Люди-феномены, которые отказались от пищи (заметка)

Добрый день, друзья!

Спасибо, что поделились своим ценным жизненным опытом в отношении вегетарианства.

С обсуждаемой темой тесно связана и другая – существование людей-феноменов, отказавшихся от приёма пищи совсем. Хочу представить вашему вниманию обзор этого поразительного явления.

Можно привести ряд цитат из «Розы Мира», где автор указывает, что питание и размножение – две наиболее демонизированных функции биологических организмов Энрофа. Гетеротрофное питание, т.е. существование за счёт пожирания других живых организмов – не только животных, но и растений – с этической позиции неприемлемо.

Питание, или, как более чётко формулирует Д.Андреев, «восполнение убыли жизненных сил», должно осуществляться непосредственным впиванием энергетического излучения. В земном Энрофе таким наиболее очевидным энергетическим источником является солнечное излучение, а очевидным реальным примером такой функции питания – растения с их процессом фотосинтеза.

В современном нам человечестве зафиксирован ряд феноменов, указывающих на потенциал человека в этой области. Лично у меня представленные ниже свидетельства вызывают доверие, отчего я и осмеливаюсь привлечь к ним ваше внимание.

Заодно обращусь к Максиму: у меня давно зреет мысль, что на сайте имеет смысл создать раздел под примерным названием «Люди-феномены», где собирать обзоры на основе критически профильтрованных и заслуживающих доверия свидетельств о людях с феноменальными способностями. Цель и ценность такого раздела, наверное, очевидна – реальные, а не мифические, примеры способностей, потенциально присутствующих у каждого из нас, будут давать нам веру и стимул практически двигаться к овладению этим потенциалом.

Уже сейчас имеются убедительные свидетельства об обладателях раскрытой глубинной памяти, вычислительных сверхспособностей и абсолютной памяти, рентгеновского и кожного зрения, телекинеза, посмертной нетленности, о телесных проявлениях типа «железной рубашки», многими из нас воочию виденной в показательных выступлениях китайского цигун и индийских факиров. На очереди телепатия, телепортация, левитация и ряд других скрытых психических способностей человека. Мой обзор «солнцеедов» можно рассматривать как пилотный для этого раздела.

При поиске материалов оказалось, что имеются сведения о целом ряде людей, живущих на различных промежуточных режимах питания, использующих водно-бульонное питание и длительно смотрящих на солнце (http://anomalia.kulichki.ru/text8/876.htm). Но ниже я сообщаю только о самых выдающихся примерах.

Итак, в этот обзор включены 4 женщины и 1 мужчина:

1) Станислава Монствилене – наша современница из Литвы. С возраста 51 года (1999 год) она не ест ничего, кроме обыкновенного грунтового песка. Потребляет 30 кг песка в неделю. ”Для меня песок, как шоколад, а камешки в нем, как ягоды,” — уверяет она, поглощая странное снадобье многими килограммами.

Мне трудно было бы поверить, если бы я не видел это своими глазами в одной из отечественных телепередач, посвящённой тематике феноменальных людей. Шокирующе смотрелось, как женщина набирает из ямы песок, и потом начинает его с удовольствием поглощать столовой ложкой, выбирая из него попадающиеся травяные корешки.

2) Зинаида Баранова – наша современница и соотечественница из Краснодара. С возраста 64 лет (2000 год) она абсолютно не употребляет ни пищу, ни питьё. Её вес стабилен и равен 73 кг, ведёт активный образ жизни.

3) Пралад Джани – наш современник из Индии, йог. На 2003 год ему было 76 лет, из них 68 он прожил без какой-либо пищи и воды.

4) Тереза Нойманн (1898-1962) – знаменитая стигматичка из Германии. 36 лет своей жизни Тереза провела без еды и питья. Её стабильный вес составлял 55 кг. Каждую неделю с полуночи в четверг и до полудня в пятницу открывались и кровоточили стигматы – при этом она теряла 2-3 кг, однако за неделю вес полностью восстанавливался.

5) Гири Бала (1868-?) – индийская йогиня. Описана Парамахансой Йоганандой. Он посетил её в 1936 году. На тот момент ей было 68 лет и она ничего не ела и не пила уже в течение 56 лет.



Станислава Монствилене

http://www.trud.ru/issue/article.php?id=200007191320804
«ПЕСОЧКУ ХОЧЕТСЯ...
ЖИТЕЛЬНИЦА ЛИТОВСКОЙ ДЕРЕВНИ ИЗ ВСЕХ ЯСТВ ПРЕДПОЧИТАЕТ ЭТОТ СЫПУЧИЙ ПРОДУКТ»

Это можно было бы принять за бред или глупую шутку, если бы это не было правдой.
Жительница деревни Гомаляй Тельшяйского района Станислава Монствилене питается песком.
Не ищите подвоха — не сахарным, не каким-то особым питательным, а обыкновенным, набранным в ведро из ямы под окном. Любым… Когда она берет в рот желтую горсть ”песочка”, — смотреть на нее просто страшновато.

— Мы с отцом поначалу запрещали маме есть песок, а потом решили, что если это надо, пусть ест, — сказал ее 26-летний сын Станисловас журналистам газеты ”Летувос ритас”, которые и нашли в отдаленной деревушке эту необычную женщину. — Но смотреть, как она это делает, я не могу. Однажды мы пилили дрова, а она все время жевала. Мне стало плохо, я попросил маму отойти в сторону.

Феномен заинтересовал медиков, но почему-то не настолько, чтобы подвергнуть женщину обследованию. Может, потому, что сама она ни на что не жалуется. Скорее даже наоборот — радуется. Ведь после того, как стала употреблять в пищу это несъедобное вещество, здоровье пошло на поправку. Раньше чувствовала себя гораздо хуже.

Сейчас женщине 52 года, а тягу к песку она почувствовала лишь в августе прошлого года. Проезжала однажды с мужем мимо песчаного карьера и почувствовала неодолимое стремление поесть песка, призналась она, и с тех пор и началось.

Сейчас Станислава не ест ничего, кроме песка. И это ее странное пристрастие подтверждает, например, главный врач Варняйского центра первичного ухода за здоровьем терапевт Саулюс Кузавас. Женщина была у него на приеме, жаловалась на депрессию. Рассказала о желании потреблять песок.

— Это меня ничуть не удивило, — говорит врач. — Могу только посочувствовать. Меня удивляет главным образом то, что женщина еще не подхватила какую-нибудь болезнь, ведь в ее организм постоянно попадают инородные тела…
А опытный терапевт этого центра Лилиана Вайшвилене, наблюдающая Станиславу с детства, и вовсе считает нормальным желание пациентки есть песок.

— Видимо, этого требует ее организм. Сколько людей — столько пристрастий. Не каждый съест креветку, улитку, устрицу или еще какую-нибудь живность. Может, попробуй мы песок — и нам бы понравилось? Человек ведь не знает всех своих особенностей.

А вот руководитель гастроэнтерологической клиники Вильнюсского университета профессор Альгимантас Ирнюс решительно не верит, что С.Монствилене питается только песком:
— В песке есть минералы, но других питательных веществ, нужных организму, — белков, жиров и углеводов, — нет. Без жиров еще можно обойтись, но не без белков и углеводов… Это мистификация.

Известно, что люди порой едят мел, известь, глину, землю, средства для подкрахмаливания белья. Но — в дополнение к обычной пище. Это связано либо с нарушением баланса минералов в организме, либо с малокровием, гормональными изменениями. Нередко такая тяга возникает у беременных.

Пристрастие людей к поеданию несъедобных вроде бы веществ описано в специальной литературе, оно называется ”пикацизмом”. Невероятно в литовском случае другое: профессору А.Ирнюсу (да и не только ему) неизвестно, чтобы человек питался одним песком...

— На одном песке человек может протянуть столько же, сколько и при голодании, — сказал ”Летувос ритасу” заведующий отделением реанимации и интенсивной терапии вильнюсской университетской больницы Гинтаутас Кекштас.

Между тем Станислава, как она утверждает, ест только песок. 30 килограммов в неделю. Поначалу употребляла его только в качестве ”пищевой добавки”, а потом и полностью перешла на странную ”еду”. Причем, как сообщила женщина журналистам, обычную пищу ее организм всю жизнь воспринимал не очень хорошо, а вот теперь все наладилось.

Все же поначалу эту верующую женщину тревожило: не грешит ли она таким образом? Обратилась за разъяснением к местному священнику.
— Я сказал, что в нашей вере никаких запретов по этому поводу не существует, — говорит настоятель Антанас Юргайтис. — Песок нужен гусятам, цыплятам, поросятам. Может, и некоторым людям тоже?
Посоветовал вполне земное: чтобы она песок промывала и прокаливала, так как в нем могут быть нежелательные микроорганизмы…

Юрий Строганов, соб. корр. ”Труда”.
Газета «Труд» №132 за 19.07.2000

Возврат к заглавию


Зинаида Баранова
http://sunson2005.narod.ru/Z-Baranowa.html (там же представлены все ссылки на авторство материалов)


Зинаида Григорьевна Баранова в прошлом работала инженером-технологом масложировой промышленности в Свердловске, потом переехала в Краснодар. Родилась она в самый расцвет советского периода, была убеждённой материалисткой, состояла в КПСС и занимала должность секретаря первичной партийной организации в одном из научно-исследовательских институтов.

Вышла замуж, родила дочь и сына. Случилось так, что в 1980 году её восемнадцатилетний сын погиб. После этого события Зинаида Григорьевна долго находилась в тяжелой депрессии, общее состояние её ухудшилось: возникли глубокие расстройства сердечно-сосудистой системы, патологические изменения в костно-суставном аппарате и в некоторых других органах. Она получила вторую группу инвалидности по целому букету заболеваний. Зинаида Григорьевна пыталась вылечиться; когда осознала полную несостоятельность медикаментозного лечения, решила своими силами поправить здоровье, кардинально изменив свою жизнь.

В 1990 году она начала искать нетрадиционные методы исцеления и тут же применяла их на практике. Она проводила чистку организма по Малахову и Семеновой, воплощала в жизнь «Детку» Порфирия Иванова (хождение босиком круглый год, холодные обливания, воздержание от пищи и т.д.). В 1993 году Зинаида Григорьевна отказалась от мяса и рыбы.

С течением времени практически все телесные недуги исчезли.

Параллельно с оздоровительными мероприятиями она проводила духовную работу над собой: не менее семи раз читала и осмысливала Евангелие, пытаясь вникнуть в понятие «Бог», читала «Агни-Йогу», «Основы миропонимания Новой Эпохи» Клизовского и другую духовную литературу.

Позже из города она переехала в сельскую местность, в предгорье Кавказа. Занималась там выращиванием растений, ухаживала за цветами, тесно общалась с Природой. Все виды работ на своём приусадебном участке Зинаида Григорьевна выполняла с огромной любовью к матушке Природе, буквально сливаясь с ней душой и телом. Ела она только растительную пищу. Все это, в определенной мере, дало оздоровление её организму. Потом она начала помогать людям, донося до них испытанную оздоровительную практику. Так начался этап её служения.

В 1997 году ей Свыше - внутренним голосом - было предложено перейти на водно-бульонный режим питания. В течение сорока дней Зинаида Григорьевна принимала чай с медом, соевое молоко, растительные бульоны. В течение первых двух недель вес синхронно уменьшался на полкилограмма в день (семь килограммов за две недели). В дальнейшем вес стабилизировался и держался в районе 70 килограммов. Упадка сил не было, но на коже в некоторых местах (в частности, на ягодицах и на грудных железах), в результате очистительных процессов появились нестерпимо зудящие корковые образования. Снять зуд помогли травяные ванны. Находясь в режиме водно-бульонного питания, Зинаида Баранова путешествовала по стране: на озеро Байкал, в Благовещенск, в Новосибирск, затем в Москву - всё это с полной туристической выкладкой.

Спустя сорок дней она вновь вернулась к вегетарианскому питанию, при этом вес её начал стремительно расти - к весне 2000 года он составил почти 90 килограммов.

В то же время - в марте 2000 года - ей пришла рекомендация Свыше попробовать существовать без еды. Она с радостью начала голодать.

Спустя две недели после начала голодания ей пришла рекомендация воздержаться от приема жидкости. С этого момента начались трудности, которые пришлось преодолевать усилием воли. В организме Зинаиды Григорьевны продолжился глубинный процесс очистки. Физически было очень трудно. Возникали судороги, внутреннее «трепыхание», вибрации. Перемещение в пространстве происходило преимущественно по горизонтали, по лестнице подниматься было практически невозможно. Временами становилось страшно. Примерно через месяц состояние нормализовалось.

"С тех пор мой организм обходится без пищи и жидкости. Это не «сухое» голодание - это мой образ жизни. Мой организм питается, но из других источников", - говорит Зинаида Баранова, - "Разве это голодание? Это не преодоление чувства голода, когда я хочу есть, но не ем. Я с удовольствием готовлю для гостей, не испытывая при этом желания попробовать пищу".

Сейчас её вес стабилен - 73 кг.

Она отмечает, что у неё нет упадка сил, у неё прекрасное настроение, она способна носить рюкзак объемом 65 литров в полной выкладке, словом, все как у обычного человека. Правда, когда идут процессы интенсивного преобразования, она должна 2-3 дня пребывать в физическом покое, поскольку в мышцах, суставах и костях что-то происходит, и любая нагрузка им противопоказана.

У Зинаиды Григорьевны недавно прекратилась менопауза, и начался нормальный менструальный цикл.

Выделительная система работает регулярно. Моча выделяется ежесуточно в количестве раза в 3 меньшем, чем у обычного человека. Цвет мочи темно-оранжевый. Кишечные выделения слизистой консистенции бывают очень редко.

Несмотря на то, что Зинаида Баранова - пенсионерка, у неё совершенно нет свободного времени - страшно напряженный график. Она говорит об этом так: "Если быть на служении Господу и людям, то это - постоянная работа, без выходных и праздников. Я езжу по разным городам, много выступаю, встречаюсь с разными людьми. Во время бодрствования я практически никогда не бываю одна. Много приходится работать с литературой. Недавно я начала изучать английский язык, потому что в ближайшем будущем предполагаются поездки в англоязычные страны".


1 декабря 2003 г.
Женщина, которая не ест

Вовсе не для укора окружающим, отнюдь не в целях экономии или от отсутствия продуктов Баранова Зинаида Григорьевна отказалась от еды и питья и уже два с половиной года подпитывается только духом святым, Солнцем, кислородом и ни чем более. Иными словами, перешла на энергетическое питание (о чем в дальнейшем я расскажу подробно). И, не смотря на все привычные нашему сознанию законы физики и биологии, не только не умирает и не падает в обморок, но еще и счастлива, поет песни и танцует в компании своих друзей.


И, что самое парадоксальное, совершенно не худеет, и самочувствие ее гораздо лучше нашего. Но что ее отличает при этом от обычного едящего человека - так это ослепительное свечение, от ее тела исходящее, и полное спокойствие на счет ”живота своего”.

Согласитесь, одним из самых важных и приятных событий для обычного человека является прием пищи, или, по крайней мере, чая, и заменить такое удовольствие не чем. Хотите верьте, хотите – нет, но Зиночка (как ее называют близкие люди), очень счастлива происшедшими с ней переменами.

Ей самой происходящие чудеса чудесами совсем и не кажутся – это мы, темные, про такие вещи не слыхивали, а Зинаида Григорьевна таких людей знает несколько тысяч, их называют Солнцеедами. На западе о таких людях знают, конференции с ними устраивают, и ученые-материалисты пытаются этот феномен прессингом взять. Но прессингом не удается, т.к. дело мистикой попахивает и взаимодействием с высшими сущностями.

Узнав о таком необычном человеке, у меня, точно так же, как и у вас, наверное, совершенно справедливо возникло здоровое, защитное чувство недоверия и предвкушения соприкосновения с невероятным тайнознанием. Я ехала на встречу и предполагала увидеть нечто – то ли мумию, то ли йога-мистика исхудавшего и потемневшего. Дальше моя фантазия не улетала.

И что же: мне на встречу выплыла очень доброжелательная, расплывающаяся в улыбке, миловидная, розовощекая и слегка полноватая женщина, со звонким и чистым голосом. Она взяла мои замерзшие с улицы руки в свои теплые и мягкие, и мне показалось, что это я долго голодала, а она ела и пила, и при чем – что-то такое, о чем я и знать не знаю, такая сила и энергия исходила от ее рукопожатия. Беседу нашу я передаю, ничего от Вас не утаивая и не трансформируя.

А предваряя ее, хочу уверить вас в подлинности этой ситуации - окружающие подтвердили: Зиночка сидит с ними за одним столом, но никогда не ест и не пьет, и многие ее за это очень любят в гости приглашать, убытка, мол, никакого. Кроме того, приехав на конференцию, где собиралось общество ”Майтрейи”, к которому принадлежит Зинаида Григорьевна, я прожила рядом с ней бок о бок несколько дней и могу сказать что ни в еде ни в питье она замечена не была. Итак перейдем к беседе.

- Зиночка, это правда, что вы не едите и не пьете ничего уже два с половиной года? Как это могло случиться с обычным простым человеком ?

- В истории зафиксированы такие примеры: я не первая и, наверняка, не последняя. Сейчас в мире все больше и больше людей, которые своими уникальными качествами доказывают, что возможности человека неограничены. В марте 2001 года в газетах было опубликовано, что австралийка Джазмухин 7 лет живет без еды. Она ездит по разным странам, проводит семинары и в этом году была в Польше. Один наш товарищ ездил в Польшу, встречался с ней и пригласил ее в Россию в 2003 году. Джазмухин обещала приехать.

У нее есть сайт в Интернете, она проводит семинары и обучает не столько тому, как не есть. Суть ее семинаров – установление единения с Богом. Только потом, когда войдет в такое состояние, человек может идти дальше, ведомый учителями. Как говорится в Агни-йоге, – готов ученик и готов для него учитель. И учитель придет и поможет. Я, допустим, не ставила себе целью так жить.

- А как это произошло? С чего это началось?

