Мифы — для чего важна сказка (статья)размышления о мифах, рассчитанные на широкого читателя

Разве сказки нужны только детям?
Сказки взрослым гораздо нужней.

А.Городницкий.



************
(оригинальная версия статьи с авторским размещением красивых иллюстраций на моем сайте)

************

С детства мне всегда нравились сказки. Передача «В гостях у сказки» была одной из любимых.

Впрочем, я не думаю, что был в этом отношении исключительным – сказки в детстве нравились многим.

С чем связана такая притягательность? Может быть, с тем, что мир сказок ярче и разнообразнее реального? А может, с тем, что волшебные подвиги требуют там меньше труда и совершаются по мановению? или с тем, что в сказках всегда торжествует добро?

В каком-то возрасте мы понимаем, что это все выдумка, и начинаем интересоваться более «реалистичными» вещами – детективами, драмами, политикой, сексом... Взрослая жизнь затягивает, диктует свои законы.

Но и повзрослев многие продолжают любить сказки – хотя и в несколько другом обличье. Одни читают фантастику, другие играют в ролевые игры, третьи погружаются в увлекательный мир компьютерных игр.

Старинные сюжеты объединяются с новыми, вновь оживают эльфы, гоблины и гномы, начинает шелестеть колдовской лес, и в плеске воды слышатся голоса русалок. Неожиданный мир открывает нам двери, манит приключениями, зовет голосами героев.

Люди прагматичного склада пожимают плечами – вот чудаки! Занялись бы лучше делом, тратят время на всякую ерунду… Бегут от реальности в свои вымышленные миры.

Но так ли уж они вымышленные?.. Почему дети – наиболее чистые существа, с открытой душой и великолепной интуицией – всегда любят сказки и верят в них? Разве только потому что дети наивны, а взрослые поддерживают в них наивную веру?



Погружаясь в сказки, мы отдыхаем душой. Но не просто отдыхаем – обогащаемся, словно соприкасаемся с чем-то.

А может быть – это что-то действительно существует?

В научной фантастике – да и в физике – за последние полвека прочно укоренилась идея параллельных миров.

Как правило, под этим понимаются миры, похожие на наш, в которых события развивались по-другому.

Эту идею обыгрывают на разные лады современные книги и фильмы, где часто говорят о параллельном Нью-йорке или Лондоне, иномерном Лос-Анджелесе, альтернативном Чикаго где живут те же люди, но в других обстоятельствах .

Однако давайте задумаемся - если действительно это иная реальность – не будет ли логично ожидать от нее более существенных отличий? Что если там история издавна повернула в другое русло? Если там не развивалась машинная техника, не был изобретен порох и двигатель внутреннего сгорания, конвейерное производство, железные дороги, самолет?

Что если там вообще развивалась не техника, а магия?



В нашем мире человек уделил огромное внимание техническому развитию, но при этом пожертвовал развитием внутренним. А если сенсорные способности, дремавшие в шаманах и колдунах древности, в параллельных мирах веками оттачивались, развивались, обострялись? и люди в конце концов научились летать, понимать язык деревьев, птиц…

Тогда не столь уж сложно представить параллельные миры иными - когда мир имеет другую географию и наряду с людьми в нем живут существа, отличные от нас. В таких параллельных мирах моли бы жить существа, подобные сказочным русалкам, гномам, или лесным эльфам...

Тут скептически настроенный читатель может сказать - а не слишком ли увлекается автор? Каковы, собственно, доказательства?

Но ведь я и не ставлю задачу доказывать - скорее просто поделиться собственным мироощущением...



Способность видеть соседние миры, скорее всего, когда-то была достоянием многих людей. Со временем человек ее утратил, она сохранилась лишь у единиц - тех, кого сегодня называют экстрасенсами, медиумами ( точнее - у небольшого числа из них, если исключить дилетантов и шарлатанов) .

Но вот ощущение присутствия иных миров сохранилось у многих. Оно остается у детей, которые погружаются в играх целиком в сказочную, "придуманную" атмосферу. Есть это ощущение и у многих людей творчества, искусства. Они чувствуют в себе эту способность идущей изнутри, в виде вдохновения, зова. И следуя ей, создают удивительные, причудливые произведения, объяснить которые одной богатой фантазией сложно. Хотя, конечно, совсем без фантазии не обходится, и в произведениях искусства подлинные озарения, пришедшие извне, из иных миров, облекаются в формы нашего мира и его законов.

Собственно, так и создается миф – от мифов древности до современных фантастических произведений типа «звездных войн».

Но что такое в сущности "миф"?

Иногда под этим словом мы подразумеваем что-то, несуществующее на самом деле – неправодоподобное, нереалистичное.

Историки, начиная с римского Вергилия, видят в мифах описания исторических событий, которые где-то приукрашены, но в основе содержат правдоподобный исторический материал.

Археологи используют мифы для поиска затерянных городов и античных ценностей, кладоискатели, опираясь на мифы, ищут сокровища. Но все это, если так можно выразиться, утилитарный подход.

Знаменитый психолог Карл Юнг считал, что в мифах, сказках, фольклоре проявляется коллективное бессознательное человечества. Это коллективное бессознательное есть у каждого народа, и именно оно питает мифы. Таким образом в мифах проявляется не только история - но и психология, душевный склад, и даже духовность народов. Интересно, что Юнг считал коллективное бессознательное объективно существующим.

Русский философ А.Ф. Лосев писал:

"Миф – не идеальное понятие, и также не идея и не понятие. Это есть сама жизнь."

Жизнь мифа достаточно сложна. В некотором приближении, в мифе всегда есть два слоя. Один слой касается подлинного отражения иной реальности. Второй – ее обрамление в понятные читателю (зрителю) формы и схемы.

Эти схемы в разные эпохи меняются. В сказках средневековья храбрые рыцари одеваются в железные доспехи и дерутся на мечах. В современных они пользуются лазерными мечами… но все это лишь окантовка. Зерно мифа – его главную часть, завязку сюжета, образы главных героев – художник улавливает извне . Все остальное он уже додумывает , дорисовывает, используя воображение.

И чем талантливее художник, сказитель, тем больше, глубже первый слой, и тем тоньше, прозрачнее второй. Однако даже у самых ярких и талантливых сказочников и писателей этот второй слой всегда неизбежно присутствует в виду особенностей самого мифа.

Таким образом, для меня сказка, миф – это дверца в иную реальность.



Сообщение отредактировал Максим - 29.6.2010, 4:40

Однако это именно дверца - или окно, но еще не сам иной мир. Увидеть саму иную реальность сказочник не в состоянии - для этого нужен мистик, сновидящий, медиум. А это уже другой путь - путь веры, религии, медитации, и мы сейчас говорим не о нем.

