Нева необычайная (зарисовка)

Возвращаясь в многолюдный город, стараешься не оставаться в нем надолго…
И, мчишься за город, хоть раз в неделю - в лес, поближе к рекам и озерам, в старинные парки, слушать шелест листьев, журчание безвестных ручейков,
а главное – дышать!
Пусть радость удивления сопутствует нам!

Нева...

Это имя связано с Петербургом, с гранитными набережными, воспетыми Пушкиным, с великолепным Эрмитажем и знаменитыми белыми ночами. Тихими летними вечерами Нева светла и певуча, поздней осенью - сурова, когда холодные воды проносятся мимо старинных дворцов, грозно плещутся под сводами мостов. По Неве снуют катера и экскурсионные кораблики, а ночью – неспешно идут теплоходы и тяжело груженые баржи. В праздничные дни, шумной толпой, горожане спешат к Неве «на салют».



И, привыкая к такому образу Невы, будто забываешь, что истекая из великой Ладоги, Нева не сразу попадает в Петербург.
Там, у истока, скользя на лодочке вдоль тихих берегов, украшенных осенней позолотой, чувствуешь живую душу реки…

На исходе сентября с дорогими нашими друзьями мы отправились на дачу, в их «имение на Неве». День воскресный выдался пасмурным, туманным. Но решили – ехать! За городом погода может быть лучше.

Сначала – бесконечные улицы, проспекты, перекрестки… город казался особенно хмурым в тот день, даже клены, золотые и алые, терялись на фоне бесконечно серых домов. Утренний туман развеял ветер, но ощущение сырости и пронизывающего холода осталось.

Но вот – город позади, по обочинам – осенний лес, печальный, задумчивый и такие же, печально-осенние поля. Вдруг золотисто-бурые дали уступили место скошенным, по-летнему ярким лугам, сквозь приоткрытое окно донесся запах влажных трав.

Стоит покинуть город – не важно, еду ли на поезде, на автомобиле, – внезапно, за каким-то поворотом, зазвучит в сердце призывный голос Дорог. Зазвучит – певучий и властный, и манит вдаль…



Шоссе закончилось. Оставив позади сосновый бор, выезжаем на узкую грунтовку - вот и поселок виднеется. – Приехали!, - радостно сообщают наши друзья.
Выхожу из машины, и в первый раз, как вернулась из дивного края озер, дышу с удовольствием. Чтобы попасть на участок, нужно спуститься к ручью и перейти его по славному дощатому мостику. Ручейка не видно, скрытый буйными зарослями на удивление сочных трав, он тихо и нежно журчит в овраге. Какой ласковый голос у этого «незримого» ручья! Поднимаясь по тропинке в сад, любуюсь могучей елью у входа - вот это беседка! Настоящий шатер, и под сводами еловых лап, кажется, даже теплее. Запах влаги, осенних листьев и яблок царит повсюду – да и сами яблоки везде – на причудливо изогнутых ветвях старых яблонь, в мокрой, блестящей траве, на тропинке.





Из-за яблонь и слив выглядывает домик с нарядной красной крышей – спешу к нему… И вдруг запахло летом! Какой-то сладостный, знакомый аромат витает в воздухе –и грезится, будто шмели жужжат хлопотливо, будто солнце на миг улыбнулось сквозь тучи, и лето от нас не ушло, а лишь притаилось! Но нет. Падают, кружась на ветру, осенние листья, а на дымчатом небе не видно просветов. Только алый шиповник цветет, и по-летнему сладок его аромат.





– Иди, взгляни на Неву!, - зовут меня, и я бегу к калитке за домом, где уже собралась вся компания.
Серебристый простор… Неспешно, беззвучно струится река, безлюдны песчаные отмели вдоль берегов. Простая рыбацкая лодка у маленькой пристани легко покачивается на едва различимой волне.



Мы стоим безмолвно – только вышли из сада, и вдруг – зачарованный мир этой тихой реки… Как близко! Стоит спуститься вниз по старой деревянной лесенке – и наши следы останутся на влажном песке…



- Неужели Нева? – слышу удивленный вопрос, и ответ: - Да, Нева. Непривычно, не правда ли? Так все детство – плеск волн, пароходы, баржи, все спешат куда-то, красивые и странные, большие и малые. Все детство – здесь, у воды…
Чуть в стороне дорожка, мощеная камнем, по которой, говорят, в старину водили лошадей на водопой. На склоне холма растет яблонька, и золотисто-зеленые яблоки под нею - на песке, в траве. – Сладкие!, - кричу радостно, и все дружно принимаются собирать. Но я не люблю брать с земли, и, взбежав на крутой бережок, обнимаю яблоньку рукой за гладкий, крепкий ствол, а другой рукой тянусь за яблоками. Надо же, где выросла, красавица! У самой Невы… Наевшись вдоволь, отправляемся бродить по песчаному берегу – вода такая чистая, прозрачная, и, кажется, здесь, у реки теплее. Едва уловимый, нежный аромат струится над водой, и мирное журчание звучит неподалеку. Так это же наш ручеек! Вот он, маленький, бежит по песчаному руслу к Неве, плещется на гладких камушках – прозрачный, звенящий.