- Это достаточно длительный процесс. Перед этим у меня было очень слабое здоровье - инвалидность 2-й группы по сердечно-сосудистым заболеваниям. Причины этого были разные, в том числе и гибель моего 18-летнего сына в 1980-м году. У меня был единственный выход – искать нетрадиционные способы оздоровления. Тогда уже и целительство начинало развиваться, но я не пошла ни к каким целителям, я просто начала смотреть оздоровительную литературу, в том числе книги Малахова ”Помоги себе сам”. Я купила его 1-й том и на основании его рекомендаций провела очистку организма: кишечника, печени, лимфатических узлов, суставов. Прошла уринотерапию – лечение пареной уриной. В этот же период я занималась физическим трудом в предгорьях Кавказа: и косила, и полола, и копала, и строила. Одна без помощников. Началось улучшение состояния здоровья, но, кроме того, я начала читать очень много духовной литературы. Начала с ”Бхагават-Гиты”, как ни странно, уяснила для себя, что такое Бог - что это высшая энергия. Купила Евангелие. Чередуя физическую работу с чтением, я несколько раз прочла его, подчеркивая каждый раз какие-то новые моменты. Читала Клизовского, Агни-йогу, другую литературу.

- А как произошло, что Вы отказались от пищи?

- Я вам рассказываю предысторию, обозначаю этапы духовного становления. Во-первых,- подчинение воле Бога. Очень важно установление равновесия внутри. Потом - осознанное отношение к состоянию трансмутации. Вы такое слово слышали, да? Именно осознанное, с доверием к высшему водительству: что бы ни происходило. Далее – проживание по заповедям божественным, это тоже очень много значит. И желание помочь людям: мне хотелось рассказать, объяснить то, что я знала, людям. Тогда я взмолилась: ”Господи, помоги мне в встрече с единомышленниками”. Вдруг я получила приглашение в Санкт-Петербург, где познакомилась с руководителями и книгами Школы преображения. И с этими книгами я помогала знакомиться здесь, рассказывала о том, что узнавала. И так незаметно я встала на путь служения людям. Я была уже пенсионерка, и мне нетрудно было выкроить время на это, а материально это было возможно – поездки были не такие дорогие. С апреля 96-го года, 2 раза в год были встречи, я на всех была, привозила материалы, рассказывала людям, о чем там говорили. У меня на квартире был небольшой клуб – шло очищение физическое, очищение духовное и балансирование чакр, интенсификация трансмутационного процесса.

Что значит, что человек может долго не есть? Он должен обязательно иметь связь своих энергетических центров, микрокосма своего с макрокосмосом. Не будет перетекания энергий – ничего не получится. Усилием воли такие вещи не делаются. На тонком уровне шла трансформация легких, чтобы обеспечить организм влагой из воздуха.

- Как Вы понимали, какие процессы в Вашем теле происходят?

- Я биохимик по образованию. 20 лет преподавала в институте. И если эту тему обсуждать с моими коллегами, то при сугубо материалистическом подходе такие вещи понять невозможно. Я чувствовала, как моим телом, разумом управляют свыше наши духовные учителя. Они говорили мне о том, что я могу это сделать, чтобы я ничего не боялась и смело следовала тому, что я слышу.

Я каждую секунду чувствовала заботу, внимательный контроль и постоянную связь с Высшими Силами, иначе этого всего со мной не могло произойти. Для того, чтобы питаться энергией космоса, нужно, чтобы заработали тонкие центры, которые отвечают за восприятие праны из пространства.

Сначала я перешла на такое питание: крапива, одуванчики, листья смородины, соки и все это - в очень маленьких количествах. Когда произошла перестройка энергетических центров, я услышала рекомендацию: ”Попробуй теперь без еды”. Я послушалась и перестала есть.

- И Вам совсем не хотелось?

- Нет. Я хорошо себя чувствовала.

- А Вы удивились?

- Я, наоборот, очень обрадовалась, потому что это был предпасхальный период, и я была рада такому очищению. Подумала: ”Слава Богу, не поем”.

- А пить Вам разрешали?

- Да, в то время я еще пила. Через 23 дня последовала рекомендация: ”Теперь попробуй без воды”. Мне бы было страшно следовать таким рекомендациям… Я чувствовала заботу и любовь и отказалась от воды.

- А как быстро Вы худели? Сколько килограммов Вы потеряли?

- Я худела очень медленно. Мой вес был около 90 килограмм, а сейчас я вешу 73, но процесс сброса веса полностью остановился. Полтора года мой вес не меняется.

- Сколько точно Вы уже не едите и не пьете?

- 2 года 6 месяцев.

- А когда Вы смотрите, как едят другие, что Вы ощущаете?

- На здоровье, приятного аппетита. Когда ко мне приходят дети и внуки, я могу им что-то приготовить.

- Наверное, для родственников это был настоящий шок?

- Не только для родственников.

- А когда жарко и всем необходимо много пить?

- Мой организм работает совершенно по-другому. Я чувствую полный достаток во всем. Иногда я могу просто прополоскать рот.

- Человек ест и пьет около двух часов в день. Ему это доставляет большое удовольствие. Чтобы это удовольствие заменить, ему нужно предложить что-то более ” вкусное ”?

- Это та энергия, которой я питаюсь. А еда – это лишь привязанность. На моем примере учителя Света доказывают, что возможно еще и не такое.

Это не голодание и не сухое голодание. Вода идет в организм, но совершенно другим путем. Как объяснил мне болгарский целитель Иван Тодоров, есть насекомые, которые строят в пустыне конусообразные структуры, в которых на самом верху есть углубление, где сохраняется капелька влаги, которой им хватает в период засухи. Вот такие примерно структуры он увидел у меня в легких. Идет конденсация влаги в легких и легкие потом посылают ее в кровь. У меня нормальное потоотделение, если жарко, и слюноотделение, и урина выделяется.

- А как обычные врачи относятся к этому феномену?

- А никак. Они не верят этому. Они говорят, что необходимо обследование, и уже много раз пытались его провести, но мне неинтересно тратить время и силы на это. Неверие – это их проблема.

- Для какой цели с Вами это проделали?

- Каждый из нас - это уникальная космическая лаборатория. Все мы проходим индивидуальный путь преображения и это один из путей. Сейчас время, когда небо опускается на Землю. Об этом предупреждали Елена Ивановна Рерих, Иванов и другие учителя.

- Что-то изменилось после этого в Вашем духовном развитии или Вы ощутили только физические изменения?

- Безусловно, я ощущаю взаимосвязь с тонким миром, с учителями. Расширились аспекты общения, увеличились возможности осознания. Я продолжаю активную жизнедеятельность, езжу по городам и чувствую себя нормально тогда, когда нет трансмутационных процессов. Они продолжаются, их еще не завершили, идет процесс глубинного очищения клеток. Иногда я чувствую сильную вибрацию энергий и тогда нужно просто расслабиться и принять их. Нужно полностью отказаться от лекарств и несмотря на то, что я была инвалидом 2-й группы, я выкинула все лекарства. Оставила только ношпу, аллохол и зеленку. Джазмухин шла приблизительно таким же путем. Она тоже говорит, что нужно быть в единении с Богом.

- А что это значит?

- Это значит - себя настроить на равновесие, на смиренномудрие, на подчинение воле Бога, на выполнение заповедей Бога, находиться в служении людям. И тогда высшие учителя смогут помогать нам.

Я пережила несколько космических операций, я их чувствовала и теперь мое тело совершенно здорово. Так что, не хотите есть – не ешьте, не хотите пить – не пейте , и не заставляйте есть своих детей тогда, когда они не хотят. И очень важно очищать свой организм от шлаков и паразитов, потому что от этого берутся все болезни.

- Зинаида Григорьевна, Вы не собираетесь опять начинать есть?

- Вы не поняли – я ем, только по-другому! И уверена, что скоро солнцеедящих людей на Земле будет очень много.

Беседовала Марина ЧЕРКАСОВА

*************************************************
Из "Мегаполис Экспресс"

Краснодар. 68-летняя пенсионерка Зинаида Баранова охотно делится опытом перехода на праническое питание. Как утверждает Зинаида Григорьевна, ей не требуется ни пищи, ни воды, а для поддержания жизненных функций организма достаточно лишь воздуха и солнечной энергии. И продолжается это уже около четырех лет.

- Я была дряхлой старухой-инвалидкой с целым букетом сердечных болезней: ишемия, тахикардия, стенокардия, - рассказывает Зинаида Григорьевна. - Кроме того, возникли проблемы со зрением, замучил радикулит.

Чтобы хоть как-то выкарабкаться, я перепробовала почти все оздоровительные методики: вегетарианство, контрастные процедуры, закаливание. Потом 40 дней жила на водно-бульонной диете. И, вероятно, поднялась на принципиально новый уровень духовного развития. 26 марта 2000 года голос свыше посоветовал мне вообще обходиться без пищи. Я попробовала. Через 24 дня тот же голос предложил: «А теперь откажись от воды». Отказалась.

Родственники Зинаиды Григорьевны встревожились не на шутку. Г-же Барановой пришлось приложить немало усилий, чтобы их успокоить.

- Тяжелее всего было первые полтора месяца, когда шел начальный, самый болезненный и бурный этап перестройки организма, - продолжила Зинаида Григорьевна. - Я тогда вообще еле передвигалась от слабости. Болели суставы, появились странные высыпания на коже. Я ощущала какую-то вибрацию во всем теле, вероятно, связанную с открытием новых энергетических центров. Внутренние органы, особенно легкие и желудочно-кишечный тракт, постепенно трансформировались.

- Мои органы пищеварения находятся сейчас как бы в законсервированном состоянии, - говорит Зинаида Григорьевна. - Они вовсе не атрофировались и могут при необходимости принять и переработать пищу. Но зачем? Кто-то может съесть быка, однако усвоит из мяса лишь мизерную часть ценных веществ. Я же получаю все необходимое напрямую - из окружающего пространства. Мои энергетические центры впитывают чистую энергию. А поры кожи и трансформированные легкие снабжают организм влагой, содержащейся в воздухе. Из воздуха также поступают и жизненно важные микроэлементы.

Удивительно, но Зинаида Григорьевна полностью забыла чувство голода. Она спокойно садится с семьей за праздничный стол, сама готовит внукам разные вкусности и практически не реагирует на аппетитные запахи.

- У меня даже слюна не выделяется, - уверяет пенсионерка.

К невероятной «диете» Зинаиды Барановой ученые и медики относятся с недоверием. Расставить все точки над «i» могло бы тщательное медицинское обследование краснодарской пенсионерки. Но Зинаида Григорьевна не видит в этом смысла:

- Во-первых, у меня нет цели кому-нибудь что-нибудь доказывать, - объяснила она, - а во-вторых, я не одобряю предлагаемые методы обследования. Меня хотят длительное время держать взаперти под постоянным прицелом видеокамер и проводить бесконечные эксперименты, не всегда, на мой взгляд, безобидные. По моему глубокому убеждению, даже банальный анализ крови способен нарушить энергетическую целостность организма.

Впрочем, какое-то обследование Зинаида Баранова прошла. Результаты таковы: давление 120 на 80, зубы в идеальном состоянии, дыхание в 2 - 2,5 раза медленнее, чем у обычных людей, температура тела не поднимается до 36 градусов. Кроме того, в организме Зинаиды Григорьевны отмечено повышенное содержание кремния - тридцать единиц вместо двух стандартных.

- Еще мне делали электрокардиограмму, - вспоминает Зинаида Баранова. - Врач долго изучал результаты, озадаченно чесал рукой в затылке, а на мой вопрос: «Ну как, доктор?», только развел руками: «Жить будете очень долго - это единственное, что я могу сказать». В другой раз провели ультразвуковое исследование. Медики заявили: «У вас остаточные признаки гепатита и панкреатита». Но ни того ни другого у меня сроду не было. Пробовали диагностировать по методу Фоля. Так у оператора вообще глаза на лоб полезли: прибор показал, что я здоровее 18-летних девушек.

Несмотря на почтенный возраст, Зинаида Григорьевна прекрасно переносит физические нагрузки и может неделями работать на своем дачном участке с семи утра до семи вечера. При этом спит она, как правило, 3 - 4 часа в сутки. Память у краснодарской пенсионерки настолько хорошая, что родственники и друзья в шутку называют ее птицей-секретарем: теперь Зинаида Баранова напоминает им о позабытых делах.

И еще один любопытный факт: в организме Зинаиды Григорьевны полностью восстановились репродуктивные функции. На 69-м году жизни голодающая пенсионерка из Краснодара заявила о намерении... родить ребенка.

- Кто-то ведь должен улучшать демографическую ситуацию в стране, если молодежь ведет себя так пассивно, - кокетливо улыбнулась на прощание Зинаида Баранова.

Судя по высказываниям Зинаиды Барановой, во всем мире насчитывается уже около 20 тысяч солнцеедов. И это лишь те, кто не скрывает от родных и близких своего образа жизни. Но, пожалуй, самой известной сторонницей полного отказа от физического питания является австралийская писательница Джасмухин (бывший финансовый консультант Эллен Грэв).


Немножко солнца… на обед

Краснодар. Дотошные ученые посчитали, что в течение жизни человек съедает около 100 тонн продуктов. А теперь переведите это в деньги. Как тут не позавидуешь людям, называющим себя забавным словом «солнцееды». В мире их около 20 тысяч, в России единицы, в Краснодаре — одна. 26 марта 2000 года Зинаида Григорьевна Баранова полностью отказалась от еды.

Этот день она считает своим вторым днем рождения. Накануне праздника я встретилась с «именинницей». Признаюсь, ожидала увидеть исхудавшую фанатичку, которая набросится на меня с пропагандой здорового образа жизни. А вышло все совсем иначе.

Подходя к дому Барановой, я по привычке чуть было не зашла в магазин за тортиком.

— Такое еще бывает, — говорит Зинаида Григорьевна, приглашая в комнату, — прихожу к подруге, она с порога кричит: «Зинуль, я такой пирог испекла, пальчики оближешь!». А потом: «Ой, я ж забыла…»

— И что, глядя на ароматный, только что из духовки пирог, не возникает желания попробовать?

— Да нет, конечно. Сама посуди: я с 1993-го не ем мяса, потом перешла на сыроедение, а с 2000 года не ем и не пью.

— С какой целью отказались от еды?

— У меня не было никакой цели. Это все от Высших Сил. Каждый человек — уникальная божественная лаборатория. Вероятно, я стала своеобразным экспериментом. Я телепатически получила команду: «Попробуй без еды». Через 18 дней: «Попробуй без воды». Так перешла на энергетическое питание.

— Как это было?

— Непросто. Организм перестраивался 40 дней. Мне было трудно передвигаться, особенно спускаться и подниматься. Болели мышцы, ломило суставы, на коже высыпало. Слюна стала тягучей. Это было неприятно. Но как-то я попробовала смазывать слюной зудящие высыпания, и они прошли на удивление быстро. Потом я вспомнила, в Агни-йоге сказано, что слюна может быть и ядом, и лекарством. Но самое потрясающее — изменились мои легкие. Они стали впитывать влагу из воздуха и передавать ее в кровь.

— А вы не делали рентген, чтобы узнать об изменениях в организме?

— Когда я обследовалась в университете Дружбы народов, профессор Чижов сделал заключение, что у меня бронхи заполнены слизью. Одна ясновидящая сказала: «У тебя легкие будут как жабры». Что ж, поживем — увидим.

— Трудно во все это поверить, но вот чего я совсем не могу понять, так это то, как вы питаетесь: три раза в день «глотаете» солнечную энергию?

— Есть такое понятие — бретарианизм — питание божественным светом, т.е. питание как дыхание. Ты ведь дышишь постоянно, а не три раза в день. Так и я, дышу и получаю пищу через энергетические центры (чакры), легкие и кожу из атмосферы. Не удивляйся. Солнечный свет несет элементарные частицы. Они могут входить в резонанс с частицами клеток организма и образовывать все химические элементы, необходимые для питания. Если человек входит в состояние такого резонанса, у него начинают работать энергетические центры. Его микрокосмос взаимодействует с макрокосмосом. Такая способность есть у каждого. Но люди настолько зашлакованы едой, дурными поступками и помыслами, что способность эта практически утеряна.

— Австралийка Джасмухин утверждает, что уже 9 лет ничего не ест. Вы ее последовательница?

— Я бы сказала, единомышленница.

Зинаида Григорьевна достала несколько книг Джасмухин с автографом и кипу фотографий, где она запечатлена со знаменитой «солнцеедкой», когда та приезжала в Россию.

— Джасмухин сознательно готовила себя к отказу от пищи, я же пришла к этому, оздоравливаясь и отдавшись Воле Божьей.

— И к чему это приведет?

— Понятия не имею. Трансмутация продолжается. У меня происходит замена физической ткани на уплотненную эфирную ткань. Преобразуются кости: кальций заменяется на кремний. Год назад делала ремонт и упала с лестницы на руку. Было больно, появился большой синяк, но никакого перелома, и это в 68 лет! Процент кремния в моем организме в 10 раз превышает норму.

— Да вы просто суперчеловек!

— Я так не считаю. Просто живу не так, как большинство людей.

— А что по этому поводу думают ваши близкие?

— Кто не принял меня, тот — ушел. Дочь и два внука не стали любить меня меньше только потому, что я перестала есть. Когда внуки приезжают, я становлюсь обычной бабушкой: варю борщ, пеку блины — всем моя стряпня нравится.

— Значит, кастрюли, ложки, вилки вы не выбросили?

— Все на месте. Можешь посмотреть.

Я, конечно же, бегом на кухню. Над раковиной, в сушилке, несколько чашек, пара тарелок. Холодильник отключен за ненадобностью. Кухня, уж простит меня хозяйка, какая-то нежилая.

— А как к вам врачи относятся?

— Скептически. Да это и понятно, медицина — наука точная. Для них мое утверждение «Я 4 года не ем» ничего не значит. Надо проверить опытным путем.

— Вы против обследования?

— Да нет, просто не хочется тратить на это время, а потом, я ведь не стремлюсь кому-то что-то доказать. Кое-какие обследования я прошла. Электрокардиограмма хорошая, давление 120 на 80, пульс 60 ударов в минуту. Восстановились репродуктивные функции, могу и ребенка родить. Организм как у 30-летней женщины. УЗИ поджелудочной железы и печени показали остаточные признаки гепатита и панкреатита, но у меня этих болезней сроду не было. Просто идет глубинная трансформация. Но как сказать об этом языком традиционной медицины?.. Я даже не знаю свою группу крови, т.к. для этого надо проколоть кожу, а нарушение физического тела приведет к нарушению энергетического.

