Сборник произведений-миниатюр от GalielMark

Заарканенные сетью,
Оцифрованные люди
Ловко врут, кричат и дружат
С помощью клавиатуры.
Им язык уже не нужен —
Пальцы бегают по кнопкам,
Променяли речь живую,
Променяли смех на скобки,
Променяли лес и небо,
Кровь заката, шум прибоя,
Шелест листьев предрассветный
На мерцанье монитора.
С каждым новым поколеньем
Провода все глубже в мясо
И давно смирились с этим
Оцифрованные массы.

Сергей Кузнецов


Наше несовершенство часто настигает нас врасплох, совершенно неожиданно, внезапно и безжалостно. Чувство вины сжигает душу бесплодным сожалением о содеянном, подвергая ее адским пыткам в «испанском сапоге» безвыходности. Но выход, который мы всегда ищем в загнанном ритме лошадей времени, возможно, и есть вход в «черную дыру» закольцованного света, жаждущего взаимной встречи нашего расколотого «мы» с его неразделимым «я»?

Впечатанные в сознание дурные пророчества, сомнительные факты, перевернутые с ног на голову артефакты и суеверия тянут сонмы живых в могилы усопших, но не умерших предков, немо взывающих к разуму внуков и правнуков, желая оправдаться и очиститься от скверны в незамутненном источнике материнской памяти родной земли, ставшей им колыбелью…

Страх мертвых — табу на «археологические раскопки» внутриличностных залежей неисповеданных грехов, забытых родовых преступлений, лежащих глубоко за порогом культурного слоя отдельной личности, неосторожное прикосновение к тайне которых, чревато суицидальным разрывом безумцев, посмевших нарушить ортодоксальный порядок Рода...

И в этих узких рамках самосохранения любой ценой и на любых условиях, потенциальная, так и не решившаяся актуализироваться личность, становится легкой добычей религиозного эстетизма, духовного наслажденчества и внешнего оккультного любопытства к тому, что познается изнутри. Нежелание быть собой, а казаться, надевая чуждые личины узаконенных идолов времени, становится навязчивой идеей или манией грандиоза инфантильного индивида, который никак не может пробудиться от внутриутробного сна вечного младенца в утробе безвременно умершей матери.

Он пытается жить в толпе одиноких призраков химерического мира деспотического дуализма, мистической одержимости и нравственного уродства. Ему хочется быть собой, но избежать родовой травмы рождения свыше невозможно, не умертвив свою прежнюю плоть. Он панически боится грядущей метаморфозы с летальным исходом для личинки, жаждущей воспарить в эмпиреи невнятного смысла. Поэтому ветхий младенец окружает себя фантомами заемного «я», которое на самом деле есть «мы» легиона тьмы, — то бишь бесчисленного множества совокупляющихся инфернальных чудовищ психического подполья…

Самосознание рода может проявиться только в личности, изначально готовой к самопожертвованию ради достижения высшего смысла, сжатого дурной бесконечностью коллективной безответственности и группового эгоизма оцифрованных масс, накануне грядущей вспышки всечеловеческой пассионарности…

Вся наша недолгая земная жизнь — не нами написанный сценарий, в котором «каждый не свою играет роль» (Шекспир).

Хотя, далеко не каждый с этим утверждением безоговорочно согласится, противопоставляя ему не менее известное, но более распространенное, особенно во времена не столь отдаленные: «человек — кузнец своего счастья», а может быть — несчастья?

И что есть счастье смертного человека? Жить, любить и умереть — достойно? Или брать от жизни все, предпочитая изведанное наслаждение радостью бытия светлому, но неизвестному будущему?

Как все сложно, а нельзя ли попроще, полегче, не выбирая, жить припеваючи, ни во что не вмешиваясь, и никому не досаждая?

