Звезда моих странствийПопытка метабиографической реконструкции

Звезда моих странствий
Попытка метабиографической реконструкции


С неба грозят, летают, молчат, знают.
Небо держит, не отпускает.
Сердце кричит, тает,
Странная память, странная память...

"Чичерина"


Наверное, каждый человек, прислушивавшийся к себе, обнаруживает нечто, непохожее на обычные воспоминания, -- неуловимое и тающее, как звезда в утреннем небе, как горстка снега в руке, но вечно зовущее к себе, наполняя сердце одновременно радостью и болью. Радостью -- оттого, что, казалось бы, вот-вот найдешь что-то дорогое, и болью -- оттого, что не находишь. И снова душу охватывает беспокойство, и хочется бросить все и уйти в путь -- по земным дорогам, по дорогам своей судьбы и судеб, пересекающихся с твоей. И ведя обычную внешнюю жизнь, в глубине своей души продолжать идти -- вслед за Звездой своих странствий.

Она, моя Звезда, и позвала меня когда-то в Дорогу, протянувшуюся вереницей жизней...


-1-

Если бы меня спросили о самых первых шагах на Дороге, мне захотелось бы рассказать о высоком зеленом холме и распахивающемся оттуда просторном виде. О деревянном городище на вершине холма. О летнем небе, то ярко-голубом, то клубящимся сизыми дождевыми облаками... Именно такое небо я больше всего люблю -- небо, обещающее дождь, который оплодотворит Мать-Землю и напоит влагой луговые травы. Вы замечали, что даже зелень лугов в такую погоду какая-то особая? Не такая яркая, как на солнце, но приобретающая силу и глубину.



Может, в том городище славян из племени кривичей, в какой-нибудь семье жила девочка. В длинной родительской рубахе, оберегавшей ее от недобрых духов, бегала она босиком по нагретой солнцем траве. Все вокруг казалось ей живым, наполненным тайным сыслом, -- деревья, камни, душистые травы лугов. А сверху на нее смотрел лучистый лик Отца-Солнца, и улыбался ей доброй, согревающей улыбкой...

Может быть, эта девочка, бегая по окрестным холмам, однажды набрела на избушку, простой деревянный сруб, потемневший от времени. Приоткрыв дверь, она зашла внутрь. И встретила Свет и Красоту несказанную... Эта встреча навсегда отпечаталась в ее душе. Девочка не раз пробовала вернуться и снова найти неприметный бревенчатый сруб, но так и не нашла дорогу к простой деревянной избушке.

Это было время, когда Навна пришла в мир, которому суждено было стать Небесной Россией. И маленькая девочка из древнего городища была одной из первых в будущей России земной, встретивших и навсегда запомнивших Ее взгляд...

Наверное, отец девочки был кузнецом. Во всяком случае ей нравилось бывать в кузнице, смотреть, как под ударами молота медленно обретает форму светящийся оранжевым металл. Когда она подросла, то стала помогать отцу в кузнице. Может быть, поэтому меня так завораживает работа кузнеца. Однажды я сама попробовала себя в кузнечном деле, и ощутила досаду, что мои руки разучились держать кузнечный инструмент...



Теперь под холмом протекает ручей, едва видимый в зарослях, впадая в широкое озеро, зеркалом разлившееся у подножия холма. Сейчас по ручью даже на лодке не пройти. А когда-то ручей был полноводной рекой, и по нему проходил путь из варяг в греки. По реке проплывали величественные лодии. Они останавливались у холма, люди выходили на берег, обменивались товарами, торговали. Иногда с лодиями приплывали сказители, и жители городища собирались их послушать. И девочка, затаив дыхание, слушала приезжих сказителей. Но никто из них так и не рассказал о Той, Кого она встретила в скромной деревянной избушке.

Может быть, девочку звали Нежданой. Детям часто давали такие имена -- Неждан, Незван, -- чтобы обмануть злых духов.




Может быть, она выросла и ушла с одной из лодий. А может, она вышла замуж и родила детей, и лишь потом отправилась в путь... След ее теряется в лесных просторах будущей Руси -- России.

...Первый раз в этой жизни я оказалась в Изборске со студенческой экскурсией. Мы поднялись на вершину Жеравьей горы, где давным-давно располагалось сначала деревянное, а потом каменное городище, а сейчас стоит белостенная церковь Николы. Тогда, летним днем, стоя на краю холма и ощущая ласковое дыхание теплого ветерка, я вдруг почувствовала: это место имеет для меня особое значение. Здесь словно пересечение моей нынешней жизни и чего-то более глубокого, чем память...