— Зинаида Григорьевна, а зачем вам все это надо?

— Ну ты прямо как моя соседка. Она все допытывалась, все мучила меня вопросом: Зин, какая от тебя польза людям? А я ей отвечала: а какой от меня вред? Между прочим, я заметила, что люди тянутся ко мне, им хорошо и комфортно в моем обществе. Телефон не умолкает. Едут ко мне отовсюду, пишут письма.

В этот момент, как будто специально, раздался звонок. Какой-то мужчина приехал из другого города, напрашивался в гости. Хозяйка ему подробно рассказывала, как добраться.

— А вы не боитесь принимать незнакомца, а вдруг у него злые намерения?

— О, это еще один немаловажный плюс моего нынешнего состояния. Я никого и ничего не боюсь. У меня даже дверь не закрывается. Ко мне плохие люди не приходят. Я никому зла не желаю, а подобное, как ты знаешь, притягивает подобное. Нельзя бояться. Чего боишься, то и произойдет — это закон. А еще я научилась быть благодарной за все, что происходит в моей жизни. И всякий раз говорю спасибо, даже если случается что-то не совсем приятное, говорю: спасибо, что так, а не хуже.
***********************************************
Дополнительные материалы:
http://gazeta.aif.ru/online/aif/1178/25_01?print, «Аргументы и факты», №21 от 21 мая 2003 г.
http://www.aif.ru/online/aif/1233/29_01, «Аргументы и факты», № 24 от 16 июня 2004 г.
http://www.aif.ru/online/aif/1236/21_01, «Аргументы и факты», № 26 от 29 июня 2006г.
http://www.kluev.ru/book/xojdenye/xojdenye.htm, Александр Клюев, книга «Хождение в Вечность»

Возврат к заглавию


Пралад Джани (Prahlad Jani)



http://livingonlight.narod.ru/articles/pralad.htm
Житель полуострова Индостан поставил в тупик современную медицину – этот человек уже 68 лет ничего не ест и не пьет и при этом прекрасно выглядит. Чтобы развеять все сомнения критиков, йог согласился на медицинское обследование и круглосуточное наблюдение телекамер.

Пралад Джани обитает на грешной земле уже 76 лет, причем 68 из них он не принимает пищу и воду. В возрасте восьми лет Праладу было видение богини, которая благословила мальчика. С тех пор он живет в пещере, постоянно находясь в состоянии, которое в индуизме называется ”самадхи”. Естественно, у новоявленного святого появилась масса приверженцев, которые совершают паломничества в его пещеру. Вместе с верующими появились и критики, которые уверены, что человек не может жить без еды и воды.

Тогда святой решился на медицинское обследование, которое проводится в больнице Стерлиг в Ахмедабаде. В палате святого были установлены видеокамеры, которые запечатлевают каждое движение необычного пациента. Все время проведения эксперимента факир не принимает душ, чтобы его не обвинили в том, что он пьет воду. Единственная жидкость, которую ему приносят, – это 100 мл воды, используемой для споласкивания рта. Факир набирает в рот воду, полощет рот, а потом выплевывает ее в специальную миску с весами, которая отмечает количество выплюнутой воды.

Врачи провели тщательный анализ медицинского состояния своего пациента и пришли к выводу, что его организм функционирует совершенно нормально. У Пралада Джани не было обнаружено ни единого заболевания или нарушения деятельности органов. Несмотря на пожилой возраст, Джани находится в великолепной физической форме. Правда, у него вообще не вырабатывается кал. По словам врачей, в организме пациента регулярно появляется буквально несколько капель мочи, которые скапливаются в мочевом пузыре и затем всасываются стенками. За все время наблюдения святой ни разу не воспользовался туалетом. Эксперимент длился уже десять дней, но никаких изменений в состоянии здоровья испытуемого замечено не было. Очевидно, такой образ жизни действительно является для него привычным. Психическое состояние Пралада Джани также было признано медиками как совершенно нормальное. Он здраво мыслит, не нервничает, не раздражается и всегда настроен благодушно. Врачи никак не могут объяснить феномен, который им довелось наблюдать.


http://www.computerra.ru/xterra/biomed/31036/
3 декабря 2003 года
68 лет без пищи и воды

Как известно, индийским йогам приписывают много невероятных способностей - и сердцебиение приостанавливать, и по стеклу ходить, и многое другое. Насколько правдоподобны рассказы об этом, судить трудно, так как экспериментальными данными на этот счет наука практически не располагает. И, тем не менее, один йог в руки специалистов всё-таки, кажется, "попался". Речь идёт о Праладе Джани (Prahlad Jani) - индийском монахе, который утверждает, что вот уже более 68 лет живёт без какой-либо пищи и воды. Учёные уговорили его пройти обследование в условиях клиники, и получили весьма необычные результаты, которые пока не нашли рационального объяснения.

Пралад Джани вырос в деревне Чарод в районе Месана. По его словам, необычный дар был ниспослан ему богиней Амба, которую он повстречал в детстве во время посещения одной из пещер возле храма Амбаджи (Ambaji), что в 120 км на север от Ахмадабада. Тогда ему было 8 лет, и с тех пор он ведёт отшельнический способ жизни в той самой пещере и ничего не ест и не пьёт. Джани имеет небольшую группу последователей, которые именуют его "mataji" - "мать" (либо "богиня", неясно, правда, почему женского пола).

Обследование феноменального старца проводилось с 12 ноября в клинике Стерлинга г. Ахмадабад и длилось 10 дней.

Джани поместили в специально приготовленную изолированную палату. Наблюдение за ним велось круглосуточно посредством двух видеокамер, а также со стороны охраны и медперсонала, который, меняясь, дежурил в палате. Туалет был опечатан. Для чистоты эксперимента медики попросили факира даже воздержаться от купаний. Однако ему предоставлялась полная свобода движений в палате и возможность молиться, когда он того пожелает.

Какой-либо пищи обследуемый не получал. Единственное, что ему предоставлялось, так это 100 мл воды ежедневно для полоскания рта, однако и те потом собирались и скрупулезно взвешивались и анализировались. Медики уверены, что за период эксперимента каких-либо махинаций со стороны факира не было, и он действительно соблюдал абсолютный пост в отношении пищи и воды.
Исследование йога привлекло непосредственное внимание большого количества индийских специалистов - за период наблюдения Джани обследовали без малого около ста медиков самого различного профиля, и он прошел через все возможные тесты - от измерения кровеносного давления до магниторезонансных снимков мозга и кишечника.

Д-р Судхир Шах (Sudhir Shah), руководивший экспериментом, сообщает, что первоначально планировалось проводить наблюдение в течение семи дней, однако, учитывая отличное состояние Джани, медики решили продлить его ещё на трое суток. Эксперимент пришлось прекратить из-за сильного наплыва посетителей, желающих увидеть уникального старца и получить его благословение. По словам д-ра Шаха, на то, чтобы уговорить аскета пройти описанное обследование, потребовалось более года.

Большинство нормальных людей способны прожить без пищи до нескольких недель - на протяжении этого периода в качестве источника питательных веществ организм использует жировые отложения, а также постепенно расходует белок тканей, которые не являются "приоритетными" на текущий момент (в частности, опорно-двигательной и иммунной систем). Прожить, конечно, можно, однако вряд ли кто-нибудь может похвастаться достаточно хорошим самочувствием во время такого голодания.

С водой дела того "хуже" - средний человек нуждается приблизительно в 2-3-х литрах жидкости в сутки (эта величина может значительно колебаться в зависимости от состояния организма, параметров среды, характера питания и т.д.). Соответствующее количество воды ежедневно выводится из организма различными путями, в том числе около одного литра теряется непосредственно через кожу с потом и через лёгкие с выдыхаемым воздухом. Потеря воды в размере уже 1-2 % от массы тела вызывает жажду, а при 10 %-ом дефиците наступают нарушения кровообращения, тахикардия, лихорадка и другие патологические симптомы. В среднем обычный человек способен просуществовать без воды лишь около 3-4 суток.

Максимальный период задержки мочеиспускания достигает 7 суток, дальнейшее удержание чревато патологиями выделительной системы, в частности недостаточностью почек.

Тем не менее, почтенный факир за треть месяца наблюдений не обнаружил ни одного из описанных симптомов. Его биометрические показатели, в частности кровеносного давления и пульса, не выходили за пределы среднестатистических для обычных людей на протяжении всего периода наблюдений. Сообщается, что он покинул клинику в добром здравии, и единственным отмеченным изменением была некоторая потеря в весе.

Согласно результатам наблюдения, процесс мочеобразования у него всё-таки происходит, однако моча, выделяемая в мочевой пузырь, реабсорбируется обратно в кровоток его стенками. Д-р Шах отмечает, что учёные пока не могут дать какого-либо конкретного объяснения данному явлению.

По утверждению самого Джани, своё существование на протяжении вот уже многих десятилетий он поддерживает за счёт "капелек животворной влаги, которые конденсируются в отверстии, имеющемся в его нёбе".

Результаты 10-дневного наблюдения, конечно, никак не являются поводом для того, чтобы поверить в возможность жизни без воды и пищи на протяжении более чем полувека, однако сами по себе являются уникальными и требуют дальнейших изысканий. По словам д-ра Шаха, "показатели состояния органов и систем организма Джани намного лучше таковых любых его сверстников".

Медики надеются повторить свои исследования в ближайшем будущем, в частности, они рассчитывают более подробно разъяснить момент с "отверстием в нёбе". На текущий момент официальная наука отказывается дать какое-либо конкретное объяснение уникальным способностям индийского факира.

Дополнительные источники:
http://www.membrana.ru/articles/health/200.../25/195100.html

Возврат к заглавию

Сообщение отредактировал Максим - 29.6.2010, 3:53

Тереза Нойманн (Teresa Neumann)

http://www.peoples.ru/state/sacred/teresa_neumann/

По книге Вольфганга Иоаннеса Бека «Тереза из Коннерсрейта».
(Wolfgang Johannes Beck, „Therese von Konnersreuth”, Munchen, 1998, Cormoran Verlag.)

Тереза Нойманн родилась в апреле 1898 года в баварской деревне Коннерсрейт. Надо представлять себе, чем была на рубеже веков баварская деревня: бедность, но не убожество, в каждой деревеньке каменная католическая церковь, несколько образованных священников, способные крестьянские дети при желании могут отправиться на обучение в город, в гимназию. Баварские крестьяне крепко стоят обеими ногами на земле и больше всего походят по своему характеру на хоббитов Дж.Р.Р.Толкина. Последний изобразил в своих хоббитах английских крестьян, но между хоббитами и баварцами тоже несомненно существует какое-то родство: они так же любят поесть, не мыслят жизни без пива и трубочки, цивилизованны и ценят блага цивилизации, скептически относятся ко всему чужому, скуповаты (хотя и в меру), нелюбопытны, верны традициям, жизнерадостны и обладают каким-то неизбывным душевным равновесием.

Отец Терезы был небогатым портным, мать, разумеется, домохозяйкой. Тереза была старшей из одиннадцати детей. Выжило десять. Голодать Нойманны не голодали, но рацион их состоял в основном из хлеба и картошки, и редко удавалось родителям выкроить на какое-нибудь лакомство к праздничному столу, а главными праздниками, конечно же, считались праздники церковные – католическая вера в семье под вопрос никогда не ставилась. Все дети умели читать и были своевременно конфирмованы. Позже Тереза рассказывала, что, подходя к первому причастию, увидела в гостии сияющего младенца Христа, но никому об этом не рассказала, поскольку была убеждена, что и остальные видят то же самое.

С шести до тринадцати лет Тереза (ласково – Резл) посещала народную школу, потом еще три года – воскресную. Училась девочка вполне прилежно. Интересно, что ее совершенно не привлекали куклы – "ведь они неживые" – и сказки: "Это же все неправда". С четырнадцати лет Тереза поступила в услужение к богатым родственникам. Ей пришлось это совсем не в тягость: девушка была крепко сложена, не боялась тяжелых физических нагрузок и предпочитала мужскую работу. Тереза жила у своих хозяев, там же питалась и получала скромное жалование деньгами и натурой, что составляло для семьи существенное подспорье. Она всегда с удовольствием ходила в церковь и часто причащалась (что было, впрочем, в ее среде делом самым обычным), мечтала поступить в монастырь и сделаться миссионеркой, но в ее характере не было ничего ханжеского, напускного, истерического. Напротив, она была самой обычной, миловидной земной девушкой, любила общество и веселье (правда, никогда не ходила на танцы и неизменно отваживала поклонников, но надо очень напрячься, чтобы усмотреть в этом что-то ненормальное).

Перемена в ее жизни наступила 10 марта 1918 года, когда Тереза, вместе со своими односельчанами, приняла деятельное участие в тушении опасного пожара, грозившего спалить немало домов. Героическими усилиями опасность была предотвращена, и только тогда Тереза, несколько часов без устали передававшая по цепочке тяжелые ведра с водой, почувствовала боль в позвоночнике и одновременно заметила, что насквозь промокла. Она добрела до хлева, где мычала некормленая скотина, и чуть-чуть отлежалась. Есть она не могла – ее вырвало, о работе не было и речи. Тогда она добрела до родительского дома и осталась там до вечера. Но на хозяйском дворе оставалось много недоделанных дел, к тому же Тереза не привыкла себя щадить. Прихрамывая, к вечеру она отправилась обратно. Но дела обстояли серьезнее, чем могло показаться. Тереза слегла с сильнейшим кашлем, рвотой и болью в позвоночнике. От места пришлось отказаться. Но и у себя дома она не могла лежать спокойно и ждать у моря погоды: в крестьянском хозяйстве всегда столько срочных дел! В итоге ее беспрестанные попытки сделать что-то полезное привели к нескольким падениям с лестницы, серьезным травмам головы и в итоге – к полному параличу, слепоте и нарушениям слуха. Полностью расстроилось и пищеварение. Тереза оказалась прикована к постели и обречена на полную беспомощность. При этом ее постоянно мучили сильнейшие боли и судороги. Разумеется, она попала под пристальное врачебное наблюдение. Но какие бы средства ни прописывали ей ученые доктора, больной от них становилось только хуже, и медицина смогла помочь ей только в одном – получить от государства инвалидную пенсию. Для этого требовался диагноз, но лечащий врач не мог поставить точного диагноза: причина болезни оставалась для него непонятной. В результате он написал в своем заключении, что паралич, слепота и расстройства пищеварительного тракта коренятся в "истерии" – эта модная болезнь вызывала в то время уважение, и Тереза получила свою пенсию. Роковое слово было произнесено. Напрасно пытался впоследствии доктор отозвать свой диагноз, напрасно признавал его ошибочным и пытался уверять, что в характере Терезы Нойманн нет ничего истероидного. Напрасно ссылался он на заключения своих коллег, с порога отметавших всякое подозрение на истерию. С тех пор всякий, кто не хотел вникать в чудесную историю Терезы, кто искал подлога и жаждал разоблачения, немедленно вспоминал об этом диагнозе и не хотел более ничего слушать, хотя совершенно очевидно, что все то, что произошло с Терезой впоследствии, никакой истерией объяснено быть не может.

Тереза слегла надолго – на целых семь лет. За это время ее болезнь была признана неизлечимой. Неясно было только когда и от чего умрет бедная девушка – от заражения крови, вызванного страшными, зловонными гнойными пролежнями (на голени у нее была рана, доходившая до кости), или от чудовищных судорог и головной боли. Семья преданно ухаживала за общей любимицей Терезой, а та переносила мучения терпеливо и только жалела, что никогда уже теперь ей не сделаться миссионеркой. "Но если бы Господь хотел этого, Он не позволил бы мне заболеть", – говорила Тереза.

Вернувшись с фронта, отец Терезы привез больной дочери портрет Маленькой Терезы из Лизье (св.Терезы Мартэн), кармелитской монахини-француженки, скончавшейся в 1897 году на двадцать пятом году жизни и еще задолго до своей канонизации прославленной множеством чудес, которые начали происходить над ее телом сразу после смерти. Здесь не место рассказывать о ней, скажем только, что Маленькая Тереза оставила написанную ею во исполнение послушания книгу "История одной души", где святая изложила главный принцип своей духовной жизни – теорию "малых дел": она была убеждена, что спасти душу можно и без суровой аскезы или великих подвигов, достаточно каждый день посвящать Богу маленькие дела любви. Маленькая Тереза писала, что ей хотелось бы подарить себя младенцу Христу как игрушку, чтобы Он поиграл с нею сколько Ему вздумается, а потом делал бы с нею что Ему захочется – сломал бы, выбросил, ее любовь от этого не убудет. Она посвятила себя Богу "в жертву совершенную" и еще при жизни знала, что станет у Бога святой – для того, чтобы иметь возможность делать добро другим. "Когда я буду на небе, я пролью на вас целый ливень роз", – обещала Тереза сестрам монастыря и миру. И вот Терезе Нойманн достался портрет Маленькой Терезы с молитвой о ее канонизации на обороте, причем текст был по-немецки, и Тереза присоединила его к своим ежедневным молитвам.

25 апреля 1923 года состояние Терезы ухудшилось настолько, что врачи ожидали конца в любой момент. Появились язвы в желудке, которые так мучили больную, что отец, не зная, что предпринять, взял хранившуюся в доме реликвию – волосок с головы Маленькой Терезы, положил в маленький мешочек и повесил этот мешочек на шею дочери. Через некоторое время у Терезы началась такая чудовищная рвота, что казалось – ей осталось уже совсем немного. Измученная девушка заснула, и во сне ей показалось, что кто-то царапает ее подушку. Она пробудилась – и обнаружила, что к ней вернулось зрение. Именно в этот день в Риме была беатифицирована, то есть наречена "блаженной", Маленькая Тереза из Лизье (в католической церкви беатификация -- первая ступень к канонизации, но не всех блаженных с течением времени провозглашают святыми). Отступила и опасность со стороны желудка. В остальном же состояние Терезы оставалось неизменным, а осенью 1925 года резко ухудшилось – настолько, что врачи уже собирались ампутировать ей ногу, которая гнила заживо. Однажды, меняя Терезе повязку на ноге, ухаживавшая за ней сестра положила под бинты несколько лепестков роз, которые расцвели на могиле Маленькой Терезы после ее беатификации и были разобраны на реликвии. Несколько лепестков были подарены Терезе приходским священником, и в критический момент сестра Терезы о них вспомнила. Когда на следующее утро повязку сняли, стало видно, что рана покрылась тонкой кожей, а кровь и гной вместе с лепестками остались на повязке.

