Возрождение

… Как много здесь всего! Глаза мои закрыты, но я чувствую огромный мир, живущий рядом. Окутывающий все мое существо трепетной заботой. Дающий тепло, жизнь, пищу. Чего же мне еще желать? Я не знаю, потому и наслаждаюсь невесомым пребыванием в лоне любви. Смутное предчувствие, однако, смущает и беспокоит меня.
Но что это?! Все вокруг приходит в движение, неудержимая сила сдавливает меня со всех сторон, от чего хочется кричать, что есть сил, но нет воздуха. Воздух! Мне нужен воздух! Чтобы выразить свое возмущение этому близкому и родному миру, что вдруг причинил мне нестерпимую боль. Мне обидно до слез, как он мог поступить так со мной. И… о ужас! Страшная тяжесть сдавливает меня все сильнее, мне очень плохо, Я ХОЧУ ДЫШАТЬ!!! Как же он не понимает этого?! Он убивает меня! До чего же обидно! Очень хочется плакать, и для этого нужен воздух, о котором я не знаю ничего, кроме того что он мне НУЖЕН. Я не хочу более быть в этом скверном мире. И меня несет и толкает в неведомое.
Вдруг колючий холод касается моей головы шершавой рукой, и я понимаю, что у меня есть голова. Еще, я понимаю, что это первое прикосновение другого, большого, неизвестного мне мира. Я туда не хочу, ЗА ЧТО?! Назад! В негодовании делаю резкое движение и впервые свободно ощущаю руки и свою беспомощность. Ноги, НОГИ! Терпкое покалывание ступней ощущается где-то далеко, настолько, что мысли приходится тянуться в бесконечность, чтобы я смог почувствовать их.
Огнем полоснуло живот, отчего глаза раскрылись сами собой, сметая яркими красками все прочие ощущения, свет хлынул в мое сознание, возвышая звуки, что я слышал раньше. Возникает ощущение их отчетливости, в них появляется железный скрежет и острый треск. Вверх поднимает неведомая теплая сила. Удар, который я скорее понимаю чем чувствую, когда отпускает пустота от импульса неведомой боли, отключившей на секунду гаснущее сознание. И следом в меня холодом врывается воздух, которого я так ждал. Словно в награду, горло мое сжимается на выдохе, я слышу полный отчаяния крик. Это Я.
Неожиданно, резкие, сводящие с ума, ощущения, начинают таять, я опять чувствую себя невесомым, и неизмеримо более свободным.
Охваченный неописуемым ликованием, от созерцания себя – маленького розового, с прижатыми к телу ручонками, лежащим на столе, я вижу суетящихся вокруг уставших созданий, которые в белых одеяниях меня встречают. Наконец, взгляд мой останавливается на ней. От теплоты, нежности, любви которой, идет яркий свет, что позволяет мне парить вовне, не давая вновь сорваться в пучину страданий. Я понимаю, это Она, та, что привела меня сюда, став ненадолго моим родным миром, возложив на свои хрупкие плечи невыносимую боль. Трепет любви тонкой вибрацией охватывает все мое крошечное существо, чье наспех спеленатое тело кладут ей на грудь. И я плачу.
Плачу, понимая, что вновь стал центром Вселенной в этот миг. От того, что припоминаю предшествующее, белые одеяния провожающих, их светлую печаль и предчувствую, что случится после. Неведение и полная тьма, а потом свет, который сейчас повсюду, по крохам будет входить в мою плоть, пропитав ее в час смерти, если буду готов. Только бы успеть! Пока помню и знаю, зачем я здесь, я ничего не могу сделать, а позже… все повторится… и вернется... УСПЕТЬ...! Я сам выбрал этот путь, зная, на что иду и… прижавшись к ее мягкой, теплой груди, делаю первые глотки своей новой жизни.

Привет, Миша!
Воспринимается реально и очень волнительно Ваш маленький очерк!
Скажите, а Вы это помните или просто чувствуете?

Я бы сказал, что здесь "сработало" триединство личности. Память, интуитивно указующая путь, разум путь находящий и чувства, освещающие его. Мое?! Да знать бы... явилось вот зачем-то.

Михаил, Здорово! Честно!

