Впечатления от встречи в Подмосковье 2-6 августа

В делах и суматохе первого вечера я как-то и не заметил, кто воздвиг сей шедевр , помню только, что Мария Хотина с кем-то делилась инженерными и архетиктурными идеями по поводу оно. А может быть это было даже уже и на второй день. Кажется, это был Володя, он же и автор названия. Меня поразила открытость сего объекта внешнему миру, особенно противоположному берегу .



Это Митя. Фигура не менее колоритная, чем Г.Распутин .



Эти ребята, думаю, около 195 см имеют. Со своими 185 я, примерно, такую разницу ощущал.

Сегодня меня посетила муза дальних странствий...

Собираясь в очередной поход, я решил, что не дело оставлять дело не законченным и взялся за перо... за клавиатуру.
Большое спасибо всем, кто уже написал лихие и колоритные репортажи, по крайней мере теперь не было необходимости создавать что-то фундаментально-обобщающее, а стало можно сосредоточиться на своих собственных впечатлениях.



Женя, фотографию я включил в свой репортаж, и люди ее в ближайшее время узрят.
Кстати, не только Митя, но и я помогал устанавливать тебе столб для тента.
Хотя, конечно, такую шикарную фотку можно поместить и два раза.

Впрочем, довольно предисловий.

Название моего репортажа, думаю, будет понятно многим.

Посвящаю моим друзьям в Москве, Оренбурге, Уфе, Краснокамске, Петрограде, Ефремове, Новомосковске, Брянске, Саратове.

Часть первая. Сквозь тернии

День второго августа начался с осмотра неба.

Была почему-то уверенность, что тучи и облака ненадолго, и как только мы выедем из Москвы, они сменятся на солнышко.
Уверенность это не оставляла и после, до самого вечера.
Говорят, что уезжать в дождь – хорошая примета, это и утешало нас, уезжающих, в первую очередь.

По времени – прикинул, что прибудем в лагере где-то к 5 вечера. Казалось, что это поздно.

Я договорился встретиться с Хотиными в 13.30 у Анны, а перед этим мы с Анной и Верой пошли закупать еду в гипермаркет «Мосмарт».
Это было очень весело. Выбор сладкого в магазине оказался немалый, и я не без ехидства сказал, что пускать меня сюда за сладким – все равно что пускать лису в курятник.
Во всяком случае, потом от отсутствия сладкого в лагере никто не пострадал, а некоторые даже пострадали от его изобилия.

Во время похода в гипермаркет узнали, что Маша и Женя Хотины опаздывают. Мы вернулись к Анне домой и коротали время, играя с котом Пашей и подъедая постепенно еду из припасов.
Позвонили Володе, наивно полагая, что они с Андреем Сабитовым уже готовы к выходу. Володя скучающим голосом сказал, что Андрей пока не подъехал.
Мы несколько успокоились и продолжили чаепитие. Вскоре подъехали Маша и Женя.
Погрузка вещей на их машину заняла еще около 30 мин.

В результате мы выехали из Москвы лишь 16.30.
По дороге нас ждали различные приключения. Крыша машины была туго забита рюкзаками, спальниками и пенками, и один рюкзак, решив, что ему так тесно, покинул нас на МКАДе. К счастью, пропажу вовремя заметили и вернулись. После этого вещи на крыше были перевязаны заново.

Потом – бесконечная пробка в городе Железнодорожный.
Я с чувством вины думал, что где-то сейчас в лагере нас ждет первая отправившаяся группа. У них не было никакой еды, а у нас – полная машина припасов и газовая плитка.
Казалось, что они вспоминают нас по этому поводу.
На деле же все вышло еще интереснее, так как первая группа к тому моменту даже не подошла в лагерь (см. репортаж Данилы).

В общем, на месте мы оказались примерно одновременно с ними.

Но мистика начиналась уже на подъездах.
Приехав в поселок Куровская, мы отсчитали один железнодорожный мост и мост через реку и стали искать поворот направо.
Нашли его и свернули.
Дорога должна была вести на поселок Анциферово, и на нужном съезде с нее должны были висеть три пластмассовые бутылки (магический знак встречающихся последователей «Розы мира» )
Но мы проехали два раза весь участок между Куровская и Анциферово, а бутылок не нашли.
Хотели проехать еще раз, но тут обнаружилось, что это не Анциферово никакое вовсе, а Давыдово! – и что из поселка Куровская есть два поворота после железнодорожного моста и моста через речку.

Мы быстро сориентировались, вернулись обратно в Куровское, нашли нужный поворот и вышли наконец на дорогу в сторону настоящего Анциферово.
Вот и три волшебные бутылки.
Мы свернули на проселочную трассу.
Трасса была щедра омыта дождями, и перегруженные «Жигули» время от времени скребли дном на ухабах. Я старался не думать, что будет, если мы застрянем в этой грязи…
Но этого не случилось и мы благополучно приехали в лагерь.

По дороге мы нагнали первую группу в лице Максима, Данилы, Евгения, Александра Агельменева и двух колхозников в лице Раухи и Мити.

С некоторым огорчением я понял, что никакого костра еще нет, а место для лагеря находится лишь в процессе выбора.

В начале было предложено живописное место, около которого можно купаться – открытое и красивое.
Мы начали разбивать палатки.



Но вскоре погода первый раз решила показать нам характер.
Начался дождик, сначала мелкий и моросящий, а потом все более сильный.
Пришлось перейти на триста метров на другое место, среди дубов, где была возможность натянуть тент между деревьями.

Следующие два часа ушли на установку палаток.
Под дождем делать это было не очень удобно.
Одновременно разводили костер, этим занимался в основном Александр.
Но к тому времени, как палатки поставили, огонь горел, да и дождик закончился.
Мы собирались садиться за заслуженный ужин, когда подъехала группа Андрея Сабитова.

3 августа

На утро лагерь выглядел уже более-менее обустроенно.
Пока я спал, ребята повесили тент, прикрепили к дереву умывальник, соорудили туалет.



За легким завтраком выясняли ближайшие планы.
Вскоре должна была прибыть еще одна группа участников.
И поскольку меня уже начала мучить совесть, что я проспал часть работ – я вызвался сделать что-то полезное – встретить ребят.
И вот мы с Сергеем Барановым (Селем) отправились к дороге Куровская – Анциферово, к месту помеченному тремя бутылками.
Пришли мы гораздо раньше времени, и ребята по телефону сообщали, как они движутся.
Где-то через 40 мин мимо нас на своей машине поехал Андрей Сабитов, который держал путь за водой к источнику.
Они сказали, что вообще-то мы ждем не там и что нужно ждать левее.
Я попросил подвезти меня на машине «левее», а Селя отпустил в лагерь (повезло человеку).
И вот, там, «левее» на границе поселка Анциферово я и встретил группу – Ирину Николаеву, Женю Морошкина, Костю Софьина, Андрея Фэстера, Дениса Наблюдателя, а также Алексея (сына Анны Воронецкой) и его жену Верочку.
Володя скороговоркой сказал нам что-то о желтой газовой будке, оранжевых воротах, втором повороте налево и умчался на машине с Андреем.
Одно хорошо – на машину погрузили и вещи, так что мы шли с ребятами налегке.
Не заметив ни желтой газовой будки, никаких ворот, мы дошли до какой-то развилки, вызвавшей подозрение.
И тут мы все-таки решили позвонить.
Но толи Андрей не очень хорошо спрашивал, то ли Володя не очень хорошо слушал, толи карма у нас была такая, но несмотря на этот звонок, мы все равно свернули не в ту сторону!
И потом с интересом узнали, что за день до нас именно в этом месте в ту же самую не в ту сторону свернула другая группа…

Так вот – здесь и начинается сказка.

Ой ты грусть, тоска… у меня в груди.
Это только присказка,
Сказка впереди!

В.С. Высоцкий

Лес, заросший папоротниками и хвощами, густые ельники со мхами, вековые, обросшие мхом стволы…
Что-то было необычное в этом лесе.
Первым звоночком, что мы ушли не туда, для меня стало большое количество валежника и веток, которые валялись повсюду.
В тех местах, где много туристов, топливо в лесу так запросто не валяется.
И поэтому можно было судить, что мы оказались в малообхоженном месте.

Но большое число проселочных дорог, которые прорезали лес тут и там, с постоянными развилками, говорили об обратном и сбивали нас с толку.
И мы шли, уводимые этими развилками все дальше.
Через час пути стало понятно, что мы ушли не туда.
Звонки в лагерь ничего не давали.
Естественно, те кто там оставался, охотно откликались и были готовы выйти навстречу.
Но на слова «мы что-то сбились с пути» следовал закономерный вопрос «А вы где?», ответить на который было не столь просто.
В конце концов, следуя инструкциям и догадкам, мы вышли к реке. Это придало оптимизма – казалось, достаточно пойти вверх по течению, и через 2-3, максимум через 4 километра, будет лагерь…
Не тут то было.
Вдоль реки не оказалось хороших дорог.
Само русло терялось среди болот, превращаясь в участки затопленного луга.