Все эти повергавшие врачей в глубокий шок частичные исцеления были прелюдией к исцелению полному и окончательному, но до него нужно было ждать еще несколько месяцев. 17 мая 1925 года, в воскресенье перед Вознесением Христовым, вычитывавшая свои молитвы Тереза внезапно увидела яркий свет и вскрикнула от удивления. Прибежавшие на крик родные увидели, что их дочь, сияя радостью, смотрит как бы сквозь них и как будто с кем-то разговаривает, не произнося, правда, ни звука, а на лице ее проступает давно исчезнувший румянец. Прибежавшая медсестра установила, что пульс Терезы в норме и дышит она спокойно. На вопросы окружающих Тереза не реагировала. Внезапно, к удивлению всех присутствующих, она села на кровати (чего не могла делать уже много лет!), и мать заметила, что у Терезы выпрямилась давно сведенная судорогой нога. Вскоре после этого Тереза очнулась и объявила столпившимся возле ее кровати людям, что может теперь не только сидеть, но и ходить, что тут же и продемонстрировала. После этого она согласилась рассказать (но поначалу только священнику), что с ней произошло. Из окружившего ее света донесся голос: "Резл, хочешь выздороветь?" – на что Тереза ответила: "Я радуюсь всему, что приходит от любимого Бога, будь то цветок, птица или новая боль. А больше всего я радуюсь о Спасителе". Тогда голос продолжил: "Сегодня у тебя будет маленькая радость. Сядь-ка, я тебе помогу". И кто-то потянул ее за руку. Она почувствовала ужасную боль, и снова услышала голос: "Но тебе придется еще пострадать, и никакой врач тебе помочь не сможет. Через страдание ты сможешь лучше всего осуществить свое призвание – быть жертвой. Через страдание спасется больше душ, чем благодаря самым блестящим проповедям. Я об этом писала". Свет исчез, и Тереза вернулась к реальности. С этого момента боли в позвоночнике у Терезы прекратились. Бесследно исчезли и гноившиеся пролежни. Она снова была здорова! Нечего и упоминать о том, что врачи никак не могли прокомментировать ее исцеление.

Разгадки слов "я об этом писала" долго искать не пришлось. Фраза о страдании – цитата из книги, написанной Маленькой Терезой из Лизье, которая именно в этот день (17 мая 1925г.) была провозглашена святой.

Однако Тереза была еще очень слаба, к тому же попытки укрепить ее с помощью усиленного питания ни к чему не вели – она могла есть только жидкую и протертую пищу, и то в небольших количествах. 30 сентября, в день смерти св.Терезы из Лизье, Резл снова увидела свет и услышала голос, который сообщил ей, что ходить теперь она сможет ходить без посторонней помощи, но должна приготовиться к новым испытаниям и пребывать в абсолютном послушании у своего духовного отца. "Продолжай умерщвлять свое "я". Оставайся всегда такой же по-детски простой, как сейчас!" И действительно, Тереза с того момента уже не нуждалась ни в чьей поддержке при ходьбе.

В начале ноября наступил черед следующего испытания. От болей в животе Тереза три дня не могла открыть глаз. Диагноз: острый аппендицит, необходима срочная операция. Но Маленькая Тереза сказала, что Терезе не сможет помочь никакой врач! Тем более, Тереза была еще слишком слаба, чтобы мать и отец согласились на операцию. Однако священник посоветовал послушаться врачей. Пока шли приготовления к отправке Терезы в госпиталь, Тереза решила еще раз обратиться за помощью к Маленькой Терезе – ведь она обещала помогать. Больной приложили к животу мешочек с зашитым в нем волосом св.Терезы, и все, кто был в комнате, принялись молиться. Сама больная так страдала, что не могла молиться вместе с ними. Но уже через мгновение она опять разговаривала с невидимым собеседником. Через минуту, выйдя из транса, она сообщила, что должна немедленно идти в церковь и поблагодарить Бога. Позже Тереза рассказывала, что услышала в трансе следующие слова: "Твоя полная преданность и готовность к страданиям нас радует. Чтобы мир узнал, что в действие приведены другие силы, тебе не придется сейчас идти под нож. Встань, иди в церковь и поблагодари Бога. Только не медли!" И еще голос добавил: "Тебе нужно будет еще много пострадать, но благодаря этому ты многим душам поможешь обрести исцеление". Повинуясь голосу, Тереза, преодолевая боль, отправилась в церковь, помолилась перед алтарем и вернулась домой. После полуночи у нее в животе открылась рана, откуда вытекла кровь с гноем. Наутро Тереза в сопровождении священника отправилась в госпиталь, но врачи констатировали, что от болезни не осталось и следа. Лечащий врач д-р Зейдл – тот самый, что поставил когда-то Терезе диагноз "истерия" – писал в своем отчете по этому поводу: "Меня возмущает то, что люди, которые придают такое значение моему прежнему диагнозу – "истерия" – и, таким образом, считают меня, так сказать, непогрешимым, отметают сегодня как ошибочные теперешние мои диагнозы, которые я ставлю в полном присутствии духа и в полном сознании моей врачебной ответственности и врачебного долга".

Исцелившись наконец окончательно, Тереза снова начала работать по дому, не оставляя мечту о миссионерстве. Казалось, к ней вернулись прежние силы. Она сама седлала лошадь, сама за ней ухаживала, сама работала с ней в поле.

Незадолго до Великого Поста 1926 года начался новый этап болезни. Тереза заболела, на первый взгляд, гриппом, однако этот "грипп" продолжался до самой Страстной Недели (по-немецки – Карвохэ).

В ночь на пятницу 4 марта 1926 года Терезе внезапно явилось видение -- она увидела Христа в Гефсимании, и Он, по ее словам, "пристально посмотрел" на нее. В тот же миг она почувствовала неимоверную боль в груди, слева, и в этом месте появилась довольно глубокая кровоточащая рана. Похожее видение повторилось и на следующую неделю в ночь под пятницу, и рана открылась снова. То же и на следующую неделю поста. В ночь на пятницу перед Страстной Неделей Тереза увидела, как Христос несет крест на Голгофу и как Он оступился под крестом. До этого Терезе удавалось скрывать свои кровотечения от родителей, но на этот раз утаить происходящее не получилось. На саму же Страстную Пятницу Тереза, по ее рассказу, стала свидетельницей всех мук Христа вплоть до крестной смерти. Окружающим казалось, что она умирает, так тяжело ей при этом было. Из ее глаз по щекам текли две струйки крови. Около третьего часа дня наступила как бы агония, затем страдания прекратились. Когда Тереза очнулась, то сразу ощутила боль в руках и ногах: открылись стигматы – в ее случае это были небольшие круглые ранки, сочащиеся кровью. Тереза не хотела, чтобы кто-нибудь об этом узнал, но приходскому священнику родители не могли об этом не сообщить, да и трудно было бы скрыть от него раны на руках больной, когда в пасхальное воскресенье он пришел ее причастить. Священник был потрясен. Раны слегка кровоточили еще две недели, затем они покрылись тонкой кожицей, и Тереза смогла вымыть руки. Впрочем, никаких следов воспаления или нагноения ни разу не появилось и до появления кожицы. Однако при попытках лечить ранки домашними или врачебными средствами сразу начинались серьезные неприятности, так что от этого пришлось отказаться, хотя Тереза долго не оставляла надежды, что лечение все же поможет, – ей неприятно было, что на нее теперь будут приходить дивиться как на редкостного зверя. Что все это значит? Ответа на этот вопрос она тогда не знала.

С тех пор раны регулярно открывались каждую пятницу, кровоточили и после снова покрывались тонкой прозрачной кожицей. До своей смерти в 1962 году Тереза испытала это более семисот раз, и ее страдания неизменно сопровождались погружением в видения крестного пути и смерти Христа.

(Фото с http://www.youryoga.org/master/teresa.htm)

Приходской священник сообщил о стигматизации своей прихожанки в газете "Вальдзассене Гренццайтунг" от 15 апреля 1926 года – во избежание слухов и с просьбой не мчаться немедленно в Коннерсрейт. Однако те, кому это было действительно важно, все же отправились туда, и среди них писательница Луиза Ринзер. Вспоминая о Коннерсрейте годы спустя, она упомянула о том, что католическая Церковь всегда смотрела на стигматиков с крайним подозрением. Они считались притворщиками, а то и хуже того –грешниками, вступившими в сговор с дьяволом. Монахов-стигматиков посылали для смирения на самые черные работы, отлучали от Причастия, мирян ставили под надзор полиции. Стигматизированную Веронику Джулиани (семнадцатый век) пытались лечить, прикладывая к стигматам раскаленное железо, протыкая раны иглой – и все это под наблюдением епископа! В неподдельность стигматов и сегодня верят далеко не все католические священники, заочно обвиняя стигматиков в шарлатанстве. Одним словом, ясно было, что Терезу ожидала теперь трудная жизнь (как будто до того она была легкой), хотя на дворе стоял двадцатый век и все происходившее с ней могло быть точнейшим образом задокументировано (что и было впоследствии проделано – но человек устроен так, что иной раз никакие документы не могут убедить его в том, во что он не хочет верить). Впрочем, сама Тереза вообще ничего не знала ни о стигматах, ни об истории этого феномена. (В скобках: стигматами называются кровоточащие раны, появляющиеся на теле у некоторых людей (таких случаев известно лишь несколько за всю историю, причем случается это только в границах католической Церкви) в соответствии с теми ранами, которые были нанесены Христу. Обычно таких ран пять (на руках, на ногах и у сердца), но у Терезы кровоточили еще по пятницам раны на голове, как бы от тернового венца, ссадины на спине, как бы от бичей, и еще – тоже на спине – как бы царапины от креста, который Спаситель нес на Голгофу. Однажды появившись, эти раны уже не заживают и не исчезают, причиняя стигматизированному нешуточные боли. Некоторые католические святые носили стигматы – например, св.Франциск Ассизский или недавно канонизированный итальянский священник падре Пио, однако далеко не все стигматики были в ходе истории признаны святыми. Считается, что прежде всего миссия стигматика – в свидетельстве, но не словами, а страданием).

Вскоре к таинственным проявлениям отмеченности Терезы высшими силами прибавилось еще одно – самое невероятное, как бы специально привнесенное в общую картину для того, чтобы уже никто не поверил в истинность происходящего в Коннерсрейте. Начиная с Преображения 1926 года Тереза, которая вот уже четыре года как не могла принимать твердой пищи, вообще перестала есть. Стоило ей проглотить что-нибудь, и ее тотчас же рвало. Но ей и не хотелось брать ничего в рот: "Я оставила голод и жажду на горе Фавор", – говаривала она. Некоторое время Тереза еще запивала ложечкой воды причастие (причащалась она ежедневно), но потом отпала необходимость и в этом.

Поскольку известно, что живое существо не может жить без воды и пищи, Терезу, естественно, заподозрили в том, что она мистифицирует народ, а сама тайком наедается – под одеялом или еще где. Поэтому в июле 1927 года был проведен официальный эксперимент – за Терезой было, по инициативе и под руководством регенсбургского епископа (Коннерсрейт находится в Регенсбургской епархии), установлено строжайшее наблюдение, продолжавшееся две недели без перерывов. У ее постели сменялись четыре опытнейшие медицинские сестры, дежурившие парами. За это время их девять раз проверял врач. Во время пятничного транса врач находился при Терезе неотлучно. Если Тереза выходила из своей комнаты, сестры следовали за ней. Они же и мыли ее, пользуясь при этом едва-едва смоченной в воде материей, причем ни в коем случае не губкой. Словом, предусмотрено было все, и нет нужды входить здесь во все подробности тщательно продуманного наблюдения, включавшего измерения температуры и пульса, анализы крови и так далее. В течение всего времени все физиологические показатели оставались нормальными. Тереза продолжала держать свою невольную «сухую голодовку». Правда, во время транса она невольно глотала собственную кровь, которая текла ей из глаз в рот, но потом ее неизменно рвало. В анализе рвоты не было обнаружено ни малейших следов желудочного сока. Сестры удостоверили, что Тереза не принимала за эти две недели никакой пищи и только запивала причастие несколькими каплями воды. Недоверчивые медсестры сами перестилали и перетряхивали постель стигматизированной, но никакой пищи под подушкой так и не нашли. По пятницам Тереза теряла вместе с кровью два-три килограмма, однако за неделю вес полностью восстанавливался. Уже одно это исключало мысль о тайком поедаемых кусочках, поскольку нормальному человеку, чтобы набрать за неделю в весе несколько килограммов, нужно питаться весьма основательно. Независимый врач, возглавлявший исследование, сделал в конце концов официальный вывод, который звучит достаточно комично: дескать, наблюдение проводилось строжайшее, однако не было замечено, чтобы Тереза Нойманн что-либо ела и пила. Таким образом, мы-де не можем сказать, когда она ухитряется это делать и как ей удалось обмануть наблюдателей. Ибо должна же она когда-нибудь есть и пить, ведь иначе быть не может, потому что этого не может быть никогда!

Это была не последняя попытка по всем правилам науки исследовать феномен Терезы Нойманн, но все последующие «проверки» сводились в основном дополнительным мучительствам, так что в итоге отец Терезы возмутился и положил всему этому конец.

Тридцать шесть лет провела Тереза Нойманн без еды и питья. Если допустить, что все эти годы она и ее близкие обманывали людей, то это лишь создаст новые проблемы. Прежде всего – ЗАЧЕМ? РАДИ ЧЕГО? Разве мало было стигматов, видений, трансов, ясновидения? Зачем было принимать на себя непосильную ношу неизвестно зачем нужного обмана? К тому же Тереза постоянно была на людях – в Коннерсрейт стали стекаться сотни и тысячи паломников. Какая потребовалась бы изощренность, чтобы тайком есть и пить, причем в достаточных количествах – ведь Тереза отнюдь не напоминала мумию. Один из ее земляков высказался однажды по этому поводу довольно резко. Во-первых, заявил он, напрасно те, кто подозревает обман, считают жителей Коннерсрейта за доверчивых идиотов, которым можно было бы морочить голову в течение тридцати шести лет. Не таковы баварцы. Во-вторых, даже поверхностное знакомство с предполагаемыми "жуликами", сказал он, исключает все подозрения – такие это-де простые, немудрящие, честные и добрые люди. А в-третьих, если человек ест и пьет, то он должен, простите, и нужник навещать, – а вот уж этого было бы не скрыть! Сама Тереза не раз говорила, что с удовольствием стала бы снова как все нормальные люди, ела бы с ними и пила – меньше было бы нападений со стороны скептиков. Но что поделаешь – и не хочется, и невозможно. Когда ее гости садились за трапезу, Тереза садилась вместе с ними, участвовала в беседе, помогала накрывать на стол и мыть посуду, и привыкшие к ее чудесному невольному воздержанию люди воспринимали его как что-то совершенно естественное. Последний штрих – куда уж реалистичнее: когда, во время войны, продовольствие выдавали по карточкам, власти заменили Терезе продовольственные карточки на бельевые, мотивируя это тем,что, коль скоро уж она ничего не ест, то пусть ей неповадно будет отдавать свои карточки голодным. А белья ей, конечно, требовалось больше, чем другим – ведь каждую пятницу она замарывала кровью всю свою постель и все, что было на ней надето.

Через какой-то срок видения стали посещать Терезу регулярно. Она стала свидетельницей многих сцен из Евангелия и Деяний Апостолов, причем каждый раз выносила из них дополнительные подробности, о которых в Евангелиях не говорилось. Теперь Тереза пребывала поочередно в нескольких состояниях. В обычном своем состоянии она была, по воспоминаниям, дружелюбна, активна, отличалась трезвостью и зрелостью суждений. Не любила чрезмерной мудрености, иронизировала над людьми, чересчур гордившимися своей ученостью, была совершенно равнодушна к искусству. Священные картины, которые она могла видеть в коннерсрейтской церкви, ее только разочаровывали, поскольку, разумеется, никак не могли идти в сравнение с ее видениями, и Терезу возмущало, что многие детали переданы неверно. В состоянии транса ее видения носили различный характер: иногда она становилась свидетельницей различных событий из истории христианства (в том числе из жизни святых), иногда ей являлись символические картины, иногда она духовным зрением видела какое-нибудь недавнее событие, – так было, например, когда умерла ее сестра Оттилия, и Тереза видела, как ее душу встречали на небесах умершие отец, мать и умерший в раннем детстве братик. И в том, и в другом случае ее контакт с внешним миром при этом полностью прекращался, она не отвечала на вопросы и не реагировала на прикосновения. Это состояние могло "накатить" на нее в любой момент, – на полуслове, посреди приступа кашля, когда угодно, и, выйдя из него, она договаривала прерванную фразу.

Иное дело – совершенно особое промежуточное состояние. Обычно Тереза лежала в этом состоянии откинувшись на подушки, закрыв глаза и скрестив руки на груди, но могла и жестикулировать. При этом она охотно беседовала с теми, кто этого желал, и отвечала на вопросы, но всех и каждого называла на "ты", а о себе говорила в третьем лице и, выйдя из этого состояния, никогда не помнила, о чем и с кем говорила. Главное, что ответы Терезы отличались в этом состоянии сверхъестественной мудростью, проницательностью и ясновидением: она могла сказать о содержании запечатанного письма, упомянуть о фактах, которые не могли быть ей известны, дать точный совет. Это привлекало в Коннерсрейт сотни паломников, многие из которых приезжали просто из любопытства, а уезжали потрясенные до глубины души, увозя драгоценные слова помощи, обличения и утешения, и жизнь многих после посещения Терезы кардинальным образом менялась – неверующие обретали веру, протестанты переходили в католицизм, грешники раскаивались.