Миф - это меньше, чем подлинное описание иного мира ( Конечно, толкинисты могли бы поспорить с этим утверждением, так как верят, что где-то существует буквально такая же Арда, которую описал Толкиен в своих книгах, живут эльфы, гномы, хоббиты и другие обитатели. Поклонники других писателей так же верят в подлинную реалистичность их миров. Однако, не отказывая писателям-фантастам в чувстве реальности – точнее инореальности, не будем все-таки чересчур увлекаться. )

И в то же время миф - больше, чем просто фантазия, созданная в рамках мира нашего ( как утверждают материалисты, сводящие всю культуру к надстройке над экономическим базисом ).

В народных сказках проступает словно сквозь туман, выходя из завесы тайны не просто придумка – отблеск иной реальности. Вот что так влечет в сказке, вот что делает ее не просто развлечением, а ценной пищей для души. Именно поэтому так любят сказку дети, именно поэтому тянутся к сказке наиболее открытые и чистые сердца!



Бесконечная история - билет в оба конца

Однако если сказка не передает иную реальность буквально, а лишь отражает ее – как мы можем быть уверены, что действительно соприкасаемся с иною реальностью, а не с фантазией художника, веяниями эпохи? Не можем же мы, читая, постоянно анализировать миф, пытаясь отделить наслоения от зерна! Такая работа хороша для ученого-исследователя, но она мешает живому контакту зрителя с художником, - ведь даже когда мы оцениваем работу актеров при просмотре фильма, мы утрачиваем живое ощущение присутствия!

Как же быть? Из этого кажущегося противоречия есть выход!

Реальности не изолированы друг от друга, а связаны. Реальность мифа влияет на наш мир, но и мы в свою очередь можем повлиять на миф. Вдохновение, увлеченность, творческий порыв людей являются как бы питающими ключами для иной реальности. Это положение звучит на первый взгляд совсем фантастично. Ну ладно еще поверить, что где-то в измерениях других координат живут феи и гномы, но в то, что мы своими чувствами можем влиять на их миры?!

Однако это так! Не хотелось бы делать подробный экскурс в теорию коллективного бессознательного, которое в сущности является мостом между мирами, будучи открытым в обе стороны… но ответ на этот вопрос кроется именно там. Пласты коллективного бессознательного (к которому принадлежит мифы) влияют на нас, на каждого человека, живущего на земле, его желания, страсти, мечты. И в то же время сознание отдельного человека влияет на эти пласты.

Сказать то же можно и по-другому.

Если мы вспомним сказку «Бесконечная история» *, то в ней заключена глубокая мысль – страна Фантазия существует до тех пор, пока хотя бы один ребенок верит в нее .

* - знаменитый фильм, снятый в 1984 году по мотивам книги немецкого писателя Михаэля Энде.

Напомним сюжет этой сказки. Мальчик Бастиан случайно находит волшебную книгу, читая которую, он оказывается в стране Фантазии. Там он узнает, что сказочный мир в опасности.



Дракон счастья Валькор

Злые силы во главе с Гморком хотят сделать так, чтобы сказку все забыли, и ее мир поглотило Ничто. Бастиан вступает в борьбу.

По пути он встречает множество существ, полных апатии. Смирившись со своей участью, они ожидают, как сказочную страну постигнет гибель. Однако таковы не все. Некоторые обитатели Фантазии еще полны решимости бороться. Они оказывают поддержку Бастиану, который у нас на глазах превращается в сказочного героя Атрейю.

Победив силы зла и преодолев трудности, он дает королеве страны Фантазии Новое имя, и это возвращает жизнь сказке.



Бесконечная история полна драматизма. Миру Фантазии угрожала полная гибель. Но он устоял благодаря тому, что Бастиан по-прежнему верил в него. Эта вера является созидательной не меньше, чем созидательна в нашем мире работа строителя или скульптора. Мысль обладает творческой силой, и как только мы подключаем воображение, мы становимся творцами.

В этом плане характерно появление героев нового типа – преображающихся в иной реальности. В обычной жизни Бастиан из «Бесконечной истории» всего лишь мальчик, ничем не выделяющийся среди других. Но в стране Фантазии он становится сказочным героем Атрейю, победителем темных сил и спасителем сказки.

У Атрейю появляются способности, которых не было у Бастиана. И сам он становится уже персонажем данного мифа - его участником. Преображение такого масштаба иногда пугает тем, что на первый взгляд, содержит некое несоответствие. Как можно доверить ребенку судьбу целой сказочной страны? Однако в этом содержится глубокий смысл.

Ребенок обладает чистым сердцем, чтобы уловить иную реальность и войти в нее (в принципе, дверца открыта для каждого). Он интуитивно мудр, чтобы разобраться в ситуации, отличить добро от зла, распознать ложь. Ребенок (не каждый, конечно) обладает решительностью и верой, в отличие от отягощенных сомнениями и тревогами взрослых...

Однако он входит в иную реальность подобным чистому листу. Все остальные качества, которые превратят его в героя, приобретаются постепенно в ходе испытаний и сражений (а порой и в ходе ошибок, которые ему самому приходится преодолевать).

Такова и судьба четверых юных королей из "Хроник Нарнии" Клайва Льюиса. В нашем мире они - обычные дети, которые поехали к дядюшке на каникулы. Но после того, как они попали в неведомую страну Нарнию, их ждет преображение. Льюис подчеркивает важную мысль - преображение не является заслугой, а преподносится героям как дар. Однако будучи носителями этого дара, они сами оказываются призваны совершить нечто важное для мира сказки - спасти ее от злой ведьмы и вернуть прежнюю красоту. Возвращение весны в Нарнию подобно спасению страны Фантазии у Михаэля Энде.

И в том, и в другом случае ребенок из нашего мира спасает сказку.

В подобных обстоятельствах оказывается и Элли ( кто из нас не увлекался замечательными сказками Александра Волкова в детстве! ) Обычная девочка из Канзаса, она фактически становится спасительницей Волшебной страны. Не будем пересказывать сюжет известного всем "Волшебника изумрудного города" - но ведь каждому ребенку понятно, что не волшебство "могучего и ужасного" Гудвина спасает страну Оз! Это делает именно Элли, со своей решительностью и смелостью, с чистым сердцем и желанием помочь друзьям.

Таким образом, и у Михаэля Энде, и у Клайва Льюиса, и у Александра Волкова (столь замечательно пересказавшего для советского читателя "страну Оз" Фрэнка Баума, что переводчик запомнился больше автора!) звучит один и тот же мотив.