Где-то в это время мне предложили сменить фамилию Чудотворцев на Сусанин.
Я тихо сел у развалин лесной избушки, понимая, что миссия выполнена и что сейчас мне придет конец.
Знатокам оперы виднее, что там пел Сусанин в последнее утро…
Но люди оказались гуманнее, чем я думал, и ограничились бойкотом и тем, что перестали меня слушать.

Плутая у реки, мы обратились за помощью к мужикам, которые пили водку и кажется, ставили сеть (а может быть, даже закладывали взрывчатку, чтобы глушить рыбу).
Один из них нарисовал нам некий путь обратно, к цивилизации – пути к лагерю он не смог нарисовать, несмотря на все наши объяснения.
Пришлось двинуться обратно.

Начинался дождь.
В лесу сгущался туман.
Местность вокруг казалось сошедшей с картин Шишкина, со страниц русских сказок, с их лешими и русалками…
Казалось, что за следующим поворотом туман сгустится совсем, и сквозь него появятся неверные очертания избушки на курьих ножках.
Холодало. Капли дождя поблескивали на пушистых травинах хвоща.

Петляя по лесу, мы еще через час вышли на одно из тех мест, где проходили до этого.
Казалось, еще немного и все.
Но не тут-то было.
Мнения группы куда идти разделились – и в общем, мы еще легко отделались, так как были шансы реально уйти на второй круг…
Мы с Андреем Фэстером бегали на разведку по дорожкам, обнаруживая диковинные вещи в лесу – художников-сюрреалистов, которые стали лагерем у опушки и рисовали вещи загадочные на полотнах странных.
Оккультистов (или даже сатанистов), у которых стоял раскрашенный череп на столе… (согласно одной версий, это были те же художники)
Всё – кроме нашего лагеря.

Наконец, попетляв еще немного-немало, мы вышли к тем самым воротам, у которых в начале свернули не туда.
Здесь и была кульминация похода.
Я позвонил Андрею Сабитову и сказал:
- Мы стоим у ворот.
- Они оранжевые и открыты? – спросил Андрей.
Я посмотрел на ворота и почувствовал неладное.
- Они коричневые и закрыты, - ответил я под дружный смех ребят.

В голове пронеслись разные варианты, начиная от того, что мы вообще не там свернули с шоссе, заканчивая тем, что это другой поселок.
Можно было подумать еще о том, что мы попали в другой слой, где все похоже, но в то же время отлично…

Но материальный мир постепенно обретал контуры.

Минут через десять мы вышли в нужное место и оказались на единственно правильной дороге, которая вела к лагерю.
Еще минут через десять нас вышел встречать Андрей Сабитов.

После возвращения в лагерь казалось, что основные трудности закончены раз и навсегда. Обильная и горячая еда, которой нас накормили, вызвала чувство умиротворения.
Хотелось пойти поспать, но было жаль терять время.

Постепенно возвращался деловой настрой.
Примерно в это время в лагере появилась Женя и с новыми силами попыталась навести порядок на кухне.
Вскоре позвонил Виталий, сказав что едет на машине, и я рассказал ему уже популярную сказку о трех пластмассовых бутылках.

Но приключения все-таки не закончились.
Пока мы ждали Виталия, неожиданно подкралась стихия…

Рассказ про уносимый ветром тент и топь, окружающую наш стол, поведан летописцами Данилом и Селем.
Я не буду его пересказывать, остановлюсь только на некоторых эпизодах.

Когда в разгар стихийного бедствия услышал вопрос:
- А чьи это туфли в луже плавают? –
С опаской посмотрел назад и понял, что это были мои туфли, которые я до этого несколько часов сушил у костра…

Когда в ведре был яблочный компот, и его спасали от разбавления дождем, а потом перелили в тазик, так как ведро было срочно нужно для вычерпывания воды.

Когда после ослабления дождя стали осматривать провизию и обнаружили, что сухари, коих запасли немеренно, промокли насквозь.
И их стали ласково называть «мокарики».

В общем, к вечеру этого дня, мы выдержали все испытания, которые нам посылала местная природа.
Ребята перенесли тент на новое место.

Стихия всех как-то сдружила, в результате работали организовано, как например на этой фотографии.



Вечер закончился незаметно, так как стихия всех утомила, но активисты продолжали обсуждать что-то у костра и легли уже под утро, а Митя Ахтырский не ложился вовсе.

4 августа

Утром четвертого августа начались постепенные улучшения в погоде.
По крайней мере, несколько часов подряд не было дождя, что дало возможность просушить вымокшую накануне во время потопа одежду.



Я с некоторым увлечением занимался сушкой носков, чем воспользовались местные фотоохотники.



Все воспринималось естественно и в радужном свете.
Мы по ходу что-то обсуждали, и я совершенно не замечал, что разговариваю с группой человек из десяти, продолжая размахивать над костром носками.
Володя подошел и тихо сказал на ухо:
«Иван, не надо трясти носками, выглядит неловко».
Пришлось отложить сушку на какое-то время.

Была в этот день и первая попытка ввести повестку дня.
Мы наметили несколько тем для обсуждения, включая форум, вечер знакомств и вопросы развития сайта.
Но начали с прослушивания доклада Штеренберга.

После этого обсуждение плавно перетекло в обед, а затем заговорили было о форуме, но стало ясно, что серьезное обсуждение в столь широком кругу идет не очень хорошо.



Кроме того, мне приходилось бороться с увлечением некоторых участников горячительными напитками, ибо хотя было уже не так холодно, многие по инерции продолжали «греться».

В общем, группа постепенно расползлась.
Одни пошли играть в футбол, другие – общаться с рекой, и время до ужина оказалось проведенным достаточно весело.





Я на какое-то время прилег подремать.
Потом, когда Максим вернулся с футбола, мы какое-то время обсуждали с ним сайтовые дела.
Собственно, это был первый случай спокойно поговорить с Максимом за несколько дней.
Во время игры в футбол Максим растянул ногу, и теперь ходил прихрамывая, но кажется, на его настроении это не сказалось.

Да и вообще общение становилось все более дружным.
Ближе к вечеру в наш лагерь даже ненадолго пришли гости из соседней туристической группы. Они познакомились с ребятами во время игры в футбол.
Кто-то из наших даже подарил девушке случайно захваченную с собой «Розу мира»…


Часть вторая. К звездам

Для меня эта часть началась вечером 4 августа, когда мы сидели у костра и рассказывали о своем Пути.
Это был тот самый вечер знакомств, который запомнился многим.
К сожалению, некоторые из участников уже к тому моменту покинули лагерь.
Если кто-то помнит аналогичный вечер в первый день Тарусского слета, то может представить – в этот раз общение было и глубже, и живее – так что порой начинали говорить наперебой, и приходилось возвращать беседу в исходное русло.
Кроме личных рассказов затронули множество других тем – и метапраобразы, о которых говорил Яник, и восточные религии, которых коснулся Митя.
Я ушел спать пол-третьего, когда вечер еще и не думал заканчиваться…

5 августа

На следующий день погода повернулась к нам своей лучшей стороной.

Все чаще проглядывало солнышко, а между белых облаков на нас смотрело синее небо.
Климат в тот день был почти идеальным +25 градусов, не слишком жарко, но уже и не холодно.
Ребята несколько раз купались в реке.



Лагерь стал уже входить в определенный ритм, но к сожалению, большая часть участников уже сегодня его покидала.
И поэтому начиная часов с двенадцати дня начались сборы и проводы.

Первой уехала группа с Андреев Сабитовым, затем – Женя и Мария Хотины.
Женя погрузил на крышу своей машины весь накопившийся в лагере за эти дни мусор, чтобы выбросить его в ближайшем населенном пункте.
Этот отъезд смотрелся весьма эффектно.



Когда основная группа уехала, погода совсем утихомирилась.
Солнышко уже не выглядывало между облачками, а светило постоянно, дав возможность позагорать тем, кто соскучился по его лучам.

Тихий спокойный вечер сменила ночь, звездная и безветренная.
Это был первый день за время встречи, когда мы увидели звезды.
Их россыпи было удобно и спокойно наблюдать на открытом месте.

Мы с Яником находили знакомые созвездия и кажется даже, нашли планету Юпитер.
А позже вышла Луна… Хозяйка небосклона поднялась на юго-западе, и ночь заколыхалась в ее прозрачном свете.

То была необычная ночь.
Сначала тихие разговоры, потом – даже столь сложная тема, как форумные конфликты, которую не удалось обсудить в предыдущие дни, и то оказалась для этой ночи не слишком сложной.
Нашлись какие-то решения большей части наших проблем.
А насчет того, что еще не нашлось – была уверенность, что все найдется и усмотрится в свое время.

Мы стояли с Митей Ахтырским и наблюдали Луну, поднимающуюся в радужном ореоле – добрый знак, что все будет хорошо.

6 августа

В 10 утра еще хотелось спать, но было жаль тратить таким образом прекрасное солнечное утро.
У нас оставалось всего несколько часов.