И, наконец, самое необычное состояние – "детское", в котором Тереза начисто забывала обо всем, что узнала или пережила за свою жизнь, и превращалась как бы в четырех-пятилетнего ребенка, который не умеет даже считать и не знает, о чем говорится в Евангелиях (правда, "присутствуя" при евангельских сценах, Спасителя она узнавала всегда, но была полностью лишена какого бы то ни было знания о Его "будущем": например, созерцая шествие на Голгофу, отказывалась верить, что Спасителя распнут, или, в Гефсимании, видя, как Иуда целует Христа, радовалась, заявляя, что вот пришел человек, который, по-видимому, «очень любит Господа»!). В этом состоянии Тереза не только видела сцены из священной истории, но и могла их вслух комментировать, воспроизводить то, что слышит, реагировать на реплики присутствующих. При этом говорила она исключительно на труднопонятном даже для незнакомых с ним немцев густом баварском диалекте, который, как известно, в каждом баварском местечке свой. Зато Тереза очень хорошо запоминала все, что говорили в ее видениях люди, которых она видела, и могла воспроизводить эти речи с удивительной точностью. Благодаря этому вскрылся удивительнейший факт: необразованная баварская крестьянка сыпала целыми фразами на различных диалектах древнеарамейского, на иврите, греческом, латыни и французском, в том числе на пиренейском диалекте! Это открылось, когда Терезу впервые посетил профессор Вутц, католический священник и преподаватель католического института в Айсштадте, что не так далеко от Коннерсрейта. Потрясенный услышанным, Вутц посчитал нужным регулярно присутствовать при терезиных видениях и с превеликой дотошностью фиксировал все, что она говорила, переспрашивая, уточняя, подсказывая. Но его подсказки не оказывали на Терезу никакого влияния: она всегда стояла на услышанном. Так востоковедение обогатилось несколькими неизвестными прежде словами и словоформами арамейского языка, на котором говорили в евангельские времена в Иудее. Если помнить к тому же, что текста Евангелий на арамейском языке не сохранилось или пока не найдено (первые известные списки – греческие!), то можно себе представить волнение профессора Вутца, когда он слышал всем известные евангельские фразы "в оригинале"! Ибо следует сразу же сказать, что видения Терезы с удивительной точностью подтверждали рассказанное в Евангелиях. А если Тереза добавляла какие-то детали – всегда второстепенные – то это лишь оттеняло главное: если доверять видениям Терезы Нойманн, получается, что евангелисты передают слова и деяния Христа с удивительной – хочется сказать, простодушной – точностью.

В 1926 году о Терезе написала одна из ведущих мюнхенских газет – "Новейшие мюнхенские известия" ("Мюнхнер Нойестен Нахрихтен"). В 1927 году та же газета посвятила ей одно из недельных приложений. Автор статей был знаком с редактором газеты Герлихом и с профессором Вутцем, через которого и узнал о Терезе. Эти материалы вызвали бурю. Кое-кто призывал правительство немедленно принять меры против стигматички – "во имя науки и здравого смысла". Коммунисты развернули против Терезы целую кампанию самой неприкрытой клеветы. Многие требовали насильственного обследования в "нейтральной клинике". Требовали оцепить Коннерсрейт полицейскими, чтобы не допускать к Терезе впечатлительных посетителей. Словом, всего не перечислить. Газета получила значительную прибыль, статья была переведана на многие языки. Однако главный редактор – Франц Герлих – остался недоволен. Он принадлежал к категории людей исключительно честных, имел скептический ум, исповедовал материализм и агностицизм и был весьма расстроен тем, что поддался на уговоры и напечатал такую очевидную чепуху. Пылая праведным желанием разоблачить обман и поместить в газете опровержение, Герлих, для которого не было на свете ничего важнее истины, решил лично отправиться в Коннерсрейт. Автор статьи о Терезе – друг Герлиха католик фон Аретин – попытался его отговорить: зная Герлиха, он боялся, что визит в Коннерсрейт вызовет у его друга тяжелый мировоззренческий кризис. Только пуще распаленный этими предостережениями, Герлих бросился в Коннерсрейт: "Я выведу этих жуликов на чистую воду!" Он договорился с профессором Вутцем, и тот доставил его к Терезе Нойманн в пятницу утром – стигматы как раз начинали кровоточить. Герлих провел у постели Терезы несколько часов и был свидетелем того, как Вутц общается с ней во время ее видений, записывает древнеарамейские фразы и уточняет детали видений. Когда Герлих, после небольшого перерыва, снова очутился в комнате Терезы, она находилась в "промежуточном" состоянии и, даже не видя приблизившегося Герлиха и не дожидаясь ничьих вопросов, начала говорить о нем и дала, по его собственным словам, "невероятно точную картину" его внутренней жизни. Затем она вернулась в свои видения, и ее Пятница продолжилась. За время своего пребывания в Коннерсрейте Герлиху еще раз довелось "беседовать" с Терезой в "промежуточном" состоянии (она отвечала на его вопросы с поразительной точностью, не дожидаясь, пока они слетят у него с губ), и присутствовал еще при одном видении: в день св.Франциска Тереза видела, как святому явился Христос и дал ему стигматы. Когда Тереза созерцала Христа, лицо ее так преобразилось и сияло такой радостью, что Герлих позже констатировал: "Я никогда не видывал такой неземной красоты" . Посещение Коннерсрейта стало для него тем же, что для Саула, будущего апостола Павла – дорога в Дамаск. Герлих вернулся от Терезы Нойманн католиком, слугой и другом Христа – как прежде он всю жизнь был слугой разыскиваемой им Истины. Он проводил теперь в доме Терезы множество часов, периодически уезжая по делам в Мюнхен и при малейшей возможности возвращаясь снова (иногда "кружок" Терезы собирался в комнатах профессора Вутца в католическом институте в Айсштадте, где Тереза не раз подолгу гостила). Он раскаялся во всех своих прежних грехах, вернулся к жене, ушел из газеты, где работал, и поступил на службу в государственный архив. Не щадя сил, времени и здоровья, при хронической занятости, Герлих за сравнительно короткий срок написал несколько книг о Терезе Нойманн, в котором исследовал коннерсрейтский феномен с обычной для себя тщательностью, педантичностью и честностью. Таким образом, он стал первым летописцем происходивших в Коннерсрейте событий. В скором времени он начал издавать свой собственный печатный орган – "Гераде Вег", "Прямой путь". В этой газете он, не заботясь о последствиях, с позиций христианской веры обличал набиравший силу национал-социализм и коммунизм, до самого последнего времени бесстрашно нападал на Гитлера и разоблачал его дело и идеи как несомненное зло, анализируя их досконально и беспощадно. Особенно обрушивался Герлих на попытки представить национал-социализм как некое "позитивное христианство" (как известно, многие желавшие остаться конформными деятели церкви приняли это положение, противопоставляя режим Гитлера коммунистическому режиму в России, где церкви насильственно закрывались. А Гитлер-то церквей не закрывал!). Газета имела огромный тираж. Тереза была постоянной вдохновительницей главного редактора: воля Спасителя, сказала она, в том, чтобы до конца противостоять надвигавшейся на Германию и весь мир беде. Детей у Герлиха не было, и разъяренные национал-социалисты могли угрожать только его жене и ему самому, что они непрерывно и делали в самой грубой форме. Прогитлеровские издания представляли его евреем. Гранки журнала изымались из типографии еще до выхода номера личными шпионами Гитлера, и бывало, что готовившийся к печати особенно острый и задевавший самолюбие Гитлера материал фашисты старались любым способом приостановить: угрожали хозяину типографии, самому Герлиху и т.д. Но угрозы не действовали, и газета выходила именно в том виде, как было задумано редактором. Если и можно кого-то в нашем столетии назвать подлинным христианским рыцарем -- то Фрица Герлиха, каким он стал после своего обращения у мученического одра Терезы Нойманн.

Кроме профессора Вутца и Герлиха, в "круг" Терезы входил священник-францисканец отец Ингберт Нааб, который еще задолго до знакомства с Терезой вел активную пропагандистскую педагогическую деятельность и выпускал журнал для молодежи, в котором освещались все самые насущные вопросы жизни современного христианина. В частности, выступал отец Ингберт и против "коричневой чумы". Он долго опасался ехать в Коннерсрейт, так как подозревал за таинственными чудесами обман и не хотел с ним встречаться. Однако в конце концов путь его прошел через Коннерсрейт, отец Ингберт, как и все прочие скептики, убедился в неподдельности происходящего и с тех пор стал верным другом Терезы. Он присоединился к Герлиху и принялся активно сотрудничать в его газете. Перу о.Ингберта принадлежало нашумевшее открытое письмо Гитлеру, в котором о.Ингберт, подробно анализируя политику вождя нацистов, задавал вопрос в лоб – кто же он, человек, сам не понимающий, что говорит и делает, или откровенный лжец и фальшивомонетчик? О.Ингберт по пунктам показывает, почему учение Гитлера и идеолога фашистов Розенберга ни под каким соусом не может быть выдано за христианское. Едва это письмо дошло до Гитлера (а он прилежно читал газету Герлиха – известна даже фотография, где у него на столе лежит именно "Прямой Путь"!), как он велел скупить весь тираж и уничтожить. Но это не помогло, так как письмо было немедленно перепечатано несколькими другими газетами и даже распространялось в виде отдельных листков.

Еще одно имя из "круга" Терезы – Бруно Ротшильд. То, что он оказался в числе ее друзей – удивительно и символично. Бруно Ротшильд происходил из набожной еврейской семьи, занимался аптечным делом и выступал в прессе со статьями, направленными на осмеяние христианства – так глубоко был он укоренен в вере своих отцов. Как и Герлих, он направился в Коннерсрейт ради того, чтобы обличить "наглый обман". Кончилось это тем, что вскоре он крестился (крестной матерью была Тереза – "как жаль, что я не могу понести тебя от алтаря на руках, завернутого в пеленки, ведь ты сейчас как новорожденный младенец!" – сказала она Бруно), а через некоторое время принял и священный сан. Надо заметить, что страдания Терезы привели ко Христу немало евреев, в том числе глубоко верующих иудеев. Это особенно символично, если не забывать, какие близились времена. Кстати, Тереза состояла в переписке с канонизированной 11 октября 1998 года св.Эдит Штайн – ученицей философа Гуссерля, еврейкой, происходившей, как и Ротшильд, из верующей иудейской семьи. Как сказал папа Иоанн Павел II при канонизации, "...она искала истину и постигла, что у истины есть имя – Иисус". Приняв христианство, она приняла постриг в католическом бенедиктинском монастыре и погибла в фашистском концлагере как еврейка. Эдит Штайн принесла себя в жертву за свой народ – таково было ее желание. Что касается Бруно Ротшильда, то Богу не было угодно, чтобы он принял мученический венец: через полгода после принятия священнического сана, накануне Рождества 1933 года, – то есть, совсем незадолго до прихода Гитлера к власти, – он скончался от сердечного приступа на вокзале, по пути в церковь, где он должен был служить рождественскую службу. Провожая его в последний путь, Тереза горевала как ребенок, но в одном из ее трансов она встретилась с умершим и узнала от него, что он прошел Чистилище (пребывание там "показалось ему вечностью") и причислен к сонму спасенных.

На выборах 1933 года партия Гитлера получила большинство в парламенте, а сам он вскоре сделался канцлером. Католическая Бавария на выборах провалила национал-социалистов, но на общую картину это не повлияло. Не удались и попытки Баварии в срочном порядке отделиться от Германии. Наступили черные дни. Первостепенным по важности делом для Гитлера было разгромить оппозиционные газеты и прежде всего заткнуть рот своему "врагу номер один" – Фрицу Герлиху. Герлих имел возможность бежать в Швейцарию, но не захотел оставлять заложниками своих коллег по газете. Работа продолжалась как ни в чем ни бывало. В один прекрасный день в редакцию "Прямого Пути" ворвались эсэсовцы, избили Герлиха, разгромили помещение, увезли все бумаги, которые им удалось найти (сотрудники с риском для жизни почти на глазах у эсэсовцев успели уничтожить самые опасные документы) и увезли Герлиха вместе с несколькими его сотрудниками в тюрьму. В то первое время арест важных лиц еще сопровождался некоторой неразберихой, и сотрудникам удалось уйти из здания тюрьмы невредимыми прежде, нежели были записаны их имена. На следующий день были разгромлены остальные немногочисленные оппозиционные газеты и арестованы наиболее ненавистные Гитлеру журналисты. Тереза Нойманн в своих видениях была свидетельницей ареста Герлиха и позаботилась о том, чтобы сохранился платок, которым коллеги отирали кровь с его разбитого лица. Итак, Герлих оказался в заключении. В первую ночь над ним жестоко издевались и зверски избивали, требуя назвать имена тех, кто снабжал его информацией. Но Герлих промолчал и каким-то чудом пережил эту ночь. Больше она не повторялась. Надо помнить, что нацисты в то время еще не окончательно укрепились во власти, и то, что творили в первую ночь с Герлихом, было тогда в принципе уголовно наказуемо. Его арест всколыхнул мировую общественность, у немецких властей требовали предъявить арестанта, если он не убит, тревожились – почему к нему никого не допускают с визитом? Герлих переносил свое заключение мужественно (он был лишен даже прогулок). Из политика он превратился в монаха, читал духовную литературу, постоянно молился. Не питая надежды выйти на свободу, он укреплял дух воспоминаниями о так близко с помощью Терезы пережитых страстях Господних и смирялся. Он был расстрелян вместе с сотнями других несчастных (среди которых было немало близких помощников и сотрудников Гитлера, которые стали ему неудобны, – в том числе офицер, поджигавший рейхстаг!) в так называемую "Ночь Длинных Ножей" в концлагере Дахау. Сохранилось свидетельство очевидца, который рассказал, что Герлих встретил смерть мужественно, в молитве, держа в руке золотой крест, подаренный ему Терезой Нойманн в день его конфирмации. Тюремщики Герлиха – простые люди – считали его святым и мучеником, о чем рассказывали позже тем, кто занял освободившуюся камеру. Искали нацисты и о.Ингберта Нааба, однако тому благодаря предостережению Терезы, удалось скрыться от властей. Известие о смерти Герлиха было для слабого здоровья о.Ингберта тяжелым ударом, и вскоре он скончался от застарелой болезни, не достигнув и пятидесятилетнего возраста.

После Герлиха – "врага номер один" – "врагом номер два" Гитлера была сама Тереза (это не голословное утверждение, тому существуют письменные подтверждения). Но что удивительно – хотя Гитлер с пунктуальным упорством и последовательностью высылал ищеек за всеми, кто принадлежал к "кругу" Терезы Нойманн и уничтожал тех, кого удавалось схватить, саму Терезу он так и не тронул. Вокруг ее личности в нацистской прессе было очень много шуму – она якобы представляла собой угрозу "народной гигиене и просвещению". Слышались требования подвергнуть ее новому обследованию. Семья Терезы была настроена решительно против этого – к тому времени врачи уже достаточно измучили Терезу, и их дальнейшие планы в ее отношении (например, срезать стигматы и взять их на обследование, кормить внутривенно или через кишечник и так далее) могли внушить только ужас, не говоря уже о том, что на языке нацистов "обследование" скорее всего означало просто "эвтаназию". Сама Тереза выражала готовность подвергнуться любому обследованию, если на то будет повеление церковных властей. Но церковные власти на это не пошли. Не стали настаивать и власти светские – Гитлер запретил подвергать Терезу какому бы то ни было насилию. Конечно, причиной этому было то, что он боялся народных волнений, но, по-видимому, он боялся и самой Терезы тоже – при его чудовищной суеверности. Засланная в Коннерсрейт под видом школьной учительницы шпионка регулярно доносила в центр о «возмутительном» поведении коннерсрейтцев – они, как и в мирное время, приветствовали друг друга словами "Благословен будь Господь наш Иисус Христос", а не "Хайль Гитлер", Тереза запрещала произносить "Хайль" в своей комнате и вообще не обращала на новую власть никакого внимания – но все сходило ей с рук. Тем временем в ее таинственной мистической жизни ничего не изменилось: каждую пятницу по-прежнему претерпевала она Христовы муки, видела видения, пребывала в трансе, "умирала" и "воскресала". Нацисты установили открытую цензуру над ее почтой, но ей писали так много и так, с точки зрения ответственного офицера-цензора, неинтересно, что цензура ограничивалась срезанием марок (для коллекции цензора) и формальном вскрытием конвертов.

Профессор Вутц тоже не дожил до конца войны. Старинный спонсор Герлиха, граф фон Вальдбург-Цайлен, купил дом Вутца в Айсштатте, так что круг его друзей и друзей Терезы мог продолжать нелегально встречаться под обжитым кровом.

В праздник Архангела Михаила в 1945 году Германия капитулировала. Однако капитуляции предшествовали ожесточенные бои за немецкую землю. Настал день, когда американские войска вплотную приблизились к Коннерсрейту. Тогда, сжигая за собой мосты, гитлеровцы решили наконец расправиться с Терезой. Ее дом был окружен танками, эсэсовцы ворвались в дом и потребовали выдачи Терезы. Испуганные родственники честно отвечали, что не знают, где она. Предвидев опасность, Тереза заранее укрылась в тайнике, устроенном приходским священником для хранения церковных ценностей и особенно важных архивов. Вместе с ней в тайнике пряталось четырнадцать детей. Фашисты организовали поиски, но тайника обнаружить не смогли. Разъяренные, они вывели танки из города на ближайшую высоту и оттуда повели стрельбу по Коннерсрейту. Тогда американцы вступили в бой и в недолгом времени вошли в деревню. К тому времени большая часть домов была разрушена, всюду пылали пожары. Загорелся и дом, где был устроен церковный тайник. Тереза вовремя заметила пожар и еле успела вывести детей наружу через запасной выход. И церковные ценности, и архивы погибли в огне. В числе сгоревших бумаг был и архив, касавшийся самой Терезы – итоги практически ежедневных наблюдений за ней в течение более чем тридцати лет. К счастью, это был не единственный источник документированных сведений о стигматичке из Коннерсрейта, но, конечно, самый подробный. Еще при жизни Терезы о ней вышло немало толстых книг. Можно сказать, она обрела всемирную славу. Но ни на ее характере, ни на ее образе жизни это не сказалось никак, и постоянный поток посетителей для нее был тяжелым испытанием, хотя она никогда не роптала и беседовала со всеми, кто нуждался в ее помощи. Сбывались слова св.Терезы из Лизье о том, что страдания способны обратить ко Христу куда больше людей, нежели самые замечательные проповеди. Никто не вел бухгалтерского учета обратившимся и исцелившимся по молитвам Терезы Нойманн. Те, кто владел пером, оставили свои свидетельства – библиография книг и статей о Терезе занимает не одну страницу. Те, кто имел деньги, вложили их по просьбе Терезы в дела милосердия или пожертвовали коннерсрейтской церкви на покупку земли под строительство или еще для чего-либо. Один предприниматель, исцелившийся от тяжелых повреждений позвоночника, по собственной инициативе поставил на коннерсрейтском кладбище, у могилы Терезы, огромное распятие из черного гранита в форме буквы "ипсилон" – так видела крест Тереза в своих видениях. Подножие креста обнимает плачущая Мария Магдалина. Но сколько было таких, которые не оставили воспоминаний и не записаны в книге пожертвований! О них можно судить только по числу людей, который стеклись на похороны Терезы в 1962 году: по самым скромным подсчетам, их было не меньше десяти тысяч.