Толкиен во «Властелине колец» слегка приоткрывает нам этот секрет. Миссия огромной важности вновь поручена слабому и маленькому существу, не отмеченному ничем выдающимся на первый взгляд. Ведь именно таков Фродо из Шира… Но писатель поясняет нам, что миссия возложена на Фродо, так как никто кроме него... не мог бы справиться с ней. У Фродо, как постепенно раскрывается, есть то, чего нет у других - он бескорыстен и не ищет для себя ничего. Интересно, что именно Толкиен первым заговорил о реализме фантастических произведений.

Такова особенность мира сказки – в ней действуют иные законы и пропорции.


Обитатели сказок - герои и дарители

Как мы уже отметили, герой сказки поначалу обычно не обладает никакими особыми талантами. Как отмечал Владимир Пропп, герой - это не столько характер, сколько функция, то есть определенная роль, задача, которая ставится перед сказочным персонажем.

Герои сами обычно не обладают волшебной силой . Волшебной силой героев наделяют сказочные существа. В большинстве сказок в определенный момент (герой обычно находится в поиске ) ему встречается сказочное существо. Обычно человек застает такое сказочное существо в беде, и этим испытывается его доброта.

Тому, кто бескорыстно, без каких-либо условий помогает терпящему бедствие существу, может быть доверена волшебная сила.

Так происходит с Емелей, когда он спасает Щуку и со стариком, когда он спасает Золотую рыбку.




В некоторых случаях, напротив, герой ловит волшебное существо "Сивка-бурка", и то дарует ему волшебную силу в обмен на свободу.

Иногда говорят, что изобилие волшебных существ, которые одаривают главных героев волшебными предметами, характерно лишь для русских сказок. По сути сказочные существа выполняют за героев их работу чудесным образом – и здесь кроется особенность русского менталитета, для которого характерна нелюбовь к труду.

Действительно, в русских сказках, наверное, герои работают в среднем меньше, чем например, в западноевропейских. Однако приведенное выше обвинение справедливо лишь в некоторой степени.

Испытание душевных качеств героя является важным этапом для сказки. Ведь бескорыстность для носителя волшебной силы совершенно необъодима - иначе он будет использовать ее для достижения славы, богатства, власти.

А сила не может быть использована для достижения подобных целей. В тех же случаях, когда волшебные существа оказываются вынуждены (или благодаря договору, или вследствие своего пленения) выполнять желания корыстных, сребролюбивых людей, богатство не приносит им счастья. (Старуха в сказке "о старике и рыбке", "серебряное копытце").



Таким образом, хотя дарители сами не совершают в сказки активных действий, за ними остается право выбора, кому вручать волшебные способности, а кому нет. Поэтому их роль в сказочном мире является одной из определяющих. Однако о характере самих дарителей нам мало что остается известно. В полном соответствии с теорией Проппа и здесь реализуется лишь функция.

Если мы попробуем задуматься над тем, почему так происходит, то наверное, придем к выводу, что дарители в сказочном пространстве олицетворяют роль сил, которые свыше помогают в жизни человеку. Природа этих сил большинству из нас непонятна, но каждый из нас, наверное, хотя бы раз ощущал то доброе влияние, заботу извне, которая представляется (в христианской традиции) то ангелом-хранителем, то святым, имя которого мы носим. Мы мало знаем о них самих, но чувствуем их заботу и доброту...

В дохристианской традиции, которая формировала сказки, такая роль приписывалась животным, хранителям рода. Не случайно огромное множество русских фамилий происходят от зверей. Однако не будем углубляться с этим анализом. Как мы уже говорили, миф - лишь дверца в иную реальность, и наша задача сейчас - не пытаться заглянуть сквозь нее, а понять, как эта дверца работает...

Особую группу сказочных существ составляют заколдованные прекрасные девушки (как правило, Царевны).

Обычно злые колдуны превращают их в каких-нибудь неприятных существ ("Царевна-лягушка") и накладывают условное заклинание - будешь такой, пока тебя кто-нибудь не полюбит (поцелует). Достаточно часто царевн заколдовывают в птиц (утка из сказки "Карлик-нос", Мария-голубка из сказки о Федоте-стрельце, и наконец, Царевна-Лебедь).

В этом последнем случае существо уже оказывается внешне прекрасным.



Впрочем, общий мотив превращения в птиц заставляет искать какой-то смысл. Высказывается, например, точка зрения, что птица является символом души, а ее заколдованность - означает временную неспособность воплотиться, выразить себя в реальном мире.

Сообщение отредактировал Иоанн - 28.6.2009, 15:59

Образ женщины-птицы идет из глубокой древности и в русском мифе обретает свои индивидуальные черты.



И это не только сирины и алконосты, знакомые нам с детства по знаменитой картине Васнецова.

"На море на окияне, на острове на Буяне, на зеленой осоке сидит птица, всем птицам старшая и большая" - говорится в одном из народных сказаний.

А остров Буян в русском фольклоре - это не просто легендарное место, за которым узнают то остров Рюген на Балтике, то островь Березань в устье Днестра (как например, считал Лев Гумилев). Остров Буян - это средоточие силы. На нем находятся то "мировое дерево" , то "белый камень Алатырь", то пчелиная матка, "всем маткам старшая".



так выглядит сегодня остров Рюген, с которым многие исследовали соотносят легендарный Буян

И именно на острове Буяне нам встречается некая девушка. " Сидит красна девица, швея-мастерица, держит иглу булатную, вдевает нитку шелковую, рудо-желтую, зашивает раны кровавые ".

Этот необычный образ девицы-исцеляющей-раны, раскрывается дальше у Пушкина в Царевне-Лебеди.

В «Сказке о царе Салтане» Царевна-Лебедь не просто выполняет желания Гвидона. Фактически, она предугадывает его желания, и между ними возникает некое особое понимание. В итоге волшебное существо – Царевна-лебедь– становится избранницей Гвидона, его невестой. Возникает союз между человеком – хоть и княжеским сыном – и существом волшебной природы.



Царевна-Лебедь оборачивается девушкой и выходит из морских волн

Вообще, прежде чем продолжить рассмотрение сказочных существ и поговорить о замечательных русалках, нимфах и других природных стихиях, хочется уделить Пушкину хоть немного внимания.


Сказки Пушкина

Невозможно писать статью о сказках и не затронуть Пушкина. Для многих Александр Сергеевич - это великий поэт, создатель живого русского языка, гений и многое другое. Для меня же он в первую очередь сказочник, и я хочу подчеркнуть, что в слове "сказочник" нет ничего пренебрежительного.



