Лазоревая звездаСоборной Душе России

Владимиру: Снова понравилось! Голос просто изумляет своей чистотой и силой! Даже не поверить, что девушке всего четырнадцать лет!.. Хотя, слов и вправду не разобрать... Ну, с двумя голосами "за" и одним "против" она должна пройти в следующий тур?.. Мне кажется, она просто ещё очень неопытна на сцене и поэтому, быть может, и действительно немного не хватает экспрессии. Но это очень второстепенные недочёты. Да и, к тому же, спорные. Я бы, как зритель, на это даже и не посмотрел... Ещё, ИМХО, очень удачная музыкальная композиция там: с современными электронными инструментами, но звук не мешает, не заслоняет, а наоборот очень здорово дополняет голос и поддерживает настроение песни...

Ольге: А у меня есть запись этой песни Яны Завацкой...

Мне тоже понравилось, что сопровождение мягкое, служащее лишь фоном для прекрасного голоса. Хотя для этой вещи я сделала бы и еще одну обработку, рОковую...

Владимир, огромное спасибо! Получил истинное удовольствие. Давно со мной такого не было.

Голос действительно оттуда, из прошлого, из той Руси, которая почти исчезла с земли, ушла в Небо... Хотя это, конечно, не вся русская песня и, на мой слух, далеко не лучшая её часть... Это больше распевки, по уровню близкие к частушкам... Да и смотрится не очень естественно, когда девочка поёт "старушечьим" голосом... А если ещё текста не понимаешь, то остаётся лишь форма, оболочка, а Смысл уходит...

Вот для контраста:

"Сронила колечко" в исполнении Людмилы Зыкиной.


Или "Реченька туманная" в исполнении Анны Герман. Не говоря уж о "Гори, гори моя звезда". Это хоть и не фольклор уже, но тоже русская песня.

У этой вещи сила даже в одной только музыке. Вообще, русская песня -- удивительное явление: источник ее в фольклоре, но вытекая из истока, она разливается вширь, в самые разные стороны, например, в рок, который мне внутренне очень близок... Поэтому я и говорила о рОковой аранжировке как об альтернативном варианте.

А многие песни только ждут часа своего рождения, -- и поверьте, в будущем мы еще услышим голос Соборной Души!..

Как давно я не встречал такого понимания!
Всё войны и войны, удары, защита, оборона, контратака. Наверное, это для чего-то было нужно. Фатум.
Я родился и провёл часть детства не в России. То общество можно было в полной мере назвать реализовавшимся советским народом. Национальностей - море. Все оказались там по разным причинам. Я не отдавал себе отчёт в том, что я русский. Это было не столь важно в том обществе. Т.е. конечно все знали, кто они, знали свои языки, но языком общения был русский, поэтому мне было легче.
Мне рассказывали о России родители, бабушка, родственники.
Лес? А что это, как можно там заблудиться? Собирать грибы? Как, зачем?
Выручили книжки сказок с картинками. Там было всё нарисовано. Читал, смотрел, воображал, слушал рассказы. Мне было очень хорошо там, где я родился, но возник какой-то интерес, а потом просто тоска по неведомой мне стране под названием Россия.
И вот, волею судьбы я оказался в ней, в России. В дворовую компанию вписался без проблем, специфический говор вскоре прошёл, но по нему я и сейчас «влёт» определю человека из тех мест.
Стало менее уютно, чем на старом месте, но воплотилось в реальность всё то, что ранее я лишь воображал. Появилось ощущение возвращения домой.
Иногда думаю, а где моя родина? В месте моего рождения родина для меня - это в первую очередь то общество, которое там было. Сейчас там его нет. Остался город и местность со знаменитой среднеазиатской рекой. Когда-нибудь я побываю там, покажу сыну те места, в которые не захотел идти Александр Македонский. Пусть знает.
А место моей родины заняла Россия, причём вся.
По отцовской линии - Оренбургские казаки, по материнской - Сибирь (Братск, Красноярск, Иркутск). Сам укоренился, и очень давно, в южном Подмосковье. Кто скажет, что я не могу считать всю Россию Родиной?
Хотя, есть люди, которые мне говорят, что это плохо.

Пытался что-то объяснить. Бесполезно. Сплошные обвинения в жругролюбии. Терпенние у меня есть, но не беспредельное, а желания могут исполняться.
К чему я говорил всё это? Мне кажется, что я услышал голос Навны. Кто меня звал в Россию, зачем? Она права!