Наверное, нельзя, иначе мы бы оставались в лоне первозданного рая, сытыми, счастливыми и бездумными…

Но семя брошено, и плод созревает, мучительно, сложно, на родословном древе человечества, постоянно обрезаемом искусными садоводами мироздания…

Сознание человечества развивалось, переходя от целомудренной богобоязненности к любовному богопознанию, от механической буквенности к организменной словесности, от клановой «богоизбранности» к всемирной отзывчивости…

Трудность постижения истины сопряжена со страхом индивидуальной обособленности, отрыва от пуповины рода, народа, нации, семьи.

Но без этого отрыва невозможно рождение свыше, становление персонально ответственной личности, соприкоснувшейся со вселенским единством универсума.

Революции — эти эксцессы истории, неизбежны в силу разновременности созревания человеческих воль в направлении к освобождению личности от раболепия духу времени. Нарастание боли и страданий миллионов чувствующих существ под игом горстки эгоистов-узурпаторов, умных, хищных и хитрых зверочеловеков, отрекшихся от духовного саморазвития в угоду плотскому сластолюбию не беспредельно, и в определенный момент исчерпывается лавинообразным гневом массового и жестокого возмездия за поруганный образ Человека…

К сожалению, опыт мировой истории ничему не учит, да и не может научить тех, кто сознательно отрекся от сострадания и родства с себе подобными человеческими существами, утратив самосознание в похоти самонасыщения.

Тщетны попытки лукавых придворных стратегов решить проблему народооставленности запретами и насилием, это только усилит волю к сопротивлению режиму временщиков, в основание которого заложена мина замедленного, но сокрушительного действия — запретный плод англосаконской управляемой псевдодемократии…

«Нет Истины там, где нет Любви»
А.С. Пушкин

Истина дарована, а не задана...

И хотя это утверждение, на первый взгляд, отдает некоторой догматической категоричностью, все-таки, несмотря ни на что, оно — истинно так же, как истинна жизнь в ее первозданной одухотворенности…

Наука открывает запертые двери ржавым ключом рассудка, расщепленного змеиным ядом эдемского соблазнителя, вечно сомневается, тщеславится, тоскует о недостижимом, унывает в безверии и гордыне самодостаточности, жаждет бессмертия, закованная в тяжкие цепи смертной причинности, ищет первопричину в материи, напрочь забывая о духе, который путает с эгоистическим криком существа в оболочке физического сознания…

Религия пьет истину из священного первоисточника откровения, исцеляя души и очищая сердца от скверны нечистых вожделений, но очень часто забывает о тех, кто лишен органов духовного зрения и слуха, а просто жутко страдает в темноте навязанного хаоса безличия и бессердечия…

«Общества нет, зато есть интернет» (афоризм мистической интуиции)…

Страшная догадка бьется в груди как пепел Клааса, не дает спать в повальном мороке индуцированного безумия, грызет давно истерзанную душу острыми зубьями восставших из ада монстров тотального электронного концлагеря…

Добровольно-принудительные рекомендации Международного Валютного Фонда — «святые» скрижали религии «нового мирового порядка», когда у одних есть — все-все-все… и даже немножко больше, а у других (около 99% населения земного шара) — только «дырка от бублика», то есть цифровой код персональной идентификации, который нивелирует каждую личностную уникальность до цифровой банальности…

Повышение пенсионного возраста — частный, но яркий пример эры трансгуманизма, когда человек… нет — не отменяется, он перерождается в нечто иное — существо, лишенное сострадания и всего «лишнего».

Помните: «ничего личного (лишнего?), только — бизнес!»

Сообщение отредактировал GalielMark - 24.2.2019, 17:07

«Понимание других — это мудрость,
Понимание самого себя — это просветление».
Лао-цзы.

Трудно, ищущему правды, выбраться из лабиринта неведения без путеводной нити преемственной памяти человечества, хранимой в глубинах бодрствующих сердец. Мир спящий не ведает, что творит, ибо не знает, и не хочет познать любовью, сотворенное в любви..
.
Земная тяжесть давит на ум и сердце непомерно тяжкими вопросами, которые неразрешимы подручными средствами, а требуют привлечения сущностей высшего порядка, сверх н е о б х о д и м о с т и (читай: невозможности!) правила Оккама.