Я и сейчас, приезжая в Россию, стараюсь заехать в Изборск, посидеть на краю холма, спуститься вниз и испить холодной воды Словенских ключей. А потом пройти укромной тропою, известной лишь мне и местным рыбакам, и босиком подняться по травяному склону к месту, где когда-то стояло древнее городище.





-2-

Феодальная Япония, начало второго тысячелетия. Из Кореи через Китай проникает буддизм. Строятся храмы и монастыри. Уже возведена статуя Большого Будды в храме Тодай-дзи. Но по стране то и дело прокатываются усобицы, и в их огне горят храмы и крестьянские поселения.

Простая женщина из крестьянской деревни, она была убита воином клана, претендовавшего на эти земли...





К Японии я шла очень долго и медленно. В детстве и юности эта страна меня отпугивала какой-то своей чуждостью. Но потом, соприкоснувшись с японской культурой через боевые искусства, я поняла, насколько она близка мне. Я начала мечтать о поездке в Японию, хотя это было непросто и дорого. Но возможность поехать неожиданно пришла сама. Моего мужа пригласили на конференцию, и мы без труда оформили визы.

Поездка в Японию была одним из самых ярких событий, всколыхнувших душу. До путешествия я рассматривала фотографии японских достопримечательностей. Белостенные замки и храмы с изящно изогнутыми крышами... Мне несколько раз снились эти замки, с типичными для японской культуры минимализма пустыми помещениями и полом, покрытым татами (матами, набитыми рисовой соломой). И во сне я подходила к замку, заходила внутрь, ступая босыми ногами по прохладной поверхности татами, -- и понимала, что когда-то здесь был мой дом, и слезы текли по моему лицу...

И в первый день, выйдя гулять по улочкам города Нара, где мы остановились, я ощутила, что приехала домой.

Сон о прошлой жизни был уже после поездки. Как сейчас, стоит перед глазами горящий храм и в панике бегущие люди. Меня нагоняет воин в доспехе. Я даже не успеваю разглядеть его лица, как он выхватывает меч, и мое тело пронзает холодная сталь...

Пожалуй, мое отношение к Японии лучше всего характеризуется этими словами из "Розы Мира":

"Всю теперешнюю жизнь, с самого детства, меня томит тоска по этой старой родине; быть может, так жгуча и глубока она потому, что я прожил в той стране не одну жизнь, а две, и притом очень насыщенные..."

Видимо, и я прожила две жизни. И возможно, вторая моя жизнь сложилась более удачно. Скорее всего, я была женой мелкого землевладельца. Возможно, из той жизни я и вынесла любовь к оружию и боевым искусствам. Известно, что женщин в японских домах учили владеть нагинатой -- оружием, представляющим из себя клинок на длинном древке. Возможно, мое нынешнее увлечение нагинатой идет откуда-то оттуда.

Может быть, тогда же я осваивала медитационные практики дзен-буддизма -- во всяком случае, многое оттуда мне интуитивно понятно. Как и один из пунктов кодекса бусидо -- верность воина своему господину...


-3-

Дальше следует период, который можно охарактеризовать как странствия по Европе. Но только они, как мне кажется, происходили не в Энрофе, потому что в данном случае отблески "памяти о памяти" -- легкие, эфирные. Словно бы я путешествовала по ее эфирному двойнику.

Могло ли быть так, что я развязала кармические узлы и оказалась в Олирне? И стала одной из тех, для кого, говоря словами Даниила Андреева, путь из Олирны означал "начало странствия, иногда -- долгого, даже длящегося, может быть, века..." И с этим ли связан мой внутренний образ женщины-странницы?

Удивительно, как эти странствия повторились в моей нынешней жизни. С мужем, свекром и свекровью мы объездили на машине Германию, Францию, Италию, Испанию, Португалию, побывали в скандинавских странах.

Испания и оказалась для меня ключом к новому внутреннему открытию.

Еще до поездки у меня вдруг возникла идея привезти из Испании меч, потому что те декоративные мечи, которые я видела в голландских магазинах, привезены именно оттуда, а в Испании, как меня уверяли, и выбор больше, и стоить будет дешевле.