В дощатом домишке у самой воды хранятся лодки, и разная утварь, без которой не обойтись жителям побережья.



Здесь царит полумрак и пахнет сыростью. Со скрипом отворяются ворота, и лодка, толкаемая сзади скользит по бревнам – прямо в реку.


Тихо-тихо на воде… Рядом - высокие берега, поросшие рябинками, осиной, на отмелях покоятся ольховые стволы, погруженные в воду. Не зацепиться бы! Но лодкою правит знаток, к чему беспокойство? Прошелестеть в зарослях тростника, хватаясь за высокие, крепкие стебли – одно удовольствие. Ближе к берегу, здесь можно рассмотреть наслоения почвы – песок и целебную синюю глину, корни деревьев, бегущие вниз, к воде.



Вглядываешься вдаль – и мир ускользает в струящемся потоке серебряной зыби. Над водою разлит аромат – чарующий, нежный... Нет, на берегу не пахнет так. Здесь, на груди великой реки, качаясь на легких волнах, робко вглядываешься в глубину, сквозь темную толщу воды. Ближе к берегу, речные травы, как русалочьи волосы, струятся из глубины. А здесь – непроглядная тьма, загадочная и опасная...
Печально зашелестел тростник – легкий ветерок пронесся над водой, коснулся лиц, волос – и снова тишина.
Кажется – сон. Не чувствуя привычно твердой земли под ногами, совсем иначе ощущаешь мир вокруг – и берега совсем не такие, как если бы любоваться ими, стоя на песке.
Здесь, посреди Невы, еще не ведающий ни гранитных набережных, ни блистательных дворцов, так тихо, мирно на душе.

Тихо и властно звучит чарующий голос, и явственен облик, представшей внутреннему взору - прекрасная, чистая, певучая Река.

Сообщение отредактировал Daria - 20.10.2010, 22:55

Даша, я анонсировала зарисовку и добавила в Избранное.

Даша, ты в земном раю побывала?
..........

Всего раз был на Неве, на Городской, лет 19 назад...

Спасибо, за такое путешествие!

Марат, да, сохранить способность удивляться, взирая на творение Божие - большое или малое, - вот уже отблеск рая.

Ветер - странник Дорог прошелестел, позвал вдаль...

давние стихи, оказавшиеся созвучными теме

Ветер - Странник Дорог
Золото дня впереди!
Не человек и не бог, -
Ветер - владыка Пути...

Серый гранит золотым
Станет по воле твоей,
И отразится в Неве
Лик лучезарных ночей...



Удивление было сильным, как-то замылился глаз на Неву в городе.
А тут выйдешь за калитку сада - и перед тобой проплывает корабль, белый большой! Скрылся за излучиной, и тихо,
скромно все вокруг.

Но главное - аромат! У каждой реки, у каждого озера он свой, неповторимый.

Еще выше по течению, вблизи Ладоги - там величественнее, но и суровее.
Все наше Приладожье ассоциируется у меня с Калевалой, ее героями и образами, именами.
На побережье Ладоги вспоминается имя дочери воздуха - Ильматар... , а Нева будто приносит отголосок его.


Сообщение отредактировал Daria - 20.10.2010, 21:25

Оля, я хотела поменять фотографию в анонсе... а в итоге что-то напортачила и тема вылетела из Избранного! Посмотри, пожалуйста.

Это финно-карельский миф?



О, Да!... Ветер-странник...

Сообщение отредактировал Марат - 20.10.2010, 21:35

Да, Калевала - карело-финский поэтический эпос.
Его, кстати, очень любил и ценил Дж.Р.Р.Толкиен, который писал, что язык Калевалы (а имена в частности) завораживает.
У Толкиена действительно есть слова, имена, в которых чувствуется влияние Калевалы - Ильмариэ, Ильмен - например...

Да, совсем другая Нева.

Оку чем-то напоминает.

Очень живописная фотография, где ты сидишь у воды на мостике.

Спасибо за такую зарисовку, настроение чувствуется!