О месте Бога в сказкеизбранные места из переписки с Павлом

мне подумалось, что кому-то возможно будут интересны наши с Павлом рассуждения о том, какое место в сказочном пространстве может занимать Бог.

Я размышлял об этом не раз и раньше (например, сопоставляя Толкиена и ЛЬюиса), а в данном случае этот вопрос поднялся, когда мы обсуждали седьмую главу моего "Буяна".
Не сочтите однако за рекалму.. но мне показалось что данная тема шире моей сказки, поэтому я решил вынести ее в отдельную ветку.

Приглашаю всех, кто к сказкам и сказочному фэнтези неравнодушен.
Было бы особенно интересно мнение Дениса.

Итак, Павел писал:

У меня, хотя, вопрос тут... Может я забыл, но встречается ли хоть какое-то упоминание о Боге в твоей сказке где-либо раньше? Я, вот, лично не припомню, мне кажется, что нет. Если и правда нет, то выходит, что ты вводишь, как бы, новое понятие, новую фигуру в свой "миф". А это же картину всего мира несколько изменяет. Ведь, вот гляди: если есть на свете Бог (именно так, с большой буквы), то тогда выходит, почему никто из персонажей никогда раньше к Нему не обращается и в своих бедах и радостях Его не поминает, не призывает на помощь, не ищет совета? И далее... Если на свете есть Бог, то значит должны быть где-то и Его праведные служители -- те, кто Его знают, и любят. А в сюжете они не встречаются совсем, хотя это в таком новом "мифе" одна из существеннейших сил! По истории, ведь, так и было -- церковь и её институты всегда огромное влияние оказывали...

И я поэтому подумал, что, может, лучше (коль скоро ты Бога в своё мироописание изначально я явной форме включать не стал) так всё и оставить -- то есть, без явных упоминаний. Раз работают до сих пор все товарищи там на уровне стихиалей, природного волшебства, философии -- "тварных сил", так сказать, то, может, и не выходить за рамки этой "тварности"?

К примеру, вот Толкиен во "Властелине Колец" (а он опубликован значительно раньше концептуального "Сильмариллиона") нигде не пишет об Эру. Вскользь говорится о Валар -- о силах Арды, но "идейный" уровень преднамеренно не выводится за границы земного, тварного, "посюстороннего", так сказать. Да и в контексте "Сильмариллиона" тоже вобщем-то всё укладывается. Персонажи "Властелина" не знают высшей учёности. В лучшем случае они находятся в курсе бытия "богов" -- Валар, и вобщем-то всё. Это -- мир до монотеизма. Кто-то о чём-то, быть может, и догадывается, но в целом никто ничего не знает...

из моего ответа:

Сначала мне казалось, что прямых упоминаний Бога лучше избегать, чтобы у
читателя не возникало ощущения, будто я навязываю ему свое религиозное
мироощущение.
Но пока писал понял, что молчать полностью, тоже будет неправильно и лучше
сделать несколько, пусть не частых, но достаточно ярких упоминаний.

Мне показалось интересным "ввести" Бога в сказку устами Генриха-мага, - то
есть человека, прошедшего сложный путь от серой магии, прагматизма и
эгоцентризма к вере.

Кроме того, Соглядатай задал Генриху вопрос, а на вопросы полагается
отвечать.
"правда ли, что знаешь мысли всех людей"?

Далее, поскольку речь идет о сказочном пространстве Пушкина, то уместно
посмотреть, как дело обстоит у него.

Сейчас специально поглядел "сказку о царе Салтане"

Выделяются четыре упоминания Бога (в источнике Он был с маленькой буквы, но
возможно, так сделали в советское время, когда издавали Пушкина):.

1)
Наступает срок родин;
Сына Бог им дал в аршин,
И царица над ребенком...

2)
Тут же на берег она
Бочку вынесла легонько
И отхлынула тихонько.
Мать с младенцем спасена;
Землю чувствует она.
Но из бочки кто их вынет?
Бог неужто их покинет?

3) К ним народ навстречу валит,
Хор церковный Бога хвалит;
В колымагах золотых
Пышный двор встречает их;

Пожалуй, наиболее яркое место:

4)
Над главою их покорной
Мать с иконой чудотворной
Слезы льет и говорит:
"Бог вас, дети, наградит".

Вот, собственно, и все.

Не очень часто, но достаточно выразительно.

И хотя Бог упомянут, персонажем мифа он не становится, и между ним и
сказочными персонажами, продолжает лежать огромная дистанция.

Цитата

Но я 100%-но не помню, говорил ли ты ранее о Боге где-либо в
сказке или нет. Если говорил, то тогда мне надо перечитать этот кусок и ещё
посоображать, ибо это меняет всю ситуацию.

В начале шестой главы, когда я пишу про Оракула Звезды Морей и про саму эту
звезду, я рассказываю примерно следующее:

На острове не было церкви или храма. Вечные искатели, одни из которых были когда-то православными, другие католиками, иные как радж, придерживались религий восточных, а кто-то и вовсе, как Конек или Баба Яга, ведал другую, древнюю веру, не принадлежали ни к какой церкви: Они молились разным богам.
Молились Создателю, молились святой Деве, молились Заре. Возносили хвалу Солнцу и Земле-матери: знались с духами рек.

Но в особенно трудную минуту они обращались к Звезде Морей - той, что привела их на остров, указала путь.


мне необходимо было рассказать немного о вере островитян, чтобы это не осталось белым пятном в повествовании, и к тому же, чтобы не сложилось впечатление, будто Звезда Морей - это главное, высшее божество.
Конечно, возникают вопросы - как соотносятся между собой:

1) стихии Агни и Бог.
2) Бог и Звезда Морей.
3) стихии Агни и Звезда Морей.
4) все вышеперечисленные и родители Царевны Лебедь.

Но об этом рассказать в сказке не хватает места, и по-видимому, эту теологию
придется проработать дальше в продолжении "Острова Буяна"

Цитата

К примеру, вот Толкиен во "Властелине Колец" (а он опубликован
значительно раньше концептуального "Сильмариллиона") нигде не пишет об Эру.
Вскользь говорится о Валар -- о силах Арды, но "идейный" уровень
преднамеренно не выводится за границы земного, тварного, "посюстороннего",
так сказать.

Да, собственно я и ориентировался здесь на Толкиена, ибо совсем избежать подражания ему сложно.
Стихии агни у меня - некоторый аналог валар.
Насчет того, что Толкиен ни разу не упоминает Эру во "Властелине колец" - я точно не помню, но ты наверное это знаешь хорошо. Однако Эру там все равно незримо присутствует.
Другое дело, что он присутствует как бы в отдалении. Мне такая ненавязчивая, неявная религиозность весьма по душе, и я старался сделать где-то близко.
В сущности, в моей сказки всего три или четыре прямых упоминаний Бога, и все они делаются в важные моменты повествования.

мне кажется, что Бог в сказках и должен восприниматься и упоминаться именно как междометие, не больше.

Это потому, что сказка (придумываемая народом или конкретным человеком) есть попытка творчества, т.е. создание своей реальности. При этом автор сказки выступает как демиург этой самой реальности, т.е. как субъект, получивший от Бога импульс к творчеству и творящий. А это самое творчество как раз и подразумевает отсутствие Бога, так как Бог остаётся "за спиной" автора, а сам автор находится между сказкой и Богом.