинто освоился, Соль начала немного хулиганить, то спускаясь совсем близко к воде, едва не чиркая шасси по прозрачно-голубым волнам, то резко забирая вверх. Тинто тогда слегка вжимало в сиденье. Поднявшись выше, Соль закладывала какой-нибудь лихой вираж, и горизонт ложился набок. Она радовалась солнцу и морю, а главное — чистому, открытому небу, а Тинто был рад оттого, что ей хорошо. А белый маяк на скале постепенно вырастал перед ними.

-— Иду на снижение, — предупредила Соль, начав сбавлять высоту, и вскоре аккуратно села на площадке вокруг Маяка, огороженной мраморной балюстрадой. Тинто выбрался из кабины, и Соль снова превратилась в человека.

Здесь их уже ждали. Две крылатые девушки, светловолосые и ясноглазые, в одинаковых лёгких туниках, лицами очень похожие друг на друга. Одна чуть повыше, другая — пониже. Видимо, старшая и младшая сёстры.

-— Доброго плавания, Тинто, и чистого неба, Солейль! — поздоровались они. Тинто удивился:

-— Откуда вы нас знаете?

-— Мы знаем каждого, кто приходит к Маяку всех дорог, — ответила старшая из сестёр. — Звезда морей поручила нам встречать тех, кто приходит сюда, и помогать им найти путь в Звёздную гавань. Меня зовут Эарвина.

-— А меня Мериэл, — представилась младшая. Соль вдруг спросила:

-— А самолёту можно в Звёздную гавань?

-— Что за вопрос! — рассмеялись крылатые сёстры. — Конечно! Но почему ты спрашиваешь?

-— Я слышала о Звёздной гавани от кораблей и пробовала добраться сама. И не могла. Попадала в туман и возвращалась.

-— Это Граница, — пояснила Эарвина. — Каждый пересекает её в свой срок и час.

-— И ты смогла пересечь её только после того, как встретила Тинто, — добавила Мериэл.

-— А я бы без Соль и вовсе не сдвинулся с места, — проговорил корабль. Мериэл рассмеялась:

-— Ну вот видите? Вы могли придти сюда только сейчас и только вместе.

Тинто и Соль посмотрели друг на друга. Кораблю показалось, что девушка хочет что-то ему сказать, но Соль повернулась к крылатым сёстрам и спросила:

-— А в Звёздной гавани найдётся работа для корабля-маяка?

-— Найдётся, — ответила Мериэл и с улыбкой добавила: — И для самолёта тоже.

Соль просияла:

-— Вот здорово!... А куда нам теперь идти? — спросила она. — Ведь это ещё не Звёздная гавань?

-— Вам нужно подняться по лестнице Маяка, — пояснила Эарвина. — Насколько долгим будет подъём, зависит от вас самих. Но мне кажется, вы доберётесь быстро. Пройдёте колокольный ярус и затем поднимитесь по трапу в фонарное помещение. Там стоят часы. Вам нужно перевести на них стрелки, чтобы Маяк открыл дорогу в Звёздную гавань. Для этого вам придётся ответить на вопрос, который вы услышите в сердце. Маяк всегда спрашивает приходящих к нему.

-— А тебе, Тинто, Маяк преподнесёт особый дар, — добавила Мериэл. — Потому что ты не просто корабль, а плавучий маяк.

-— Дар? — удивился Тинто. — За какие заслуги?

-— На то он и дар, что даётся не за заслуги, а просто так, — пояснила Эарвина. — Хотя ты его заслужил многолетней работой в море.

-— Спасибо вам, Эарвина и Мериэл, — учтиво поклонился Тинто и обратился к своей спутнице: — Соль, пойдём?

-— Подожди, — остановила его Соль и спросила сестёр: — Кто такая Звезда морей? Я слышала, Она хранит Звёздную гавань от зла.

-— Она хранит от зла не только Звёздную гавань, но и души тех, кто живёт на земле, — ответила Эарвина. — Людей, кораблей, самолётов... Она бесконечно милосердна и добра. Она исцеляет душевную боль и возвращает надежду. В Звёздной гавани всё наполнено Её светом.

-— А как поблагодарить Звезду морей, когда мы придём в Звёздную гавань? — спросил Тинто.

-— Там, в городе, есть церковь, — пояснила Мериэл. — Она одна, но входов в неё много. Просто зайдите туда и мысленно обратитесь к Ней.

-— Благодарим вас, Эарвина и Мериэл, помощницы Звезды морей, — снова поклонился Тинто.

-— Доброго плавания, Маячок! — пожелали крылатые девушки. — И тебе чистого неба, самолётик!

Глава 5

Внутри маячной башни было просторно и светло. Трепетали свечи в серебряных канделябрах на стенах, но свет давали не только они. Казалось, светились белые стены Маяка и широкая лестница, уходившая спиралью вверх. Свет здесь как будто разливался в воздухе. В узких окошках, иногда попадавшихся по пути, голубело небо.

Тинто и Соль поднимались по пологим ступеням и разговаривали. Они говорили обо всём: о прошлой службе, о разных интересных эпизодах из жизни, о море и небе. Почему-то здесь вспоминалось удивительно легко и хорошо.

Тинто рассказывал о своей службе в Англии, где он был построен и работал до того, как его списали и продали в Голландию. Об Ирландском море с его осенне-зимними штормами. А Соль — о небе над Францией и Бельгией, о маленьких деревушках, полях и виноградниках, выглядящих с высоты как лоскутное одеяло. О том, как пару раз чуть не разбилась, летая в непогоду. Они вспоминали своих капитанов и пилотов, да и просто людей, с которыми их сводила судьба.

-— Знаешь, Соль, — проговорил Тинто, — у меня был друг, корабль-маяк, как и я. И у него тоже не было имени, только номер. А я всегда завидовал кораблям, у которых были имя и собственный девиз. И однажды он сказал мне: «Имя — не главное. Главное для нас, кораблей-маяков — светить. Помогать другим находить дорогу». Я запомнил его слова и старался никому не завидовать с тех пор. Потом наши с ним пути разошлись. Я не знаю, где он теперь.

-— Может, он в Звёздной гавани? — предположила Соль.

-— Может быть, — отозвался Тинто. — Я очень хотел бы его увидеть. И поблагодарить за слова, которые он мне тогда сказал.

Лестница закончилась, и они оказались в просторном помещении, сплошь завешанном колоколами. Колоколов здесь были сотни, а может, тысячи. Самых разных — маленьких и больших, старых и новых, подвешенных высоко и так, что можно было дотронуться рукой.

-— Ух ты!.. — восхищённо воскликнула Соль. — Колокола! Как много!..

-— И они как будто бы спят, — Тинто осторожно потрогал ближайший колокол.

-— А давай разбудим один из них! — предложила девушка. Корабль усомнился:

-— Может, не надо их тревожить?

-— Ну... Для них ведь главное — звонить, как для тебя светить. Не думаю, что они будут против.

Соль решительно качнула небольшой колокол. Он отозвался чистым звоном, и тут же пришли в движение другие колокола. Их мелодичные голоса, казалось, заполнили всё пространство, но при этом не звучали оглушающе. Юноша и девушка стояли как зачарованные, слушая колокольную музыку. Тинто казалось, он в жизни не слышал ничего прекраснее.

Колокола умолкли один за другим, и стало необычно тихо.

-— Как красиво... — прошептала Соль, словно не решаясь нарушить эту хрустальную тишину, в которой всё ещё слышались отзвуки мелодии. Тинто задумчиво проговорил:

-— Через несколько кварталов от моей набережной стоит собор. Я ни разу не видел его, но говорят, он большой, с высокой башней. На башне звонят колокола, и ветер разносит их звон над городом... Каждый раз, слыша их, я ощущал словно бы зов. Наверное, они звали меня сюда, к Маяку всех дорог... — Он вспомнил: — Нам же нужно дальше! Где-то здесь должен быть трап...

-— Вон там! — Соль указала на тонкие перила, поднимавшиеся вверх за гладкими боками колоколов.

Тинто и Соль направились к трапу. Иногда приходилось протискиваться между близко висящими колоколами, а то и проползать под ними. Но это было даже интересно. Как будто пробираешься через колокольный лес. Наконец они достигли трапа, уходящего вертикально вверх к люку в потолке. Тинто первым вскарабкался по ступеням и подал руку Соль, помогая ей подняться в фонарное помещение.

-— Здесь просторно, — заметил он, оглядывая круглую комнату со стеклянными стенами. — Совсем не так, как у меня в башне.

Соль посмотрела за стекло, где мерцало россыпями звёзд ночное небо:

-— Уже ночь... Неужели мы так долго шли? Или... — Она подбежала к стеклу: — Это не небо, Тинто! Это... — девушка заметила проплывающий вдалеке корабль со стройными мачтами, одетыми белыми парусами: — Это Звёздный океан!

-— Звёздный океан... Ну да, Маяк всех дорог должен светить и в Звёздном океане, — рассеянно отозвался Тинто, всецело занятый рассматриванием маячного огня. — Какой странный фонарь... Ни отражательных зеркал, ни линз. Как же он работает?

Соль подошла и остановилась рядом с Тинто возле большой прозрачной сферы, в глубине которой чуть светился золотистый огонёк:

-— Он как будто живой...

-— Ага... — Тинто не мог отвести от него взгляд. Соль потянула его за локоть:

-— Смотри, вот часы, про которые говорили Эарвина и Мериэл! Здесь даже их изображения!

И точно: массивные деревянные часы на белой подставке с витыми ножками украшали резные фигуры двух крылатых девушек. Ажурные стрелки, короткая и длинная, тусклым золотом поблёскивали на белом циферблате. Вместо цифр по окружности циферблата шли какие-то символы.

-— Перевести стрелки... — задумчиво проговорил корабль, глядя на часы с крылатыми девами. — Наверное, одну ты, другую я. Интересно, кто какую?

-— Эта, наверное, твоя. — Соль коснулась пальцем длинной стрелки, указывавшей сейчас на символ с корабликом. — А моя — та, которая указывает на самолёт.

-— Ну тогда... — Тинто дотронулся до длинной стрелки. «Что для тебя важнее всего? — как будто спросил в глубине души голос, никогда не слышанный ранее, но странно знакомый. — Для чего ты живёшь?..» «Я живу, чтобы светить, — ответил корабль. — Помогать другим находить дорогу...» Он перевёл стрелку на изображение маяка.