Я перешел вброд речку в мелком месте и гулял на ее противоположной стороне в сосняке. Здесь был прекрасный душистый аромат и дорога, усыпанная шишками.

Однако надо возвращаться в лагерь.
Я немного поплескался в речке, зайдя в нее по колено.

Вот и наш последний обед. Грустно, но сборы настраивают на деловой ритм.
До электрички идти около часа, а у нас еще не собраны вещи.
Количество оставшейся несъеденной еды слегка пугает.
К счастью, мы уходим не последними – в лагере еще остаются Яков, Евгений, Митя и Рауха.

После недолгих прощаний отправляемся в путь.

* * *

Неверные тропки больше уже не кружат, от непогоды не осталось и следа.
Место прощается с нами тихим солнечным светом.

Спасибо всем, кто был на этой встрече вместе со мной, благодаря кому она стала столь яркой, запоминающейся, теплой! – наша вторая большая встреча в Подосинках!

Август 2007

Сообщение отредактировал Максим - 14.6.2009, 21:35

Да, вот забыл я ещё парочку своих левых комментариев. Они как-то автоматически всплыли в голове, я про себя их оптичил, и подумал нужно непременно сказать.


Не-а, тут основной кайф не в измерении глубины, а в том чтобы прыгнуть с разбегу в середину лужи и расплескать брызги. При этом чем босее, и чем глубже, тем кайфовее. Если словить фишку, то кайф от этого можно словить непередаваемый. От себя лично могу добавить, что удержаться невозможно, и я думал, как бы я поступил бы увидев реальную лужу, в загородном месте...
Правильно! Башмаки долой и с криком Йа-ха! с разбегу в центр лужи. Потом ещё хорошо постоять в ней и поболтать ногами воду. От этого получаются волны и можно словить дополнительный кайф.
Ну вот, такие подробности из жизни привидений.

Далее:


Вот после этой фразы, и предыдущего признания Селя, у меня возникла следующая ассоциативная цепочка - Сель решил создать у себя в Ефремове "Клуб любителей Ахтырского"
Но нет клуб имеет другое название.



Да, скажу пару слов относительно бури.
Я долго думал, как наиболее точно отразить её причины, и вот только вчера мне удалось сформировать правильный ответ.
Причин две. Первая - это результат внутренних трений внутри сообщества. Которые выразились таким специфическим образом. Но на самом деле, это могло выразиться в виде небольшого, но сильного ветерка или там ещё как-нибудь.
А на самом деле, и это вторая и главная причина возникшей стихии - это вам всем привет от Богини-Матери, которая решила слегка вас всех поднаказать и сделать вам хорошую встряску. По многим причинам, и за то что плохо слышите друг друга, и за то что, женщин не хотели признавать и обижали их. И за то что обижаете и фактически выгнали многих хороших людей с форума, вот за это она вас и поднаказала. И она таким образом хотела просто показать, кто настоящий хозяин положения, а точнее хозяйка. Но конечно делает Она это по своему и аккуратно...Так что Легатус, тут абсолютно ни при чём. Вот и всё. Но судя по отзывам, буря многим понравилась и это замечательно!

Обняв на прощание, Максим попросил меня черкнуть пару строк на форуме о своих впечатлениях от встречи, что я и попытался здесь сделать. Надеюсь, что мой рассказ послужит к удовлетворению любопытства тех, кто хотел бы познакомиться с развёрнутым жизнеописанием встречи. Конечно, я не смог включить сюда всю массу ситуаций, поэтому на исчерпывающий характер своего рассказа я никак не претендую и прошу не обижаться тех, кого не упомянул. Я включил в рассказ ряд переживаний откровенно личного характера, но, наверное, это и правильно для темы «Впечатления от встречи»…

Долгая дорога к встрече
К встрече я готовился давно – в декабре подал заявку на отпуск в июле, к встрече купил спальный мешок, за месяц купил билет в Москву и обратно. Перед встречей съездил на машине в гости к родственникам в соседнюю Кировскую область за 450 км.

В Москву я прибыл 3 августа в 6 утра с двумя большими сумками и сразу пошёл на Казанский вокзал. Купив билет на электричку, обнаружил в телефоне сообщение от Дениса-Наблюдателя о сборе на станции Выхино через 2 часа.

Через 1,5 часа я вышел на станции Подосинки, и, вооружившись распечаткой карты с сайта, попытался заглубиться в лес и сразу же понял, что лучше не рисковать, потому что 6 км пути вслепую могут увести меня далеко от лагеря. Я вернулся обратно на платформу и стал ждать основную группу с Денисом-Наблюдателем, полагая, что её должен встречать проводник до лагеря. Прошёл час и 2 поезда – группа не приехала. Звоню Денису – так и есть, задержались. Прошёл ещё час на платформе – и вот я вижу знакомые лица у дальнего вагона. Подошёл, вижу Дениса и Женю Морошкина. А вот и новые лица: Ирина Николаева, Андрей-Фэстер и семейная пара – Лёша с Верой - сын Ани Воронецкой с женой. Андрей держит карту, срисованную ручкой с монитора. Встречающих нет. Двинулись.

Прошли кусок вдоль шоссе, оставив далеко за собой поворот на лесную дорогу, по которой я пробовал пойти в одиночку. Я сразу обратил внимание и обращал потом в дальнейшем, как неосторожно ходят мои спутники по автодороге. Смело идут они в середине полосы движения, не обращая внимания на сплошные линии разметки и, видимо, не зная, что несущиеся на огромной скорости автомобили не имеют права пересекать эти линии, чтобы объезжать неожиданно возникающих пешеходов.
Друзья мои, будьте внимательнее, берегите себя – ходите только по самому краю автодороги, не пересекайте сплошную линию разметки обочины, сторонитесь несущихся автомашин!

Свернули в лес на лесную дорогу и сразу возникла развилка – куда идти? Свернули наугад, минут через 20 вышли к деревне Анциферово. Где-то в это время мы узнали, что на шоссе нас будет встречать Иван. За это время мы успели обсудить появившиеся в этом году работы Дениса – новую часть «Религиозной революции», «Этюд о 3-х возрастах души», очерк о Фрейде, историю знакомства с Константином Беликом, и немного познакомиться с нашими новыми друзьями. Мы порядочно времени шли сквозь деревню к шоссе, после чего оказалось, что шоссе ведёт параллельным курсом обратно сквозь деревню. Завершив эту петлю, мы оставили за собой табличку с перечёркнутым названием «Анциферово», и на перекрёстке с главной автодорогой, наконец встретили минивэн Андрея Сабитова. Из минивэна вышли улыбающийся Иван Чудотворцев, безгранично радушный Володя Камский, шутливо отвесивший нам поклон до земли, и сам Андрей Сабитов, вновь поразивший меня сквозящей во всех его манерах гигантской твёрдостью воли.

Мы обнялись, в минивэн закинули все наши вещи, и оставив нам Ивана в качестве проводника, минивэн уехал. С минивэном уехала и моя карта, и сотовый телефон, и всё остальное. Настроение было эйфорическое, нас ожидала небольшая и необременительная прогулка по лесу, скорая встреча с друзьями и вкусный обед. Тогда ещё никто не догадывался, что до встречи с лагерем пройдут ещё 4 часа и не все из нас смогут пройти этот путь до конца.

Пропавшая экспедиция
Всё также бесстрашно наша компания шла по проезжей части, потом свернула на лесную дорогу, которая привела к огороженному коттеджному посёлку. Дальше дорога начинала ветвиться. И вот тут оказалось, что Иван сам идёт по дороге первый раз. Положившись на чутьё товарищей, я шагал вместе со всеми. Дорога прошла мимо посёлка и углубилась в лес, где начались бесконечные развилки. Пользуясь возможностью пообщаться, я рассказывал Ирине об удивительном опыте Вадима К., слушал взгляд Дениса на работы Алексея Кольцова, немного познакомился с Фэстером и семейной парочкой. Иван поведал нам грустные новости: всё полюбившееся нам колоритное семейство Карповых захворало по возвращении из поездки на Чёрное море, Родик Попов болеет, Миша Шадчнев (Maler) и Федя Синельников не могут приехать, ряд наших новых друзей тоже по каким-то причинам не приедут. Ирина увлечённо обсуждала с Денисом дебри философских парадигм. Примерно через час я понял, что мы заблудились. Ноги начали уставать, кусали комары и пауты, а потом начал моросить дождь. Кроме того, есть хотелось всё сильнее, и настроение начало падать. Наконец мы вышли к речке. В этом месте берег возвышался холмом, а из речки торчали деревянные опоры древнего моста. Справа от холма виднелся «Камаз» с тентом, около него полуголые мужики в штанах защитного цвета пили водку, жарили шашлык и развлекались рыбалкой.