Здесь следует рассказать и о других дарах духа Святого, которые имела Тереза Нойманн. Одним из них было умение определять присутствие святыни и подлинность реликвий. Иногда она начинала волноваться еще задолго до того, как человек, желавший проверить подлинность находившейся в его распоряжении реликвии, переступал порог ее дома. "Вот идет сюда священник, у него с собой что-то связанное со Спасителем!" (В данном конкретном случае речь шла о частице Креста Христова, в подлинности которой у ее владельца возникли сомнения. Позже эту частичку положили в основание черного креста на коннерсрейтском кладбище). Тереза никогда не ошибалась – близкие пытались иной раз подловить ее, на что она никогда не обижалась, но упрямо отстаивала свое мнение и оказывалась права. Другим необычным даром был дар брать на себя чужие страдания. Как может человек принять на себя чужую боль не в переносном смысле, а буквально? Чтобы ответить на этот вопрос, нам пришлось бы как следует углубиться в особенности католического мироощущения и богословия. Именно из этих особенностей вырастают стигматики (в православной церкви их нет). Если говорить вкратце, католическая традиция допускает, что человек может предложить себя Богу в жертву за других, разделив страдания Христа на кресте. Если Бог принимает жертву, многие слабые духом и грешники получают возможность спастись через нее. В случае Терезы Нойманн эта человеческая жертвенность достигла высшего и убедительнейшего своего выражения. Если Тереза брала на себя чьи-то страдания, то она переживала их в точности – молясь за больного астмой, умирала от одышки, агонизировала с умирающим, мучилась от жажды с тем, кого мучила жажда (при том, что сама она не могла пить!). При этом переживаемые за другого мучения выражались и внешним образом. Самое невероятное то, что, едва оправившись после очередного приступа страданий или пятничных мук, она вела самый активный образ жизни: сама запрягала лошадь и объезжала больных (в деревне не было ни своего врача, ни медсестры), ухаживала за своим любимым садом, цветами которого она украшала церковь, работала в поле, при необходимости путешествовала, а главное – принимала бесчисленных посетителей и до четырех часов ночи ежедневно читала горы писем и на каждое из них отвечала молитвой. Особенно много молилась Тереза об усопших. Она много раз видела их в своих видениях и знала, как нуждаются они в молитвах. По ее словам, они просят у живых их молитв, как "котята-попрошайки" выпрашивают у людей молока... И неважно, назовем ли мы их на католический манер "душами чистилища" или по-православному скажем, что они "проходят мытарства". "Чистилище – это не место, это состояние", – говорила Тереза. Имея столько дел, спала она не более двух часов в сутки (что, как, впрочем, и отсутствие потребности в еде и питье, в истории Церкви не ново – есть и древние примеры (но если скептики умудрялись отрицать феномен Терезы Нойманн, которая жила у них под боком, то что говорить о древних подвижниках?!), и примеры современные – например, св.Иоанн Шанхайский (Максимович), который обходился практически без сна... и некоторые другие православные монахи-подвижники, особенно Афонские, о которых мир зачастую совсем ничего не знает, а они не торопятся ему о себе возвещать. И у коннерсрейтцев не было желания трубить о совершающемся чуде направо и налево, но Коннерсрейт – не Афон, здесь шила в мешке было не утаить...

Правда, по окончании пятничных мучений Тереза еженедельно пребывала в длительном обмороке в ночь на субботу. Но можно ли это назвать сном, никто не знает. Может быть, можно назвать своего рода сном и "промежуточное состояние", в котором Тереза отвечала на вопросы присутствующих и о котором, по выходе из него, ничего не помнила.

В конце сороковых годов умерла старенькая мать Терезы, в конце пятидесятых – отец. Один за одним уходили друзья, умерла сестра Оттилия, всегда ухаживавшая за Терезой по пятницам, святая и простая душа. Сама Тереза скончалась на праздник Воздвижения Креста Господня, успев еще увидеть само Воздвижение во всех деталях в последнем из своих видений. По ее словам, она видела, в частности, как неизвестный ей человек в царских одеждах торжественно нес обретенный Крест по крестному пути Христа на Голгофу. Но в какой-то момент ему пришлось остановиться: он не мог сделать ни шагу дальше. Тереза увидела, как к по-царски одетому человеку подошел какой-то священник (по одежде, как установили специалисты – епископ) и принялся его увещевать. Вняв увещаниям, «важный человек» скинул царские одежды и корону, снял обувь – и только тогда смог продолжить путь. Когда обретенный Крест торжественно поднимали ввысь, чтобы показать толпе, люди плакали, вставали на колени и земно кланялись. Кто мог ожидать, что двухтысячелетняя традиция подтвердится с такой удивительной точностью?..

Во время кончины Терезы в комнате никого не было, и близкие еще долго думали, что это просто один из привычных обмороков. Незадолго до смерти Терезу преследовали особенно сильные сердечные боли, но никто ничего необычного в них не усматривал. Сама она только один раз намеком обмолвилась о каком-то решении касательно ее здоровья, которое должно было быть, по ее словам, принято как раз в тот день, когда она умерла. Но не более.

Сегодня, приехав в Коннерсрейт, можно побывать на могиле Терезы, которая вся выложена табличками на всех европейских языках – «Спасибо!» «Я вылечился!» «Продолжай в том же духе, Резл!». Рядом стоит то самое странное распятие в форме буквы «ипсилон» (или «игрек»), очень высокое, с замечательным ликом Христа. Возле могилы тихо переговариваются какие-то люди. (Автор реферата нечаянно расслышал, что рассказывают о родственниках Терезы и что-то об ее приходском священнике). В приходской церкви можно купить маленькие брошюры о Терезе. Ее дом (почти напротив церкви, ниже дороги) закрыт, занавески закрыты, только на двери висит эмалевая картинка-иконка: женщина, лежащая в постели, и с неба ее поражает пять молний – в ладони, в ступни и в сердце.

http://www.orlov-yoga.com/Yogananda/Autobiography.pdf
Из книги Парамахансы Йогананды «Автобиография Йога», глава 39 «Тереза Ньюмен - католичка-стигматка»


Знаменитая католичка-стигматка Тереза Ньюмен, которая в 1935 году вдохновила меня на паломничество в Коннерсройт.


Два брата Терезы Ньюмен. Я стою с ними в Коннерсройте, Бавария.

Наша группа приятно провела день в гостях у сэра Карри Лаудера в его имении в Шотландии. Так как я хотел поехать в Баварию, вскоре после этого мы пересекли Ла-Манш, переправившись на континент. Я чувствовал, что для меня это, возможно, единственный шанс посетить великого католического мистика - Терезу Ньюмен из Коннерсройта.

Несколькими годами раньше я прочитал интересное сообщение о Терезе Ньюмен. Информация, приведенная в этой статье, была такого рода:

1. Тереза, родившаяся в Страстную пятницу 1898 года, в результате несчастного случая ослепла и была парализована в возрасте двадцати лет.

2. Молитвами к Святой Терезе из Лисье - ”Маленькому цветочку” - она чудесным образом вернула себе зрение в 1923 году. Позже мгновенно исцелились конечности Терезы Нюмен.

3. С 1923 года Тереза полностью отказалась от еды и питья, за исключением ежедневного употребления маленькой освященной облатки.

4. Стигматы, то есть святые раны Христовы, появились в 1926 году у Терезы на голове, груди, руках и ногах. С того времени по пятницам каждую неделю она проходит через страсти Христовы, вынося на своем теле все Его исторические муки. (С военных лет Тереза не переживала крестные муки каждую пятницу, а лишь по определенным святым дням в году. Книги о ее жизни: Тереза Ньюмен, стигматка наших дней; Дальнейшая хроника о Терезе Ньюмен, обе Фридриха Риттера фон Лама, и Рассказ о Терезе Ньюмен А.П.Шимберга (1947) - опубликованы издательством Bruce Pub. Co., Milwaukee, Wisconsin; и Тереза Ньюмен Джоана Штейнера, опубликованная издательством Alba House, Staten Island, N.Y. Книга Шимберга описывает жизнь Терезы во время войны, когда нацисты тщетно пытались ее убить.)

5. Зная в обычном состоянии лишь простую германскую речь своей деревни, во время трансов по пятницам Тереза произносит фразы, которые ученые отождествляли с древним арамейским языком. В соответствующие моменты в видениях она говорит на иврите или по-гречески.

6. С разрешения церкви Тереза несколько раз находилась под пристальным научным наблюдением. Доктор Фриц Герлик, редактор протестантской немецкой газеты, отправился в Коннерсройт, чтобы ”разоблачить католическое мошенничество”, но это закончилось тем, что он почтительно описал ее биографию.

Как всегда, на Востоке или на Западе, я был жаден до любых встреч с каким бы то ни было святым и был очень рад, когда шестнадцатого июля наша маленькая группа выехала в небольшую тихую деревеньку Коннерсройт. Крестьяне-баварцы проявили живой интерес к ”форду”, прибывшему с нами из Америки, и соответствующей ему группе людей - молодому американцу, пожилой даме и оливковому жителю Востока с длинными волосами, заправленными за воротник.

Но, увы, чистенький, опрятный домик Терезы с цветущей геранью у простого колодца был заперт. Ни соседи, ни даже сельский почтальон, проходивший мимо, не могли нам ничего сказать. Начался дождь, мои спутники предложили уехать.

- Нет, - упорно возразил я, - я останусь здесь, пока не найду ключа, ведущего к Терезе.

Два часа спустя мы все еще сидели в автомобиле под наводящим уныние дождем. ”Господи, - пожаловался я вздыхая, - зачем Ты привел меня сюда, если она исчезла?”

Около нас остановился один человек, говорящий по-английски, и вежливо предложил помощь.

- Я не знаю наверняка, где Тереза, - сказал он, - но она часто бывает в доме у профессора Вутца, учителя семинарии в Эйхштадте, миль за восемьдесят отсюда.

На следующее утро мы приехали в селение Эйхштадт, рассекаемое узкими вымощенными булыжником улочками. Доктор Вутц сердечно приветствовал нас у себя дома: ”Да, Тереза здесь”. Он послал сказать ей о посетителях. Посланный скоро вернулся с ответом от нее: ”Хотя епископ и просил меня не встречаться ни с кем без его позволения, я приму божьего человека из Индии”.

Глубоко тронутый, я последовал за профессором Вутцем наверх в гостиную.

Тереза тут же вышла, излучая атмосферу мира и радости. На ней было черное платье и белый, без единого пятнышка, головной убор. Хотя ей в то время было тридцать семь лет, она казалась намного моложе, отличаясь поистине детской свежестью и обаянием. Здоровая, бодрая, хорошо сложенная и с розовыми щеками - вот святая, которая ничего не ест!

Тереза приветствовала меня очень милым рукопожатием. Мы оба, улыбаясь, смотрели друг на друга в молчаливом согласии, и каждый сознавал, что рядом с ним человек, любящий Бога.

Доктор Вутц любезно предложил свои услуги в качестве переводчика. Когда мы сели, я заметил, что Тереза смотрит на меня с наивным любопытством, очевидно, индийцы в Баварии бывали редко.

- Вы ничего не едите? - Я хотел услышать ответ на этот вопрос из ее собственных уст.

- Нет, кроме гостии ежедневно в шесть часов утра. (Гостия - евхаристическая облатка из муки.)

- Как велика гостия?

- Тонкая, как бумага, величиной с маленькую монетку, - ответила она и добавила: - Я ем ее по причине ее святости, если она не освящена, я не в состоянии есть и ее.

- Разумеется, вы не смогли бы прожить этим целых двенадцать лет?

- Я живу Светом Божиим! Какой по-эйнштейновски простой ответ! - Я вижу, вы сознаете, что энергия вливается в ваше тело из эфира, от солнца и из воздуха.

По лицу ее скользнула улыбка:
- Я так счастлива узнать, что вы понимаете, как я живу.

- Ваша святая жизнь является каждодневной демонстрацией истины, высказанной Христом: ”...Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих”.

И снова она обнаружила радость при моем объяснении.
- Это действительно так. Одна из причин, по которым я ныне на земле, в том, чтобы доказать, что человек в состоянии жить незримым Светом Божиим, а не одной лишь пищей.

- Можете ли вы научить других, как жить без пищи?

Это ее как будто шокировало.
- Я не могу этого делать, Богу это не угодно.

Когда мой взгляд упал на ее крепкие изящные руки, Тереза показала мне квадратные, только что залеченные раны на тыльной стороне рук. На ладонях она указала на недавно затянувшиеся раны поменьше, в форме полумесяца. Каждая рана проходила прямо через кисть. Вид этих стигматов вызвал у меня воспоминание о больших квадратных железных гвоздях с кончиками в виде полумесяца, все еще используемых на Востоке, но которых я не припомню на Западе.

Святая кое-что рассказала мне о еженедельных трансах. Как беспомощный зритель наблюдал я всю страсть Христову. Каждую неделю с полуночи в четверг и до полудня - часа дня в пятницу все раны открываются и кровоточат; она теряет четыре с половиной килограмма обычного веса в пятьдесят пять килограммов. Также страдая в полной сочувствия любви, Тереза тем не менее с радостью ожидает этих еженедельных видений Господа.

Я сразу понял, что ее странная жизнь предназначена Богом для того, чтобы вновь убедить всех христиан в исторической достоверности жизни Иисуса и Его распятия на кресте, как это записано в Новом Завете и драматично показать вечно живую связь между Учителем-галилеянином и поклоняющимися Ему.

Профессор Вутц рассказал несколько случаев, бывших со святой в его присутствии.
- В компании нескольких человек, включая Терезу, с целью осмотра достопримечательностей мы часто предпринимали многодневные экскурсии по всей Германии, - рассказывал он. - Это поразительный контраст: в то время как мы едим трижды в день, Тереза не ест ничего. Она остается свежей, как роза, которой не касается усталость, сказывающаяся на нас в результате путешествия. Когда мы голодны и рыщем по пригородным постоялым дворам, она весело смеется.

Профессор добавил несколько интересных физиологических деталей:
- Поскольку она не принимает никакой пищи, ее желудок уменьшился. У нее нет естественных выделений, но потовые железы функционируют, кожа ее всегда нежна и упруга.

Во время отъезда я сказал Терезе о желании присутствовать во время одного из ее трансов.
- Пожалуйста , приезжайте в Коннерсройт в следующую пятницу, - любезно сказала она. - Епископ позволит вам. Я буду очень рада, если вы навестите меня в Эйхштадте.

Тереза неоднократно кротко пожала нам руки и проводила до ворот, мистер Райт в автомобиле включил приемник, святая осмотрела его, восторженно улыбаясь. Тут же собралось столько мальчишек, что Тереза удалилась. Мы увидели ее у окна смотрящую на нас и машущую рукой, как дитя.

На другой день из беседы с двумя братьями Терезы, очень добродушными и приятными, мы узнали, что святая спит лишь час-два. Она активна и полна энергии, несмотря на множество ран на теле. Она любит птиц, следит за аквариумом и часто работает в саду. Ее корреспонденция велика, набожные католики обращаются к ней за молитвами и целительными благословениями. Благодаря ей многие ищущие исцелились от серьезных болезней.

Ее брат Фердинанд, молодой человек двадцати трех лет, сказал, что Тереза обладает способностью при помощи молитвы переносить на свое тело болезни других.

Отказ святой от пищи берет начало с того времени, когда она молилась, чтобы болезнь горла у одного молодого человека из ее прихода, готовящегося принять духовный сан, перешла на ее собственное горло.

В четверг вечером наша группа поехала к дому епископа, который с некоторым удивлением взглянул на мои распущенные волосы. Он с готовностью дал необходимое разрешение, не требовавшее никакого вознаграждения. (До 1934 г. никакого разрешения не требовалось, после чего Гитлер приказал прекратить пятничные паломничества, привлекавшие тысячи людей.) В пятницу около половины десятого утра мы прибыли в Коннерсройт.

Я заметил, что в домике Терезы есть специальное место, крытое стеклом, чтобы было больше света. Мы рады были видеть, что двери более не закрыты, а широко и гостеприимно распахнуты. В число посетителей, представивших разрешение, которых было около двадцати, входили многие пришедшие издалека, чтобы увидеть мистический транс.

Тереза прошла мое первое испытание на интуитивное знание в доме профессора вовсе не для того, чтобы удовлетворить преходящее любопытство.

Мое второе испытание было связано с тем фактом, что как рез перед тем как подняться в ее комнату, чтобы быть единым с нею в телепатической и телевизионной связи, я привел себя в состояние йоговского транса. Я вошел в ее комнату, полную посетителей. Она в белом одеянии лежала на кровати. Вместе с неотступно следующим за мной мистером Райтом я остановился на пороге, пораженный странным и весьма жутким зрелищем.

С нижних век Терезы тонкой и непрерывной струйкой текла кровь. Взгляд ее был устремлен вверх на духовное око в центре лба. Ткань, которой была обернута голова, промокла от крови, сочившейся из ран-стигматов тернового венца. На ее белом одеянии было красное пятно над сердцем от раны в боку, в том месте, где тело Христа когда-то пострадало от последнего унижения - удара копьем.