Символы вспыхнули золотистым и поменялись, остались только корабль, маяк и самолёт. Соль дотронулась указательным пальцем до своей стрелки, на мгновение задумалась... и решительно перевела её туда, где недавно была стрелка Тинто.

Значки на циферблате снова вспыхнули и погасли. И тут же золотистый свет залил фонарное помещение. Это ожил огонёк внутри прозрачной сферы! Теперь он ярко горел, заполнив всю сферу. Будто небольшое солнце. Луч его уходил за распахнутое окно, превращаясь в тонкий, но прочный золотистый мост, уходящий куда-то к звёздам.

-— Вот это да! — выдохнула Соль. — Звёздный мост!.. — Она потянула Тинто за руку: — Пойдём же скорее туда!

-— Подожди... — Тинто не мог оторвать взгляд от горевшего внутри сферы огня. Это солнце, вспыхнувшее внутри маячной башни, притягивало его. Будто бы Маяк хотел сказать ему что-то ещё. Тинто вернулся к сфере, коснулся ладонью прозрачной поверхности... И сфера исчезла! Осталось лишь это удивительное золотистое солнце и его луч — звёздный мост.

Повинуясь непонятному чувству, Тинто протянул руки к огню и коснулся его обеими ладонями. Огонь не обжигал, прикосновение его было тёплым и ласковым. И Тинто ощущал бесконечную благодарность к нему — за то, что Маяк помог ему и Соль найти дорогу в Звёздную гавань, и за то, что он, Тинто, тоже создан маяком...

Он отнял руки от огненного солнца, и в его ладонях тоже засветилось солнышко, только совсем маленькое.

-— Тинто-о... — восхищённо прошептала Соль рядом. «Это и есть дар, о котором говорили Эарвина и Мериэл?» — понял корабль. Глядя широко раскрытыми глазами на солнышко в ладонях, он поднёс руки к груди. И огонёк исчез, словно слившись с ним самим. По всему телу разлилось удивительное тепло. Под своими ладонями Тинто почувствовал лёгкие толчки.

-— Странно как... — проговорил он и взяв руку Соль, положил её ладонь к себе на грудь: — Вот, послушай.

-— Это же сердце! — улыбнулась девушка. — Ты начал его ощущать! А в твоём маяке теперь частица света Маяка всех дорог.

-— Знаешь, когда я переводил стрелки... Маяк спросил, что для меня главное, для чего я живу. И я ответил, что живу, чтобы светить. Тебя он тоже спрашивал?

-— Да, — отозвалась Соль.

-— А что ты ответила? — поинтересовался корабль.

-— Я потом тебе скажу, Тинто... — Девушка выглядела непривычно серьёзной: — А сейчас поблагодарим Маяк и пойдём.

Глава 6

Тинто и Соль шли по звёздному мосту под тёмно-синим, почти чёрным небом, усыпанным бесчисленными звёздными огоньками. Они то и дело останавливались, восхищённо оглядываясь. Некоторые звёзды и созвездия легко узнавались, но многие выглядели незнакомыми. Далёкие туманности играли феерией самых непредставимых красок и форм.

То ли они так быстро шли, то ли звёздный мост сам нёс их, но вот впереди показался остров, будто плывущий в звёздном океане. Остров быстро приближался, и вскоре уже можно было разглядеть башни и шпили города, ярусами сбегавшего к воде. Над одной частью города сиял день, а над другой стояла ночь.

-— Это Звёздная гавань! — воскликнул Тинто и нетерпеливо потянул Соль за собой: — Пойдём!

Теперь они не шли, а бежали. И звёздный мост ещё больше ускорил их полёт, одновременно снижаясь над городом. Тинто и Соль промчались над черепичными крышами, над листвою деревьев, умытой недавним дождём, и выбежали на зелёный газон под тенью раскидистого каштана. Звёздный мост рассыпался золотыми отблесками у их ног и исчез.

Остановившись, Тинто и Соль огляделись. Они оказались в саду с каштановыми деревьями и яркими клумбами. Песчаная дорожка вела между зелёных газонов к круглой каменной чаше фонтана, бившего вверх множеством тонких звенящих струй. За фонтаном располагались столики открытого кафе, а дальше тянулась высокая каменная аркада с двойным рядом арок. В арках голубело небо.

Тинто и Соль подошли к фонтану. С другой стороны огромной каменной чаши остановилась девчушка в коротком платье. Солнечные лучи ласково тронули её пушистые льняные волосы. Перегибаясь через край, она протянула руки к фонтану, набрала в ладони воды и выпила. Тинто вдруг захотелось сделать то же самое. Он подставил ладони под падающие вниз водяные струи, поднёс к губам и сделал несколько глотков. И почувствовал, как у него начали прибавляться силы. А ещё вода была необыкновенно... как это называют люди? Вкусная!

-— Соль, попробуй! — посоветовал он. — Это как заправка, только в сто раз лучше!

-— Ага! — Девушка последовала его примеру. Всласть напившись воды из фонтана, она подскочила и вскинула руки: — Вау! Я сейчас точно смогу облететь вокруг земного шара!

-— Давай лучше просто походим и посмотрим, — предложил Тинто. — Вот эти арки... Куда они ведут?

Они прошли мимо столика, где негромко беседовали мужчина в тёмно-синей морской форме, с зачёсанными назад светлыми волосами, и элегантная дама в длинном голубом платье и шляпке со страусиным пером. Вблизи аркада показалась ещё более огромной. Между двумя рядами высоких арок тянулся широкий променад. Здесь прогуливались нарядные горожане, бегали играющие дети. За арками виднелась узорная решётка балкона, словно выходившего в небо.

-— Пойдём туда! — Соль потянула Тинто за руку. Они вышли на балкон и остановились, поражённые видом, открывшимся перед ними.

Внизу переливался оттенками лазури залив, глубоко врезавшийся в скалистый берег. По заливу ходили корабли — пассажирские, грузовые, военные. В основном пароходы и теплоходы, но Тинто заметил и несколько парусных судов. Вдоль изрезанной кромки берега тянулись бесконечные ряды пирсов.

-— Ух ты! — восхищённо проговорил корабль. — Это же порт! Не меньше, чем в Роттердаме, а может даже, больше... Пойдём посмотрим!

В конце аркады обнаружилась лестница с широкими перилами, спускавшаяся вниз. На поворотах перила украшали огромные каменные вазы со свешивающимися гроздьями белых и фиолетовых цветов. Обогнув остатки крепостных сооружений, лестница вывела в просторный сад с молодыми сакуровыми деревьями. Сакуры стояли в цвету, и казалось, что на землю опустилось бело-розовое облако. Впереди, за цветущими ветвями, маняще поблёскивала голубая поверхность воды. Тинто и Соль поспешили туда.

Сад отделялся от собственно портовой части невысоким парапетом, на который Тинто и Соль присели, чтобы посмотреть на местную жизнь.

В порту было оживлённо, но не суетно. Вот прибыл корабль, напоминавший океанские лайнеры тридцатых годов, но только более лёгкий и красивый. По трапу начали спускаться пассажиры, их радостно приветствовали встречающие. Тинто заметил, что здесь встречали не только пассажиров, но и сам пароход — несколько человек, стоявших у края набережной, обменивалась репликами именно с кораблём.

Когда все пассажиры сошли на берег, началась разгрузка. Тинто и Соль так и застыли от удивления, глядя на этот процесс. Никаких кранов здесь не было и в помине. Просто человек давал кораблю команду, махая рукой, и на набережной появлялись предметы, видимо, перемещаемые из грузового трюма мысленным усилием. Впрочем, и груза было немного: тщательно упакованные стопки с книгами, кофе, чай, садовые растения.

Но самое интересное произошло, когда разгрузка закончилась. Корабль вдруг словно бы начал растворяться в своём сиянии и исчез. Вместо него на воде стоял молодой человек, длинный и немного нескладный, со светлыми волосами до плеч и редкими усами. Ветер развевал его волосы и парусом надувал светло-голубую рубашку со шнуровкой на вороте. Он легко пробежал по волнам и поднялся на пирс, где его уже встречали друзья — та самая компания, переговаривавшаяся с ним, когда он был кораблём. К нему подходили и пассажиры, тепло благодарили, пожимая руку. Тинто невольно позавидовал этому незнакомому кораблю.

Компания покинула пирс, направившись к фургончику на колёсах, стоявшему возле парапета недалеко от места, где сидели Тинто и Соль. Там были кофеварка и столик с чистыми чашками. Высокий молодой человек с длинными тёмными волосами и аристократическими чертами лица взял на себя роль бармена. В воздухе разлился аромат свежего кофе, хорошо знакомый Тинто по собственному ресторану, и вскоре вся компания с кофейными чашками расположилась под цветущей сакурой.

Мимо на велосипеде с рулём, украшенным жёлтыми и синими цветами, проехала женщина в длинном белом платье, показавшаяся Тинто странно знакомой. Это красивое лицо, светлые волосы, убранные в простую и строгую причёску... Где же он её видел?..

Остановившись у кофейного фургона, она прислонила велосипед к парапету.

-— Доброго плавания, Леди Роттердам! — поздоровались с ней приятели недавно прибывшего парохода.

-— Доброго плавания, друзья, — ответила она глубоким и звучным голосом. Тинто так и подскочил на месте:

-— Леди Роттердам, это ты!..

Она обернулась и посмотрела на него с улыбкой:

-— Я же говорила, что мы встретимся в Звёздной гавани. Рада видеть вас здесь, Тинто и самолётик, прости, не знаю, как тебя зовут.

-— Солейль, — представилась девушка. — Можно просто Соль.

-— Хорошее имя — Соль, — улыбнулась Леди Роттердам. — Оно означает и солнце, и музыкальную ноту. Я угощу вас кофе. Здесь он вкуснее даже чем у меня на борту.

-— Ещё бы! — подтвердил темноволосый молодой человек. — На борту кофе готовит стюард, а здесь Леди Роттердам заваривает кофе своими руками.

-— Ты перехваливаешь меня, Маджестик, — отозвалась Леди Роттердам с лёгкой улыбкой. С тремя чашками на подносе, она подошла и села рядом, поставив поднос на парапет: — Угощайтесь, Тинто и Соль.

-— Спасибо. Вот узнаю наконец, что люди пьют у меня на борту. — Тинто взял чашку и хотел осушить единым духом, но кофе оказался горячим, и он смог сделать только пару глотков.

-— Не торопись, — посоветовала Леди Роттердам. — Этот напиток не любит спешки. Да и нам некуда спешить. — Она сделала глоток из своей чашечки: — Расскажите, как добрались, кто вас встретил.