Связавшись по телефону с Володей, мы получили ориентир на дубовую рощу. Справившись у аборигенов об этой роще, мы пошли вдоль реки и в лесу наткнулись на сооружение в виде низкого сруба с входом и бойницей, сложенное из мешков с песком и брёвен. Подивившись, мы пошли дальше и обнаружили, что реки больше нет – она резко изогнулась и осталась где-то позади. Мы вернулись к мужикам и после долгих консультаций получили курс на выход обратно к шоссе – надо было идти по дороге и на каждой развилке оглядываться и проверять, чтобы на стволах деревьев всегда виднелась нанесённая кем-то буква «э». Так мы и шли обратно. Наши молодые ноги уже начали отваливаться и страшно подумать, что пережила вместе с нами бедная Ирина Николаева. На развилках Иван вызывался проверять ответвления от дороги. Однажды, вернувшись, он сообщил, что увидел натянутую между деревьями красную ленту, и затем встретил в лесу художников с мольбертами, которые выразили своё недовольство его появлением. Потом Ивану надоело проверять развилки, и подменить его вызвался Фэстер. На последней развилке я пошёл в разведку вместе с Фэстером. Длинная дорога привела нас к берегу, и слева показались крыши тентов. Обрадованные, мы направились к лагерю, и тут заметили, что среди леса под тентом на столе стоит телефон – белый, с дисковым номеронабирателем, а с другой стороны стола – такой же аппарат, но чёрный. За тентом высился дощатый сарай и стеллажи с большими пластиковыми бутылями. И – ни души! Мы повернули и пошли по берегу в обратном направлении. Стала слышна рок-музыка. Наконец мы заметили поляну, посреди которой стояли автомобиль, палатка и низкий столик. У палатки сидело несколько парней и девушек умеренно рокерской наружности, а на столике – о ужас! – располагался покрашенный в красный цвет рогатый коровий череп. Вокруг поляны были расставлены стойки с каркасами, на которых из макраме было сплететено нечто вроде паутины. На деревьях были развешены полотнища с эзотерическими знаками. В одном из них я узнал раскрашенный в яркие цвета символ Инь Ян. Мы с Фэстером подошли к парню, занимавшемуся плетением макраме и справились о нашем лагере – безрезультатно. Мы обошли странный лагерь и с другой его стороны обнаружили растянутое на поляне гигантское полотнище с красным кругом в центре. Чуть дальше между стволов виднелась виденная уже Иваном полчаса назад красная лента.

Шёл пятый час после прибытия на станцию Подосинки, а для меня – уже седьмой. За это время было высказана версия, что наш проводник Иван является очередной инкарнацией Ивана Сусанина, а позже возникла и более глубокая догадка – что это перевоплощение пророка Моисея, который 40 лет водил евреев по пустыне. (Шутка.)

Мы с Фэстером вернулись обратно к ожидающим нас товарищам. Ивана уже не было – он ушёл вперёд. Мы двинулись по его следу, и вдруг сбоку у движущегося на полной скорости отряда раздалось «ку-ку». Оказывается, двухметровый Иван уселся в ожидании под разлапистой елью, и никто из нас не смог его заметить. Через некоторое время мы вышли обратно к забору коттеджного посёлка и остановились у его ворот.

Здесь Иван снова связался с Андреем Сабитовым, который сказал ему, что от ворот нужно повернуть налево. Иван решил уточнить у Андрея, как выглядят эти ворота и получил ответ, что они должны быть оранжевые. Но наши ворота были тёмно-бурые! Никто из нас уже не верил в благополучное завершение этого похода, и мы попросили Андрея ехать за нами по шоссе. Семейная пара - Лёша и Вера - планировала приехать только на этот день, и потому скоропостижно распрощалась с нами и направилась обратно в сторону электрички. Через 20 метров вдоль забора в сторону шоссе мы наткнулись на оранжевые ворота и находящуюся рядом развилку. Машину отозвали и двинулись по развилке, по прежнему скептически относясь к исходу этой затеи. Однако через некоторое время мы увидели идущего навстречу Андрея Сабитова. Мы были спасены. Лесная дорога был изрыта гигантскими ямами и лужами, поэтому было удивительно, как здесь проезжал Андрей и прочие автомобили. Путь привёл нас на гигантскую поляну с отдельно стоящими группами огромных дубов, рощицами берёзок и сосенок. Сквозь поляну вилась дорога, наискось уходя к берегу реки. Мы увидели натянутый меж дубов тент и группу раскиданных вокруг палаток. Около тента копошились фигурки наших старых и новых друзей. Так через 7 часов после высадки в Подосинках мне удалось достигнуть земли обетованной.

Немного в серьёзном тоне: дорогие друзья, выбиравшие место лагеря и знавшие к нему дорогу, к вам есть просьба: пожалуйста, размещайте на форуме путеводную инструкцию с указанием особых примет, поворотов и развилок. Так будет легче и вам, и нам.

Встреча
Подойдя к лагерю вплотную, мы принялись здороваться и обниматься. Я стоял в блаженном оцепенении, когда вдруг кто-то любовно шарахнул меня ладонью по спине так, что зазвенело в голове. Я повернулся. Да это ж наш предводитель Максим Босой собственной персоной! Тяжёлая у тебя рука, Макс! Я тоже по тебе соскучился! Максим двухметрового роста, как всегда, босоногий, и –удивительно!- лицо его выглядело помолодевшим и разгладившимся за прошедший год.

Под тентом стоял накрытый дощатый стол, скамейки, лежала куча разнообразных продуктов питания и куча наших сумок. Неподалёку у газового примуса колдовала Аня Воронецкая, и лицо у неё было доброе-предоброе.

На дереве верёвкой был закреплён умывальник. Дымит костёр с подвешенным ведром.

Вот наш новый друг – Женя Цепков из Оренбурга. Вот серьёзная Маша Хотина и ласковый Данила Приказчиков.

А вот и знакомое девичье лицо. Да ведь это Женя из семьи Карповых. Вот так сюрприз! Бесконечно милая, чудесная Женя, в которую просто невозможно не влюбиться. Помните, как в том легендарном фильме: «Спортсмэнка! Комсомолка! Активистка!… Наконэц, просто красавица!». (Да простит мне Вася Карпов моё искреннее восхищение.) Оказывается, только что прибыла в лагерь, одна за всех Карповых. Её провёл Володя Камский, отец-основатель лагеря, и потому она не заблудилась в лесу подобно предыдущим экспедициям.

А вот некто незнакомый в очках сидит у костра, а потом надолго исчезает в своей палатке. Спрашиваю - кто это? А это Саша Агельменев из Новомосковска.

Не хватает милых сердцу хиппи-«колхозников». Оказывается, Митя Ахтырский и Сергей-Рауха вместе с Сергеем-Селем с утра ушли купаться и до сих пор не вернулись.

Готовы грибовница, гречневая каша и салат двух видов. Все исстрадавшиеся члены пропавшей экспедиции приглашаются за щедрый стол. Есть фрукты, мёд, печенье, пирожные, сладкие мягкие сухари.

После трапезы мужики принялись разворачивать дополнительные палатки, а Женя принялась энергично разбирать съестные припасы совместно с Аней и Машей. В это время пришло решение использовать стоящую рядом старинную палатку Селя под схрон с продуктами. Я тем временем нашёл себе место в большой палатке у Андрея Сабитова и отнёс к ней свои сумки.

Женя тем временем принялась резать яблоки для компота и объявила, что после этого приглашает всех купаться. Я не хотел ударить лицом в грязь перед столь прекрасной особой и поспешил согласиться, и даже поучаствовал в нарезке яблок.

И вот наша компания в составе Жени, Данилы, Володи и Андрея Сабитова, а также Маши Хотиной и Саши Агельменева, сопровождающих нас в качестве моральной поддержки, направляется к месту купания. Река по имени Нерская оказалась удивительной, как и само поле с гигантскими дубами. Мне раньше не приходилось видеть такого. Речка глубиной лишь по щиколотки, трёхметровой ширины, она живо текла в извилистых бережках разной крутизны, и стайки мелких рыбёшек плыли, зачем-то борясь с её течением.

Ну как здесь не вспомнить эти золотые слова:
«Вдруг раскалённая, обжигавшая ноги дорога заскользила вниз, впереди зазеленела поемная луговина, и, обогнув купу деревьев, я увидел в десятке метров перед собой излучину долгожданной речки: дорога пересекала её вброд. Что за жемчужина мироздания, что за прелестное Божье дитя смеялось мне навстречу! Шириной в несколько шагов, вся перекрытая низко нависавшими ветвями старых ракит и ольшаника, она струилась точно по зелёным пещерам, играя мириадами солнечных бликов и еле слышно журча.» (РМ, 2.2)

Ураган
Начинался дождь. По пути к реке мы прошли по строящемуся монструозному лагерю. Из «Камаза» доставались доски и сколачивались дощатые ларьки. Шипел огромный мангал. Рядом сновала толпа в плащах-дождевиках. Они недоумённо смотрели, как группа в купальниках решительно идёт к реке под усиливающимся дождём. В этом месте глубина реки была более двух метров, а ширина достигала метров десяти.