Замыкание отшельника в келью безмолвия, ради того, чтобы услышать его Голос, исчерпало себя перерастанием в антиприродную скорлупу воинствующего эгоизма. Временные инструменты, или методы внутреннего саморазвития превратились в догматический тормоз антиэволюционной схоластики и сытую кормушку остепененных религиозных служащих. Развитие человеческой психоэволюции остановилось на середине моста, ведущего к бессмертию...

Но, возможно ли человеческое бессмертие в форме окаменевшего памятника, или же оно должно включать в себя смерть как жизненно важный этап перехода к следующей форме или, лучше сказать — т р а н с ф о р м е, которая была искусственно задержана преданием Христа на распятие, что утверждается мистическим опытом автора «Розы Мира» — Даниилом Андреевым? Ортодоксальное учение запрещает правоверным христианам даже мыслить в этом направлении, так как данная ересь (читай:разномыслие!) подрывает основы пирамидальной иерархии...

«Тайна сия велика есть», а ключ к ней, знаменитый Ключ Разумения заперт на другой ключ — у м ы ш л е н н о внедряемого забвения...

Приближение к этой запертой тайне насильственно, нахрапом, без раскопок внутриличностного опыта, осторожного, с бережным отмыванием золотых крупиц, чревато непредсказуемыми последствиями, ибо недремлющее око церберов, или стражников узаконенного рабства меньшинства над большинством, стережет ее...

Но время разгадки пришло, и личностный духовный опыт каждого искателя истины бесценен, как бесценна самая ничтожная капля, наполняющая океан бескрайней жизни...

Сообщение отредактировал GalielMark - 26.2.2019, 0:17

Аномальная жара овладела умами, сердцами и душами усталых, измученных людей, которые и так более двух десятилетий изнемогают под игом оккупационной власти временщиков, возомнивших себя владыками жизни и смерти.

Игры в демократию наконец-то закончились, узурпаторы сбросили маски, обнажив свои безликие рыла лжецов и навуходоносоров…

Александр Львович Растекаев, широко известный в узких кругах философ воинствующего неолиберализма, обдумывал очередной опус с патриотическим названием: «Россияния — мать суверенной демонократии», попивая армянский коньячок в итальянском кресле-качалке.

Его убогая и блудливая мысль (если называть мыслью — ментальные испражнения лакействующего холуизма) иногда возносилась в эмпиреи царедворцев и невольных каменщиков недостроенного капища, питая их своим удушливым лицемерием, настоянном на смердящем гное предательства…

Апологет бонапартизма и фанат смердяковщины — Растекаев «честно» отрабатывал свои тридцать иудиных целковых, если принимать за честность — самоубийство души в обмен на одержимое здравие растленного и рыхлого тела.

Хлеб беззакония и вино хищения опьяняли его до восторженного ужаса от тотальной безнаказанности всей этой псевдоэлиты «веселых и находчивых» разбойников с большой дороги, которые ради прибыли в 300% всегда готовы на любое самое кровавое преступление…

Александр Львович выполнял заказ. Он служил духовным палачом и растлителем бездумных народных масс, которые в погоне за обманчивой формой утратили истинное содержание…

Александр Львович отравлял народную душу трупным ядом вседозволенности и вульгарного истолкования ее самых святых струн и откровений, фальсифицируя первоисточники и искажая предания…

Расчлененная мировая держава яростно агонизировала на пепелище забытых истин вселенского единства, слепо уверовав в химерическую «правду» локальных страт и местечковых множеств…

Александр Львович Растекаев и прочий легион растлителей духа остервенело грызли ее умирающее, но еще могучее тело, насиловали душу, распинали дух, все более загоняя самих себя в ненасытную пасть Люцифера…

Демоны великодержавной государственности, играя мускулами национальной гордыни пытались и пытаются по сию пору столкнуть лбами мировые правительства, чтобы в апокалиптическом безумии напитать свои чрева эманациями боли и страданий миллионов человеческих жертв, ввергнутых одержимыми лидерами в кровавую мясорубку мировой войны..