-— Добрались легко, — ответил Тинто, отмечая про себя, что кофе действительно невероятно вкусный, если пить маленькими глотками. — Прошли Границу, прибыли к Маяку всех дорог. Там нас встретили крылатые сёстры, Эарвина и Мериэл. Потом мы поднялись наверх, и Маяк открыл нам дорогу сюда.

-— А здесь кто вас встречал? — спросила Леди Роттердам.

-— Никто, — пожал плечами Тинто. — А должны были?

— Обычно новичков встречают, здесь так принято. Чаще всего кто-нибудь из знакомых. Показывают город и помогают устроиться.

-— Мы, наверное, пришли неожиданно, и про нас никто не знает, — предположила Соль. Леди Роттердам покачала головой:

-— Нет. Портовый маяк всегда рассказывает о приходящих, ведь он умеет говорить с Маяком всех дорог. Ну а если случилась накладка и вас позабыли встретить, то я советовала бы пойти в Гильдию кораблей-маяков. Или сначала заехать на верфь. Чтобы ходить по здешним морям, нужна некоторая перестройка.

-— Мы так и сделаем, — решили Тинто и Соль. Тинто, помолчав, спросил:

-— Леди Роттердам, а как это — жить в Звёздной гавани и на земле одновременно?

Женщина сделала глоток кофе из чашечки:

-— Так, как ты живёшь теперь. Ты здесь и в то же время на земле стоишь на своём обычном месте у набережной.

-— А нельзя ли уйти в Звёздную гавань совсем? — допытывался корабль. Леди Роттердам внимательно посмотрела на него:

-— Зачем?

-— Ну а какой смысл в том, что я стою у набережной и работаю рестораном?

-— Смысл есть, Тинто, — серьёзно проговорила Леди Роттердам. — Я тоже ведь не только корабль-музей, но и ресторан, и конференц-зал, и развлекательный центр... Даже занимаясь некорабельными делами, мы продолжаем служить людям. И мы напоминаем им о важных вещах. Тебе кажется, что посетители приходят в твой ресторан поесть и развлечься, но это не так. Они приходят потому, что ты — маяк. Может быть, в данный момент они это не осознают. Но в нужное время они вспомнят о тебе, и твой свет из прошлого поможет им найти дорогу или принять верное решение. Так что даже стоя на вечном приколе возле набережной и работая как ресторан, ты продолжаешь светить.

-— Вот как... — задумчиво отозвался Тинто. — То есть я сам того не зная, светил... А я-то расстраивался! Думал, мой маяк никому не нужен.

-— Твой маяк нужен, Тинто, — сказала леди Роттердам. — И людям на земле. И кораблям в Звёздной гавани он тоже будет в помощь.

Допив кофе, она поставила пустую чашку на поднос, где уже стояли чашки Тинто и Соль. Отнесла поднос на место и вернулась, ведя за руль велосипед.

-— Если не знаете, как добраться до Гильдии или верфи, поднимитесь наверх, там ходит трамвай. Он отвезёт вас. — Леди Роттердам поставила ногу на педаль, собираясь уезжать: — Доброго плавания вам, Маячок и самолётик! Мы ещё увидимся. И вот что. На земле вам будет казаться, что всё происходящее сейчас — не более, чем сон. Но не верьте этому чувству. Звёздная гавань существует, и всё, что происходит здесь, происходит на самом деле.

Она села на велосипед и поехала по набережной вдоль цветущих сакур. Посмотрев ей вслед, Тинто задумчиво проговорил:

-— Вот она какая, Леди Роттердам... Она словно бы осталась нашим флагманом.

Глава 7

-— Ну что, поехали в Гильдию? — предложила Соль.

-— Нет, сначала лучше на верфь, — возразил корабль. — Чтобы придти в Гильдию уже готовым к работе. Да и тебе ведь тоже нужно перестраиваться? А там подскажут, где перестраивают самолёты.

-— По-моему, я и так хорошо летаю! — весело блеснула глазами девушка.

-— А по-моему, не мешало бы подстраховаться, — настаивал Тинто. — Вдруг здесь законы физики другие. И кстати, надо выяснить, на каком топливе мы будем работать. Не на воде и кофе же!

-— Ммм... — Соль блаженно улыбалась, жмурясь на солнце: — Самолёт, работающий на кофе — это должно быть вкусно! Особенно если кофе приготовлен Леди Роттердам.

Она с наслаждением потянулась и вскочила на ноги:

-— Пойдём! Мы и вправду засиделись. А у нас ещё куча дел.

Поднявшись по лестнице с цветочными вазами, Тинто и Соль вышли на знакомый променад между двумя рядами высоких арок. Соль мурлыкала какую-то песенку на французском, забавно грассируя. При этом она так искренне и радостно улыбалась встречным, что ей не могли не ответить улыбкой.

Вскоре Тинто и Соль оказались в том самом саду, где недавно их «приземлил» луч Маяка всех дорог. Здесь народу ощутимо прибавилось. Почти все столики кафе возле фонтана были заняты. На деревянной эстраде готовились к выступлению музыканты в нарядной форме с аксельбантами. Конечно, было бы интересно остаться, но Тинто и Соль хотели вначале решить свои дела.

Пройдя по плотно утрамбованной песчаной дорожке, они миновали ворота с узорной решёткой и оказались на небольшой площади, мощёной камнем. Посередине пестрела красными и жёлтыми бегониями круглая клумба с фонтаном (Тинто уже успел заметить, что фонтанов, больших и маленьких, в городе множество). На мостовой поблескивали трамвайные рельсы.

-— Простите, вы не подскажете, где здесь трамвайная остановка? — спросил Тинто у попавшегося навстречу человека в бежевом костюме и шляпе-котелке.

-— Остановка? — На добром и немного рассеянном лице прохожего нарисовалось удивление: — Трамвай сам остановится и заберёт вас, если вам куда-то нужно ехать. А вы недавно здесь, молодые лю... — он пригляделся: — Вы, юноша, явно корабль. А ваша милая спутница?

-— Я самолёт! — хитро улыбнулась Соль. Человек в котелке посмотрел на неё внимательнее:

-— То-то у вас в глазах небо, а не море... Здесь тоже живут самолёты. Немного, правда, но компания у вас будет, юная мисс.

Трамвай, словно дожидавшийся их, появился из-за поворота и притормозил, явно приглашая сесть. Тинто хотел спросить любезного прохожего, где выйти, чтобы попасть на верфь, но Соль потащила его за руку:

-— Пойдём, а то уедет. Спасибо, месье! — помахала она уже с подножки.

Трамвай тронулся с места и поехал, постукивая колёсами на стыках рельсов. Тинто недовольно заметил:

-— Я хотел спросить, как доехать до верфи.

-— У водителя спросим, — беспечно отозвалась Соль. Тинто присмотрелся:

-— Здесь нет водителя. Вообще никого нет. Как мы узнаем, где нам выходить?

-— Как-нибудь разберёмся! — Соль плюхнулась на мягкое сиденье и тут же прилипла к окну.

Тинто сел рядом, удивлённо оглядываясь. Сам будучи в некотором смысле транспортным средством, он никогда не путешествовал на другом транспортном средстве (когда его буксировали — это не в счёт). Вагон трамвая внутри был отделан деревом. На стенах висели чёрно-белые фотографии — городские улицы и площади, люди, спешащие по своим делам... Интересно, что изображения на фотографиях незаметно менялись. Как и надпись на табличке над пустым водительским сиденьем, которая, вскоре понял Тинто, показывала, где они сейчас едут. Успокоившись, он тоже начал смотреть в окно.

Трамвай шёл извилистым путём, словно поставив себе цель обойти все уголки города. Наконец слева появилось море. Кажется, они находились теперь с другой стороны залива, на который недавно смотрели с набережной. Впереди показались лёгкие, ажурные здания как будто из тонких металлических планок и стекла, с арчатыми входами, обращёнными к морю, достаточно высокими, чтобы внутрь мог попасть самый большой корабль. На табличке над пустой водительской кабиной появилась надпись «Верфь».

Трамвай притормозил, словно подсказывая, что выходить здесь. Тинто и Соль покинули вагон и соскочили на мостовую, выложенную гладкой плиткой из светлого камня. Звякнув на прощание, трамвай двинулся дальше.

По аллее, обсаженной высокими пирамидальными тополями, Тинто и Соль направились к ближайшему зданию и через арчатый проём в стене зашли внутрь. Здесь было просторно и светло. Девушка подняла голову, разглядывая ажурные переплетения тонких потолочных балок, словно разбивавшие потоки льющихся сверху солнечных лучей. Тинто же прежде всего обратил внимание на стоявший внутри корабль.

Огромный пароход, судя по всему, океанский лайнер. Корпус с плавными обводами, просторная верхняя палуба, четыре чуть наклонённые назад трубы. Обликом этот корабль напоминал пароходы двадцатых годов прошлого столетия, но только как если бы их дизайн был доведён до абсолютного совершенства. Она (Тинто почему-то сразу решил, что это она) была не просто красива, а великолепна. На борту её значилось имя: «Мавритания».

Нижняя часть корпуса океанской красавицы находилась в лесах, если так можно назвать тонкие серебристые конструкции, окружавшие её подобно граням прозрачного кристалла. Она была здесь не одна. По лесам ходили двое: высокий, могучего сложения мужчина в сером жилете и белой рубашке, с закатанными выше локтей рукавами, и мальчишка с непослушными золотистыми вихрами, в просторных штанах на подтяжках. Кажется, они обследовали винты парохода странной, непривычной формы. Если им нужно было подняться или спуститься ниже, перед ними из пустоты появлялись ряды светящихся ступеней, потом таким же непредставимым образом исчезая в воздухе.

-— Ну что стоите и смотрите? — прозвучал недовольный женский голос, принадлежавший, очевидно, пароходу. — Вначале надо поздороваться!

-— Прошу прощения, — поспешно отозвался Тинто. — Доброго плавания!

Высокий мужчина и мальчишка повернулись к пришедшим.

-— Доброго плавания, мистер и мисс! — поздоровался мальчишка. — Вы к мистеру Эндрюсу?

-— Эмм... нет, — ответил Тинто. Соль добавила:

-— Мы искали верфь, и трамвай привёз нас сюда.