Удивительно! – Андрей прочитал молитву, Женя и Данила перекрестились и нырнули. Я стоял по колено в холодной воде и готовился к подвигу. Я теплолюбив и избегал таких процедур уже года три или больше, но по детскому опыту знал, что нужно решительно нырнуть, чтобы скорее преодолеть первый температурный шок, а потом станет теплее. Так и я сделал. Несколько раз мы переплыли речку, после чего дождь пошёл сплошной стеной, и трудно было понять, где вода теплее – сверху или снизу. Тут в речку неожиданно вбежал знакомый бородач – это пропавшие «колхозники» вернулись в лагерь! ЗдорОво, Рауха!

Шарахнул гром. Оставленные на берегу футболки и полотенца безжалостно мокли. Туфли и носки промокли ещё раньше – в составе пропавшей экспедиции. Я смекнул – нужно спасать сумки с вещами, стоящие на улице. Мы с Андреем Сабитовым двинулись к его палатке. Я занёс в палатку сумки и принялся оценивать ущерб от стихии: одежда подмокла, но особенно не повезло бумагам – книга Головачёва намокла снизу, и оттого её нижняя половина стала вдвое толще верхней. Андрей тут же переоделся, одел на ноги чуни, и залез в спальный мешок. Андрей посмотрел на сотовые телефоны – на обоих пропала зона приёма. По примеру Андрея я зачем-то переоделся во всё сухое, но не усидел и полез под общий тент здороваться с «колхозом». Как вскоре выяснилось, это было крупной ошибкой.

Когда я подошёл к тенту, я увидел, что накрытый стол со скамейками стремительно уходит в воду, толпа промокших людей скопилась на маленькой полосе под тентом у края лужи. В одних плавках и в накинутом на плечи полотенце рядом со мной стоял невысокий бородатый человек с длинными волосами и решительным взглядом. Я спросил: «Вы, наверное, Митя Ахтырский? - Он обрадованно кивнул. – А я Костя Софьин.» Мы пожали руки. Митя спросил: «Я думаю, можно сразу на «ты»?». Я ответил: «Конечно». Так я познакомился с Ахтырским.

Неподалёку стоял ещё один невысокий чернобородый человек в очках с глубокомысленным и немного грустным выражением лица. Это же Сергей-Сель! Мы тоже познакомились.

Как оказалось, три бородача направлялись в посёлок Куровскую за провиантом, обнаружили там действующий храм, а на обратном пути заблудились и набрели на озеро в истоках реки. Берег озера напоминал зону сталкеров – высились полуразрушенные индустриальные здания и заброшенные очистные сооружения, заполненные зловонной жижей, стекающей в озеро…

Погибающий костёр жалобно дымил. Сквозь стену дождя было видно, как подъехал минивэн Виталия Фоменко из Обнинска с женой Леной и дочкой Машей. Они самоотверженно присоединились к нашей озябшей толпе. Дождь поливал стоящих под тентом, проносясь по диагонали. Но это были ещё цветочки. Начались порывы ураганного ветра. Тент начало надувать парусом. Испугавшись, что его оторвёт от канатов, я вцепился в его край и стал тянуть на себя. При этом вода, которая водопадом стекала с тента, щедро потекла мне в рукав и за шиворот, и вскоре всё, что было на меня сухого, снова превратилось в мокрое и я пожалел, что переоделся после купания. Среди вершившегося катаклизма под ураганным дождём по полю в купальных костюмах с восторгом носились Женя и Данила, а Максим Босой в одних шортах сновал вокруг палаток и тента и героически рыл сапёрной лопаткой каналы для отвода воды.

Я вспомнил, что в карманах моей стремительно намокавшей куртки находятся телефон и кошелёк, и с целью их спасения убежал в палатку. Оказалось, что палатку тоже нужно было спасать. Якорные металлические штыри вырывались ветром из размокшей почвы, и приходилось периодически перетыкать их заново. В тамбуре палатки угрожающе росла лужа. Но вот, кажется, стихия начала затихать. Я одел последнюю сухую футболку и снова выполз в разведку.

В это время Женя Цепков уже пришёл к единственно верному решению – перенести навес из лужи глубиной по колено, на приподнятое место, а палатки с этого приподнятого места снести ещё дальше. Женя принялся энергично рыть ямы, рубить и вкапывать столбы, и снова растягивать огромный тент.

Натянутая между деревьями верёвка была сплошь завешена мокрой одеждой, одежда висела и на растяжках тента. Около костра тщётно пытались высохнуть несколько пар туфлей и ботинок. Не дождавшись финала, я надел свои ботинки на ноги и неосторожно сунул их в костёр, который расплавил мне подошвы.

…
Наступил вечер. Благодаря усилиям наших милых женщин и помогающих им мужчин был готов вкусный ужин. Эти же замечательные люди занимались мытьём посуды в речке.

Тем временем гости всё прибывали. Андрей Сабитов привёз наших старых добрых знакомых Лену и Сашу Спокойных (фамилия настоящая) с маленькой собачкой Лаской. Собачка где-то поранила заднюю лапу и всё время щадила её.

Дальше спонтанное общение стало сливаться в сплошной круговорот, и я уже перестал чётко различать последовательность событий. Помню, как стемнело. Большинство присутствующих расселось вкруг большого стола. Кое-кто привёз с собой коньяк и под покровом наступающей темноты принялся угощать им всех желающих. Вдруг из полной темноты к столу вышел одинокий человек с усатым волевым лицом и рюкзаком за плечами. Это оказался старинный друг Фэстера Александр. Он закалённый турист и совершил невероятное – сам! в темноте! нашёл дорогу к лагерю через лес.

В свете употребления коньяка я рассказал, что являюсь абсолютным трезвенником и высказал своё резкое отношение к теме табака, алкоголя и наркотиков. Сидевший у костра Митя вдруг живо заинтересовался темой, подсел к нам и принялся обсуждать тему наркотиков сначала со мной, а потом с Ириной Николаевой.

Надо сказать о Митиной манере говорить. Он великолепный рассказчик и сразу захватывает внимание. Всё, что он говорит, он говорит решительно, легко и точно подбирая слова.

Обсуждались темы вокруг наследия Даниила Андреева, стратегии форума и стратегии проектов, обсуждавшихся в разделе «Дума». Я с интересом слушал. Иван и Максим изложили, каких результатов каждый из них ждёт от форума.

Митя рассказал о своём участии в совещании с таинственной личностью Николая Карпова, при участии также Максима Босого и легендарных фигур Алексея Кольцова и Игоря Потапова, которых «не видел никто никогда». Таким образом, Максим и Митя стали вторым и третьим из читателей Даниила Андреева, воочию узревших этих гигантов современной мысли. При участии Максима обсуждался вопрос, а этично ли нам зарабатывать средства на жизнь работами, посвящёнными тематике «Розы Мира».

Митя и Ирина обсуждали стратегию участия докладчиков по тематике «Розы Мира» на мировых научных конференциях. В ходе разговора Митя очень рекомендовал всем, кому приходится сталкиваться с представителями научно-технического мировоззрения, книгу Фейерабенда «Против метода».

Вокруг царил абсолютный мрак. На столе горели свечки и керосиновая лампа. Холодало. Народ пересаживался к костру. Многие уходили спать. Здесь у меня возникла небольшая дискуссия по поводу алкоголя с Виталием Фоменко. Я слушал беседы примерно до трёх ночи, после чего тоже отправился спать, оставив у костра Митю, Рауху, Ирину и кого-то ещё. В большой палатке Андрея Сабитова я влез в свой спальный мешок и стал последним из пяти её спящих обитателей. В глубокой ночи гигантским молотом бил рваный ритм психоделического техно, раздававшийся из отдалённого чужого лагеря.

4 августа
Ранним утром несколько раз включался кое-чей будильник, будя всех, кроме его счастливого обладателя. Окончательно я проснулся, когда Иван готовился к выходу из палатки, примерно в 10 утра. Для меня это нехарактерно, слишком рано. Но на прошлой встрече я тоже спал мало. Я тоже полез на выход. Пока я одевался, из спального мешка поднялся Андрей Сабитов. И – снова удивительно! – Андрей каждое утро начинал с медитации. Несколько раз я заглядывал в палатку за зубной щёткой и прочими мелочами, а Андрей всё сидел с закрытыми глазами…

У примуса снова колдовала Аня. Готовился плов. У костра сидел Митя, оказалось, что он ещё вообще не ложился, и мне было искренне жаль его. Начинался новый день. Постепенно народ просыпался и подтягивался к костру. Иван в очередной раз поднял вопрос о повестке дня. Решили начать день с просмотра видеопослания Штеренберга.

Володя и Данила отсутствовали. Они ушли встречать Максима-Крота и не взяли с собой сотовые телефоны. Но Крот по какой-то причине приехал позже обещанного. Наши парни его не дождались и поплелись обратно. Крот созвонился с Иваном и за ним выехал Андрей.

Народ уселся завтракать. Прибыла машина с Кротом. Все принялись с ним брататься. К моему удивлению, в жизни круглолицый Крот оказался таким же, как на форуме. Прямой взгляд, в разговоре выражается по-военному чётко и энергично, разбавляя свою речь прибаутками и солёными шутками. Для закрепления своего землеройного имиджа Крот привёз с собой складную сапёрную лопатку и щеголял с ней. Вместе с Кротом также прибыл тихий Владислав Шемаев (Vladek).