В 18-19 веках многие выдающиеся писатели (и в не меньшей степени композиторы) обращались к народному фольклору и переосмысливали его на новый лад, вдыхая новую жизнь в классические сюжеты легенд и сказок. Таким был на Западе Андерсен. Такими были у нас в России А.С. Пушкин, Лесков, Бажов.

Народные сказы, складывавшиеся на протяжении 12-17 столетий, преломились и заиграли в их творчестве новыми цветами.

Эти писатели-художники не просто зафиксировали миф, а творчески осмыслили его, развили.

Пушкинское Лукоморье живет и дышит, и именно поэтому является притягательным для обращений к нему в самых разных жанрах вот уже на протяжении почти 200 лет. Сколько о нем нарисовано картин, сколько написано стихов и песен, от лиричных до сугубо юмористических. В этом ключе вспоминается песенка Владимира Высоцкого "Лукоморья больше нет". И тут хочется возразить Владимиру Семеновичу - неправда, есть Лукоморье, существует и сегодня! (а если кто сомневается, наберите "лукоморье" в Яндексе и посмотрите, какое обилие народного творчества до сих пор вызывает эта тема)



Чем обусловлена такая устойчивость? Конечно, Пушкин нарисовал миф очень насыщенным, красивым благодаря совершенству языка, тонкости рифм, богатству образов. Но дело не только в этом.

Пушкин не боялся что-то изменять в мифе, сочиняя сказки. Если бы он только пересказывал классические сюжеты, он не был бы сказочником, а только поэтом. Но он шел дальше - вводил элементы собственного видения, изменял сюжет, канву, характеры героев. Но при всем этом оставался проводником мифа - а не придумщиком.

В этом и секрет народного творчества – особенно такого творчества, когда сказ, сказание передается из уст в уста. Передается не просто путем повторения, а путем нового переживания, когда входя в образы, ощущая атмосферу мифа, сказитель начинает рассказывать так, «словно сам видел».

Этим секретом владели Ганс Андерсен на Западе, Лесков и Бажов в России. А в 20 столетии - Джон Толкиен и Клайв Льюис, Михаэль Энде. И у нас, - Александр Волков и Эдуард Успенский ("вниз по Волшебной реке" которого стала классикой русской сказки, а снятый по ее мотивам фильм "Там на неведомых дорожках" был любимым у миллионов детей).

С распространением печатных книг, а теперь и цифрового формата, необходимость живой передачи сказок и мифов отпала, но это только на первый взгляд. Миф так хитро устроен, что его нельзя записать на бумагу, словно поймать птицу в клетку. Эта птица в клетку не ловится! Необходимым условиям для существования живого мифа является его постоянное творческое переосмысление.

И в 20 столетии это нашло отображение в многочисленных фильмах-сказках, сделавшие миф достоянием миллионов людей.



кадр из советского фильма «Сказка о царе Салтане»

Таким образом, дорожка в иные миры, открытая древними сказителями, была продолжена их потомками - поэтами, художниками, писателями, а теперь еще и кинорежиссерами. И хотя успех в каждом случае определяется мерой индвидуального таланта, сказки, созданные ими, продолжают оставаться народными. В том смысле, что миф развивается и живет в народном сознании.




Сообщение отредактировал Иоанн - 28.6.2009, 15:29

Природные создания

Отличительной особенностью всех сказок является то, что природа оказывается в них живой. Нас окружает огромное множество существ. Герои разговаривают с ветром и с рекой, слышат голоса яблонь.

Самые необычные существа могут дать герою в сказках совет или предостеречь его. Мало кого удивят говорящие животные - эти ближайшие друзья человека. В сказках не только животные помогают героям. Тоже относится и к деревьям, и к множеству других природных сил.



Иногда силы природы испытывают нас, иногда ждут нашей помощи, но они всегда проявят благодарность к человеку внимательному, а человека черствого и равнодушного проингнорируют, повернутся к нему спиной.

Отметим, что не только в сказках природа предстает полной жизни. Многие религиозные философы видели ее такой же. Так, например, замечательный русский философ Николай Лосский считал, что не только животные, но и растения, и более примитивные существа обладают душой. А философ и мистик Даниил Андреев писал, что за стихиями природы стоят существа, живущие своей, особенной жизнью - стихиали.

Однако сейчас мы не будем пытаться понять - "как там на самом деле", нас интересует то, что есть в мифе, о чем ведают сказки. А в сказках жизнь удивительно многообразна.

И особое очарование есть в мифических женственных существах, связанные со стихиями. Они присутствуют в мифах и сказках разных народов, но наиболее проработана данная тема в мифах Великой Греции, где эти существа отражены в обличье нимф.


Нимфы и русалки



В представлении древних греков нимфы (греч. "девы") - малые божества природы, ее живительных и плодоносных сил, олицетворяющие все движущееся и растущее, все дающее жизнь стихийным силам. Различали нимф морей, источников (океаниды, нереиды, наяды), озер и болот (лимнады), гор (орестиады), рощ (альсеиды), деревьев (дриады, гамадриады).

Иногда нимф имели долины и острова.

Художники эпохи Возрождения изображали нимф как прекрасных обнаженных девушек. Некоторые из нарисованных ими картин мы используем здесь для иллюстрации, однако предлагаем читателю все же делать скидку на то, что таково видение художников. Было бы самонадеянно думать, что мы знаем, как выглядят нимфы на самом деле, да и само их существование "на самом деле" правомерно лишь в контексте того, что сказано выше о мифе.



Мы останавливаемся на нимфах так подробно лишь потому, что в сказках практически всех народов встречаются существа подобные (у славян - это русалки, водяницы, вилии и т.п.)

Прекрасные нимфы оставили весьма значительный след в греческой мифологии. Многие стали супругами олимпийских богов (самая известная - жена Посейдона Амфитрита), иные поднялись на небо как Плеяды, некоторые осчастливили своей любовью смертных.

Существует легенда, которой связана с похищением Гиласа. Этот юный спутник Геракла, сопровождавший его в путешествиях, отправился за водой во время стоянки на острове Кеос. Там его пленили нимфы, очарованные его красотой.



Гилас и нимфы

Отношение нимф к человеку в целом доброжелательно - порой эта доброжелательность может быть несколько навязчивой, как в предыдущем случае. Но вреда нимфы людям не приносят. Конечно, они остаются своенравными и несколько капризными. Нимфа может наказать человека, если тот отвергает ее любовь или дружбу. С такими людьми начинают случаться неприятности и несчастья. Однако эти являения представляют скорее исключение.

Главными нимфами традиционно считались водные - по некоторым данным само слово "нимфа" означает "источник". Водные нимфы – нечто существенно большее, чем русалки.