Управляемый инфернальными силами хаос уничтожает Вселенную, схлопывая ее в точку сингулярности…

Энтропия наступает семимильными шагами, не встречая на своем смертельном пути героев, готовых к самопожертвованию…

Но мир меняется в одночасье…

Что-то случилось на краю ойкумены или обитаемой Вселенной…

Александр Львович ощутил в своей груди неприятное жжение, и нарастающий ужас окутал его сознание своими гадкими и скользкими щупальцами.

Звук лопнувшего стекла оглушил его мозг до умопомрачения…

«Саша!» — позвала его мама с улицы домой в пахнущую мамиными пирожками милую и уютную кухню. «Домой, сынок!»

Одиннадцатилетний подросток засмеялся, бросил кожаный мяч товарищу по игре, крикнул в окно пятиэтажного дома: «Иду, мама, иду!» и побежал, побежал…

Споткнулся, упал, опять побежал…

И вдруг резко остановился на краю разверзающейся бездны, из которой доносились, режущие душу, невыносимые звуки истязуемых существ, дико закричал, пытаясь отскочить от края пропасти, но тщетно…

Некролог был краток, но точен…

«Он умер, но дело его живет

Иногда жизнь загоняет людей в тупик, из которого невозможно выбраться, если только не вытащишь сам себя за волосы…

Социальное государство рассыпалось в прах, патернализм превратился в пирамидальную структуру близкородственных корпораций, население забилось во все щели разрушенного общего дома, потихоньку спиваясь и вымирая на обочине чуждого бытия, в котором каждый человек-винтик будет посчитан и учтен для пожизненного включения в рабовладельческую матрицу узаконенной эксплуатации…

Социал-дарвинизм как скрытая идеология рыночной стихии явился подсознательным руководством к действию всего громоздкого бюрократического аппарата, этого исторически встроенного в плоть славянской расы чудовищного монстра петровской германофилии…

Борьба с коммунизмом вылилась в безудержное разрушение христианских культурных смыслов, которыми кровеносной сетью был пронизан весь советский проект, невзирая на его атеистическую оболочку…

Идейное банкротство либеральной сырьевой модели безудержного разграбления природных ресурсов горсткой морально невменяемых индивидуумов закономерно привело страну к тотальной катастрофе нового раскола социума на власть предержащих, злато имеющих и громадную бесправную популяцию человеческих существ, насильственно закланных на дьявольском алтаре кровавых жертвоприношений ваалу криминально-олигархического капитализма…

Жадные поиски причин нестроения русской жизни в открытых и закрытых анналах истории приводят в конце концов только к накоплению и смешению взаимно противоречащих фактов, подтасованных документов, лицензированных лжесвидетельств и прочих, прочих отпечатков давно погребенного, но политически окрашенного времени…

Но, если начать с себя, как советуют нам великие моралисты всех времен и народов, вороша собственную память, забитую ежедневными и навязчивыми внушениями современных псевдофилософов о бесцельности прошлого, пустоте настоящего и безнадежности будущего, то приходишь к выводам несколько странным: а ведь я, лично я, жил-то неплохо, да и мои современники особо не страдали от судебных приставов и прочих прелестей суверенной демократии…

Что же произошло на самом деле?

Почему Великая Страна стремительно покатилась в пропасть под улюлюканье извечных врагов и льстивых псевдосоюзников?

Мировоззренческий тупик, предательство агентов влияния или трагическая ошибка руководства страны ценою в жизни миллионов, поставленных на колени перед обстоятельствами непреодолимой силы?

И что это за античеловеческая сила, которая в «одной давильне всех калечит»?

Эта дьявольская сила — капитал и его прислужники, в лице переродившихся и перерядившихся членов бывшей совпартноменклатуры и их семей…

И началось это молчаливое соглашательство на предательство общенародных идеалов социализма уже давно: еще в советские времена…

В КПСС пришли карьеристы, начетчики и стукачи, которые шли по головам и по трупам к московскому олимпу «небожителей» — кремлевским «старцам», чтобы принять от них «благословение» на областное или краевое единоличное правление.