Андрей Сабитов развернул в кузове минивэна ноутбук и аудиоколонки и народ устроился слушать послание Штеренберга. Штеренберг говорил о чудесном спасении «Розы Мира» в советской империи зла и о великой роли Аллы Андреевой в этом деле, о ложной панике перед будущей организацией «Розы Мира», о ложном представлении многослойной реальности «Розы Мира» как виртуального комплекса фантазий, о неоднозначных высказываниях Аллы Андреевой, свидетельствующих о балансировании между РПЦ и «Розой Мира».

Где-то после этого в лагере показался Яник (Яков Учитель, фамилия настоящая). Он повторил подвиг Александра, в одиночку добравшись до лагеря. Яков оказался подтянутым человеком колоритной интеллегентной наружности, с глубоким приятным голосом. Когда я в первый раз обратился к нему на «Вы», он сказал: «Обращайся ко мне на «ты», а то я обижусь.» Я был рад согласиться, но впоследствии из-за моей привычки обращаться к старшему поколению я всё время сбивался на «Вы».

Наши горячие парни решили поиграть в футбол мячом, который привёз с собой Фэстер. В ходе азартной игры Босому жестоко попало по икроножным суставам, и все оставшиеся дни Максим едва ковылял, так что на него невозможно было смотреть без слёз. Но благодаря своей гигантской воле он ни разу не проявил никакого неудовольствия сложившимися обстоятельствами и оставался неизменно улыбчив и приветлив. С футбола парни вернулись с девушкой-футболисткой, которой ненавязчиво рассказывали о «Розе Мира» и о нашем сайте. Вслед за девушкой появилось ещё два гостя. На этом знакомство и закончилось.

В этот день у меня состоялось несколько продолжительных разговоров с Леной Спокойной на темы христианства, «Розы Мира», Александра Меня, Штеренберга, о наших жизненных путях и о знакомстве Лены и Саши Спокойных с «Розой Мира». Я узнал много любопытного в ходе общения с этой замечательной женщиной. Напоследок она подарила мне книгу о христианстве.

В какой-то момент я заметил, как Женя, Данила и Денис направляются по лесной дороге. Я догнал их – оказалось, они решили пройти до озера в истоках реки. За разговорами мы дошли до шоссе. Женя и Данила шли босиком. Дальше мы шли вдоль шоссе по гальке, пока оно не пересекло текущую под ним речушку. Как идти к озеру дальше, было неясно, и мы повернули обратно. Данила спросил, не изменилось ли за прошедший год моё отношение к рождению детей. Я ответил, что не изменилось. Женя спросила, что это за отношение, и я кратко охарактеризовал уже долгое время клокочущую во мне ненависть к нашему жестокому миру. Дальше Денис с Данилой постепенно пошли немного позади, а я, боясь смотреть в глаза, слушал Женин монолог, который неожиданно произвёл во мне, мрачном скептике, некое переживание катарсиса. Содержанием монолога была известная идея о том, что несмотря ни на что, стоит отказаться от ненависти, и жить с умиротворением в душе, стараясь нести умиротворение всем, кто рядом, и даже в самых жестоких обстоятельствах. Моё переживание было вызвано тем, что при этом в Жене мне открылась особенная глубина души и ума, невстреченная мною раньше в молодых красивых девушках, и я ощутил к ней глубокое уважение, как если бы существование несовершенного мира, которому я вынес приговор, оправдывалось уже самим присутствием в нём таких людей, как Женя. Все последующие дни я ходил слегка потрясённый и смущённый.

День клонился к вечеру. Оказалось, что кроме Крота, от нас уезжает Виталий Фоменко с семьей, а также нас решил покинуть Денис-Наблюдатель. Перед расставанием парни решили подурачиться и устроили остросюжетную инсценировку под условным названием «Казнь модератора». Потом возникло мудрое решение сфотографироваться на прощание в полном составе. Отсутствовали только отправившиеся на прогулку Аня и Маша. Итого нас оказалось около 30 человек. Главным фотографом встречи была Женя. Ей вручили сразу охапку фотоаппаратов, и она фотографировала на каждый из них поочерёдно.

Мы распрощались с уезжающими, а сами собрались у костра. Темнело. Где-то через полтора часа я увидел, как толпа читателей Д.Андреева в полной темноте решительно выдвигается по дороге к шоссе. С трудом догнав их, я спросил: «Что случилось?» Оказалось, что минивэн Виталия застрял на лесной дороге и уже целый час не может выбраться из ямы. Я был босиком, и уже не успевал обуться, поэтому предпочёл вернуться к костру. Кроме того, в темноту ушло человек десять, поэтому о недостатке сил можно было не беспокоиться.

У костра начался вечер знакомств – люди рассказывали о своём пути к «Розе Мира». Первым выступил Яник. Его рассказ имел отступление на тему того, что литературные гении оказывают мистическое влияние на историю человечество и в этом свете были обсуждены «Братья Карамазовы» Достоевского. Кажется, вторым о себе рассказал Митя. Его рассказ запомнился мне ярче остальных. Интересно то, что Митя учился в университете по специальности индийской философии, где преподавался материал по творчеству Даниила Андреева, там же Митя познакомился с Аллой Андреевой, сделал дипломную работу по творчеству Даниила Андреева, поступил в аспирантуру и защитил диссертацию по творчеству Даниила Андреева, и сейчас он преподаёт студентам курс по творчеству Даниила Андреева. Это впечатляет.

Тем временем вернулась спасательная экспедиция. Было около полуночи. Люди начали расходиться спать. Уже ушли Иван, Данила и Женя, а Андрей Сабитов каждый день ложился рано. У костра оставались наиболее стойкие: Максим, супруги Спокойные, Женя Морошкин, Женя Цепков, Ирина, Митя, Рауха, Фэстер с Александром, Маша, Володя. О своих путях к «Розе Мира» рассказали Ирина Николаева и Женя Морошкин, затем Максим Босой повторил для новых друзей свою историю, которую он уже излагал в прошлом году на встрече и в своей рассылке. Разговор начал уже затухать, когда о своём пути к «Розе Мира» решился рассказать я.

Ещё в прошлом году во время такого же вечера меня спрашивали об этом Володя и Иван, но тогда я так и не решился. В этот раз я говорил, преодолевая волнение голоса, и когда закончил рассказ, то не мог унять дрожь в ногах. Речь шла о поиске смысла жизни вследствие суициидальных переживаний. Я был готов и к прохладному отношению, но встретил горячую поддержку и сопереживание. Спасибо вам, друзья! Ирина и Володя сказали мне, что тоже проходили через подобные переживания. Митя сказал, что такие вещи нужно обсуждать с глазу на глаз. Позже мы с Володей обсудили целесообразность представления моего рассказа в общий доступ, и теперь вы можете увидеть его в разделе личных историй знакомства с «Розой Мира».

Максим спросил, чем я хотел бы заниматься в направлении поддержки «Розы Мира». Я с удовольствием рассказал, что в рамках своих способностей пока вижу целесообразным создание работ в направлении популярно-занимательного пересказа «Розы Мира», а также считаю принципиально важным создание галереи иллюстраций и эпического видеоряда к «Розе Мира». Визуальный ряд стал бы главнейшим средством панорамного обзора «Розы Мира». На мой взгляд, панорамное мировоззрение – раньше я менее точно обозначал его как системный подход и стратегическое мышление - является одним из ключевых свойств «Розы Мира», и я стремлюсь его пропагандировать. С этой целью мною и была выполнена работа с таблицами слоёв Шаданакара, имеющаяся на нашем сайте.

Состоялась небольшая дискуссия на тему, а нужно ли вообще делать «Розу Мира» доступнее простому читателю, и если да, то возможно ли это без нанесения вреда «Розе Мира». Я считаю, что популяризация необходима, а мера осторожности и ответственности за ущербность, без сомнения, очень велика, как и вообще всё, что связано с «Розой Мира». В этом деле, как нигде, важно идти по так называемому лезвию бритвы Оккама. Будучи порядочно знакомым с нашим пёстрым форумным сообществом, я полностью разделяю опасения по искажению текста книги в ходе его пересказа.

Где-то на этом разговор закончился и почти все удалились отдыхать. У костра ещё некоторое время сидели я, Митя, Рауха и Александр. Здесь мне предоставилась возможность обсудить с нашими буддистами их недетерминированное мировоззрение. И я, уже размягчённый предшествовавшим разговором с Женей, и своим рассказом у костра, по-новому взглянул на известную идею об иллюзорности любых детерминированных представлений, и ощутил, что она позволяет подняться над миром внешних форм и взглянуть на мир глазами его создателя, как на цельный организм, проходящий быстротекущую временную фазу…

Шёл четвёртый час ночи. Я распрощался с соседями по уютному костру и вполз в свой спальный мешок. Четверо моих соседей во главе с хозяином палатки мирно спали, не подозревая о наполнивших меня впечатлениях. Только раздававшийся храп иногда пробуждал их, и они по цепочке бережно толкали друг друга в поисках источника беспокойства.