-— Мавритания, прошу прощения, я ненадолго, — извинился человек и легко сбежал по ступеням, протянувшимся светящимся рядом от лесов до места, где стояли Тинто и Соль. Подойдя, он с приветливой улыбкой спросил:

-— Чем могу быть полезен, молодёжь? — Он присмотрелся внимательнее: — Юная леди, если мне не изменяет глаз, ваша стихия — не водный, а воздушный океан. Ну а ты, юноша, разумеется, корабль. Причём не просто корабль, а плавучий маяк.

-— Как вы определили? — удивился Тинто. Человек с улыбкой пояснил:

-— Корабли-маяки видно по взгляду. У тебя в глазах отблеск Маяка всех дорог. Ну, давайте знакомиться! — Он протянул руку сначала Соль, потом Тинто: — Томас Эндрюс, кораблестроитель.

-— Солейль, — представилась девушка. Кораблестроитель улыбнулся:

-— Хорошее имя. И вам подходит. У вас такая солнечная улыбка.

-— Я был плавучим маяком Тринити Хаус номер одиннадцать, — сказал корабль, отвечая на приветствие Эндрюса. — Имя Тинто дала мне Соль, по вывеске ресторана на моей маячной башне.

-— Мистер Эндрюс, вы про меня совсем забыли? — напомнила о себе океанская красавица, в голосе её звучали нотки досады. Томас Эндрюс обернулся и весело посмотрел на лайнер, возвышавшийся подобно горе над всей компанией:

-— Поверь, Мавритания, о тебе крайне трудно забыть. Сейчас договорю с молодёжью и вернусь. — Он снова обратился к Тинто и Соль: — Так чем могу быть полезен?

-— Тинто хочет жить в Звёздной гавани и работать маяком, — пояснила Соль. — А для этого, как нам сказали, нужно перестроиться.

-— Да, нужны солнечные двигатели и некоторая доработка корпуса, — подтвердил Томас Эндрюс. — И вам, юная леди, тоже. Но специалист по самолётам у нас живёт на другом конце города. Кевин! — позвал он своего помощника. — Будь добр, отвези Солейль к мистеру Лоуланду.

-— Сейчас! — Мальчишка взял за руль приставленный к стене велосипед: — Садитесь на багажник, мисс Солейль. Это сюда, — он указал за собой, но Соль улыбнулась:

-— Я знаю. Много раз видела, как молодые люди подвозят девушек. Ты, главное, сам взлетай, а за меня не беспокойся.

-— Ага! — Кевин сел на велосипед и рванул с места. Соль, пробежав, вскочила на багажник за спиной мальчишки и помахала рукой Тинто. Они с Кевином выехали на тополиную аллею и помчались в город.

-— А твоими делами, Тинто, если не возражаешь, я займусь сам, — предложил Томас Эндрюс. — После того, как завершу работу с Мавританией. У меня как раз оставшаяся часть дня свободна. Думал пораньше пойти домой, но как не помочь хорошему кораблю?


Эндрюс вернулся к работе. Тинто так и застыл, глядя, как работает кораблестроитель. Он не видел в руках человека никакого инструмента, только временами в ладонях Эндрюса как будто вспыхивали лучики света. Это было удивительно и странно.

Мавритании, однако, не понравилось, что на неё смотрит незнакомый корабль.

-— Ну что ты на меня уставился? — недовольно проговорила она. — Между прочим, это неприлично — смотреть на даму в неглиже!

-— Э... не понимаю, — растерянно пробормотал Тинто.

-— Я говорю: неприлично пялиться на корабль в лесах и с разобранными двигателями!

-— Ну... хорошо, не буду, — Тинто поспешно отвернулся, размышляя, что же в этом неприличного.

-— И вообще, выйди и подожди снаружи! — не унималась океанская красавица. Тут уже вмешался Эндрюс:

-— Мавритания, будь добра, оставь Тинто в покое. Он мой гость. Не обращайте внимания, Тинто, — добавил он. — Некоторые корабли, научившись принимать человеческий облик, ухитряются заодно обрасти человеческими предрассудками.

-— Ну хорошо, пусть остаётся здесь, — неохотно согласилась Мавритания. — Только пусть не смотрит.

-— Не буду, — повторил Тинто и отошёл подальше от капризной красавицы. Его заинтересовал автомобиль, припаркованный возле выхода из дока. Поблёскивающий лакированными дверцами двухместный кабриолет кремового цвета, в стиле ретро. На взгляд Тинто, слишком вычурный.

-— И не трогай мою машину! — снова послышался голос Мавритании. Тинто так и прыснул со смеху, представив этот огромный лайнер, разъезжающий по городу на старинном автомобиле.

-— Это твоя машина? — давясь от смеха, спросил он.

-— Да, это моя машина! — чеканя слова, произнесла Мавритания. — А что, ты думаешь, я пешком сюда топала? Или на велосипеде?

Представив Мавританию на велосипеде, Тинто не выдержал и расхохотался.

-— Нет, я просто думал, что ты по воде, — сквозь смех проговорил он.

-— Это сухой док! — гаркнула Мавритания. — И пришла я сюда посуху, чтобы не утруждать мистера Эндрюса впуском и откачкой воды! Или ты думаешь, что один такой умный и умеешь превращаться в человека?

-— Да нет, я уже понял, — примирительно отозвался Тинто. Отойдя от автомобиля Мавритании, он прошёл за увитую плющом деревянную перегородку, отделявшую часть помещения. Там обнаружился уютный уголок: два низких глубоких кресла и журнальный столик. Тинто сел в кресло и взял со столика журнал. Рассеянно просматривая фотографии марсианской пустыни в статье о путешествиях, он размышлял, что в более странном доке ему ещё не случалось бывать. Интересно, а как будут вестись работы над ним самим?..

-— Мавритания, с твоей силовой установкой всё в порядке, — послышался голос Эндрюса.

-— Но почему же я тогда не могу побить собственный рекорд? — вопрошала красавица.

-— Потому что мистер Пескетт усовершенствовал твои двигатели совсем недавно, и ты ещё не освоила все их возможности. Просто продолжай тренироваться. Но только не во время пассажирских рейсов.

-— Ну что вы мне будто я только сошла со стапелей... Я что, когда-либо подвергала моих пассажиров опасности?

-— Нет, конечно, но это я так, на всякий случай. И ещё я хочу сказать, мистер Пескетт — отличный кораблестроитель. Ты могла бы просто дождаться, когда он вернётся из отпуска.

-— Ну а может, мне захотелось капельку вашего внимания, мистер Эндрюс? — кокетливо произнесла Мавритания и добавила уже для Тинто: — Зй ты, плавучий маяк! Можешь смотреть!

Тинто отложил журнал и поднялся из кресла. Когда он вышел из-за загородки, никакого лайнера в доке не было. Исчезли и леса. Посередине пустого помещения Эндрюс разговаривал с высокой красивой женщиной в платье цвета морской волны и туфлях на «шпильках». Пышные волосы женщины огненно-рыжим водопадом рассыпались за плечами. Синие глаза смотрели своенравно, но без высокомерия.

-— Благодарю вас, мистер Эндрюс, вы всегда так любезны, — говорила она Томасу Эндрюсу. — Я даю в это воскресенье бал. Обязательно приходите с вашей супругой и со всем семейством. Впрочем, Титаника можете оставить дома. Он всё равно как не умел, так и не умеет танцевать. — Она повернула голову к Тинто: — Ты тоже приходи. Вместе с подругой.

-— Э-э... спасибо, — поблагодарил Тинто за это неожиданное приглашение. Мавритания, цокая каблуками, прошла мимо и села в автомобиль.


-— Она добрая, хоть и кажется колючей, — сказал Томас Эндрюс, когда Мавритания уехала. — На земле ей пришлось в своё время хлебнуть горя... Но не будем о прошлом. Займёмся твоими делами. Выходи на середину дока и возвращайся в корабельный облик.

-— А... как? — растерялся Тинто. Эндрюс улыбнулся:

-— А как ты сдвинулся с места и отправился в Звёздную гавань? Силою мысли.

Надо сказать, что вернуться в прежний облик оказалось нетривиальной задачей. Как Тинто не напрягал мысль, у него ничего не выходило.

-— Не получается, — огорчённо вздохнул он, садясь. Томас Эндрюс подошёл и положил руку ему на плечо:

-— Не огорчайся. Всё получится. Просто представь, что ты уже в корабельном облике. Представь ярко, как будто это на самом деле. А я выйду, чтобы тебя не смущать.

«Точно! Ведь то же самое говорила Соль!» — вспомнил Тинто. Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза и вызвал в памяти ощущения: мягкие упругие волны, обнимающие корпус, порывистый ветер, бросающий на палубу водяные брызги... Внутри будто загорелась звезда. Она становится больше и ярче, и Тинто словно погружается в её сияние... И вот уже просторный док не кажется таким большим, а сам Тинто стоит как будто внутри огромного кристалла с тонкими, едва заметными гранями.

Вернулся Эндрюс с двумя помощниками. Спросив у корабля разрешения спуститься в машинное отделение, он приступил к работе.

Люди, обмениваясь короткими фразами, трудились внутри корабля. Тинто не понимал смысла их деятельности, но чувствовал, словно бы что-то очень важное возвращается к нему. Какая-то утраченная частичка себя. А ещё корпус будто наполнялся светом — по крайней мере, так Тинто мог бы выразить свои ощущения. Это сияние согревало и успокаивало, и Тинто незаметно задремал.

Ему снился огромный светлый зал с высокими окнами, распахнутыми в небо. В зале присутствовали люди и существа в необычных, нечеловеческих обликах. Он не мог назвать их имён, но все они ощущались давними, близкими друзьями, и общение с ними, временами речью, а временами молчаливое, без слов, было наполнено удивительной, неземной теплотой. Ему казалось, он провёл здесь очень долгое время, может быть даже, целую жизнь.

Потом ему снились корабли. Они проходили один за другим перед его взором — старинные галеры, величественные каравеллы и стремительные клипера, странные суда с парусами и пароходными трубами, и просто пароходы, маленькие буксиры и огромные лайнеры вроде Мавритании. Солнце ласкало загорелые плечи гребцов, ветер надувал паруса, из труб пароходов шёл дым... Он вдруг понял: те, кого он видел в просторном зале, были души этих кораблей, встретившие его как своего вернувшегося собрата!..

А после Тинто увидел себя в Ирландском море, необычно спокойном, под голубым небом с лёгкими барашками облаков. Он разговаривал с Томасом Эндрюсом, находившимся у него на борту, рассказывал о своей маячной службе, о том, как был списан и продан в Голландию, как стоял плавучим рестораном у набережной и как к нему прилетела Соль.