Старинные испанские города -- Толедо, Сеговия, -- очаровывали узкими улочками и многочисленными оружейными лавками. Конечно, продававшееся там оружие -- в основном заводской ширпотреб. Но для меня было важным не столько то, что я приобрету, сколько само действие: зайти в приглянувшуюся лавочку, найти меч себе по руке, переброситься с хозяином парой слов... Повторить то, что я делала когда-то давно.



Но как назло, поездка у нас была расписана по минутам, и времени едва хватало на экскурсии. Куда уж там до походов по оружейным лавкам! Мне было досадно до слез, но ничего поделать я не могла.

И неожиданно мне повезло.

В Сеговии, после осмотра крепости Алькасар, у нас вдруг выдались свободные полчаса. Можно было перекусить перед отправлением в гостиницу. Но я выбрала другое... Еще по дороге в Алькасар я присмотрела магазин, где продавалось оружие. И я туда поспешила, надеясь, что магазин еще не закрылся.

Там я и нашла мой меч -- мою Лаэнриль...

В гостинице мы пили красное вино и "обмывали" покупку. А ночью мне приснился сон. Сон, послуживший основой дилогии "Звезда и меч".

В дилогии рассказывается о странствующей женщине-воине, прибывшей в город с паломниками. И в городе у нее происходят две важные встречи. Первая -- с мечом, дух которого выбрал ее. И вторая -- с крылатой девой Лаэрнике, в христианстве -- сеньоритой Анной.

Потом, вернувшись из поездки, я лежала на ковре у горящего камина с ноутбуком и чашкой ирландского кофе, и писала главу за главой, заново переживая события, которые словно бы уже когда-то происходили.

Где она, Крылатая? Живет ли счастливо с человеком, с которым героиня моей дилогии помогла ей связать судьбу? Или странствует какими-то своими дорогами? Но я помню о ней. И я знаю, что она помнит обо мне. И когда-нибудь мы с нею встретимся.




Почему я предполагаю, что это было не в Энрофе? По тем же взявшимся как будто ниоткуда, но ярким и отчетливым ощущениям.

Я там не умирала. Смерть (уход из мира) ощущалась скорее как переход.

Встреча с Крылатой... В Энрофе такого быть не могло! Но нигде, как в Испании и Португалии, я не видела столько изваянных в камне или отлитых в металле образов крылатых дев. Заметьте, не ангелов, а именно дев!

Если пробежать взглядом список миров Шаданакара, то глаз останавливается на сакуале даймонов. Может быть, мир, по которому я путешествовала -- мир метапрообразов, входящий в ту сакуалу? И прекрасные крылатые девы приходили туда, чтобы помогать им и направлять их?..

Это предположение логично и в том плане, что сакуала даймонов, видимо, имеет схожее с нами сегментарное (метакультурное) деление.

И еще один важный момент, связанный с этим периодом моей метабиографии. В конце повести я упоминаю Гардарику -- "страну городов". Это мир, откуда моя героиня приходит и куда возвращается после "смерти" -- Перехода. Там ее дом, там она отдыхает душой. И там остается ее сердце, когда она уходит в новые странствия.

Она -- это я.

Гардарика -- скандинавское название древнерусского государства...


-4-

Утро, звонок, голос, город вспомнил,
Две тыщи, стучат рельсы, оплавят.
Километры мелькают, дни улетают,
Странная память, странная память...

"Чичерина"

Поколение, чья юность пришлась на середину восьмидесятых... Вы верили в коммунистические идеалы?

Я -- верила.

Для меня важными событиями были прием в пионеры, потом -- вступление в комсомол. Я мечтала быть в первых рядах борцов за светлое будущее. Я зачитывалась книгами Ефремова.

И может быть, поэтому я так легко пережила крах коммунизма. Ложь ушла, но истинное осталось. Осталось то, что Даниил Андреев называет россианством, -- осталось и приобрело новое звучание.

Россианство -- это не только славянские традиции, русская деревня и крестьянский быт. Это размах, это стремление вдаль и ввысь. Это искусство Серебряного века, это учение о Софии в русской религиозной философии, русский космизм Циолковского и Вернадского, это самолеты и ракеты, покорители небес. Это горизонты, раздвинутые нашей научной фантастикой, это доброта и душевное тепло нашей детской литературы и фильмов.

Это сокровенная часть нашей души.