И они его получали, а затем везли, несли, тащили и крали все, что могли и не могли, вывозя за рубеж и делясь с кремлевскими благодетелями украденным, поделенным и обналиченным «золотом партии» — стартовым капиталом «новых» хозяев посткоммунистической России…

Брежневская партноменклатура высидела в ненавистных народу «дворянских гнездах» ненасытных птенцов перестроечной горбачевщины, разрушительного ельцинизма, стремительно оперившихся затем в злобных упырей и вурдалаков неолиберальной России…

Коммунистическая идея социальной справедливости подверглась поруганию, осмеянию, искажению и преследованию на всех уровнях расчлененного общественного организма…

Либеральная клика превзошла своих «учителей» из совпартноменклатуры качественно и количественно в неизмеримых масштабах.

Воры в законе вошли во власть, и в ее вкус, и получив доступ к бездонной кормушке-распределителю национальных богатств ежегодно и ежечасно продолжают разворовывать все, что еще осталось от беспечно погубленной Великой Державы...

Но, если копнуть глубже, то главная причина классового перерождения номенклатурной верхушки — нравственный релятивизм безбожного мировоззрения, которое являлось краеугольным камнем коммунистической идеологии.

«Если Бога нет, то все дозволено» — Достоевский актуален и поныне…

Невозможно построить честное и справедливое общество на честности одного человека, будь он хоть семи пядей во лбу, но который не верит в высший, трансцендентный смысл человеческого существования.

Зачем быть добрым и справедливым, когда в природе господствует закон взаимного пожирания слабых сильными?

Не лучше ли жить на всю катушку безудержного гедонизма, захватив природные ресурсы по праву хищного и наглого?

«После нас хоть потоп!» — идеология нынешнего антихристианского общества потребления, которое использует церковные институты как фарисейское прикрытие своего лицемерного вероисповедания…

Историческая церковь царской России страдала послепетровским духовным параличом под пятой имперского абсолютизма, замалчивая, в своем большинстве, кровавые преступления крепостников, беспредел чиновничьей бюрократии, зверства жандармов и прочих извергов гниющей монархии.

И в этом, и по сию пору, нераскаянном грехе, который и привел страну к Революции и кровопролитной гражданской войне — ее неизбывная вина и беда, которая, к сожалению, повторяется и в новейшей истории, когда угодливым молчанием церковных иерархов о вопиющей социальной несправедливости в современной России предается Бог.

Большевизм явился закономерным следствием и нежданным спасением страны от распада на мелкие кусочки воюющих территорий.

Его классовая идеология — есть неизбежная аберрация православной матрицы русского самосознания в горниле яростных вызовов XX столетия…

Советское общество воплотило христианские смыслы изнутри, подавляя их снаружи, что создало парадоксальное равновесие между ортодоксально верующими и воинствующими атеистами в бытовой сфере.

Религия уже не изгонялась и замалчивалась, а «научно» разоблачалась как неизбежный этап духовного развития человека в классовом обществе.

Приближалось время религиозного возрождения, переосмысления пройденного пути социалистического развития, которое было внезапно остановлено подлым предательством политических наймитов иностранного капитала.

Страна погрузилась в хаос отживших форм и содержаний, русофобских настроений, заказных убийств, политических и вооруженных противостояний.

Религия в очередной раз оказалась в ярме политики, выполняя неблагодарную роль суда инквизиции над собственной историей.

Как же нам вырваться из бесконечного колеса бесцельных словопрений и самоубийственных противостояний, чтобы не потерять страну и восстановить социальную справедливость, не наступая в очередной раз на грабли исторического беспамятства и невыученных уроков?

Вопросы серьезные и актуальные, особенно в период внешних угроз и продлеваемых санкций. И решать их придется сегодня, не откладывая дела в долгий ящик.
Ведь времени на маневры с собственным народом у злато имущих и власть предержащих почти не осталось…

Ну, а как же лагеря, Сталин, Берия — демоны в образе человеческом, ведь за державу-то обидно, скопом загнанную в гулаги, изгнанную за рубеж, расстрелянную, уничтоженную, распятую?