Сон плавно перешёл в реальность, и Тинто обнаружил себя в доке Эндрюса. Помощники ушли, на борту остался только Эндрюс. Тинто всё ещё стоял в лесах, но киль его уже ощущал прикосновение воды. Вода постепенно заполняла док, поднимая корпус, и корабль снова почувствовал себя лёгким, плавучим, — легче, чем когда бы то ни было.

Открытая часть дока манила бирюзовой морской гладью, и Тинто немедленно захотелось выйти в море. И тут он обнаружил, что леса тоже исчезли.

-— Мы поставили тебе солнечные двигатели, — пояснил Эндрюс. — К ним нужно привыкнуть, но я помогу тебе.

Только теперь Тинто заметил, что вместе с силовой установкой ему вернули штурвал. На штурвал легли тёплые и сильные руки кораблестроителя, и от этого кораблю стало легко и спокойно. Включились солнечные двигатели. Они работали непривычно тихо, но Тинто ощущал их скрытую мощь. Он даже немного забеспокоился, справится ли; но Томас Эндрюс уверенно держал в руках штурвал, и корабль понял: человек не оставит его, поможет ему освоиться с новыми возможностями.

Он уже был готов тронуться с места, как вдруг послышалось знакомое стрекотание мотора, и в док влетела Соль-самолёт.

-— Тинто-о! — Сделав круг, она спикировала вниз и на лету превратилась в девушку. Кевин, видимо, до этого сидевший в кабине Соль, теперь оказался у неё на руках.

-— Вау! — воскликнул он. Соль мягко приземлилась босыми ногами на палубу корабля и поставила мальчишку рядом с собой.

-— Тинто, у тебя теперь тоже солнечные двигатели? — спросила она.

-— Да! — счастливо ответил корабль. — И мы отчаливаем!

-— Минуточку! — В док въехал на велосипеде человек в строгом костюме и шляпе-котелке. На багажнике у него громоздилась огромная фотокамера, а на плече сидела чайка.

-— Мистер О'Кифф! — узнал его Кевин. Чайка вспорхнула и превратилась в молодого мужчину, похожего на Тинто в человеческом облике, только повыше и пошире в плечах. На нём была белая рубашка с матросским воротником. На рукаве рубашки поблёскивала золотом нашивка с маяком.

-— Еле вас нашли! — проговорил он. — Думали, что вы в Зале встреч, а оказалось, Маяк привёл вас совсем в другое место. Мы обежали весь город. Хорошо, что встретили леди Роттердам, и она сказала, что вы поехали на верфь. — Он поднял голову: — Тинто! Плавучий маяк номер одиннадцать! Неужели ты меня не узнаёшь?

-— Э... нет, — растерянно ответил корабль.

-— Ну как же так! Мы с тобой столько раз говорили о жизни! О том, что самое главное для нас — светить!

-— Девяносто четвёртый? — удивлённо проговорил Тинто. — Это ты?

-— Ну а кто же ещё? — рассмеялся тот. — Можешь звать меня Брайт. Брайтсайд из Гильдии маяков. Кстати, на земле я тоже в Голландии. Но не в Роттердаме, как ты, а в Амстердаме.

-— Ну ничего себе, — только и смог сказать Тинто.

-— Мир тесен, и на земле, и в Звёздной гавани, — широко улыбнулся Брайт. — Ты молодец, что добрался сюда!

-— Я не сам, — отозвался Тинто. — Мне помогли.

-— Крылатые сёстры?

-— Нет, другая крылатая душа, которая сейчас у меня на борту.

-— Солейль? — понял Брайт и помахал девушке рукой: — Соль, рад познакомиться!

-— Так, прошу всех повернуться и посмотреть в объектив! — распорядился мистер О'Кифф, уже установивший свою громоздкую камеру на треножнике.

-— Мне тоже? — спросил Тинто, вызвав общий смех.

-— Нет, вы прекрасно смотритесь в профиль. — Фотограф снял крышку с объектива и сделал снимок. — Теперь бы вас ещё в человеческом облике, вместе с мистером Брайтсайдом и мисс Солейль.

-— Мы вообще-то собирались в море, — деликатно возразил Тинто. Брайт поддержал его:

-— Да, у Тинто сейчас ходовые испытания. Мистер О'Кифф, давайте продолжим фотосессию вечером, в здании Гильдии.

-— Ну хорошо, вечером так вечером, — согласился фоторепортёр. — Но тогда уж я возьму у мистера Тинто и мисс Солейль подробное интервью.

-— Тинто, давай так, — распорядился Брайт. — Когда закончишь ходовые испытания, подходите с Солейль в Гильдию кораблей-маяков. Это на главной площади, где здания Солар Лайн и Стеллар Лайн. Любой горожанин вам покажет. Ну, до скорого! И доброго плавания!

Глава 8

Как Тинто был счастлив снова выйти в море! Пока он не привык к новым двигателям, Томас Эндрюс, стоя за штурвалом в ходовой рубке, помогал ему с управлением. Вскоре верфь осталась позади. Слева в отдалении виднелся город, ярусами взбегавший по скалистому берегу. Впереди простиралось море цвета прозрачной лазури с белыми гребешками волн. И небо над морем было таким же безмятежно-голубым. В нём величественно проплывали розовато-белые башни облаков, медленно меняя свои причудливые очертания.

-— Соскучился по морю, Маячок? — ласково спросил Эндрюс.

-— Не то слово! — воскликнул корабль. — Как же я жил все эти годы? Можно сказать, что и не жил вовсе.

-— Ну, радуйся теперь встрече с морем и осваивайся с управлением, — улыбнулся кораблестроитель.

-— Дельфины! — Кевин, стоявший у борта, показал рукой. Действительно, Тинто догонял стайку дельфинов. Они выпрыгивали по двое-трое, солнце взблёскивало на их голубовато-серых спинах, а потом они снова скрывались среди волн, и под водой виднелись их стремительные силуэты. Как и на земле, дельфины здесь любили сопровождать корабли. Тинто оставил их слева по борту.

Соль, в майке и шортах, стояла на носу корабля. Ветер трепал её короткие волосы и развевал концы шейного платка. Держась за борт Тинто, она смотрела вперёд. На лице её сияла счастливая улыбка, будто это она, а не Тинто впервые за долгие годы вышла в море.

Тинто постепенно осваивался с управлением, и вскоре Эндрюс смог оставить штурвал. Кораблестроитель позвал Кевина, и спросив у Тинто разрешения, спустился с мальчишкой в машинное отделение проверить, как работают солнечные двигатели. Соль, смотревшая на море, развернулась. Теперь она стояла спиной по ходу движения, держась обеими руками за борта, и с улыбкой смотрела на флаги, трепещущие на мачтах корабля. Тинто чувствовал тепло и благодарность к ней. Ведь если бы не она, он не попал бы сюда и не вышел бы снова в море. Ему хотелось сделать для неё что-нибудь хорошее.

-— Соль! — позвал Тинто. — Становись за штурвал! Я научу тебя управлять кораблём.

-— Зачем? — удивилась девушка.

-— А тебе разве не интересно попробовать?

-— Интересно, но... Неудобно как-то управлять тобой.

-— Да брось! Надо же на ком-то учиться.

-— Ну если ты разрешаешь... — Она соскочила со ступеньки на носу, пробежала по палубе и, войдя в ходовую рубку, встала к штурвалу. Тинто начал объяснять ей команды, Соль слушала, переспрашивая, если что-то было непонятно. Через открытые окна в рубку врывался свежий морской ветер, ласково ероша невидимой ладонью волосы девушки.

Из машинного отделения выбрался по трапу Кевин.

-— Ух ты! — воскликнул он, увидев Соль за штурвалом. — А мне можно тоже порулить?

-— В следующий раз, — ответил Тинто. — А сейчас поставим тебя вперёдсмотрящим. Твой пост — на носу.

-— Айе, сир! — отозвался мальчишка и побежал занимать свой пост. Тинто скомандовал:

-— Соль, лево пять!

-— Лево пять! — повторила девушка, поворачивая штурвал.

-— Кевин, не считай чаек! — напомнил Тинто вперёдсмотрящему. — Что там у нас прямо по курсу?

-— Ну вообще-то мы идём прямо на буй, — ответил мальчишка с носа.

-— Оставить буй с правого борта! — распорядился Тинто.

-— Оставить буй с правого борта! — отозвалась Соль, выполняя команду.

Томас Эндрюс, выйдя из машинного отделения, неслышно прошёл мимо Соль за штурвалом и покинул ходовую рубку. Остановился возле борта, с улыбкой глядя, как Тинто командует своим новым экипажем. Потом облокотился о борт, задумчиво глядя в сторону города. В глазах его мерцал тёплый свет, словно бы он думал о ком-то дорогом.

Они огибали полуостров, и голубое дневное небо начало постепенно переходить в ночное, усыпанное огоньками звёзд. И море тоже становилось ночным, сливающимся у горизонта с небом. Слева засветились огни Лунной пристани, а ещё выше, на скале, горел портовый маяк.

-— Тинто, твои ходовые испытания закончены, — сообщил Эндрюс, вернувшись в рубку. — Ты вполне готов к работе.

-— А мой маяк? — спросил корабль.

-— С твоим маяком всё в порядке, будь уверен, — успокоил кораблестроитель. — В нём теперь часть света Маяка всех дорог. Это дар, который даётся каждому кораблю-маяку, приходящему в Звёздную гавань... Следуй к Лунной пристани и уточни у диспетчера, к какому пирсу причаливать.

-— Хорошо. Соль, держи курс на маяк!

-— Есть держать курс на маяк! — бодро отозвалась девушка.

Лунная пристань с многочисленными пирсами приближалась. Связавшись с диспетчерской службой, Тинто узнал, где ему причаливать. Движение здесь было оживлённым, и корабль теперь маневрировал сам, а Соль просто стояла за штурвалом и смотрела.

От одного из пирсов только что отправился пароход. Большой четырёхтрубный лайнер, очень напоминавший океанскую красавицу, которую Тинто сегодня видел в доке Эндрюса.

-— Мавритания? — удивился он.

-— Нет, это Лузитания, её старшая сестра, — пояснил Кевин с носа. — В корабельном облике они похожи так, что не отличишь. А в человеческом — совсем разные.