Нимфы рек и небольших источников назывались наядами – они сообщали плодородие окружающей их земле, помогали вырастить хороший урожай. Поэтому в древности у греков был обычай оставлять им подарки, - а иногда еду. Греки насчитывали около 3 тысяч наяд, считая их дочерьми Зевса.


Наяда

Наяды не любят, когда на их реке устраивают плотины. В стоячей воде жить они не способны, и могут или погибнуть, или покинуть реку. В другом случае они начинают бороться за свое место обитания.

В стоячей воде озер и болот, согласно верояниям греков, жили лимнады.

Дриады были связаны с деревьями. Как правило, не со всеми, а лишь с необычными, крупными или одиноко растущими.

Различали два вида дриад – меньшие из них (гамадриады) зависели от дерева, в котором жили, и погибали вместе с деревом. Другие могли потом переселяться в новые деревья.






вверху - так художнику увиделась дриада; внизу - водопад среди деревьев

Обитателями морей считались нереиды - дочери царя Нерея. С ними делили морские пространства океаниды - дочери титана Океана.



Морская нимфа

Впрочем, рассказать о нимфах подробно и дать им полную классификацию в рамках нашей статьи невозможно. Тем, кого данная тема заинтересует, я могу порекомендовать сайт, посвященный древнегреческой мифологии и нимфам в частности.

В славянской мифологии нимфам соответствуют такие существа как русалки, водяницы, берегини, вилии.

Впрочем, у славян было к этим существам двойственное отношение, то есть с одной стороны, признавалось, что это существа дружественные и полезные, а с другой, полного доверия к ним не было, говорилось об их опасности, способности причинить человеку вред.



С русалками связано огромное множество суеверий. Отчасти, это наверное, могло отражать их неодзночачную природу, а отчасти говорит о влиянии христианства, стремившемся представить языческую мифологию в негативном ключе.

Так, большинство водяниц, согласно поверьям, происходят от утопленниц или несчастных девушек, проклятых своими родителями; часть их вышла замуж за водяных, значительное же количество живут девицами, плещутся на поверхности вод, садятся на мельничные колеса, откуда с криками и хохотом ныряют в воду и делают всякого рода проказы. Они обладают вечною юностью, некоторые даже остаются вечно в семилетнем возрасте; на вид они полудевицы и полурыбы.

Выставляя из вод свои прекрасные головы, белоснежные плечи и груди, они поют чарующие песни и манят к себе неосторожных юношей. Иногда они появляются под видом белых лебедей и златоперых рыбок.

Впрочем, считалось, что у многих русалок есть не хвост, а ноги, такие же, как у людей. В последнем случае каких-то существенных отличий от человека у русалок не было.

Встреча с русалкой обещала несметные богатства или оборачивалась несчастьем. Русалок следовало опасаться девушкам, а также детям. Считалось, что русалки могли увести ребенка в свой хоровод, защекотать или затанцевать до смерти. Поэтому во время Русальной недели детям и девушкам категорически запрещалось выходить в поле или на луг. Если во время Русальной недели (неделя после Троицы уже во время христианства) погибали или умирали дети, то говорили, что их забрали к себе русалки.

По преданию, во время Русальной недели русалок можно было увидеть вблизи рек, на цветущих полях, в рощах и, конечно же, на перекрестках дорог и на кладбищах. Рассказывали, что, во время танцев русалки исполняют обряд, связанный с защитой посевов. Они могли и наказать тех, кто пытался работать в праздник: вытоптать проросшие колосья, наслать неурожай, ливни, бури или засуху.




Джим Уоррен. Портрет матери и дочери

Особую, красивую и дрматическую тему составляет любовь русалки и человека. К этой теме обращены сказания разных народов. На Руси считалось, что такая любовь возможна (по крайней мере, для тех русалок, которые обладали ногами). В преданиях отмечены случаи, когда русалки крестились и через обряд крещения становились людьми. При этом они могли выходить замуж за человека, и даже венчаться.

Однако чаще такая любовь оказывается трагической. Самая известная сказка на эту тему - "Русалочка" Андерсена. И даже когда между двумя влюбленными есть взаимность и полное понимание, причиной драмы может стать неприятие окружающих людей.

Близкая тема - противостояние сказочных существ - и техногенного мира. Эта тема красива представлена в художественном фильме "Всплеск", где рассказывается о любви молодого человека к русалке и постоянной борьбы этой пары с учеными, которые хотели поймать русалку для исследований.

В подобном противостоянии с научным, техническим миром оказываются не только русалки. Существует точка зрения, что в древности, когда человек не так довлел над природой и не был столь широко распространен на Земле, попасть в параллельные миры было легче. Двери были открыты в обе стороны, и поэтому многие в те времена видели волшебных существ. Со временем, с распространением христианства (которое к сожалению, в большинстве случаев относилось к волшебным существам негативно и видело в них демонические силы) проходы между мирами стали закрываться. За последние 3 столетия с развитием техники и началом жестокой эксплуатацией природы человеком большинство таких дверей закрылось навсегда.

Однако это не значит, что в нашем мире совсем не осталось место для сказки. Человек чистый душой и настроенный к сказочным существам доброжелательно сумеет найти в их мир тропку, если будет того сильно желать...

2009


P.S. При подготовке этой статьи у меня накопилось большое количество материала, который не удалось вместить в работу, но который все же может быть интересен.

Поэтому рекомендую скачать в архивах:

Дуб Лукоморский (не знаю, где именно находится этот необычный дуб, в коре которого кем-то вырезаны узоры зверей и птиц. Одна из его фотографий украшает 3 страницу этой статьи, в самом внизу). Создается ощущение сказки, путешествия в необычный мир. Архив zip, 12 фотографий, общий вес 848 кБ.


Картины художника Джима Уоррена. Романтичные, нежные, с яркими красками, с большим количеством воды и зелени, а природа оживает самым неожиданным образом. Одна из этих картин - с двумя русалочками, матерью и дочкой, представлена на этой странице. Архив zip, 32 картины, 9,6 Мб.

Картины с изображениями нимф и русалок. Некоторые из них использованы для оформления этой страницы. В основном, художники второй половины 19 века. Герберт Драйпер, Джон Уотерхауз, Эвелин де Морган и другие. Очень красивые картины, нежные и слегка эротичные. Всего 25 картин, 2,3 Мб.

Сообщение отредактировал Иоанн - 28.6.2009, 15:52

Иван, спасибо за прекрасную статью!