А как же, сожженные напалмом вьетнамские деревни, уничтоженные ядерными взрывами японские города, за которые никто из «учителей» мировой демократии так и не покаялся?

Почему одним все дозволено, а другие — изгои, оплеванные, одурманенными русофобией, народами?

Что-то во всем этом есть нечистое, предвзятое, если хотите — заказное или заказанное для исполнения теми силами, для которых Россия — кость в горле или лакомый кусочек на блюде «золотого миллиарда»?

Мы оцениваем деятельность своих вождей с точки зрения ошибочности или преступности теории насилия, приведшей к роковым последствиям, а наши внешние «друзья»-недруги не оценивают, а судят немилосердным судом уничтожения целый народ, всю восточную цивилизацию с ее моралью, культурой, религией и прочими ценностями, определяющими нашу жизнь, плоть, кровь и судьбу…

Кто дал им право нарушения ментального суверенитета, разрушения духовного иммунитета, национальной самобытности, уникального своеобразия исторически сложившейся общности наций и народов, спаянных любовью к свободе и ненавистью к угнетателям?

Они завоевали его силой, развратив правящую номенклатурную «знать», создав «пятую колонну» наймитов и бесхребетных политиков, которые в погоне за мелочным тщеславием, предали свой народ, отдав его на растерзание мировому технотронному фашизму.

«Корень всех зол есть сребролюбие» — так гласит святоотеческая мудрость…

Извлечение корня предательства из недр поврежденной души, разоблачение «кротов», спрятавшихся в лоне российской государственности, пресечение оттока людских и материальных ресурсов в неизвестном направление — задача не из легких, и требует напряжения духовных и физических сил всего мира, попавшего в силки вездесущей «матрицы» глобализации.

Не смена курса, которого нет в тупике лихорадочного выживания, а возврат к истокам божественного бытия, воскрешение памяти поколений, жертвовавших жизнью за сохранение духовно-национальной идентичности, отказ от узко-конфессиональной, агрессивной религиозности, всемирная отзывчивость как миссия России — вот то немногое, но самое важное, что еще способно активно противостоять апокалиптической эпохе грядущего массового расчеловечивания и всемирной олигархической тирании…

Сообщение отредактировал GalielMark - 27.2.2019, 20:59

Не ищи себя во вне...


Самопознание,через которое опознается мир во всей его целокупности и непроявленной гармонии, остается пустым звуком для тех, кто избрал зону комфорта в одинокой пустыне «человеческого, слишком человеческого»(Фридрих Ницше)...

Наука превратилась в калейдоскоп занимательных головоломок, искусство и культура — в зрелищное смакование исподних подробностей бессмысленного быта, религия закона — в указующий перст законсервированных истин на службе у самодовольного фарисейства...

Человек как личность заблудился в дебрях оцифрованного варварства...

Он растерян и подавлен бездушной атмосферой управляемого хаоса, демонтированных святынь и гипертрофированного гуманизма...

Ему хочется вернуться в утробу безвременно ушедшей матери-истории на пороге апокалиптического ужаса тотального расчеловечивания...

Возможно ли инструментом раздвоенного разума ощупать границы дозволенного у края разверзающейся бездны насильственной глобализации человеческих масс в безжалостное око всемирного контроля за каждой человеко-клеткой спешно конструируемого электронного концлагеря?

Или все-таки необходимо разрешить асимметрию рассудка эксцессом духовной трансформации за пределы унифицируемого космического порядка в животворящий хаос первообразов?

Но кто разомкнет змеиную удавку хищной власти античеловечества на худосочной шее покорного человеческого стада, гонимого на заклание?

Никто, кроме нас, зачатых по образу, но призванных стать по подобию...

Борьба за души невозможна без невидимой брани воплощенного духа с агрессивной бесформенностью злобных стереотипов, узаконенных пороков и прочих рудиментов и атавизмов пройденных этапов человеческой эволюции...

Погружаясь в глубины
Собственной тьмы,
Не бояться, не биться
В объятьях зимы...