Тинто не спеша подходил к пирсу. Томас Эндрюс вышел из рубки. Его уже ждали. Две женщины в элегантных длинных платьях, темноволосые, красивые, похожие как сёстры. Хотя одна из них казалась старше — это не было видно по лицу, конечно, но во взгляде её читалась умудрённость жизнью, которую могли дать только годы... И она с таким теплом и любовью смотрела на Эндрюса, что у Тинто замерла душа.

С ними были ещё двое: темноволосый юноша в белом с зелёным мундире, с немного задумчивым взглядом, и девушка в лёгком сарафане с тонкими бретелями. Ветер трепал её золотистые кудри, глаза её сияли. Юноша и девушка стояли, держась за руки. Все четверо помахали Эндрюсу, а вторая женщина, та, что помладше, с улыбкой окликнула:

-— Солейль, здравствуй ещё раз!

-— Ой!.. — воскликнула Соль, выбежав из рубки. — Мисс Элизабет, это вы? А я вас не узнала!

-— Потому что ты видела меня в лётном комбинезоне, а не в вечернем наряде, — улыбнулась Элизабет.

-— Надо полагать, вы познакомились у мистера Лоуланда? — догадался Томас Эндрюс. Соль подтвердила:

-— Ага! Мисс Элизабет была со мной на испытательном полёте.

-— Моя дочь любит самолёты, — пояснил Эндрюс, улыбнувшись, и с гордостью добавил: — На земле Элизабет была первой женщиной в Северной Ирландии, получившей лицензию пилота.

-— А рядом с мисс Элизабет — её сестра? — тихонько спросила Соль у Эндрюса.

-— Нет. Это Хелен, моя жена, — ответил кораблестроитель негромко, но с удивительным теплом в голосе, и Тинто подумал, что так говорят только о ком-то очень, очень близком.

Остановившись возле пирса, Тинто опустил трап. Эндрюс, Кевин и Соль сошли вниз. Хелен взяла Эндрюса под руку.

-— Прости, что задержался, — проговорил Томас Эндрюс. Хелен посмотрела на него с чуть лукавой улыбкой:

-— Но я же знаю, ты не можешь не помочь хорошему кораблю. Рада с тобой познакомиться, Тинто! — добавила она.

-— Я тоже, миссис Эндрюс! — Тинто сменил корабельный облик на человеческий, сделал шаг по волнам к пирсу и не удержав равновесия, плюхнулся в воду.

-— Тинто! — испуганно вскрикнула Соль и рванулась к нему, но Элизабет успокаивающе придержала девушку за плечо:

-— Не бойся. Это Последнее море, здесь не может случиться плохого. Тинто просто ещё не научился ходить по воде в человеческом облике. Ничего страшного, Британик ему поможет.

Юноша в белом мундире (это, видимо, и был Британик) соскочил с пирса и пробежал по волнам. Подбежал к барахтающемуся Тинто и помог ему подняться на ноги. Тинто выглядел сконфуженным, но Британик что-то сказал ему и ободряюще улыбнулся. Тинто рассмеялся в ответ, и они вместе направились обратно.

Вскоре вся компания уже шла по пирсу, оживлённо беседуя. Соль вовсю болтала с Элизабет, разумеется, о самолётах. А Тинто разговорился с Британиком и золотоволосой девушкой, которую звали Аквитанией. Как и Британик, она была океанским лайнером первой половины двадцатого столетия. И на земле она прожила довольно долго, уйдя в Звёздную гавань всего лишь за год до того, как Тинто был спущен на воду.

Разговаривая, они поднимались по каменной лестнице, взбегавшей к верхним ярусам города. Тинто с интересом узнал, что Британик был спроектирован Томасом Эндрюсом вместе с двоими его старшими братьями, Олимпиком и Титаником. Но если про Титаника на земле слышал любой корабль, то про Олимпика уже мало кто помнил, а сам Британик, по словам Аквитании, и вовсе прослыл Забытым («совершенно несправедливо забытым», с ноткой огорчения добавила девушка). Титаник сейчас был в рейсе, а Олимпик — на музыкальной репетиции вместе с Карпатией (они играли дуэтом, он на пианино, она на скрипке). О Карпатии Тинто, конечно, тоже слышал в связи с историей Титаника. И он радовался тому, что эти корабли, на земле давно ушедшие в прошлое, здесь такие молодые и полные жизни.

За разговором Тинто не забывал посматривать вокруг. А посмотреть было на что! Они шли то широкими нарядными проспектами, то тихими уютными переулками. На улицах и небольших площадях, среди ярких клумб, фонтанов и ваз с цветами то и дело попадались скульптуры. Как пояснила Аквитания, многие из них связаны с событиями прошлого и легендами Звёздной гавани. Она сама знала множество историй и увлечённо их рассказывала. Британик шёл рядом, держа её за руку, и смотрел на неё с тихой улыбкой.

Они вышли на просторную площадь между двумя нарядными зданиями, увенчанными башнями с разноцветными флагами и высокими шпилями. Как пояснил Британик, это здания двух корабельных компаний — Стеллар Лайн и Солар Лайн. Посреди площади рассыпал водные струи огромный фонтан, украшенный изваяниями могучих людей с рыбьими хвостами вместо ног. Они поддерживали на руках земную сферу, над которой мчался парусный корабль, словно собираясь облететь за один раз вокруг света. Фонтан, по словам Аквитании, был связан с историей создания Звёздной гавани, но эту историю Аквитания не стала рассказывать сейчас, а с чуть загадочной улыбкой сказала, что отложит её на потом.

На площади Тинто и Соль распрощались с новыми друзьями. Эндрюсы и Британик с Аквитанией сели в трамвай, а Тинто и Соль направились к зданию гильдии, которое легко узнавалось по изображению маяка на нарядном фасаде.

Тинто потянул за бронзовое кольцо массивную деревянную дверь, украшенную резьбой, и пропустил Соль вперёд. Они оказались в просторном холле с фонтаном. Вокруг фонтана были расставлены растения в огромных вазах из цветной керамики. За фонтаном двумя пролётами поднималась широкая лестница с резными перилами из светлого мрамора. Вдоль стен ярко горели свечи в начищенных до блеска канделябрах.

С любопытством глядя по сторонам, они начали подниматься по лестнице. Навстречу им выбежал Брайтсайд в красном мундире и белых брюках с лампасами.

-— Ну наконец-то! — обрадовался он. — Я как раз собрал всех, кто не на работе, и хотел уже снова лететь вас искать. Пойдёмте же скорей!

Вслед за Брайтсайдом они поднялись и вошли в просторный светлый зал. Свет здесь шёл и от лучей вечернего солнца, лившихся через высокие окна с квадратными переплётами, и от множества свечей в люстрах, и, казалось, от развешанных между окнами картин. На картинах изображались морские сюжеты, и что примечательно, в каждом из них присутствовал маяк — то одиноко стоящий на скале над белою пеной разбивающихся у подножия волн, то под ясным небом, среди зелёных холмов, то светящий в ночи кораблю, идущему через штормовое море.

В зале собралось много народу. Мужчины, женщины, юноши, девушки, и даже дети и подростки. Все они были в одинаковой форме. Мужчины — в красных мундирах с белыми обшлагами и воротником-стойкой, и белых брюках с красными лампасами. Женщины вместо брюк носили плиссированные юбки чуть выше колен.

-— Это форма Гильдии кораблей-маяков, — пояснил Брайт. — Мне поручено принять тебя в Гильдию. Ты же и дальше хочешь работать плавучим маяком?

-— Конечно! — горячо подтвердил Тинто.

-— Вот и хорошо! — улыбнулся Брайтсайд. — Значит, мы будем видеться — и здесь, и в море. И обмениваться сигналами. Помнишь наш секретный код?

-— Помню, а как же! — Тинто счастливо рассмеялся: — Девяносто четвёртый... Брайт! Даже не могу поверить, что снова будем служить вместе!

-— Солейль, ты просто молодчина, что притащила его сюда! — обратился Брайтсайд к девушке. Она улыбнулась своей солнечной улыбкой:

-— Тинто очень хотел светить. И я решила помочь.

Ударил колокол. Собравшиеся в зале выстроились в две шеренги вдоль стен.

-— Пойдём! — Брайтсайд кивнул на противоположный конец зала, где большую часть стены занимала огромная картина. На картине был изображён Маяк, который Тинто не мог не узнать... Тинто вдруг стало неловко, что из-за него собралось столько народа, но Брайт легонько подтолкнул его в спину:

-— Не дрейфуй, бывший одиннадцатый! Соль, и ты давай с нами!

-— А можно? — спросила девушка.

-— Нужно! — широко улыбнулся Брайтсайд. — Тем более, что ты прекрасно выглядишь.

Только теперь Тинто заметил, что на Соль вместо майки и шорт белое платье с жёлтыми и серебристо-серыми цветами. Рукава-фонарики и задорная короткая юбка в складку делали её совсем юной. Брайтсайд, Тинто и Соль пошли вдоль шеренг. Встречая приветливые взгляды и радостные улыбки присутствующих, Тинто не переставал удивляться: неужели они рады ему, совершенно незнакомому кораблю?..

Конечно, здесь уже был мистер О'Кифф, устанавливавший громоздкую фотокамеру на треножнике. Встретившись взглядом с Тинто, он подмигнул.

Тинто, Соль и Брайтсайд остановились на выложенном из цветного камня изображении навигационной звезды перед картиной. Из шеренги вперёд выступил мальчишка-горнист и протрубил звонкий сигнал. Брайт повернулся к Тинто.

-— По поручению совета Гильдии принимаю Тинто, бывший плавучий маяк номер одиннадцать Тринити Хаус, в Гильдию кораблей-маяков. Свети в звёздном океане так же, как ты светил в земных морях!

-— Постараюсь, — смущённо ответил Тинто. Брайтсайд положил руки ему на плечи, и Тинто увидел, что теперь на нём такая же форма, как на всех присутствующих. А на левом рукаве у него поблёскивала золотистым эмблема с горящим маяком.

Брайтсайд развернул Тинто к собравшимся в зале. Ему аплодировали. Тинто смотрел на радостные, светлые лица, и теперь видел нечто общее у них в глазах — видимо, тот самый отблеск Маяка всех дорог, о котором говорил Эндрюс. Он посмотрел на Соль, она ответила ему счастливой улыбкой.

-— Ты так сияешь, что тебя можно смело сажать к Тинто в башню вместо маячного огня, — сказал ей Брайтсайд. Девушка смущённо рассмеялась:

-— Ну уж навряд ли!.. — Радость на её лице сменилась задумчивостью: — Мне тоже надо искать занятие. Я спрошу мисс Элизабет Эндрюс, найдётся ли здесь какое-нибудь дело для самолёта.