Собственно, все сказанное в ней логично вытекает из "Розы Мира". Волшебная сказка -- один из способов передачи мифа, а миф -- это отражение инореального в человеческом сознании. Ты еще упомянул Юнга, связав миф с коллективным бессознательным (то есть с общим психическим опытом человечества). Так вот, говоря словами Юнга, миф уже "впечатан" в нас, и наша душа несет в себе знание о духовной Вселенной.

Именно поэтому Юнг, следом за буддийскими и христианскими мистиками, находил Бога в самом человеке... Знание о Боге уже априорно присутствует в нас (Юнг называет это архетипом "самости" -- здесь "самость" понимается как "целостность", отсутствие внутренней разорванности, интегрированность всех душевных компонент в единое).

Вызывает сомнения, пожалуй, лишь этот фрагмент:



Во-первых, "проходы" открывались и закрывались на всем протяжении истории человечества. Уходили в прошлое культуры, забывались боги. (В "Розе Мира" метакультура завершала земной путь и продолжала свою жизнь уже вне Энрофа, в затомисах).

Во-вторых, техника как таковая ни при чем. Техникой человечество пользовалось всю свою историю, другое дело, что такого мощного развития и усложнения, как сейчас, она еще не получала. Но опять же, дело не в ней, а в человеке. То, что техника враждебна природе -- всего лишь последствия позиции самого человека, относящегося к миру утилитарно. Просто технический путь оказался легче на данном этапе истории. Но таким же успехом можно развить магические способности для утилитарных целей, и такая магия тоже будет враждебна живой природе. Даже понимание законов природы и использование чисто биологических рычагов воздействия можно обратить во вред ("Улитку на склоне" не читал? Вот там хороший пример).

Как мы уже говорили, миф развивается, живет. Лукоморье Пушкина отличается от народных сказок, которыми он вдохновлялася. И сейчас миф (и стоящая за ним реальность) другой, чем двести лет назад. Я даже допускаю присутствие в нем "техногенной" компоненты Крапивин, который, к сожалению, в твоей статье не был назван -- а я считаю его лучшим из сказочников современной России, -- не боялся "техногенной" стороны. В одной его повести мальчишка превращается в самолет и летает по мирам иных измерений... В другой -- живой кристалл, по сути, компьютер с живым мальчишеским характером, становится звездой... Появление таких образов говорит о каких-то изменениях внутри самого мифа. Конечно, смысл этих изменений может понять только человек с мистическим даром, подобным Даниилу Андрееву, но то, что эти образы есть и они воспринимаются живыми, им сопереживаешь, говорит, что и в нашей "техногенной" среде дверь в сказку отнюдь не закрыта. Мы просто привыкли обращаться к надежному и проверенному прошлому, а настоящему доверяем не очень... Но живем мы именно в настоящем, и дверцу в сказку надо искать здесь и сейчас. Так что желаю всем нашим современникам удачных поисков!

Я под мифом слонен понимать способ восприятия внешнего и внутреннего мира, некий угол зрения, матрица, пространство смыслов. Способ мировосприятия, мироощущения. С данной цитатой это коррелирует, однако уважаемый Лосев в целом придавал мифу более объективное содержания, смешивая его с иномирной реальностью. Имхо, она-то как раз не миф и применять к ней этот термин не стоит.
Думаю, РМ тесно связана с изменением общечеловеческого мифа. Миф=картина мира, вот.

Привет, Ольга и Андрей!



Спасибо за быстрый отклик - который не может не радовать .

прежде чем отвечать по тексту, замечу, что статья ориентирована на широкого читателя, который не знаком с "Розой мира" Даниила Андреева, не говоря уже о каких-либо философских определениях мифа.

Кроме того, статья больше ориентирована на подсознание, именно поэтому в ней большое число и иллюстраций и, в общем-то, лучше ее читать на моем сайте, где она скомпонована определенным образом. Хотя я выложил ее здесь целиком, по просьбе Максима и для удобства ведения дискуссии.



Таково восприятие Даниила Андреева, и я с ним в целом солидарен.

Хотя мое отношение к сказке в широком смысле сформировано задолго до Даниила Андреева сказками Пушкина, Андерсена, Александра Волкова (серия из шести книг, начиная с перевода "Волшебника изумрудного города"), Киром Булычевом, большим количеством сказок типа "Там на неведомых дорожках", которые снимали советские кинорежиссеры, и многим другим, заканчивая Толкиеном и Михаэелем Энде, которого я выделил в статье не случайно и которого действительно ценю очень высоко.

Андреев как мистик утверждает, что видел саму иную реальность.

Я в данной статье касаюсь этого минимально, и моя позиция вообще говоря заключается в том, что лучше изучать мифы, и даже не изучать - не очень хорошее слово, - а погружаться в них, становясь их частью. Тогда, на том конце этого процесса, мы сами соприкоснемся с иной реальностью и сможем судить о ней.

(есть, конечно, и немало других способов приближения к иной реальности, но в данной статье речь об этом)



Андрей, существует ведь множество определений - хороших и разных.

Я полагаю, что одно из лучших определений дал сам Даниил:

привожу его ниже:

так как традиционное употребление слова «миф» не совпадает с тем значением, которое вкладывается в него здесь, приходится тщательно разъяснить, какое понятие мною в это слово вложено.

Когда мы говорим о строго координированной системе идейно насыщенных образов, воплощающих какое-либо многообъемлющее интернациональное учение и нашедших свое выражение в преданиях и культе, в теософемах и философемах, в памятниках словесности и в изобразительном искусстве и, наконец, в кодексе нравственности, – мы говорим о мифах великих международных религий. Таких мифов существует четыре: индуистский, буддийский, христианский и магометанский.

Когда мы говорим о строго координированной системе идейно насыщенных образов, определяющих отношение к Энрофу, к трансфизическим и духовным мирам со стороны одного какого-нибудь сверхнарода, о системе, отлившейся в определенную религию и игравшую в истории данного сверхнарода весьма значительную роль, но почти не распространившуюся за его пределы, – мы говорим о национальных религиозных мифах отдельных сверхнародов. Таковы мифы египетский, древнеиранский, еврейский, древнегерманский, галльский, ацтекский, инкский, японский и некоторые другие.

Когда мы имеем в виду мир образов, столь же идейно насыщенных и тоже, быть может, связанных, хотя и не так тесно, с идеями религиозного и нравственного порядка, но не сложившихся в стройную систему и отражающих ряд общих нравственных, трансфизических, метаисторических или вселенских истин в связи именно с данностью и долженствованием вот этой культуры, – мы имеем перед собой общие мифы сверхнародов. Таковы мифы юго-западного – романо-католического сверхнарода, сверхнарода северо-западного – германо-протестантского, сверхнарода российского.