И мечта о светлом будущем, о гармонии личности и общества, -- мечта-долженствование Демиурга и Соборной Души -- она продолжает жить в нас.

Империя Сталина -- Третьего Жругра -- снизила и исказила мечту, но не смогла изменить ее суть. И поэтому даже в сталинские времена были идеалисты, верившие, что несмотря на нынешние трудности, мы осуществим мечту -- цель и долженствование нашей метакультуры.

...Когда я впервые попала в Москву -- в самом начале перестройки -- я удивилась странной ностальгии, вызываемой этим городом. Просторные улицы, зелень, безлюдные станции метро "посреди ничего". Сталинское барокко. Выставка достижений народного хозяйства.

Отдельные церквушки, вкраплявшиеся в общий урбанистический ландшафт...

Это было тогда, в восьмидесятые. А сейчас Москва -- центр деловой жизни и ночных клубов, самый дорогой город в мире.

Многие мои друзья не любят Москву. А я -- люблю. Словно что-то связывает меня с этим многоликим и многослойным городом.

Возможно, моя последняя жизнь прошла именно здесь. В тридцатые годы прошлого столетия.

Я была одним из "строителей коммунизма". Я свято верила в идеалы. И я бегала с пионерскими поручениями по тем же улочкам, по которым бродил Даниил Андреев, вынашивавший в себе замысел "Розы Мира".

Почему?

Наверное, потому что пришло время коснуться Русской метакультуры во всем ее срезе. От небес до глубин.

Ключевым моментом, который навел меня на мысль о "московском" периоде, помимо поездок в Москву, было аниме "Первый отряд", пробившее насквозь мою душу. Надя, русская девочка с японским мечом, -- она словно выразила в себе мою связь с двумя метакультурами. С японской и русской. Аматэрасу, моя добрая и строгая учительница, и Навна, бесконечно близкая и родная...






Та моя жизнь, скорее всего, была короткой. Закончившейся незадолго или во время Великой Отечественной войны.

Как миллионы моих сограждан, веривших партии и правительству, я оказалась в сетях государственной кармы. Возможно, это был необходимый этап моего пути. Ведь чтобы понять метакультуру, нужно было познать ее выси и бездны. И читая описания шрастров, я не раз ловила себя на мысли, что это мне интуитивно знакомо -- ржаво-бурый безрадостный мир, бесконичные периметры стен, нагромождение башен, и сияющая над ними, невидимая местным обитателям, но явственно ощущаемая моим сердцем Звезда...

"Цитаделью из нескольких концентрических стен опоясан подземный город. Новые плиты кладутся на плиты. Зазубренные края наглухо спаиваются тем веществом, которому в нашем мире соответствуют крепчайшие металлы. Магнитные поля очерчивают крепость: ни шага в сторону, ни движения. И единственную отраду отстояли для рабов силы Синклита: благоговейную, влюбленную и щемящую. Еще недалеки времена, когда над внутренним пространством крепости светилось звучащее, женственно-голубое сияние. Это пела небесная пленница уицраоров, пресветлая Навна, в своем недоступном для врагов саду..." (Д.Андреев, "Изнанка мира")

"Но в годы последней из тираний, насиловавших русскую землю, третий уицраор принудил гигантов надстроить над недоступным для него садом плоский, плотный свод. Едва проступает сквозь эту преграду излучение идеальной Души народа, голубовато серебря внешнюю сторону циклопических стен. Но звучавшие пазори угасли, сиявший голос умолк. Лишь просветленные в Небесной России, верующие – в России земной, да сонмы самого демиурга еще улавливают его отзвуки. Остальные его не слышат. Остальные не знают о Навне ничего. Они даже не догадываются о ее существовании..."

Память о тяжкой поступи третьего Жругра, его давящем взгляде и ощущении безвыходности, безысходности я вынесла не из прошлой, а из нынешней жизни...


-5-

Моя нынешняя жизнь -- резюме предыдущих. Древняя Русь, Япония, неземная Европа и снова -- Советская Россия... Время подводить итоги, делать выводы и -- идти дальше.

С детства я много читала о природе и зачитывалась волшебными сказками -- и природа уже казалась мне сквозящей, приоткрывающей двери в иные миры.

С детства я искала женский образ, близкий и родной, пыталась найти его в сказочных персонажах и в реальных людях...