Тинто вдруг осенило:

-— А ты не хочешь в море вместе со мной?

-— Зачем тебе на борту самолёт? — удивилась девушка.

-— Ну необязательно сидеть у меня на борту, — отозвался Тинто. — В море наверняка найдётся работа и для твоих крыльев... Найдётся ведь, Брайт? — обратился он к своему товарищу.

-— Найдётся, — заверил Брайтсайд. — Например, в метеослужбе. Там всегда не хватает народу.

-— Ну что, ты согласна? — спросил Тинто. Соль помолчала, опустив голову, а потом подняла на него сияющие глаза:

-— Да!

-— Тогда... — Тинто легонько взял её за плечи: — Будем светить вместе!

-— Нет, Тинто, — ласково ответила девушка. — Светить будешь ты. А я буду стараться сделать так, чтобы твой маяк всегда горел ярко.

-— Спасибо тебе, — негромко проговорил Тинто. Соль тихонько отозвалась:

-— Не за что...

-— Так, молодежь, прошу прощения, — вмешался мистер О'Кифф. — Как говорит мисс Мавритания, я в очередной раз перехожу всякие границы и отнимаю чужое время. Но я не могу уйти, не взяв у вас интервью для «Городского курьера».

Глава 9

После церемонии Тинто ещё пообщался с новыми товарищами, а потом они с Брайтсайдом и Соль вышли из здания Гильдии на освещённую вечерними огнями площадь. Небо уже становилось по-ночному тёмно-синим, в нём розовели редкие облака и мерцали первые звёзды.

Болтая с Брайтсайдом, они покинули площадь, прошли тихими переулками, спустились по каменной лестнице и оказались на смотровой площадке с витыми металлическими перилами. Отсюда виднелись черепичные крыши и башенки, сбегавшие каскадом вниз, к побережью. За ними поблёскивала звёздами морская гладь цвета индиго, сливаясь у горизонта со звёздным небом.

Они остановились, облокотившись о перила и глядя на море с далёкими огоньками кораблей. Тёплый ночной ветерок легонько трепал их волосы.

-— Вам надо где-то жить, — заметил Брайтсайд. — Многие из нашей Гильдии живут на одной улице, она так и называется — Маячная. Две свободные комнаты там найдутся наверняка. А пока можно переночевать у меня.

Тинто и Соль переглянулись.

-— Мы лучше походим по городу, Брайт, — отозвался Тинто. Во-первых, ему хотелось просто побродить по городским улочкам вместе с Соль. А во-вторых... ему казалось, они забыли сделать что-то важное. Брайтсайд улыбнулся:

-— Тогда до завтра! Доброго плавания! И чистого неба — так ведь принято у самолётов?

-— Ага, — подтвердила Соль. — Доброго плавания и тебе тоже!

Брайтсайд взбежал по каменным ступеням и скрылся за поворотом лестницы. Тинто наконец вспомнил:

-— Мы совсем забыли, Соль. Сегодня с нами произошло столько хорошего! Мы должны поблагодарить Звезду морей.

-— Точно! — воскликнула девушка. — Крылатые сёстры говорили, в городе есть церковь. И входов в неё много... Наверняка где-нибудь поблизости есть вход! Пойдём поищем!

Они спустились по лестнице на улочку, бежавшую извилистым ручейком между невысоких домов с прихотливой каменной резьбой на фасадах и узорными металлическими балкончиками. У входных дверей горели фонари. Вдоль стен стояли глиняные горшки с растениями, и улица казалась небольшой оранжереей.

-— Совсем как у тебя на палубе, — весело заметила Соль и озадаченно проговорила: — Где же вход в церковь? Может вы знаете, месье? — обратилась она к высокому мужчине в белом плаще, быстрым шагом спускавшемуся по этой же улице.

Незнакомец остановился. Фонарь выхватил из темноты его красивое лицо, обрамлённое длинными, чуть вьющимися светлыми волосами. Его длинные тонкие брови тоже были светлыми, в тон волос, а глаза, наоборот — тёмными и глубокими, как ночное небо.

-— Если вы к Звезде морей, можете пойти со мной, — сказал он. — Я как раз иду к Ней.

Он быстро зашагал по улице, мощёной гладкой каменной плиткой. Ветер развевал его волосы и полы плаща. Казалось, незнакомец не идёт по мостовой, а летит над морскими волнами. Наверное, потому что на самом деле он — корабль, как многие местные жители... Тинто и Соль поспешили за ним.

Вслед за незнакомцем в плаще Тинто и Соль пошли извилистыми городскими улочками, сбегающими, словно ручейки, к морю, теперь уже по-ночному чёрному. За всё время незнакомец не сказал ни слова, даже не оглянулся на них, но Тинто знал, что он не оставляет их с Соль без внимания, поджидает на поворотах, сбавляет шаг, если они начинают отставать.

По лестнице с перилами, украшенными круглыми фонарями, они спустились к берегу. Слева светила огнями Лунная пристань, до неё было совсем недалеко. Впереди узкая дорожка, обсаженная цветами, вела к небольшому белому зданию с куполом, увенчанным многолучевой звездой. Здание стояло на сваях, их не сразу можно было различить в темноте, и поэтому казалось, что церковь парит над морем.

Незнакомец остановился на пороге, поджидая их. Приоткрыл деревянную дверь, украшенную металлической ковкой, пропуская Тинто и Соль вперёд, и зашёл за ними следом.

Тинто так и остановился, поражённый. Казалось, впереди распахнулось от горизонта до горизонта море огоньков, и они втроём стоят на берегу этого живого, трепещущего золотистого моря. Внутри церковь была явно больше, чем выглядела снаружи. Белые своды, покрытые тонкой росписью, поднимались вверх изящными арками, а под ними над трепещущими огоньками горящих свечей словно бы парила женская фигура в длинных светлых одеждах и голубой накидке.

-— Звезда морей... — тихонько прошептала Соль рядом. Да, на картине, написанной неведомым художником, могла быть только Она. Над головой Её чуть поблёскивал серебристым круглый венец из звёзд. Лицо светилось бесконечной добротой и любовью, и Тинто чувствовал: сейчас Она смотрит на него, и улыбается тихой и ласковой улыбкой.

Кто-то легонько тронул его за плечо. Тинто повернулся. Незнакомец в белом плаще, который привёл их сюда, подал ему свечу. Такая же свеча была в руках у Соль.

-— Я должен зажечь её? — шёпотом спросил Тинто. Незнакомец тихо ответил:

-— Она загорится сама, от огня твоей души.

Больше он не сказал ни слова. Высокий, прямой и белый, как мачта с парусом, он держал в руках горящую свечу, уйдя в неслышную молитву. Тинто заметил, что и волосы у него белые как снег. Почему-то он подумал, что этот незнакомый корабль (а Тинто уже не сомневался, что это корабль) часто приходит сюда.

Тинто последовал примеру незнакомца и мысленно обратился к Звезде морей.

Горячая благодарность переполняла его душу. Тинто мысленно благодарил Звезду морей за всё доброе, что Она сделала для него, маленького скромного корабля-маяка, не имевшего даже собственного имени. За удивительное путешествие в Звёздную гавань, за Маяк всех дорог, который помог пройти через туман, за встречу с кораблестроителем Томасом Эндрюсом и другими хорошими людьми и кораблями. А главное — за то, что маленький отважный самолётик приземлился у него на борту... И словно зажжённая его молитвой, свеча загорелась в его руках. И у Соль свеча горела тоже.

Незнакомец в белом поставил горящую свечу на алтаре. Тинто и Соль сделали то же самое.

Втроём, они вышли из церкви на мостки, ведущие к берегу.

-— Доброго плавания, — проговорил незнакомец и чуть улыбнулся уголком губ. Тинто и Соль не успели ответить, как он спрыгнул с мостков прямо на воду и таким же быстрым, лёгким шагом пошёл по волнам прочь от берега. А через мгновение вместо него по прозрачно-тёмной воде шёл белый парусник, быстро удаляясь. Вот его мачты оделись парусами, зажглись навигационные огни, и вскоре он уже сверкал у горизонта яркой звездой.

-— Мы даже не спросили его имя, — задумчиво проговорила Соль, глядя вслед ушедшему кораблю.

-— Я успел прочесть на борту, — отозвался Тинто. — Его зовут Коспатрик.


Тинто и Соль шли по набережной. Впереди сияли многочисленные огни Лунной пристаним. Там было оживлённо и людно, то и дело причаливали и уходили в море корабли. Издали доносились музыка и радостные голоса. А здесь было тихо. По пути им попался пирс на понтонах, тоже безмолвный и пустой, освещённый одиноким фонарём возле берега. Его дальний конец словно растворялся в ночном море с огоньками звёзд.

-— Давай здесь посидим, — предложил Тинто.

-— Давай, — согласилась Соль. Они прошли по деревянному пирсу, чуть покачивавшемуся на волнах, и сели на край, опустив ноги в воду.

-— Звёзды... — проговорила девушка. — Как много!.. Ты заметил, что они и в небе, и в воде?

-— Да, — отозвался Тинто. — Ведь это же Звёздный океан.

-— Значит, небо продолжается и там... — задумчиво проговорила Соль. — Море и небо... Они как будто бы одно и то же.

-— Да, наверное, ты права... — согласился корабль.

Соль легла на спину, глядя в ночное звёздное небо и улыбаясь. Тинто тоже лёг, закинув руки за голову. Он смотрел на мерцающие огоньки и думал о том, как хорошо вернуться к любимой работе, и хорошо оттого, что Соль будет где-то рядом... Она будет прилетать и останавливаться у него на борту, и они будут вместе смотреть на Звёздный океан. Соль. Солнечная, лучистая... Встрече с ней Тинто был даже больше рад, чем выходу в море.

-— Соль, я хотел спросить... — Тинто повернул к ней голову и с трудом скрывая волнение, проговорил: — Когда Маяк всех дорог говорил с тобой... Что ты ему ответила? Ты ведь обещала сказать потом.

-— Тинто, разве это так важно? — попыталась девушка уйти от ответа.

-— Да, важно, — настаивал Тинто. — Потому что... мне очень важно это знать, и всё!

Соль помолчала. Потом тихо проговорила:

-— Когда Маяк спросил меня, зачем я иду в Звёздную гавань, я ответила: чтобы помогать тебе светить, Тинто...

-— Чтобы помогать мне светить.. — негромко повторил корабль. — А я и не смогу без тебя светить... в смысле, светить по-настоящему, чтобы помогать другим найти дорогу.