Руки Терезы были простерты в материнском молящем жесте, на лице ее было мученическое и вместе с тем божественное выражение. Она казалась более худой, чем обычно, изменившейся не только физически, но и в более тонком отношении.

Бормоча слова на каком-то чужом языке, она слегка дрожащими губами обращалась к лицам, видимым ее внутренним зрением.

Поскольку я был в состоянии единения с нею, я видел те сцены, которые открывались ей в это время. Она смотрела на Иисуса, Который средь глумящейся толпы нес крест из бревен. (В часы, предшествовавшие моему прибытию, Тереза прошла уже через множество видений последних дней в жизни Христа. Транс ее обычно начинается со сцен тех событий, что последовали за Тайной Вечерей, и заканчиваются смертью Иисуса на кресте или иногда Его погребением.) Вдруг она в ужасе подняла голову: Господь упал под нещадной тяжестью.

Видение исчезло. Тереза тяжело откинулась на подушку, изнеможенная горячим состраданием.

В этот момент я услышал позади себя какой-то громкий стук. Обернувшись, я увидел двоих людей, выносящих тело упавшего.

Я не сразу его узнал, поскольку выходил из глубокого сверхсознательного состояния. Я снова устремил глаза на лицо Терезы, смертельно бледное, в ручейках крови, но теперь спокойное, излучающее чистоту и святость. Оглянувшись затем, я увидел, что мистер Райт стоит, прижав руку к щеке, из которой течет кровь.

- Дик, - с тревогой спросил я, - это вы упали?

- Да, от этого жуткого зрелища я потерял сознание.

- Ну, ну, - утешил я его, - вы были достаточно смелы, чтобы вернуться и вновь смотреть на это.

Вспомнив о терпеливо ожидающей группе паломников, мы с мистером Райтом безмолвно простились с Терезой и оставили ее святое общество.

(Официальное сообщение INS news Германии от 26 марта 1943 г. извещало: ”Германская крестьянка лежала в эту страстную Пятницу на своей кровати с обагренной кровью головой, кистями и плечами в тех местах, где тело Христово кровоточило от гвоздей креста и тернового венца. Тысячи исполненных благоговейного трепета немцев и американцев в молчании прошли мимо постели Терезы Ньюмен”.

Великая стигматка скончалась 18 сентября 1962 г. в Коннерсройте - Примечание американского издателя.)

Возврат к заглавию


Гири Бала

http://www.orlov-yoga.com/Yogananda/Autobiography.pdf
Из книги Парамахансы Йогананды «Автобиография Йога», глава 46 «Женщина-йог, которая ничего не ест (Гири Бала).»

Эта великая йогиня не ела и не пила с 1880 года. Я запечатлен вместе с ней на снимке, сделанном в 1936 году около ее дома в Бенгальской деревне Биур. Ее способность не есть была строго исследована Махараджей Бурдвана. Она применяет определенную йоговскую технику чтобы заряжать свой организм космической энергией, взятой из солнца или из воздуха.

- Сэр, куда мы направляемся сегодня утром?

Мистер Райт сидел за рулем форда. Дорога была достаточно длинной, и он мог оторвать от нее глаза, взглянув на меня с вопросительной улыбкой. Почти каждый день он куда-то ехал, лишь иногда при этом зная заранее, какую часть Бенгалии ему придется заново открывать во время поездки.

- Если Богу будет угодно,- ответил я с благоговением,- мы посмотрим на восьмое чудо света - на святую женщину которая питается только воздухом.

- Ну, это повторение чудес,- ведь мы уже видели Терезу Ньюман. Однако в смехе мистера Райта явно слышалось жадное любопытство, и он даже увеличил скорость. Еще одна необычная находка для его путеводного дневника! И притом такая, какая не снилась среднему туристу!

Мы только что выехали из школы Ранчи, встав еще до восхода солнца. Кроме меня и моего секретаря с нами было еще трое друзей-бенгальцев. Мы упивались бодрящим воздухом, этим естественным вином раннего утра. Наш водитель осторожно вел машину среди рано поднявшихся крестьян и двухколесных повозок. Горбатые волы медленно тянули их по дороге, не проявляя ни малейшей склонности уступать дорогу своему гудящему сопернику.

- Сэр, нам хотелось бы узнать больше об этой святой постнице.

- Ее зовут Гири Бала,- сообщил я спутникам. Впервые я услышал о ней много лет назад от одного ученого джентльмена, которого зовут Стхити Лал Найди. Он часто приходил к нам домой на Гурпар Роуд, занимаясь с моим братом Вишну.

- Я хорошо знаю Гири Балу,- рассказывал мне Стхити Бабу.- Она пользуется особой техникой йоги, которая дает ей возможность жить без пищи. Я был ее близким соседом в Навабгандже около Ичапура (в северной Бенгалии). Хотя я старался тщательно наблюдать за нею, я никогда не мог заметить, чтобы она ела или пила. В конце-концов мой интерес возрос до такой степени, что я обратился к Махарадже Бурдвана и попросил его произвести исследование этого случая (ныне покойный Его Высочество сэр Биджай Чанд Матхаб. Его семья, несомненно, хранит архивные записи о трех исследованиях необыкновенных способностей Гири Балы, произведенных Махараджей.) Удивленный всей историей, Махараджа пригласил ее к себе во дворец. Гири Бала согласилась подвергнуться испытанию и жила а течение двух месяцев под замком, помещенная в небольшом отделении дворца. Позже она еще раз посетила дворец и оставалась там двадцать дней. Наконец, третье испытание длилось пятнадцать дней. Сам Махараджа сказал мне, что эти три строжайшие проверки вполне убедили его в том, что она ничего не ест.

”Этот рассказ Стхири Бабу оставался у меня в памяти более двадцати пяти лет,- закончил я.- Иногда, находясь в Америке, я сомневался не поглотит ли поток времени эту йогиню еще до того, как я смогу повстречаться с ней. Ей должно быть сейчас уже не мало лет. Я даже не знаю, где она теперь живет, не умерла ли она. Но через несколько часов мы будем в Пурулья, там у ее брата есть свой дом”.

В половине одиннадцатого мы беседовали с братом Гири Балы, Дамбодаром, адвокатом из Пурулья.

- Да, моя сестра жива. Иногда она навещает меня здесь; а сейчас она находится в нашем семейном доме в Биуре,- Дамбодар Бабу взглянул с сомнением на форд.- Я думаю, свамиджи. Вам было бы лучше удовольствоваться древней повозкой с волами, хотя на ней будет трясти.

Наша компания единодушно выразила свою верность форду, гордости Детройта.

- Этот форд приехал из Америки! - сказал я адвокату.- Будет стыдно лишить его возможности познакомиться с самым сердцем Бенгалии.

- Ну, тогда пусть вам сопутствует Ганеш (”Устраняющий препятствия”, божество удачи)! - промолвил, смеясь Дамбодар Бабу; затем он вежливо добавил: - Если вам удастся туда доехать, то Гири Бала будет рада вас видеть. Я уверен в этом. Ей скоро исполнится семьдесят лет, но здоровье ее продолжает оставаться великолепным.

- Скажите, пожалуйста, сэр, она в самом деле ничего не ест? - Я взглянул ему прямо в глаза, как бы пытаясь проникнуть в самую глубину его души.

- Это верно.- Его взгляд был чистым и открытым.- В течение более чем пятидесяти лет я не видал ни разу, чтобы она съела хоть кусочек. Если бы неожиданно наступил конец мира, то и это меня не удивило бы так, как если бы я увидел, что моя сестра, что-то ест.

Мы вместе посмеялись над этими невероятными космическими событиями.

- Гири Бала никогда не стремилась выполнять свою практику йоги в недоступном одиночестве,- продолжал Дамбодар Бабу.- Вся ее жизнь прошла в окружении семьи и друзей. Теперь они знают о ее необычном состоянии, и каждый из них был просто потрясен, если бы она решила что-нибудь съесть! Само собой разумеется, сестра любит уединение, что и соответствует положению индийской вдовы. Но наш небольшой кружок друзей в Пурулья и Биуре знает ее, как исключительную женщину.

Искренность брата была очевидна. Наша небольшая группа тепло поблагодарила его и направилась в Биур. Мы остановились около одной из уличных лавок, чтобы купить карри и лучи. Собрался целый рой уличных мальчишек, наблюдавших за тем, как мистер Райт ест просто руками, как это принято у индийцев. С большим аппетитом мы подкрепилась перед наступающим днем, который, хотя мы в тот момент этого и не знали, оказался весьма трудным.

Теперь мы проехали на восток через обожженные солнцем рисовые поля, направляясь в район Бурдвана. Мы пробирались по дорогам, обнесенным густой растительностью; с огромных ветвей, напоминавших зонтики, лились песни птиц. По временам встречалась повозка с волами, и скрип ее осей и обшитых железом деревянных колес являл уму резкий контраст со свистом автомобилей на аристократическом асфальте больших городов.

- Дик, стойте! - На мою неожиданную просьбу форд ответил протестующим толчком.- Ведь это обремененное плодами дерево манго просто кричит, приглашая нас к себе!

Вчетвером мы, как дети, бросились к подножью дерева, вокруг которого в изобилии лежали плоды манго. Дерево щедро сбрасывало их по мере того, как они созревали.

- Как много плодов рождено для того, чтобы лежать незамеченными,- перефразировал я известное изречение,- и терять свою сладость на каменистой почве!

- Не то, что в Америке, свамиджи, а? - засмеялся Сейлеш Мазумдар, один из моих учеников-бенгальцев.

- Совсем не то,- согласился я, наполненный удовлетворением и соком манго.- Как мне недоставало этих плодов на Западе! Без манго невозможно постичь индийские небеса.

Подобрав кусок камня, я сбил прелестный плод, скрывавшийся на самой вершине дерева.

- Дик,- спросил я в промежутке между двумя глотками амброзии,- мы взяли с собою все аппараты?

- Да, сэр, они лежат в багажнике.

- Если Гири Бала окажется настоящей святой, я хочу написать о ней в американских журналах. Индийская йогини с такой вдохновляющей силой не должна жить и умереть в безвестности, подобно большинству этих плодов манго.

Прошло полчаса, а я все еще бродил в лесном уединении.

- Сэр,- заметил мистер Райт,- мы должны добраться до Гири Балы еще засветло, чтобы освещение было достаточным для фотографирования.- Усмехаясь, он добавил: - Мы не можем рассчитывать на то, что они поверят в существование этой леди без единого снимка!

Эта мудрость была неоспоримой; преодолев искушение, я вновь уселся в машину.

- Ваша правда, Дик,- вздохнул я, когда мы снова понеслись вперед,- принесем манговый рай на алтарь европейского реализма Фотографии нам необходимы!

Дорога становилась все хуже и хуже. Появились многочисленные колеи, огромные пузыри засохшей глины - словом, все печальные признаки разрушения, свойственные глубокой старости. Теперь нам иногда приходилось вылезать из машины, чтобы дать возможность мистеру Райту легче маневрировать фордом, который мы втроем подталкивали сзади.

- Дамбодар Бабу оказался прав,- признал Сейлеш,- теперь уже не машина везет нас, а мы машину.

Кроме того, нам то и дело приходилось вылезать из автомобиля: нас обманывала внешность встречных деревень, каждая из которых казалась образцом непритязательной простоты.

Извилистая дорога поворачивала в разные стороны среди пальмовых рощ, деревень, гнездившихся в тени лесов, вероятно, с древнейших времен,- записал 5 мая 1936 года мистер Райт в своем путевом дневнике.- Эти группы глинобитных домов под крышами из пальмовых листьев, с дверьми, украшенными лишь одним из Имен Бога, являли весьма живописный вид. Везде было множество голых малышей, невинно игравших в свои игры; они останавливались, широко открывали глаза или в испуге бежали прочь, завидев огромную черную повозку без быков, которая с безумной скоростью несется через их деревню. Женщины лишь украдкой бросали на нас взгляды из-под укрытий, тогда как мужчины, лениво развалившиеся под деревьями, расположенными вдоль дороги, даже не допускали, чтобы любопытство могло преодолеть их бесстрастие. В одной деревне все ее жители весело плескались в огромном пруду. Они купались прямо в одежде, сбрасывая затем мокрое платье и драпируясь в сухое. Женщины носили домой воду в больших медных кувшинах.

Дорога превратилась в веселую скачку с препятствиями. Пробираясь через горы и скалы, мы прыгали и тряслись, погружались в маленькие ручейки, объезжали неоконченное шоссе, скользили по песчаным руслам пересохших рек.

Наконец, к пяти часам вечера мы приблизились к Биуру, месту нашего назначения. Эта крошечная деревушка, расположенная в глубине округа Банкура и скрытая в густой листве, во время дождей недоступна для путешественников, ибо тогда ручьи превращаются в бушующий поток, а дороги - в змеящиеся реки грязи.

Спросив дорогу у группы богомольцев, возвращавшихся домой после служения (храм находился поблизости, на уединенном поле), мы попали в осаду: нас окружили дюжина едва одетых ребятишек, которые карабкались на крылья машины и наперебой предлагали показать путь к Гири Бале.
Дорога привела нас к роще финиковых пальм, в тени которых укрывалось несколько глинобитных хижин. Но прежде чем мы успели доехать, форд угрожающе наклонился, подскочил и упал. Узкая тропа шла между стеной деревьев и прудом по гребням скал, среди ям и глубоких колей. Автомобиль удержался на зарослях кустарника; затем он застрял на холмике, и нам пришлось подкладывать под колеса глыбы засохшей земли. Медленно и осторожно мы двинулись дальше; но вдруг дорогу преградили заросли кустов, возникшие перед нами прямо посреди колеи от повозок. Нам пришлось объезжать это препятствие низом, по крутому склону, который спускался прямо в высохший пруд. Мы спаслись только благодаря тому, что нарубили веток, обтесали их и уложили, а затем забросали песком.

Вновь и вновь дорога казалась непроходимой; но нам нужно было довести наше паломничество до конца. Услужливые ребята достали заступы и разбивали препятствия (благословения Ганеша!), а сотни малышей и их родителей играли роль зрителей.

Наконец дорога стала виться вдоль двух рядов древних колей; женщины глядели из-за дверей, широко открыв глаза.

Мужчины шли по бокам и позади. Шествие увеличивалось благодаря толпам детей. Вероятно, наш автомобиль первым проехал по этим дорогам, где ”синдикат повозок с волами” все еще, должно быть, обладал всемогущей властью. Можно себе представить, какую сенсацию вызвали мы - группа во главе с американцем, въезжающая на фыркающем автомобиле прямо в их сельское убежище, нарушив святость его древнего уединения!

Остановившись у узкого переулка, мы оказались в трех десятках метров от наследственного дома Гири Балы. Мы почувствовали волнение успеха после стольких дорожных тягот, завершившихся труднейшим финишем. Мы подошли к широкому трехэтажному кирпичному строению, которое господствовало над окружающими каменными хижинами. Дом ремонтировали: он был окружен бамбуковыми лесами.

С лихорадочной дрожью ожидания, подавляя радость, мы стояли перед открытой дверью, откуда должна была выйти женщина, которую коснулось благословенье Божие, навсегда уничтожив при этом чувство голода. Вокруг стояли, разинув рты, деревенские жители, молодые и старые, обнаженные и в одеждах. Женщины глядели откуда-то издалека, но и они были исполнены любопытства; мужчины и мальчишки неотступно следовали за нами по пятам, глазея на это беспрецедентное зрелище.

Вскоре в двери показалась небольшая фигура - это вышла Гири Бала!

Закутанная в одеяние из тусклого золотистого шелка, она ступала совершенно по-индийски, скромно и застенчиво, поглядывая на нас из-под верхней складки своего одеяния из тканей вадеши. Глаза ее блестели подобно углям в тени лица. Чрезвычайно благожелательное и доброе выражение лица сразу очаровало нас, ибо то было лицо постижения и понимания, свободно от малейшего оттенка земной привязанности.

Она покорно приблизилась и безмолвно согласилась разрешить нам сделать много фотографий, а также заснять несколько кинокадров. Терпеливо и смиренно она выносила все тяготы фототехники: принятие нужной позы, поиски удачного освещения. В конце-концов мы запечатлели для потомства на множестве фотоснимков единственную в мире женщину, прославленную тем, что она живет без пищи и питья более пятидесяти лет (Тереза Ньюман, разумеется, начала свой пост с 1923 г.).

Когда Гири Бала стояла перед нами, целиком прикрывшись своей просторной одеждой, ее тела совсем не было видно. Осталось только лицо с потупленными глазами, руки и маленькие ноги. В глазах светилось само материнство; лицо поражало редким спокойствием, невинностью и миром - широкий, детский вздрагивающий рот, женский нос, маленькие блестящие глаза на лице и задумчивая улыбка.

Мои впечатления от Гири Балы сходны с впечатлениями мистера Райта. Духовность окутывала ее нежной сверкающей вуалью... Она совершила передо мною пранам обычным жестом мирянина, приветствующего монаха. Ее простое очарование и спокойная улыбка оказались лучшим приветствием, чем громкие слова: и мы забыли наше трудное, пыльное путешествие.

Маленькая святая уселась, скрестив ноги, на веранде. Хотя лицо ее было изборождено морщинами, свойственными старости, она не казалась высохшей; оливково-смуглая кожа оставалась чистой и упругой.

- Мать,- заговорил я на бенгали,- я думал о том, чтобы посетить вас более двадцати пяти лет. Я слышал о вашей святой жизни от Стхити Лал Найди Бабу.

Она кивнула в знак подтверждения головой.

- Да, это мой добрый сосед в Навабгандже.

- За эти годы мне пришлось пересечь океаны, но я никогда не забывал своего желания когда-нибудь повидать вас. Та возвышенная драма, которую вы здесь незаметно играете, должна быть явлена перед всем миром, ибо он давно забыл о существовании внутренней божественной пищи.

Святая на мгновенье подняла глаза, улыбаясь с безмятежным интересом.

- Баба (почтенный отец) знает лучше,- покорно ответила она... Я был счастлив, увидев, что мои расспросы ее не оскорбили. Никогда нельзя заранее знать, как йогин или йогини будут реагировать на мысль о какой-либо публичности. Как правило, они избегают ее, желая в безмолвии следовать по пути глубоких душевных показаний.