В 1991-м году ко мне пришла (буквально пришла! мне принесла ее подруга) "Роза Мира". В то время я была убежденным атеистом, к тому же имела неприятный опыт общения с ортодоксальными представителями православных кругов. И я открыла книгу со скепсисом -- "ну-ну, что там скажут про религию".

И с первых страниц возникло чувство, что автор -- Даниил Андреев -- сидит рядом, и мы спокойно беседуем.

Я не читала новое. Я вспоминала то, что уже знала. И Даниил Леонидович деликатно уточнял и поправлял.

Я не успела сразу прочесть все -- книгу забрали. Я только запомнила фразу "Аматэрасу -- Навна Японии". Навна. Аматэрасу. Первое имя уже начинало казаться знакомым. Второе пока никак не отзывалось в душе.

В январе 1992-го года мы с моим будущим мужем готовились к свадьбе. В качестве свадебного подарка мы купили прометеевское издание "Розы Мира" -- ту самую "зеленую книгу". Главы о метаистории России я читала перед свадьбой. И тогда с именем "Навна" у меня все встало на свои места -- и давний детский сон, и влюбленность в Изборск, и тоска о старшей, мудрой сестре, которой у меня никогда не было, и странная ностальгия по Москве... Я крестилась в соборе Петра и Павла в Гатчине. Там же через месяц мы с Димой обвенчались.

Нашей семье уже больше восемнадцати лет...

Я не ощущаю Даниила Андреева как поэта, жившего с 1906 по 1959й год. Для меня он -- близкий друг, незримо присутсвующий в моей нынешней жизни. В чем-то мы даже спорим -- а куда же без дружеских споров?..

Переехав в Голландию, я открыла первый сайт, посвященный Даниилу Андрееву. Тогда же открыла форум -- "Маяк всех дорог". На "Маяке" познакомилась с интересными людьми, с некоторыми дружба продолжается до сих пор. "Маяк" я потом оставила, о чем сейчас жалею, хотя и понимаю, что в то время не была готова вести такой форум.

К активной деятельности по Розе Мира вернулась уже в 2008-м году.

Толчком послужила война с Грузией. Я чувствовала -- происходит что-то не то. И словно твердая дружеская рука подтолкнула меня -- иди, пришло твое время становиться в строй.

Я снова сжала в руке брошенное когда-то знамя. И теперь не намерена выпускать его из рук.

Меня удивило, как быстро Максим принял меня и дал права модератора. И теперь моя душа на месте. Я вернулась в свой "Первый отряд".

Тогда же, в 2008-м году, начала осуществляться моя давняя мечта -- написать сказочную повесть о Навне и Яросвете. И хотя бы потому, что "Город..." написан, моя нынешняя жизнь не напрасна. А впереди еще множество творческих замыслов, и если Господь даст, они осуществятся.


Вместо заключения

Зачем я все это пишу? Ведь ничто здесь не подтверждается реальными воспоминаниями. Да, не подтверждается. Я просто попыталась облечь в слова и образы эмоционально значимые, ключевые моменты моей жизни. И эти ключевые моменты определяют мою внутреннюю, духовную систему координат. Определяют мою нынешнюю Дорогу.

И я надеюсь, что опыт прошлого поможет понять, что я должна сделать в этой жизни. Как я должна пройти земной путь, чтобы с сознанием выполненного долга и чистой совестью вернуться к Тебе, моя Путеводная звезда...


Тильбург, сентябрь 2010 г.

ЗдОрово, Оля! С чувством, глубиной и любовью написано.

Максим! Надо в Изборск! В смысле, в Избранное!

Завтра перечитаю внимательно. Сегодня сил уже нет ни на что...

Сергей, спасибо! А в Изборск действительно рекомендую съездить, если будет возможность. Удивительное место!

Да, Сергей, здесь спешить некуда, можно смаковать каждое предложение!
Спасибо Ольга.

Виктор, спасибо! А тебе не случалось бывать в Изборске? Самые что ни на есть славянские места

Ольга, Вы замечательно написали все про себя, так... близко и понятно. И прекрасно, что такое понимание у Вас есть - наполняет жизнь, и просветляет Путь.
Мне хотелось бы только добавить, что бывает такое знание о прошлом, особенно о прошедшем не в Энрофе - может быть, Вам оно знакомо - которое не всегда можно высказать, по ряду причин. Оно лежит в душе грустным пониманием и некоей легкой тоской, как тонкий предутренний туман в сентябрьском лесу...