И, наконец, последняя, четвертая группа – общие мифы национальные, это – мифы отдельных народностей, входящих в состав сверхнарода, но внутри себя создающих, в дополнение к общему сверхнародному мифу, свой частный, очень локальный, ни в какую строгую систему, ни в какую религию не отлившийся вариант. В качестве примеров можно было бы привести языческие мифы славянских племен, финских племен, тюркских племен, а также мифы некоторых обособленных и отстающих племен Индии. В сущности, в зачаточном состоянии мифы народностей обнаруживаются у весьма многих этнических образований, но ярко выраженную физиономию приобретают они редко.

Ни к каким другим явлениям в истории культуры мы применять слово миф не будем.

Таким образом, три последние группы мифов относятся к специфике отдельных культур. Первая же группа – мифы международных религий – мистически связана (за исключением одного) с такими слоями Шаданакара, которые лежат уже выше его сегментарных членений, называемых метакультурами.

Мне кажется, что понятие мифов национально-религиозных воспринимается без труда. Общим же мифам сверхнародов следует дать, для ясности, пару дополнительных определений.

Определение индуктивное. Общий миф сверхнарода есть сумма его представлений о трансфизическом космосе, об участии в нем данной культуры и каждого входящего в эту культуру Я[33] – представлений, которые этой культурой вырабатываются, отливаясь в формы цикла религиозно-философских идей, цикла художественных образов, цикла социально-этических понятий, цикла государственно-политических установлений и, наконец, цикла общенародных жизненных норм, осуществляющихся в обряде, в повседневном укладе быта, в обычае.

Определение дедуктивное. Общий миф сверхнарода есть осознание сверхнародом в лице его наиболее творческих представителей некоей второй реальности, над ним надстоящей, в которую он сам входит частью своего существа, и в которой таятся руководство его становлением и корни его судьбы, – осознание, замутненное посторонними, из неупорядоченной человеческой природы возникающими примесями.

Эту вторую реальность, служащую объектом трансфизического и метаисторического, художественного и философского постижения, можно условно обозначить термином трансмиф.


Это достаточно выверенное и точное определение, но у него один недостаток - оно немного длинное и сложное.

Более простого определения Андреев, к сожалению, не оставил.

Еще мне нравится статья Дениса Наблюдателя о русском мифе, где он тоже достаточно неплохо разобрал эту тему, и в целом я с Денисом солидарен.

добавить что-то существенное к Андрееву и к Наблюдателю я едва ли смогу.

Вообще же, мне кажется, у таких вещех как миф нет в принципе одного единственного определения.
Миф - не биссектриса или гипотенуза.

Верно то, что написал Андреев.

Верно то, что написал Лосев.

Верно то, что написал брат орм.

но понять миф можно только тогда, когда мы в него вживемся, а не когда мы дадим то или иное определение.

Вот что кажется мне важным.



Насколько я слышал (и немного читал), у Юнга присутствует понятие архетипов, то есть устойчивых структур коллективного бессознательного.
В этих архетипах (они у него тоже подразделяются на народные и общечеловеческие) легко угадываются знакомые нам персонажи мифов.
С другой стороны, если посмотреть под другим углом, то можно найти в этих архетипах метаисторические иерархии - Соборную душу, демиурга, уицраора.
Миф вообще отражает на каком-то простейшем уровне метаисторические коллизии, и в той же сказки о похищении Кащеем Василисы Прекрасной угадывается пленение Соборной души.
(всему этому я хотел в свое время посвятить статью, но потом оставил эти замыслы в виду неоднозначности трактовок и зыбкости материала)...

Мне кажется, Юнг перебрасывает мост от религии к психологии, с одной стороны, и от мета-реальности к мифологии, с другой.
Этими двумя мостами глупо не воспользоваться. Наверное поэтому среди исследователей Даниила Андреева к Юнгу обращаются часто. На Конференции, посвященной 100-летию Даниила, Юнга упоминали чытережды разные докладчики (одним из них был я ) Я даже удивился, что к этой теме обращаются часто.

Если, Ольга, хочешь немного подробнее можешь посмотреть мою статью введение в метаисторию - если, конечно, ее еще не читала.

И безусловный интерес представляет Юнг с точки зрения популяризации Даниила Андреева, хотя опять-таки замечу, что моя статья к этому не сводится.



Ну, здесь, наверное, с Юнгом надо уже спорить. Однако я и не солидаризуюсь с ним полностью, у него есть интересные вещи, и есть, наверняка, вещи сомнительные. По некоторым вопросам у него трактовки неотчетливые.





Я ведь написал, что существует такая точка зрения - а не что я так считаю
оставил для себя лазейку, учитывая, что кто-нибудь... дотошный и въедливый может подкопаться.

опять-таки отмечу, что статья писалась на широкого читателя, а если бы она писалась для розамирического читателя, то я бы перефразировал эту фразу так:

Переходы между энрофом и некоторыми другими слоями - в первую очередь, стихиальными, осуществлялись легче, пока человек сохранял единство с природой и доверял ей. В те времена у большего числа людей было ощущение присутствия стихиалей, что отражалось в древних культах (у греков и римлян был своеобразный культ, который весьма похож на культ стихиалей, описываемый Андреевым). Со временем, к сожалению, это ощущение утратилось - что отчасти связано с распространением христианства, негативно относившегося к таким проявлениям, видевшим в них язычество, а отчасти - с распространением техники.



Ольга, я тебя понимаю, но мне довольно сложно судить, вредна ли техника как таковая или только ее применение в неумелых руках. Однако техника развивалась во многом благодаря тому, что в 16-18 веках возобладал утилитарный, потребительский угол зрения по отношению к природе.

Бензопилой можно спилить больше деревьев, чем железным топором.
Комбайном - выкосить больше сена, чем косой (и ничего, что в него попадают мелкие зверьки...)
След от машины на лужайке остается 5-7 лет, а от тележки заростает за неделю.
Бетонные плотины удерживают больше воды и дают более мощный напор, чем деревянные, но губят реки.
Зверей не истребляли поголовно, пока не изобрели порох и вместо луков не появились ружья.
Промысел китов существовал с древности, но истребили их только в 20 веке благодаря быстроходным судам и автоматическому гарпуну.

Можно привести еще немало подобных печальных примеров.
Для меня очень сложно отделить технику от такого воздействия на природу...
Мне кажется, что стихиали нашу технику, мягко говоря, не долюбливают. У Толкиена описывается эпизод, где Гимли разговаривает с энтом, и последний весьма неодобрительно смотрит на его топор.
Мне что-то сложно представить, чтобы стихиаль дерева смотрела одобрительно на бензопилу, а лиурна - на бетонную плотину.