5 августа
Я снова проснулся одновременно с Иваном, а сразу за мной поднялся Андрей и застыл в медитации. У стола уже собирался народ, и я ещё издалека слышал отзывы о вчерашнем вечере. В это утро я сразу получил массу тёплых дружеских приветствий – люди всё ещё сопереживали моему ночному рассказу. Ещё раз спасибо, друзья!

В этот день я снова отважился искупаться вместе с Данилой, Женей, Андреем Сабитовым и Яником. Пока мы собирались и направлялись к реке, на почве моего вчерашнего рассказа мы с Данилой обсуждали наши возможности по распространению идей «Розы Мира» в нашей профессиональной деятельности. Данила занимается прикладной механикой. Я рассказал ему любопытную историю о людях-савантах - людях-калькуляторах и календарях. Особо поразителен в этом отношении наш ровесник Дэниел Таррет, обладающий, если можно так выразиться, математическим духовидением. Все математические задачи он видит внутренним зрением в виде ландшафта, по которому он перемещается, где каждое число, по меньшей мере от 0 до 10 тысяч, представляет собой отдельный объект этого ландшафта. Второй поразительный пример – это самый известный в мире савант Ким Пик, ставший прототипом персонажа, сыгранного Дастином Хоффманом в фильме «Человек дождя».

Мы зашли в прохладную воду, а Андрей на берегу принялся выполнять комплекс цигун под недоумёнными взглядами всё тех же людей в тёплой одежде из соседнего лагеря. Вчетвером мы переплыли на другой берег. К нашему обсуждению присоединился Яник. Мы пришли к соглашению, что неплохо было бы на нашем сайте в отдельной ветке выложить качественные репортажи о наших современниках с открывшимися сверхспособностями: о савантах, о так называемых солнцеедах, о прорывах глубинной памяти.

Немного поплавав, мы вылезли из воды и побежали к лагерю. На берегу остался Андрей – он только что закончил свой цигун и приготовился зайти в воду.

У костра я вновь встретил двух бородатых "боддхисаттв" – Митю и Рауху, и мы продолжили наш разговор, из которого я узнал, что у меня мировоззрение гностика, а у обывательского большинства – мировоззрение агностиков. Я также просил порекомендовать мне литературу по практическим методикам расширения сознания методами йоги, имея в виду опыт Славы Курилова. Но Рауха в первую очередь рекомендовал занятия с учителем, например «Путь внутреннего света и звука», а касательно Славы Курилова Митя заметил, что таких результатов обычные люди самостоятельно не достигают, и скорее всего, что Курилов – это перевоплощение продвинутого йогина. Митя и Рауха рекомендовали мне и конкретную теоретическую и практическую литературу, но я не записал эти названия сразу, а теперь, к своему стыду, уже забыл их.

Укрывшись зонтиком от дождя или солнца, у костра сушил полотенце Саша Агельменев. Все эти дни Саша временами удалялся в свою палатку, где проводил время, размышляя о судьбе и чести, а иногда вновь возникал из неё, неизменно с зонтиком, а ночью ещё и с шахтёрским фонариком, и сушил свои вещи над костром. В этот день мне довелось пообщаться с Сашей. Я узнал, что его мировоззрение близко к Ахтырско-Раухинскому, и он порекомендовал мне познакомиться со всеми книгами Лобсанга Рампы и книгами Йогананды «Автобиография йога» и пятитомником «7 ступеней самореализации», который можно начать читать со второго тома.

Это было воскресенье, основной этап встречи завершался и половина участников уже собиралась домой. Приехал на «Жигулях» Евгений, муж Маши Хотиной. Народ собирал вещи, мусор, сворачивал палатки. Не теряя ни минуты, всем энергично помогал Женя Цепков.

Насколько я помню, сначала во время обеда с нами попрощались и ушли на станцию Андрей-Фэстер и Александр. Сель испарился незаметно.

Потом тронулся загруженный до упора минивэн Андрея Сабитова, увозя Сашу и Лену Спокойных с собачкой, Данилу Приказчикова и Володю Камского. Как раз в этот момент я помогал Ане сворачивать палатку, и потому не успел как следует попрощаться с пассажирами фургона. Хоть чем-то я смог отплатить Ане за её великий труд по обеспечению едой и чистой посудой нашей большой компании.
Милые наши женщины, Аня, Маша, Женя, Ирина, Лена и ещё одна Лена! Низкий вам поклон!

Я помог свернуть палатку Владеку и в это время немного пообщался с ним.
На крышу «Жигулей» водрузили гигантскую пирамиду вещей, увенчанную огромным тюком мусора. В «Жигули» сели супруги Хотины, Аня Воронецкая и Ирина Николаева. Женя Морошкин с Владеком заранее вышли пешком – «Жигули» везли к станции их вещи. Мы обнялись на прощание. Аня, Ирина и Маша каждая сказали мне тёплые напутственные слова. «Жигули» тронулись.

Андрей Сабитов увёз свою большую палатку, и мы с Иваном вдвоём поселились в палатке Данилы.

Мы осиротели, но всё руководство нашим пропитанием взяла в свои руки энергичная Женя. За проводами друзей незаметно подкрался вечер. Оставшиеся путешественники подтянулись к костру: я, Иван, Максим, Евгений, Митя, Рауха, Яник. Саша Агельменев что-то рассказывал Жене, а мы принялись обсуждать тему форумных правил и конфликтов. То и дело мужчины эмоционально восклицали: «А вот здесь он первый начал», а потом: «Ну я тоже не сдержался, ну что поделаешь – у всех бывает.» В ходе разборок администрация и профсоюз форума пришли к соглашению огородить на форуме спецзал для мордобоя под рабочим названием «Курилка». И простое решение вопроса: не хочешь драться – не заходи в курилку. Не влезай – побьют!

Я же то и дело пытался обратить внимание азартных товарищей, что они здесь совершают стратегическую ошибку. Ошибка видна вот отсюда:
«Во всех превратностях общественной жизни и политической борьбы успехи Лиги должны достигаться не ценой отступления от её нравственного кодекса, а именно вследствие верности ему. Её репутация должна быть незапятнанной, бескорыстие – не подлежащим сомнению, авторитет – возрастающим, ибо в неё будут стекать и её непрерывно укреплять лучшие силы человечества.» (РМ,1.1)

Моё убеждение состоит в том, что форум «Розы Мира» - не место для выяснения личных отношений и удовлетворения амбиций. Ощущение сопричастности к «Розе Мира» накладывает на нас требование соблюдать в публичных выступлениях нравственный минимум, в который входит прежде всего уважение к аудитории, и абстрагирование от личных амбиций. Сам автор «Розы Мира» задаёт нам эталон деликатности, скромности и взвешенности для публичного выступления.

И расширение свода правил-ограничений не поможет соблюдать такой эталон. К эталону надо сознательно и искренне стремиться, а формальное толкование ограничений всегда и везде оставляет лазейки и кривые ходы. «Закон – что дышло. Куда повернул – туда и вышло». Применение административной силы оправдано только в случае отражения атаки на форум.

Я в своих немногочисленных сообщениях старался придерживаться следующих установок. Отвечать только развёрнутым ответом на темы, которые затрагивают актуальные мировоззренческие вопросы. Если в мой адрес я вижу личные выпады, я просто не обращаю на них внимания, и отвечаю только по содержательной части сообщения. Если я понимаю, что мой собеседник не желает находить со мной точек соприкосновения, то по содержательной части его сообщения я отвечаю уже не ему, а нашей аудитории. Когда я исчерпал тему, я немедленно прекращаю выступление. Наверное, всё это мне не всегда удавалось. Но мне кажется, что обозначенный характер поведения и есть единственное решение против флейма, оффтопа и бана.

Увлечься личными выпадами и поссориться очень легко. Сложно потом помириться и снять возникший барьер.

Дорогие друзья, участники форума! Давайте бережно относиться друг к другу! Друзья «Розы Мира» – редчайшее явление. Мы раскиданы по миру порой по одному человеку на регион. Неужели мы не можем терпимо относиться даже друг к другу?

…
Пока мы вели этот эмоциональный разговор, я переворачивал в костре пёкшуюся картошку. Нам не удалось прийти к единому мнению. Но дальше произошло удивительное. Максим встал и сказал: «Рауха, я хочу попросить у тебя прощения за все мои резкие слова в твой адрес. Давай побратаемся.» Они крепко обнялись. Рауха сказал: «И ты прости меня, Максим.» У меня на глаза навернулись слёзы.

Дальше все как-то разошлись спать, а мы вдвоём с Максимом ещё остались у костра и разговаривали в темноте. Максим для меня удивительная личность. Он первоначально в одиночку сделал этот сайт, которым все мы пользуемся. И он ставит себе такие далеко идущие задачи, от которых у меня кружится голова. Меня поражает его колоссальная целеустремлённость и чёткость мысли, которая сквозит во всех его выступлениях. Я всегда относился к Максиму с трепетным уважением и, признаться, слегка робел перед ним.