Он протянул руку, и его пальцы встретились с её маленькой тёплой ладонью. Он сжал её ладонь в своей, чтобы больше уже никогда не отпускать.

Звёзды мерцали серебристыми огоньками в бархатной черноте ночного неба, волны легонько покачивали пирс. Соль, кажется, подрёмывала, закрыв глаза и чуть улыбаясь. Держа в руке её ладошку, Тинто тоже начал задрёмывать, и вскоре ушёл в глубокий и безмятежный сон.

Глава 10

Он проснулся на обычном месте, возле набережной в Роттердаме, выложенной чёрно-белой каменной плиткой. Утро выдалось хмурым. Ветер нёс над городом низкие рваные облака, временами накрапывал дождь. По набережной спешили на работу люди, укрываясь от дождя под зонтами. А он по-прежнему был прикован к вбитым в дно сваям. И на палубе его стояли всё те же столы и стулья.

Как будто ничего не прозошло...

-— Ну что, Маячок! — окликнул его Бюффель за понтонным мостом. — Как тебе сны о Звёздной
гавани?

«Это был сон? — растерянно подумал корабль. — И путешествие в Звёздную гавань, и Маяк всех дорог, и часовенка на сваях... И Соль! Неужели она всего лишь образ из сновидения?»

Он словно услышал глубокий и звучный голос Леди Роттердам: «На земле тебе будет казаться, что это всего лишь сон. Но не верь этому чувству. Звёздная гавань существует, и всё, что с тобой здесь происходит — происходит на самом деле».

Значит, и Соль — настоящая, живая! И он снова увидит её!

-— Это не сны, — решительно возразил Тинто. — Звёздная гавань есть на самом деле! И мы живём здесь и там.

-— Сны или не сны, кто их разберёт, — беспечно отозвался Бюффель. — Но я рад, что вижу одни и те же сны с Анни, — он хитро посмотрел в сторону Аннихье, смущённо примолкшей у пирса.


Пасмурный день с холодным ветром, бросавшим на палубу мелкие капельки дождя, ничуть не портил Тинто настроения. На душе корабля было легко и светло. А когда вечером хозяин включил его маяк, Тинто почувствовал себя полностью счастливым.

Тинто с радостью принял посетителей ресторана и пожалуй, впервые за всё время ощутил удовольствие от своей работы. Ведь люди приходят к нему не просто отведать деликатесы испанской кухни. Они приходят ещё и потому, что его маяк светит. Светит им, напоминая о чём-то важном.

К ночи начало проясняться. Ветер поутих. В просветах между туч замерцали звёзды. Посетители ресторана разошлись, а потом ушёл и хозяин, закрыв рубку на ключ. На набережную опустилась тишина. Волны чуть покачивали корабль, от этого было спокойно и сонно, и Тинто начал задрёмывать. Соль не появлялась, но он знал: она обязательно придёт.

Наконец послышалось знакомое стрекотание мотора. Над каналом, светя навигационными огнями, снижался маленький биплан.

-— Соль! — обрадовался корабль. Самолёт пролетел над мостом со львами, и вот уже Соль в облике девушки соскочила на палубу:

-— Тинто, ты собираешься проспать первый рабочий день?

-— А что, нам уже на работу? — удивился он.

-— А ты что думал? — весело отозвалась Соль и уточнила: — Сначала мы пройдём инструктаж у Брайтсайда, а потом вместе с ним отправимся в Звёздный океан. Мы будем на одном участке с Брайтом и ещё тремя кораблями. Там сложная навигация, и поэтому нужно несколько маяков. А я буду вашим дежурным метеорологом.

-— Это как?

-— Ну, как. Летать, собирать данные о космической погоде, делать прогнозы. Предупреждать проходящие корабли о возможных штормах. А заодно присматривать за вами, чтобы солнечным ветром не отнесло в сторону. Вам же нужно сохранять позицию.

Девушка взбежала по ступенькам на нос корабля и показала вперёд, где светила звезда, необычно яркая и лучистая:

-— Смотри, это Маяк всех дорог! Он показывает нам путь. Так что курс на Маяк и полный вперёд!

-— Есть полный вперёд! — бодро отозвался Тинто, мысленным усилием сбрасывая скобы, прикреплявшие его к сваям.

Мебели на его палубе уже не было, только растения в горшках, расставленные так, как это сделала Соль перед их первым путешествием. И мост со львами тоже исчез! Впереди поблёскивала в свете фонарей чуть волнующаяся водная гладь, уходя к ночному небу, туда, где светил Маяк. Серебристые огоньки звёзд мерцали в небе и за прозрачной поверхностью воды.

Тинто отчалил от набережной и направился в Звёздный океан.


Титаник возвращался из дальнего рейса. Он был в нескольких часах пути до Звёздной гавани. Участок, который ему предстояло пройти, был непростым в навигации, но здесь всегда стояли на посту корабли-маяки, помогавшие не сбиться с курса. Хотя трансгалактические лайнеры ворчали, что именно на этом участке с множеством гиперпространственных входов, расположенных близко друг к другу, не помешала бы ещё пара-тройка маяков.

И кажется, Гильдия начала решать эту проблему. Титаник видел огонёк маяка с новым, незнакомым световым сигналом. Видимо, кто-то из недавно прибывших в Звёздную гавань.

-— Доброго плавания, Титаник! — послышался задорный девичий голос. Навстречу лайнеру летел самолёт, маленький лёгкий биплан. — Оставь маяк справа по борту, иначе промахнёшься гиперпространственным входом, как в прошлый раз!

-— Ну знаешь, самолётик, я дважды на один айсберг не налетаю, — отозвался Титаник. — Кстати, как твоё имя и что ты здесь делаешь?

-— Меня зовут Солейль, — ответил биплан, закладывая крутой вираж над палубой Титаника. — Можно коротко — Соль. Я работаю в метеослужбе. А прилетела передать прогноз погоды и напоминание от мистера Эндрюса смотреть на навигационные знаки.

-— Привет, навигационный знак! — поздоровался Титаник, проплывая мимо корабля-маяка. — Тинто, — прочёл он имя, написанное крупными белыми буквами на борту. — Ты новенький?

-— Да, я здесь совсем недавно, — ответил Тинто. — Мы с Соль пришли в Звёздную гавань два дня назад. Мистер Эндрюс установил мне солнечные двигатели, и...

-— И теперь Тинто снова в море и снова светит! — закончила вместо него Соль и пошла на новый разворот: — Титаник, на том конце гиперкоридора сейчас небольшой шквал, но к твоему приходу он закончится. А в диспетчерской Лунной пристани сегодня дежурит Лео.

-— Упс, — сказал Титаник. — Это похуже любого шквала. Если не сброшу скорость на подходе к акватории, отправит на дальний пирс.

Эдвин, стюард Титаника, вышедший прогуляться по верхней палубе вместе с компанией пассажиров, тоже обратил внимание на новый маяк:

-— То, что здесь появился новенький из Гильдии — добрый знак. — Он достал из кармана часы на цепочке: — Тай, ты знаешь, что прошёл этот маршрут на десять минут быстрее Мавритании? У тебя есть шанс побить её рекорд.

-— И Голубая лента снова будет у меня! — воскликнул лайнер. — Вот наши обрадуются! Эй, Тинто, Соль! По прибытию жду вас в гости!

-— Спасибо! — отозвались корабль-маяк и самолёт. Пролетев над палубой трансгалактического лайнера, Соль весело крикнула: — Доброго плавания тебе и твоим пассажирам, и до встречи в Звёздной гавани!

Эдвин посмотрел вслед удаляющемуся самолёту и снова взглянул на часы:

-— Тай, не пора готовиться к входу в гиперпространство?

-— Пора, — ответил Титаник. — Объяви пассажирам и проследи, чтобы никого не было на верхней палубе. А я начну подготовку к маневру.


Подлетев к Тинто, Соль превратилась в девушку и соскочила на палубу корабля. Пробежала по палубе и забралась по металлическим ступенькам на нос. Облокотилась о борт и подперев ладонью подбородок, посмотрела вслед удаляющемуся лайнеру:

-— Как ты думаешь, он побьёт рекорд Мавритании?

-— Мне кажется, ему это не так важно, — отозвался Тинто. — Ему важно, что он здесь нужен и что есть те, кто любят и ждут его.

-— Это важно каждой живой душе — человеку, кораблю, самолёту, — задумчиво проговорила Соль и добавила, кивнув на палубу: — У тебя кактус зацвёл, ты не заметил?

-— Точно, зацвёл! — удивлённо проговорил Тинто. На макушке огромного круглого кактуса, похожего на арбуз, распустился светло-жёлтый цветок. — А я и не обратил внимания.

-— Это в честь твоего первого рабочего дня, — улыбнулась Соль. — Как же здорово, что ты снова светишь!

Она повернулась, оперевшись спиной о борт и глядя на его маяк. Космический бриз чуть шевелил её короткие волосы. На лице Соль светилась счастливая улыбка, глаза сияли как звёзды, и Тинто казалось, что от её взгляда его маяк горит ярче.

Соль очнулась:

-— Ну, мне пора. У тебя своё дежурство, а у меня своё. Я полетела!

Она легко вскочила на борт, сделала шаг в звёздную пустоту, и вот уже вместо девушки с задорно взлохмаченными короткими волосами Тинто видел маленький биплан.

-— Передавай привет Брайту и ребятам! — попросил Тинто.

-— Ага, передам! — Самолёт описал круг над кораблём-маяком и начал быстро удаляться: — До скорого!

-— До скорого, Солнышко, — проговорил Тинто ей вслед. «Спасибо тебе, что зажгла меня. Теперь мы будем светить вместе. Ведь мы живём, чтобы светить».

Тильбург — Роттердам, осень 2011 г.

Добавлены третья и четвёртая главы.

Добавлена пятая глава.

Эх, всё никак не могу толком добраться. Не получается в последние дни найти уединения, чтобы в покое вдумчиво прочесть. Но ты всё равно публикуй — время в дальнейшем непременно появится, а «рукописи не горят», они лишь ждут своего часа.

Павел, без проблем — тем более, что опубликовано ещё не всё

У меня тут началась любопытная переписка с нынешними владельцами корабля. Потом, может, опубликую у себя в разделе

Оля, с удовольствием прочла, бегло пока — но общее впечатление охарактеризую, как «солнечное» — светлое, легкое! Имя твоей героини будто определяет дух всего повествования...