Грустно…
Над горами загремел гром. Пронесся над землей раскатистым гулом, и, заметавшись в узких стенах ущелья, вырвался на волю, исчезнув вдали, унося с собой жалобный стон грозовой тучи.
А туча все хмурилась и темнела, она, словно грустила, изнывая от той тоски, что знойной духотой нависла над долиной.
…Внезапно налетел ветер. Чистый, свежий…
Сжав пересохшие губы, Он медленно поднял голову ему навстречу, жадно втягивая аромат, принесенный, быть может, из родных краев. Он почему-то навеял ему детство – теплую мамину руку на своей щеке, звонкий смех младшего братишки…
Сверкнула молния, грянул новый раскат грома, больно ударивший по его измученным нервам. Он тихо застонал, позабыв на миг о приятном ветре и воспоминаниях детства.
Тем временем ветер усилился, взметнув черным веером его смолистые волосы, на которых ржавыми клочьями запеклась кровь.
И вновь почувствовав потной кожей живительный ветер, Он помрачнел. Ему вспомнилась прежняя жизнь, былые радости и горести, любимая в тонком белом платье, ее горячие поцелуи, трепет своего сердца…
Бам! Стукнула легонько по носу первая капля, рожденная справедливой грустью нависшей над ущельем тучи.
Он поднял взгляд к небу, в то время как капля, перемешавшись в неразрывное целое со слезинкой, медленно катилась по щеке. В его взгляде был немой вопрос к тому, кто пожелал дождя…
И дождь пошел. Пошел неспешным потоком, ровными и мощными струями, сливаясь с жалобным стоном ветра, будто оплакивая место великой Битвы, и единственного оставшегося в живых, в чьих глазах застыл немой вопрос.
Так вот стоя и глотая соленые слезы, перемешанные пополам с дождем, он, наконец, тихо выдавил:
- Почему?
…
- Почему Боги войны, собрав обильную жатву, пощадили меня? Почему меч мой, поднятый во имя добра, багрян от крови? Почему от любви в сердце осталась лишь рваная рана? Почему…?
Вопрос его, подхваченный ветром, летел под скорбящей тучей, и, кто знает, может и был услышан. Только ответом ему были – молния, гром, шум дождя и молчание павших воинов, ставших равными пред ликом Божьим.
Закрыв глаза, он глубоко вздохнул, выронил меч и медленно побрел прочь, изредка спотыкаясь о мертвых, когда-то любивших эту прекрасную жизнь, вдыхавших своей молодой грудью живительный горный ветер, который шептал, разбиваясь о скалы потоками дождя:

Простите нас, о доблести сыны,
Что не спасли вас от косы жестокой.
Пусть снятся вам чарующие сны,
Навеянные тишиной глубокой.

… И после битвы, дождем смоет кровь, ветром унесет стоны, солнцем высушит слезы, зарастут степной травой храбрые сердца. Но одно останется с этим миром навсегда – ОДИНОЧЕСТВО. Одиночество бредущего по белу свету странника, закованного в лохмотья прошлого…
И может быть однажды, мы вдруг остановимся как вкопанные, окинем взглядом неприступные скалы молчания, и поймем, что попали в сказочно красивую и столь же тоскливую долину одиночества. Где только ветер и дождь будут просить у нас прощения…

Есть у меня один стих, написанный в 14 лет одним из первых.
Когда писал - было ощущение забавы и игры рифмы, но до сих пор читать без содрогания не могу. Прочтя же РМ, мне стало понятно "куда это"

Свечка
Вот бежит черный кот по дороге нехоженой,
На которой палач с топором – как положено,
С нервной дрожью в руках жаждет часа отмщения
За Христову любовь и святое прощение.

Это было давно, Это будет сегодня.
Дети ада опять ищут крови Господней.
Руки тянутся к небу, когти в стебли впиваются
Разрывая им плоть, глотки в криках срываются.

Будут свечки гореть, воск заплачет как прежде
У разбитых икон, на которых надежда
Умирала последней, проклиная тот мир –
Где предательства бал и расправ черный пир.

Где на звон колокольный лишь ворон ответит.
Где последний твой выдох никто не заметит.
Где палач вдоль дороги у плахи стоит.
Где не свечка, а сердце с досады горит.

Здесь! Во мраке времен! В нашей жизни! Сейчас!
Наступает не легкий, ответственный час –
Когда зло сокрушить сможет лишь вновь и вновь
Только светлая чистая наша любовь.