Память Света
Живет
В сердце,
Раненом злом,
И святые пророки
Сидят за столом...

Чашу Жизни
Вкушают под
Дланью
Небес,
И бежит в
Преисподнюю
ПрОклятый бес...



Сообщение отредактировал GalielMark - 1.4.2019, 11:11

ЭКЗОРЦИСТ

«Ангел никогда не падает, бес до того упал, что всегда лежит, человек падает и восстаёт»
Ф.М. Достоевский «Бесы»


Отец Матвей вышел из храма после утомительного разговора с молодым настоятелем-двадцатипятилетним отцом Михаилом, и растворился в текучей массе вечно куда-то спешащего люда…

Пятидесятилетний священник вместе с двумя батюшками престарелого возраста были отправлены за штат для того, чтобы уступить место молодым и напористым выпускникам духовной семинарии…

Многочисленный приход ропотливо восстал, сиротливо плача и письменно жалуясь на беспредел церковной администрации правящему архиерею, и даже самому Патриарху, но все кануло в лету узаконенных канцеляризмов и отписок…

«Господь милостив», — успокаивала матушка отца Матфея,— найдется и для тебя поприще на церковной ниве»…

И точно…

Через два месяца заштатного священника вызвали в епархию и предложили ему вакантное место преподавателя катехизических курсов для воцерковляющихся граждан Российской Федерации. Недолго думая, священник торопливо согласился. Все-таки трое детей: 11, 13 и 15 лет. Все девочки: Катюша, Светланка и Верочка. Всем надо учиться, в перспективе — выходить замуж, растить детей и т. д. и т.п…

Отец Матвей (в миру — Тимофей Степанович Брянцев) с упоением погрузился в духовное просвещение насильственно обезбоженного народа, стараясь апостольски благовествовать и отечески утешать многочисленных сирот любящего, но забытого ими Отца…

На одном из занятий ему вдруг задали три каверзных вопроса: «Скажите, батюшка, а почему Вас, опытного священника отправили за штат, а настоятелем храма Иконы Божьей Матери «Взыскание погибших» поставили юного родственника ныне здравствующего вице-губернатора? И почему в истории Русской Церкви победили стяжатели (иосифляне), а не сторонники кроткого бессеребренника — Нила Сорского? И где грань между послушанием Воле Божией и своеволием церковной администрации в лице остепененных религиозных служащих?»

Тимофей Степанович не растерялся, и прямо приняв в себя вызов откровенно вопрошающих, глухо, но честно ответил: «Церковь свята, но люди грешны, даже если они занимают высокие посты в церковной иерархии. Господь многотерпелив и всемилостив, но и бесконечно справедлив. Господних путей мы не знаем, но Его отеческого вразумления и наказания никто не избежит. Лучше начнем с самопознания, через которое познаем мир и сотворившего его Творца, Который Был, Есть и Будет — Бесконечная Любовь. А умеем ли мы любить, чтобы помочь тому, кого мы осуждаем, творя самосуд в гордыне собственной нераскаянности?»

В тишине класса воскресной школы возник вдруг какой-то умопомрачительный звук, от которого сжималось сердце в удушье безвыходности. А затем — истошно-утробный крик, рвущийся изнутри одержимой женщины, худенькой, маленькой, светловолосой, которую еле удерживали трое мужчин: «Чтоб ты сдох, вонючий поп, со своей вонючей елейностью! Все равно сгоришь в аду, «иисусик»! Сгоришь, сгоришь, и нас не победишь!!! А-а-а-а-а-!» Она вырывалась, билась головой об пол, потом затихла и стала как мертвая. Пощупали пульс: жива, но глубоко спит…

На вечерней молитве отец Матвей особо помолился о духовнобольной Евгении и всех ее родственниках, вспоминая библейское изречение о том, что когда болен один член, то больны все.

Род человеческий един и в Божественной высоте, и в низости дьявольского падения.

Каждый отвечает за всех.

Мы все — альпинисты в одной связке на пути Бесконечного Восхождения к Богу Любви…