- Мать,- продолжал я,- тогда простите меня за то, что обременяю вас расспросами. Будьте добры, ответьте лишь на те из них, которые не будут вам неприятны. Я пойму и ваше молчание.

Она грациозным жестом протянула вперед руки:
- Я рада ответить вам,- если такая незначительная личность, как я, сможет дать удовлетворительные ответы.

- Не называйте себя незначительной,- запротестовал я.- Вы великая душа.

- Я смиренно служу всем.- И затем я услышал странную фразу: - Я люблю готовить пишу и угощать людей.

”Странное время препровождения для святой, которая ничего не ест!” - подумалось мне.

- Скажите мне, мать,- я хочу услышать это из ваших уст,- действительно ли вы живете без пищи?

- Да, это правда,- она немного помолчала; следующие ее слова показали, что она считала в уме.- С двенадцати лет четырех месяцев и до моего нынешнего возраста в шестьдесят восемь лет около пятидесяти шести лет - я ничего не ела и не пила.

- И вам никогда не хочется есть?

- Если бы мне хотелось есть, я должна была бы делать это,- произнесла она просто, но с достоинством. Эта аксиома слишком хорошо известна тому миру, который вращается вокруг трех приемов пищи в день.

- Но все же вы едите нечто! - В моем тоне послышалась нота увещевания.

- Конечно,- улыбнулась она, быстро поняв смысл моего замечания.

- Вы питаетесь более тонкими энергиями из воздуха, солнечного света6 и космической энергии, которая насыщает ваше тело через продолговатый мозг.

- Баба знает,- вновь покорно согласилась она, как обычно спокойно и бесстрастно.

- Мать, расскажите мне, пожалуйста, о ранних годах вашей жизни. Этот рассказ будет представлять глубокий интерес для всей Индии и даже для наших заморских братьев и сестер.

Отбросив обычную сдержанность, Гири Бала устроилась поудобнее и принялась рассказывать:
”Пусть будет так,- произнесла она тихим, но твердым голосом.- Я родилась в этом лесном крае. В детстве моем не было ничего замечательного, кроме одной вещи; я была невероятно прожорлива.
Я была обручена девяти лет.

- Дитя,- часто предостерегала меня мать,- старайся сдерживать свою жадность. Когда для тебя наступит время жить в семье мужа, среди чужих людей, что подумают там о тебе? Ведь ты тратишь все свое время только на еду”!

И вот наступила беда, которую она предвидела. Мне было всего двенадцать лет, когда я стала жить в семье мужа, в Навабгандже. С утра до самой ночи свекровь стыдила меня за обжорство. Однако ее брань оказалась скрытым благословением: она пробудила во мне дремлющие духовные наклонности. Однажды утром свекровь высмеивала меня особенно безжалостно.

- Скоро я докажу вам,- ответила я, уязвленная до глубины души,- что никогда больше за всю свою жизнь не притронусь к пище!

- Скажите пожалуйста,- насмешливо расхохоталась свекровь.- Как же ты сможешь жить без еды, если ты объедаешься каждый день?

Мне было нечего возразить на это замечание. Однако в сердце мое вошла непреклонная решимость. Спрятавшись в уединенном месте, я взывала к моему Небесному Отцу:
- Господи,- молилась я неустанно,- пошли мне, пожалуйста, гуру, который смог бы научить меня жить Твоим светом, а не пищей!

Объятая экстазом, в блаженном очаровании, я отправилась к Навабганджинскому гхату, на берег Ганга. По пути я встретила жреца семьи мужа.

- Досточтимый господин,- сказала я доверчиво,- будете добры, расскажите мне, как можно жить без пищи.

Он посмотрел на меня с удивлением, ничего не отвечая. В конце концов ему захотелось меня утешить.

- Приди сегодня вечером в храм, дитя мое, и я совершу для тебя специальную ведическую церемонию.

Не этого неясного ответа ждала я и продолжила путь к гхату. Утреннее солнце сверкало в воде. Я очистилась в Ганге как бы для святого посвящения. И когда я в мокрой одежде вышла на берег, передо мной при полном дневном свете материализовалась фигура моего гуру!

- Дорогое дитя,- промолвил он голосом, полным любви и сострадания,- я - гуру, посланный сюда Богом, чтобы удовлетворить твою неотложную просьбу. Господь был глубоко тронут самой ее необычностью! С сегодняшнего дня ты будешь жить за счет астрального света, и атомы твоего тела будут поглощать энергию из потока Беспредельности!”

Гири Бала погрузилась в безмолвие. Я взял у мистера Райта карандаш и записную книжку и сделал несколько записей по-английски, чтобы он знал, о чем наш разговор.

Но вот святая еле слышным голосом возобновила свое повествование:
”Гхат был заброшен, тем не менее, гуру окружил нас аурой ограждающего света, чтобы никто из случайных посетителей не обеспокоил нас впоследствии. Он посвятил меня в технику крия, которая освобождает тело от необходимости питаться грубой пищей смертных. Эта техника включает в себя особую мантру (могущественный вибрационный напев) и дыхательное упражнение, более трудное, чем те, которые доступны выполнению среднего человека. Вот и все. Не нужны ни лекарства, ни магические обряды - ничего, кроме крия”.

Подобно американскому газетному репортеру - все они, сами того не ведая, научили меня своим приемам,- я засыпал Гири Балу вопросами о многих предметах, которые как я и полагал, будут интересны для всего мира. Понемногу она сообщила мне следующее:

”У меня никогда не было детей; много лет назад я овдовела. Сплю я очень мало, ибо для меня сон и бодрствование - одно и то же. Днем я занимаюсь своими домашними делами, а медитирую ночью. Я почти не ощущаю сезонных перемен погоды. Я никогда не болела и не чувствовала себя нездоровой; только при случайных повреждениях бывает слабая боль. У меня нет телесных выделений. Я могу управлять работой сердца и дыханием. В видениях я часто общаюсь с моим гуру и другими великими душами”.

- Мать,- задал я вопрос,- а почему вы не учите других людей способу жить без пищи?

Но мои честолюбивые замыслы о помощи миллионам голодающим во всем мире сразу же рассеялись:
- Нет,- покачала она головой,- гуру строго запретил раскрывать эту тайну. Он не желает вмешиваться в драму Божественного Творения. Крестьяне не поблагодарили бы меня, если бы я научила людей жить без пищи! Сочные плоды лежали бы бесполезно на земле. Получается так, что несчастья, голод и болезни являются бичами нашей кармы, которые в конце концов побуждают нас искать подлинный смысл жизни.

- Мать,- спросил я тогда медленно,- а для чего же в таком случае вы были избраны, как человек, живущий без пищи?

- Чтобы показать, что человек - это дух,- и лицо ее засверкало мудростью.- Показать, что благодаря духовному продвижению человек постепенно сможет жить не пищей, а вечным Светом.

(Достигнутое Гири Балой состояние, при котором отпадает нужда в еде, является одной из сил йоги, упоминаемые Патанджали в его ”Йога-сутре” (III, 31). Гири Бала пользуется особым дыхательным упражнением, воздействующим на вишудха чакру, пятый центр тонких энергий, расположенный в позвоночном столбе, против горла. Этот центр контролирует пятый элемент - акашу или эфир, пронизывающий межатомные пространства клеток физического тела. Сосредоточение на этой чакре (”колесо”) дает подвижнику способность жить эфирной энергией.

Но вот Тереза Ньюман, не употребляющая грубой физической пищи, не практикует никакой специальной техники йогической науки, рассчитанной на то, чтобы ничего не есть. Объяснение этому факту открывается в особенностях личной кармы. За Терезой Ньюман, как и за Гири Балой, лежат многие жизни преданности Богу, однако пути внешнего проявления этой преданности оказались различными. Среди христианских святых, живших без пищи и являвшихся в то же время стигматиками, можно упомянуть св. Дидвину Шидамскую, блаженную Елизавету Ренскую, св. Екатерину Сиенскую, Доминику Даццари, ”блаженную Анжелу из Фолинье, Луизу Лато (жившую в XIX в.). Св. Николас из Флуиса (брат Клаус, отшельник XV века, чей страстный призыв к единению спас Швейцарскую конфедерацию) воздерживался от пищи в течение двадцати лет.)

Святая погрузилась в состояние глубокой медитации. Ее взор обратился внутрь, нежная глубина глаз потеряла всякое выражение. Она испустила особый вздох, являющийся прелюдией к экстатическому пребыванию в бездыханном трансе. На некоторое время она унеслась в тот мир, где нет никаких вопросов, в небеса внутренней радости.

Мы сидели, опутанные тьмой тропической ночи. Небольшая керосиновая лампа бодро мигала над головами.

Многие односельчане Гири Балы молча сидели на корточках в тени. Стремительные светлячки и масляные светильники в далеких хижинах оплетали блестящий, феерический узор на темном бархате ночного воздуха. Наступил горький момент расставания; нам предстояло долгое и утомительное обратное путешествие.

- Гири Бала,- обратился я к святой, когда она открыла глаза,- пожалуйста, подарите мне на память полоску от одного из ваших сари.

Она вскоре вернулась из комнаты с полоской варанасского шелка и протянула ее мне, а затем неожиданно простерлась на полу.

- Мать,- произнес я почтительно,- это я должен коснуться ваших благословенных ног! Позвольте же мне сделать это!

Возврат к заглавию

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 15.11.2008, 16:08

Константин,

ОГРОМНОЕ спасибо за приведенный материал. Как прекрасно, что есть Путь, что есть люди, которые по нему идут и могут служить маяками остальным, что есть информация о них. Еще раз большое спасибо.

Константин, я выделил тему в отдельную и пометил как заметку - она, право, стоит того.

(по объему это даже скорее статья, но поскольку это большей частью цитируемый материал, то мне кажется, жанр "заметка" определен правильно).
По-моему, материал очень интересный, прочитать пока не успел, потом обязательно прочитаю и добавлю, что я еще знаю о солнцеедах.

Константин, не мог бы ты для корректного отображения аватары на главной странице rozamira.org и в разделе "избранное" переустановить ее - то есть удалить и разместить заново?

Было бы прекрасно питаться солнечной энергией и Святым Духом. иНТЕРЕСНО, ЕСТЬ ЛИ РЕКОМЕНДАЦИИ У Зинаиды Барановой как начать это делать. А если вес очень снизится придется опять начать есть.

Сообщение отредактировал Ваконда - 16.11.2008, 19:46

***Константин Софьин - В питании плодами растений ничего грешного не вижу. И Андреев, к слову, утверждает, что в Олирне "пищу доставляла прекрасная растительность"

***Ваконда - Святой Дух - фантастически далекая для нас величина в этой жизни и достаточно далекая даже в раю.

В питании плодами растений, возможно, ничего грешного и нет, как и в питании плодами животных (молоко и молочные продукты). Но не в питании самими растениями. Тут уже нужно быть последовательным, если есть (а значит убивать) жизнь в виде животных - плохо, то и есть жизнь в виде растений - тоже.

Да, интересная статья. Читаю сейчас.

Все пять случаев - такие разные. Надо обдумать.



Мне кажется, если говорить об этике, то наиболее этическая пища для человека - это фрукты.
При этом семечко возращается в землю и рождает новое дерево...

Овощи, наверное. на селдующем месте. Но когда мысъедаем овощ, счемечко еще не вызрело, и цепь прерывается - новое растение не рождается.

Затем, где-то на одном уровне молочные продукты и зелень.

В случае молочных продуктов есть две проблемы - если животное выращивается специально для молока, оно живет в довольно убогих условиях на ферме, где как правило страдает.
Ганди, когда приехал в Англию, посмотрел в каких условиях содержатся английские коровы и после этого отказался от молочной пищи...
Но и если животное содержится в хороших условиях, молоко допустимо отбирать не все, а лишь избыток, который не нужен телятам.

Ну и зелень.
Конечно, когда мы употребляем зелень, растение как правило гибнет.
Разве только срезать верхушки и отдельные листья.

Впрочем, все это уже план-максимум в этическом отношении - то к чему следует стремиться.

На следующем месте, наверное, яйца. Я их ем, и многие вегетарианцы тоже их едят. Хотя вопрос неоднозначный.
Яйца, продающиеся в магазинах, обычно неоплодотворенные. Как известно, процесс зарождения жизни у птиц несколько отличается от млекопитающих. Бывают оплодотворенные и неоплодтворенные яйца.
Поскольку из неоплодотворенных яиц уже жизни не будет, то наверное есть их допустимо.
Хотя все равно тут ощущается что-то недолжное...

Далее, рыба и замыкает список мясо. Здесь этика уже страдает явным образом - хотя мясо и рыба в этом отношении все-таки неоднозначны. Нервная система рыб не так сильно развита, и они холоднокровнгы.
Поэтому их страдания по крайней мере, не такие сильные. как у теплокровных животных...

Да, Иван, на мой взгляд ты достаточно последовательно изложил стадии отказа от причинения вреда живому.
Теперь последователям Розы мира просто нужно принять для себя решение об обязательности перехода на вегетарианство в свете требований Розы мира. И начать этот переход с отказа от мяса, а завершить (если кто успеет в этой жизни - солнцеедством).

Иван, по-моему ты увел разговор немного в сторону той ветки, в которой обсуждалось вегетарианство.

А к вопросу отказа от употребления пищи вообще и переходу на фотопитание у меня отношение двоякое. С одной стороны, когда я был на экскурсионной поездке в Германии в 1990 г., наша гидесса, заметив мои муки с питанием (немцы страшно любят всякие колбасы и мясо), сказала мне, что все-таки вы, русские- странные: этот мясо не ест, а недавно был у меня тоже русский, тот вообще ничего не ел, а когда я у него спросила, почему он не ест, он ответил, что питается от энергии Солнца. Сказано было вполне серьезно.
А с другой стороны, серьезные аномалии в законах Энрофа, происходящие на физическом уровне с воплощенными людьми заставляет задуматься об истином источнике энергии, поддерживающем такие аномалии. Ну не может объект Энрофа иметь специальные физические константы взаимодействия с окружающим миром без собственной серьезной трансформации, без трансформации пространства своего воплощения и без той силы, которая будет удерживать равновесное положение этих объектов и среды воплощения.
В частности, меня настораживает упоминание Агни Йоги. Или того, что "постоянно находящийся в состоянии самадхи человек" умудряется при этом общаться с миром. Хотя, в последнем случае это может быть проявлением обычной журналистской неграмотности.

Алексей, меня это как раз мало удивляет, потому что я сам вышел к «Розе Мира» из этой широко раскинутой ньюэйджевско-теософской трясины. Поэтому я надеюсь, что это такой же преходящий этап в мировоззрении Зинаиды Барановой, как и у меня.

А вот всерьёз насторожило и огорчило меня вот что:

Моя же мысль совершенно синхронна с Йоганандой – для каждой светлой души само собой разумеется с великой радостью поделиться с несчастным человечеством всеми своими достижениями, что, к чести своей, и пытаются делать наши современники-«солнцееды».

Костя! Хотелось бы узнать твое личное отношение (в практическом смысле) ко всему вышеизложенному.
Мне эта тема чрезвычайно близка. Хотя и не расположен к данным практикам, но в свое время много пробовал из описанного.
Кушать песок (кремний) не пробовал, но хотелось.
Еще раз спрашиваю. Расскажи о себе в этом плане. (Сверх того, что я и так знаю)

Константин, спасибо за очень интересный материал!
Пока не успела прочитать, только просмотрела. Буду читать.

Мне тоже совершенно не понятны ответы обеих женщин Йогананде. Обе говорят примерно одно и то же. Если бы они сказали, что не могут, что люди пока не готовы физически или как-то еще этому научиться - это было бы понятно. Но то, что люди должны дальше мучиться (голодать) и мучить (есть) других - не понимаю!!!

Константин,спасибо за такую интересную подборку!

Я думала,что со времен Йогонанды такие люди уже не встречаются.

Кроме них, есть еще факт добровольно избираемой смерти на высших ступенях аскетизма(не самоубийство!)аскет,достигший такой абсолютной резигнации перестает жить потому что перестает хотеть.

Да, соглашусь.

Правда, я на тот момент еще не прочитал статью.

Теперь, когда прочитал, могу только подтвердить свои первые ощущения - насколько эти люди разные, насколько уникален и непрост путь каждого из них.



У меня тоже.

Пока я не понял для себя, идет ли речь о том, что можно научить этому каждого человека (без вреда для него) или об уникальном даре, который выпадает лишь немногим.



Меня это не настораживает, а как раз говорит о мудрости этих людей.
Ибо они чувствуют груз ответственности и вообще всю сложность, происходящего с ними.

Не факт, что из такого дара можно вообще сделать общедоступную методику, а если даже попытаться, где гарантия, что не в меру увлекшись последователи не навредят себе.
Если даже лечебным голоданием по Бреггу многие увлекаясь (особенно молодые девушки, стремящиеся стать стройнее) доводят себя до истощения и анорексии,
то непродуманным переходом на солнцеедение можно довести себя и до смерти.

Думаю, очень важную вещь выразил Тулупов:



Иначе говоря, нужно найти в себе (вовне) что-то - какой-то мощный источник энергии, психической или как бы мы это не назвали.
Но чтобы найти этот источник, нужно быть готовым серьезнейшим образом изменить свою жизнь.

А готовы ли мы?

(готовы ли мы вместе с даром солнцеедения приобрести еще дар Терезы Нейман, а по сути дела ее мученический крест? Или сидеть в пещере как Пралад Джани? или даже как Зинаида Баранова по 2-3 дня находиться в покое, когда
"идут процессы интенсивного преобразования, она должна 2-3 дня пребывать в физическом покое, поскольку в мышцах, суставах и костях что-то происходит, и любая нагрузка им противопоказана."?)

И потом - даже если мы будем готовы - будет ли оправдан этот путь? Для чего нужен нам отказ от пищи именно нам? Какова, собственно, мотивация?

Хотим ли мы с помощью этого достичь просветления, познать себя, сэкономить (утрирую ) деньги на продуктах.
Или что-то еще? Если вегетарианство - вопрос непричинения вреда - то что именно здесь?
Вопрос, думаю, уместен.