При всей их любви к людям.

А то, что у самолета, на котором долго летал хороший человек, может появиться душа, или то, что компьютер проникает в миф - я лично ничего не имею против этого - хотя это другое.
В сказке "там на неведомых дорожках" мальчик Митя учит Василису кататься на велосипеде - что же плохого?
У меня в "Острове Буяне", возможно помнишь, Емеля просит у Щуки трактор себе на огород.
Элементы технику могут проникать в миф, он ведь тоже развивается и живет.

Сообщение отредактировал Иоанн - 29.6.2009, 14:54

Ну вот странно. Тема сползает вниз.

Между тем мифы - это на мой взгляд, касается практически каждого.

Отчасти, наверное, виноват я, так как обозначил статью, как не розамирическую , а общую.

Но тем не менее, хотя она и общая, есть вещи, которые было бы обсудить интересно.

Например:

- соотношение мифа и религии. Дополняют ли они друг друга или конкурируют, враждуют? и в каком соотношении находятся?
Религия претендует на то, что знает находящееся по ту сторону, иную реальность.
Миф является лишь отображением ее.
Но не претендуя на многое, миф оказывается живее и динамичнее.
Религиозные истины отливаются в жесткие формы - догматы, и если они оказываются не подкрепляемы новым религиозным откровением, закостеневают в течение достаточно быстрого времени.
О мифе того же сказать нельзя - будучи поддерживаем художественным творчеством большого числа людей, он живет и развивается постоянно.

(в контексте последнего интересно и поговорить о том, как же переспективнее развивать Розу мира - в религиозном или мифологическом ключах!).

Вторая интересная тема:

о действительной возможности существования проходов между мирами.

Когда готовил фрагмент о русалках и нимфах, я удивился, сколько в историческом ключе были свидетельств встреч с ними.
Конечно, степень надежности здесь примерно такая же, как в случае встреч с НЛО, но списать полностью данный феномен на глюки и алкогольное опьянение не получается - слишком много фактов.

ну и кроме русалок, видели еще много кого.

Само по себе тема - художественное восприятия мифа - в картинах, фильмах, музыкальных произведениях и т.п.
Какой жанр лучше, какой предпочтительнее? или все они дополняют друг друга?

Именно так



Просто сам вопрос сложный. Постараюсь по мере сил участвовать. Но вот например начаю читать твою повесть и никак не могу начать

А это не одно и то же?


По мере приближения РМ, границы Энрофа будут только утончаться, в первую очередь с высшими мирами

Открыл личный раздел "Там, на неведомых тропинках..." на ВС, напрямую связанный с вопросами мифа ( http://www.forum.rozamira.ws/viewforum.php?f=59 ). Хотелось бы попробовать инициировать ассоциативно-русский язык ( http://www.forum.rozamira.ws/viewtopic.php?t=2445 ). Приглашаю всех принять участие, особенно Ивана и Ольгу.
А по результатам поездки в Новгород возникло ощущение, что город в свои домосковские времена был посвящен Звенте-Свентане. В том же разделе статья о моих ощущениях и фотографии.

С http://www.forum.rozamira.ws/viewtopic.php?t=2445 :

Вот именно, что имхо, на повестке дня не просто любые обращения, а именно два вышеозначенных - Восток и Древняя Русь, что обусловлено следующим:
Современный русский литературный язык (РЛЯ) экстравертен и ориентирован на Западную Европу и в меньшей степени - романский мир.

Думаю, центральная нить в следующем:
брат орм писал(а):
Цепочка: пробуждение сознания - изменение языкового сознания - локальное преображение разговорного языка - появление преображенного литературного языка - проникновение его в разговорный большинства - изменение основного литературного.
В какую сторону возможно такое преображение языка?

На повестке дня назревает вопрос нового русского языка. Можно назвать его АРЯ (ассоциативно-русский язык), ОРЯ (образно-русский язык) или ТРЯ (теургический русский язык, привет Лису! ). Пусть будет АРЯ.
Какие в нем будут сущностные тенденции:
повышенная мелодичность (например, полногласие)
ассоциативность (образность) слов

При этом важен опыт Профессора (Дж.Р.Толкина), эльфийский язык которого, имхо, является приближением к языку синклита мира. АРЯ не может быть калькой с него, поскольку она отзвук языка российского синклита, но отдельные каркасные конструкции заслуживают пристального внимания, в первую очередь языковой строй.
Тем более, это как раз попытка воплощения выше приведенной ЦЕПОЧКИ. И относительные успехи эльфийского в мировом масштабе (хотя и в рамках европейско-христианского пространства, к сожалению) кое-что да значат.

Это иногда пересекается - но все-таки не одно и тоже.

Собственно, я первый вопрос и задавал:



На мой взгляд, религия трактует прямо, миф - иносказательно. Религия претендует на видение иного мира, миф на него намекает...

впрочем, возможны и другие версии.



О, Андрей!

Это ты хорошо сказал.

Но это прямо противоречит той тенденции, которая продолжается весь 20 век и по сегодняшний день включительно - к утолщению границ Энрофа.
(А если он и становится тоньше по отношению к чему-либо иномирному - то это скорее к игвам, а не к стихиальным мирам!)
Достаточно взять статистику по росту городов, изменению соотношения городского и сельского населения, чтобы понять это...

Так что тенденцию надо изменить в корне.

более того, я сказал бы еще резче - если эту тенденцию изменить не удастся, а границы энрофа снова сделать хотя бы такими же прозрачными, как в древности, - если не удастся приблизить мир мифа, сказки, то скорее всего из затеи с Розой Мира ничего не получится!

* * *



Да, спасибо. Разделы видел и начал в них отвечать еще до того, как прочитал твое приглашение здесь.

На последний пост, наверное, отвечу там же.

один из взглядов, +


зато отскок легче получится



Это не только я так думаю. Федор, например, солидарен




абсолютно согласен. Что возникла РМ, нужно чтобы множество сердец хотя бы как-то восприняли рождение Девы в затомисе

По поводу границ Энрофа я здесь тоже примерно так же думаю (то есть - что она стала прозрачной именно что "снизу", а не "сверху"). О чём говрит в том чиле и то, как легко и быстро сейчас развилось такое явление, как так называемая "рок-музыка". Явно созданная представителями шрастров и просто транслируемая оттуда для некоторых особенно восприимчивых к этому людей в нашем мире. А по поводу всего остального (в этой статье) я обязательно выскажусь, как только прочитаю до конца эту совершенно замечательную и чудесную статью (которая мне уже с самого начала очень и очень понравилась).

Сообщение отредактировал Vladek - 23.7.2009, 3:35