Спасибо Вам за этот искренний рассказ. Он мне напомнил кое-что и о себе.

Марина, спасибо! И прошу прощения, что из-за форумных перипетий так и не добралась до вашей ветки...



А это можно, наверное, выразить в художественной форме -- как зарисовку или рассказ. Не пробовали? Вообще, читать о внутреннем опыте всегда интересно, будь то "мета-реконструкция" или художественное произведение.

А я тоже люблю Москву. Многих раздражает шум и суета, а мне там спокойно: зайдёшь за угол, сядешь в каком-нибудь тихом зелёном дворике, или уютном скверике... Хотя, это не от прежней истории -- просто часть моих предков по материнской линии из Москвы. Наверное, заложено где-то в генах. Чистопрудный бульвар -- наше "место поклонения". Каждый визит в столицу я бываю там, хотя бы кратко. Иногда загадываю желание: если не тут, то нигде!..

...Спасибо за рассказ! Вот и я добрался прочесть.

А ты скажи ещё, что ты любишь небо. И, что, наверное, бывала где-то, где механизмы становятся живой плотью и душой. Это одна из значительных тем в твоих рассказах, а для литературы прямо-таки уникальная! Наверное, каким-то опытом это всё тоже продиктовано в твоей истории.

... Кузнец -- он ещё может быть и художником. Он не просто создаёт изделие из меди, олова или железа. Если ему свойственно вдохновение, то каждый предмет его труда сделается ещё и фигурой, наделённой потенциалом к восприятию духа. Может, в какой-то из своих прежних историй ты и была кузнецом-мастером? Ведь и оружие можно ковать с разной харизмой и "начинкой". Для правого боя, для мести, для магических ритуалов, для парада, просто в зале повесить... Да и меч -- не символ войны только лишь -- не зря он имеет форму креста!

И вот: механик-художник, боец-песенник. Может, твоя задача заключается в том, чтобы сообщать жизнь неживому? Вдыхать тепло в то, что холодно?.. Даже книги. Ты пишешь о том, о чём никто не писал. Данная тематика будто мертва сейчас в литературе. Никто не касается её. А ты пытаешься её оживить, вдохнуть в неё огонь! Возможно, ты предвестница чего-то. Что ещё только намечается, но ещё неблизко? Как в той избушке, что ты описываешь: ты увидела Кого-то, но лишь раз, когда ещё никто не видел, и запомнила -- не на "сейчас", а на будущее.

... Здесь незатейливые записки комментатора обрываются, ибо его решительно спать позвали...


.

Павел, спасибо! Я чуть попозже отвечу, хорошо? Просто сейчас вышла на работу, и времени сразу же не стало

* * *

Таится дрёмный мир сказаний,
Веков родных щемящий зов
В нешумной музыке прозваний
Старинных русских городов.

О боре сказочном и хмуром,
О мухоморах в мягком мху
Услышишь память в слове Муром,
Приятном чуткому стиху.

Встает простор пустынный, пенный,
На побережьях – конский порск,
И город бедный, белостенный
Мне в прозвище Белоозерск.

Просится Изборск в эти строфы.
Не возникало желания написать вольное продолжение?

Приятно стиль напомнил самого Даниила Андреева, и видно, что это не просто подражание, а прочувствовано, пропущено через себя.
Всячески приветствую и новую аватару.
Это сделано там же, в Псковском крае?

Что касается воспоминаний, то главное, что получилось вдохновляюще. А значит - будет вдохновлять и других!
Иногда я думаю, что есть благо в том, что наше глубокое бессознательное от нас сокрыто. Вместе с памятью прошлых жизней.
Ибо было бы очень тяжело совмещать чувство собственной физической малости с сознанием космических панорам и перспектив. Не знаю, может быть, я сошел бы с ума, если бы вспомнил все наяву, не во сне.

Но раз твой очерк размещен в разделе тонкий опыт, я задам вопрос для размышления и тебе, и участникам.
Ручеек из подсознания проструивается, просачивается в нашу первую реальность. Просачиваются обрывки снов, увиденных во время ночных странствий души, просачиваются отклики, отголоски дальнего прошлого. Едва слышными голосами говорят с нами наши друзья сердца.
Но как отличить одно от другого? Как отличить то, что относится к прошлым жизням от увиденных во время ночных полетов? Не может ли опыт, полученный от соприкосновениях в наших тонкоэфирных странствиях, быть похожим на опыт прошлых жизней?
Не может ли, наконец, генетическая память, полученная нами от предков, вместе с кровью, вместе с частичкой их души, быть похожей на опыт собственных воплощений?