Снова свечка горит, огонечек мерцает,
И опять нежный воск словно льдинка растает.
В сердце вашем, и слезы к душе подбираются.
Свечки жизнь коротка, но Твоя – продолжается…

Берешь образ.Не глядя.Кладешь на ритм.Я еще люблю за аллитерацией следить.И прикладываешь дальше к образу образ, не заботясь о том, какая ерунда выходит.Потом читаешь.Внимательно.Начинаешь понимать - куда.Иногда - удивляешься.Не находишь ничего нового - редко.Обычно, когда стоило чем-то другим заняться.
Был такой прикол?

Серега извини, такого прикола не было

Есть другое

Вскрикнет птица в далекой дремучей глуши.
Ты ее среди шумного бала услышь.
Пусть с очей упадет пелена миража.
В синем небе предвестники чуда кружат.

Выступай, устремляясь в глубины души
Пусть алеет закат, помолись и спеши.
Твое сердце стучит, но в полсилы звуча
Твои песни стекают по кромке луча.

Ты узнаешь тот голос и цвет ее глаз
Что во сне, растворяясь, ты видел не раз.
Подойдешь, улыбнешься, коснешься едва
Сердцем с ритма собьешься не раз и не два.

И едва ли забудешь ты в радостный миг,
Слившись с небом, свой первый, восторженный крик
Когда в дверь, постучавшись, явится Она
Когда сердцем почувствуешь - скоро весна!

Есть свет, а есть сияние.
Есть чувства, и есть ощущения.
Есть слабость, и есть бессилие.
Есть Красота, и есть Прекрасное.
Можно дышать и можно вдыхать.
Можно слушать и можно слышать.
Есть звуки, и есть Музыка.
А бывает Сияние наполняет Чувства и Свет его освещает отступающее Бессилие, и Прекрасен каждый миг, проведенный в этом мире и Вдыхаешь напоенный ароматом воздух, словно первый или последний раз, каждым вздохом, слушаешь и Слышишь Музыку в шуме ветра над головой…

Малер, Вы на пути, на верном пути. У Вас получается.
1. Как раз в тему, у нас тоже было обсуждние этого момента.
2. Сразу вспомнила Цоя - "Легенду".
3. Мне в Ваших стихать чуть не хватает равновесия, а последнее понравилось больше.
Спасибо.

Maler,
Мне очень понравились ваши стихи, главное что в них чувствуется полет души.

Покаяние, отрезвление -
Предпоследнего вдоха прозрение.
Не оплакано, не осмеяно
Нашей плотью то будет посеяно.

Мы идем, истончивши надежду
Высший смысл, отбросив небрежно.
Все спешим, налетаем на кочки
Отрывая набухшие почки.

Наскрести, нахватать, унаследовать,
О делах неотложных беседовать.
Все успеть! И потом под иконами
Уходить с покаянными стонами.

Маялось и тешилось
мчалось и ползло.
Муторно и бешенно,
жалостно и зло.
Съелось, спилось, выдохлось -
екнулось - лежит...
От мороза - изморозь.
От мороки - жизнь.
:cry:

Лежит доска,
Под ней тоска.
Червем роется,
Гнилью кроется.

Я по ней иду,
Просветленья жду.
Глаза в ноженьки –
Где же Боженька?

Он ведь рядом был
Когда в страхе выл.
Но осмелился,
Да оперился.

Высоко взлетал,
А потом устал.
Ниже к полюшку,
А там горюшко.

Страхом стелится.
Я осмелился,
Чуть пониже взял,
Да в траву упал.

На траве роса,
А по ней коса.
Крылья вымокли,
Перья выпали.

Не томи ж тоска,
Не тони доска.
Я помаялся,
Да покаялся.

Что-то
Где-то
Кому-то
Зачем-то
Случилось
Явилось.

Кто-то
К чему-то
Зажегся
Испекся
Искрился
Сварился.

Ждал –
не дождался.

Молился
Простился.

Кому-то
За что-то
Явилось,
Просилось,
Стучалось
Пустилось.

Сидело
Несмело
Ушло
Не пришло.

Осталась
Усталость.

Душа
Не спеша
За светом
Советом…

Была -
Не была…