В эту ночь я узнал о Максиме много интересного - о его жизни, о его текущих проектах и планах. Я, в свою очередь, высказал своё удивление его одиноким масштабом, и, желая как-то объяснить Максиму причины своего неучастия в общем деле, почему-то разоткровенничался и рассказал о своей бытовой жизни, пройдясь и по тёмным сторонам своей души. Прости, Макс, если я тебя тогда утомил.

Наша беседа закончилась уже с рассветом в шестом часу утра. Макс с трудом проковылял к своей палатке, а я влез в палатку к спящему Ивану, лежащему в спальном мешке с укутанной шарфом головой. В эту ночь я воочию убедился, что под палаткой Данилы живут мыши. Всё утро они ползали под полом палатки как раз под моей головой, и я даже видел одну из них в сетчатое окно на улицу.

6 августа
Обратный путь
Утром мы с Иваном снова проснулись одновременно где-то в районе полудня. Это был день общего отъезда и наступала пора сборов. Я ещё раз прогулялся по удивительному месту, приютившему нас. За рощей больших дубов, под которыми мы жили, на открытом пространстве поодаль от берега росла тесная рощица молодых берёз и сосен высотой с человеческий рост. Ещё поодаль вокруг неё отдельными купами росли высокие деревья других видов. Вот яблоня, усыпанная яблоками величиной с грецкий орех. Вот деревья, усыпанные чёрными ягодами, напоминающими черёмуху, но без крупной косточки. Вот в кольце высоких деревьев глубокое озеро с тёмной водой, незаметное издали. А вот неожиданно появившийся из-за деревьев крутой изгиб речки, странно петляющей по лесу. Кто и как создал этот диковинный ландшафт, напоминающий сад?..

Настроение было торжественное и трагическое. Женя пригласила всех на встречу в квартире Карповых по прибытии в Москву. Однако за утренней трапезой неожиданно выяснилось, что «колхозники» решили остаться ночевать дальше, к ним присоединился Евгений Цепков. Яник уезжал в Петербург вечером, и тоже решил остаться на природе до вечера. Таким образом, на встречу у Карповых попадали только я и Максим. Мой поезд отправлялся сегодня в 22:45, а Макс уезжал в Уфу завтра.

Наша задача по сборам упрощалась – часть инвентаря и провизия оставалась в лагере. Пока шли сборы, я успел распросить Женю Цепкова о его пути к "Розе Мира". Перед уходом вся компания решила искупаться. Сам я поддерживал их в это время морально и даже сделал пару снимков на фотоаппарат Макса. К двум часам дня мы были готовы выдвигаться. Митя и Сергей-Рауха планировали нагнать нас в пути к станции, поэтому с ними я совсем не попрощался.

Наша процессия пустилась в путь. Впереди шла Женя с огромным туристическим рюкзаком, за ней прихрамывающий Макс с сумкой и туфлями в руках, Евгений с таким же огромным рюкзаком Макса, я с двумя сумками на обоих плечах, Иван с рюкзаком, палаткой Данилы и ведром и Саша Агельменев, тоже полностью загруженный. У меня было тревожное ожидание возвращения в гигантский город с его человеческими множествами и циклопической системой метро. Меньше чем через час мы достигли станции Подосинки, где горячо распрощались с нашим новым замечательным другом – Женей Цепковым, и заскочили в электричку.
Саша Агельменев вышел на станции Выхино. На Казанском вокзале нас встретил Вася Карпов и взял рюкзак Максима и мою сумку. Мы попрощались с Иваном – он уезжал к родителям на день рождения к отцу.

Около 6 вечера мы добрались к Карповым. Дома оказался только Александр, Людмила была на работе, а дети в отъезде. Мы с Максом расположились в отдельной комнате. Были сделаны пригласительные звонки нашим москвичам. Женя принялась сразу хлопотать на кухне, а Вася отправился в магазин за продуктами. Я тем временем помылся под душем, любезно предложенным мне молодой хозяйкой, и почувствовал себя посвежевшим после многодневной походной жизни.

Первой появилась Мария Хотина, и сразу стала помогать Жене готовить плов и резать салат. Всем желающим в это время разливался обильно пенящийся квас.

Потом подошёл Володя, и все мы взялись рассматривать наши фотографии на компьютере Александра.

Последним пришёл Родик Попов. Всех пригласили к столу, где за вкусной трапезой состоялся небольшой разговор. Делились впечатлениями, Макс рассказывал о дискуссиях прошедшей ночи. Я предпочёл помалкивать и слушать. Быстро прошёл час и мне уже пора выходить. Хлебосольная Женя вручила мне пакет со снедью в дальнюю дорогу. Я обнялся со всеми и попрощался. До свидания, друзья! До свидания, милая Женя! Вася донёс мои тяжёлые сумки до метро. Мы попрощались. Я благополучно добрался до Курского вокзала, ещё через час мой поезд двинулся на восток и на телефон Максима было отправлено прощальное SMS.

…
Благодарю организаторов встречи: Володю, Максима, Ивана, Андрея Сабитова, Аню Воронецкую и супругов Хотиных! Извините, если кого-то не упомянул.

Благодарю всех женщин и мужчин, которые освобождали нас от постоянных забот о телесном существовании, великодушно перекладывая их на свои плечи!

Благодарю всех участников нашей насыщенной впечатлениями встречи!

Присоединяйтесь к нам!

Костя, спасибо за обстоятельный рассказ!

Да, и хотел тебя поблагодарить за твою мужественную исповедь в тот памятный вечер знакомств. Я бы, пожалуй, не решился быть настолько открытым в рассказе о себе перед столь обширной аудиторией. Утром мы, действительно, уже совсем по-другому на тебя посмотрели: с благодарностью и особым уважением.

Константин Софьин,
как говорят криминалисты, врёт как очевидец.
Сель уехал не на минивене Андрея Собитова, Сель ушёл чуть раньше вместе с Фэстером И его другом Александром пешком на станцию. Но Сель нарочно почти ни с кем не прощался. Сель любит уходить по-английски, так что не удивительно, что константину Сель примерещился в машине.

Спасибо за обстоятельный рассказ. Пожалуй самый серьёзный. Увы и я и кое кто другие юмором иногда лишь дипломатично прикрываем нежелание высказываться по существу по сложным и спорным вопросам.
Вот опять об этике на форуме чисто теоретически Константин, готов с тобой согласиться, но лично мне идея курилки очень нравится. Сам я не курю, но иногда специально вращаюсь в курилках, ибо такого уровня общения как там часто больше не бывает нигде.

Позволю себе маленький оф топ:

Я даже пытался трубку курить, но её раскуривать слишком долго....
В ночь с 1 на 2 декабря 1990 года я в качестве делегата I (учредительного) съеда Демократической партии России был включён в комиссию съезда по утверждению окончательного текста проекта программы партии. Комиссия эта увязла в диких спорах. Партия не успев возникнуть, явно стремилась расколоться, а мне страшно этого не хотелось. И в ходе дебатов в комиссии хоть какой то консенсус начинал нащупываться только после проведения так называемых "производственных перекуров"....
Я вышел из ДПР в 1996, но она юридически существует до сих пор и дахже похоже Кремлёвские до кучи допустили её до предстоящих парламентских выборов. Нынешний руководитель ДПР господин Богданов по слухам высокопоставленный масон, на выборы идёт с ясным и простым лозунгом - "Россия должна вступить в Евросоюз"....

Добрый день!
Константин, большущее спасибо!
У Вас дар наблюдателя. Вы умеете видеть душой и излагать увиденное и пропущенное через себя очень объективно. Еще раз спасибо.

Приветствую своих внимательных читателей.
Сердечно благодарю за добрые оценки.

Женя, твоё новое пожелание выполнено. Во избежание недоразумений прошу иметь в виду, что и первый, и второй варианты фразы носили шутливый характер.

Сель, история переписана в соответствии с Вашими уточнениями.

Всех прошу простить за возможные досадные неточности. Кто-нибудь желает что-то ещё поправить?

Присоединяюсь к высоким оцекам Костиного отчета.

Позволю себе продолжить маленький оф топ Селя.



Сель, дружище!
Мне все время казалось, что твой образ несколько незавершенный. Теперь понял :!: :
не хватает трубки! Сделай, пожалуйста, аватару с трубкой, можешь не раскуривать. Очень прошу. Можно фотошопом приделать к этой аватаре. Заранее благодарю.

Костя, спасибо , я свои лишние комментарии тоже убрал.

Конечно, понимаю, что шутливый , но все же как будто бы бес попутал, из таких мелочей могут неприятности начинаться.

Прости, если что не так сказал. Ничего личного.

Жму твою руку и готов обнять

Женя

Александр Агельменев разместил свои впечатления о встрече в "Живом журнале".

Их можно посмотреть здесь:
http://agelmenev.livejournal.com/2007/08/15/