Может, ты соприкоснулась с Навною там, до этой жизни, в верхних мирах, или увидела ее во сне?
и бродила по дорожкам Небесной России?

Я для себя так и не понял, не решил, жил ли я когда-либо раньше на Земле. Многое рождает отклик, степень этого отклика разная. И тем не менее самые яркие ответы рождают звезды.
Поэтому не знаю, жил ли я в Индии или в ночных странствиях посещал ее великолепный затомис.
Но знаю, что рано или поздно вспомню все. И что это имеет какой-то смысл.

Так что хочу пожелать тебе удач на пути. Новых соприкосновений. На достигнутом не останавливайся, двигайся дальше! И когда-нибудь встретишь снова свою крылатую деву!

Ну вот, наконец добралась до компьютера

Павел, Иван, спасибо! Даже не ожидала получить такой чуткий и глубокий отзыв. И столько возникло мыслей... Даже не знаю, успею ли сегодня ответить на все.



Вот-вот! Москва -- очень просторный и зеленый город. Но и в Питере так же, стоит хоть чуть-чуть отойти от центра. Мы с подругой гуляли этим летом по таким дворикам -- тихим, зеленым, с детскими качелями и песочницами... В одном дворике нашли необычную детскую площадку, что-то вроде стилизованного тренажерного зала. Девочка, гулявшая там с мамой, охотно рассказала нам про каждый "тренажер"



Павел, я в свое время была приятно удивлена, как тебя зацепили мои "самолетные" образы. Начиная с Акселя. Среди эпизодов из "Города..." ты особенно выделил тот, где Лилия сидит на крыле самолета. Меня поразило, что тебя тронул именно этот эпизод. И мне он представлялся очень ярко...

Может, мы и в самом деле "из одной школы"?

Я так полагаю, ты читал кое-что и из моих "трансформерских" историй. И это тоже удивительно, при том, что Даниил Андреев относился к технике несколько настороженно. А у меня вот так вот пишется про самолеты, и ничего не могу с этим поделать. Но откуда это -- не знаю, ничего не могу сказать. Скорее всего, из тех же вне-энрофных странствий. Возможно, я пытаюсь передать человеческими словами что-то, увиденное там...

Кстати, раз уж ты напомнил про небо. Когда я размышляла о предыстории Акселя, у меня вдруг в голове соединилось сразу несколько образов. Вспомнились башнеобразные облака Олирны и аниме "Юкиказе", где облачная башня -- межпространственный портал -- соединяла Землю с Фэйри, планетой зеленого неба. Аниме, кстати, тоже было о самолетах... И вдруг мне подумалось -- а почему эти облака-башни днями и днями находятся на своих местах, почти не меняя формы? А вдруг это дом, где живут странные существа, ближе к стихиям, чем к нам? Может, они, пребывая там, каким-то образом связаны и с нами -- с теми, кто любит полет и небо? С летчиками, планеристами, воздухоплавателями? И некоторые из них решают соединить свою судьбу с миром людей?

Ведь многие летчики относятся к самолетам как к живым существам. Это не может быть просто так.



Я бы сказала -- скорее, знала о таких мастерах. У меня есть цикл недописанных историях о рыцарях-волшебниках. Их мечи в каком-то смысле были одушевленными, живыми. И отковывание кузнецом меча для воина было своего рода мистерией...

Что-то подобное прослеживается в японской культуре. Не так давно видела документальный фильм, где японцы собирались, чтобы посмотреть на процесс отковывания меча. Для них, людей, пришедших к мастеру в кузницу, происходящее являлось в каком-то смысле священнодействием!..



Не знаю... Знаю только, что в силу узости и тесноты моей души не могу выразить всего, что просится в слово и образ. А время идет... Сколько я успею перевести в человеческие слова и написать? А сколько останется неоформленным в слово и ненаписанным?..



О душах самолетов написано не так уж мало И даже снято хорошее аниме... Или ты имеешь в виду что-то другое?



Хочется верить, что на все оставшиеся жизни

Еще раз спасибо! Даже не могу выразить словами удивления и восхищения от такого неожиданного -- и в то же время точно бьющего в цель -- анализа моих метабиографических записок.

Иван, тебе отвечу следующим постингом.

Иван, теперь отвечаю тебе

...Да, это стихотворение Даниила Леонидовича -- одно из моих любимых. Эти названия русских городов, таинственные и в то же время теплые, ласковые. Бесконечно родные... Что-то веет в них природное, языческое.

Неужели стиль напомнил Даниила Андреева? А мне кажется, текст немного сыроват. Но -- написала и оставила как есть. Побоялась убить свежесть ощущений...

Нет, фотка на аватаре сделана не во Пскове, а в Гатчинском парке. Ну, про Гатчину и Гатчинский парк -- разговор особый.



А вот это хороший вопрос. Как отличить одно от другого.

Мне, правда, сейчас важнее отличить то, что имеет отношение к вне-энрофному, от того, что не имеет, -- от дневных впечатлений, путаницы обыденных мыслей, привычных ассоциаций...

Вне-энрофное, будь то проблески памяти о предсуществованиях, или отсвет ночных сновидений, наш человеческий мозг пытается выразить в привычных образах, подобрать земные "картинки", наиболее адекватно выражающие неземное. И разобраться, за какой "картинкой" стоит реальное переживание иномирного, можно, наверное, только по характеру связанных с образом эмоций, а также по силе их и интенсивности.

Образы иномирного всегда имеют яркую эмоциональную окраску! Они пронзают сердце навылет, поражают до глубины души.

Может быть, и я принимаю что-то из ночных странствий за отсвет глубинной памяти... Но ведь это не так важно! Ведь это все равно -- было!

И моя встреча с Навной -- неважно, где и когда, -- была. Иначе мне не объяснить давнюю, еще детскую тоску по Кому-то, кто ближе и роднее самой родной и самой мудрой старшей сестры...



А ты не смотрел фотографии Индии? Какие впечатления они оставляют? Я обожаю фотографии дальних стран. Могу сутки проводить за фотоальбомами. И в музеях постоянно застреваю в отделах древних цивилизаций. Последний раз надолго застряла в отделе древней персидской культуры.



Спасибо!!!

Спасибо Ольга!
Очень интересный рассказ о Ваших воспоминаниях из прошлых жизней!

Всем доброго времени суток!
Я тоже хочу принять участие в воспоминаниях;)

К сожалению, сейчас моя глубинная память затуманилась.
Но в период юности и духовных поисков, я вспоминал
свое (если я не ошибаюсь) предидущее воплощение.
Уверен, что я жил во Франции, в 18 или 19 веке.
Наверно, был простым ремесленником в одном из городов.
(примерно как и в нынешнем воплощении;)
Смутно помню период скудной старости и свою комнату.
Возможно я был одинок, или в этот период жизни разлучился
с близкими.
Моя уверенность в том, что я там жил потдверждается
глубокой и сильной любовью к европейской архитектуре
(особенно готической). Любовью к Франции, ее природе и истории, французским комедиям
и т.д. Даже не любовью, а чувством что это мне родное.
Точнее, не только к Франции, а к региону Франция-Германия-Чехия.
Как то по телевизору показывали Лион с птичьего полета,
и у меня было ощущение что это мой родной город..
Я и сейчас обычно в интернете использую логин mesier;)

Кроме того, ранее я возможно имел связь с одной из культур буддизма
и Древним Египтом.
Об этом мне говорят смутные воспоминания и чувство родства,
которое я испытывал. А древний Египет (периода Эхнатона) это моя
детская любовь.
К сожалению, сейчас эти детские воспоминания забылись..

Владимир, спасибо за отзыв и рассказ! Думаю, вашу метабиографическую зарисовку можно было бы вынести в отдельную тему.

А вы пробовали смотреть фотоальбомы Франции, Германии, Чехии? Если да, то ничего не отзывалось в душе? Как вам фахверковая архитектура, распространенная в Германии и некоторых французских городах? А какую музыку вы любите? Какая музыка вызывает самые сильные чувства? Бывает, что ответы на эти вопросы помогают приоткрыть завесу над тайной нашего прошлого воплощения -- или может, даже вне-энрофного опыта.

Увлечение Египтом тоже можно было бы попробовать пережить заново -- посмотреть фильмы, фотоальбомы... Кстати, в Египте я была, только никак не могу собраться выложить фотографии. На меня произвели впечатление не только пирамиды и храмы, но и горы Синайского полуострова.