Диада Яросвет- Навна. Метакультура. Её строительство.
Ассоциации.
Яросвет - гранит, гранитный щебень, кварцевый песок.
Навна- цемент.
Всё вместе - супербетон, очень качественный и прочный строительный материал.
Из него и состоит Россия.

Максим, она ещё не ушла в небо. Она живёт в тебе и во мне, и в Ольге, и в других!
Не веришь? Вот аргументы из Владимира Высоцкого ( для Марины Влади):
Как по Волге- матушке
Я несла свою беду
И вот это мне очень нравиться. Не умею играть на гитаре, как ты, но когда её пел акапелло у костра- все слушали ( хотя и женская)
Марьюшка
Вот она, преемственность поколений!

Между песнями Анастасии Сороковой ( точнее, Омских и Тульских бабушек) и песнями Высоцкого- столетия, если не тысячелетия, но ё маё(повышенные русские эмоции), он ведь продолжатель той культуры! Нашей культуры, метакультуры Яросвета и Навны!

Кстати о диаде. Имхо, Высоцкий- о Яросвете, Марина Влади ( хоть и француженка) - о Навне.
Но ведь и то, и то написал Высоцкий!

И со мной. Мне очень понравились Ваши рассказы, но усталость чувсвуется. Прорвёмся!



Точно так, Ольга! Услышим обязательно!

Забывл добавить. Голос Яросвета в исполнении Высоцкого: МЫ ВРАЩАЕМ ЗЕМЛЮ

Владимир, очень рада вашим искренним и теплым словам! (Может, будем на "ты"?)

К сожалению, любовь к России (светлой диаде) часто путают с жругролюбием, но я махнула на это рукой. Иногда нужно просто следовать голосу сердца, невзирая на мнение окружающих.

Для меня "Роза Мира" заключается прежде всего в них -- в тех, кого Даниил Андреев назвал условными именами Навна и Яросвет, а в моей сказочной повести их зовут Княжна Ладомира и Князь Всеслав... Несмотря на то, что сейчас я живу в Голландии, моя жизнь связана с ними и не имеет смысла без них. Жизнь за границей дала возможность увидеть много других стран (и сейчас впереди маячит возможность поездки в Индию), возможно, в некоторых из них я прожила прошлые жизни, но лишь о Ней тоскует и поет душа -- о Лазоревой звезде... И видимо, это моя карма -- уходить в долгие странствия и снова к Ней возвращаться...

Как я уже говорила, Российская метакультура -- не только прошлое (народные песни), но настоящее и будущее. Искры будущих творений -- в музыке, в поэзии, в других жанрах искусства -- Навна хранит в своих ладонях, но придет время, и они засверкают драгоценными алмазами, осиянные Ее улыбкой... Россия сказала миру далеко не все!

Вот еще одна песня о России ("Глаза России") в исполнении православной женщины.
Юлия Березова
Вдобавок особо понравились две песни: "Божий мир" и "Псалтирь". От последней песни поистине исходит космическая благодать, особенно если при прослушивании представлять образ псалмопевца, летящего по звездной колее.

Коль речь зашла о песнях, посвященных России, то упомяну еще альбом Андрея Бандеры "Не любить невозможно". Очень прямой альбом (Незнакомка, Поля России).

Сообщение отредактировал Анатолий - 3.8.2009, 18:52

Когда говорят о Твоей скорби, я спрашиваю -- а кто видел Твою улыбку? Светлую, радостную, нежно-женственную, вселяющую надежду в сердца.

И поэтому я говорю о Твоей радости...

...Вот фрагменты из либретто Бельского к опере Н.А.Римского-Корсакова "Сказание о деве Февронии и невидимом граде Китеже". Феврония -- образ, в котором сила и красота Соборной Души проступают наиболее зримо. По силе этому образу соответствуют, может быть, лишь отдельные стихи Александра Блока.

Ах, ты лес мой, пустыня прекрасная,
Ты дубравушка — царство зелёное!
Что родимая мати любезная,
Меня с детства растила и пестовала.
Ты ли чадо своё не забавила,
Неразумное ты ли не тешила,
Днём умильные песни играючи,
Сказки чудные ночью нашёптывая?
Птиц, зверей мне дала во товарищи,
А как вдоволь я с ними натешуся, —
Нагоняя видения сонные,
Шумом листьев меня угоманивала.
Ах, спасибо пустыня за всё, про всё:
За красу за твою вековечную,
За прохладу порой полудённою
Да за ночку парную, за вóложную,
За туманы вечерние сизые,
По утрам же за росы жемчужные,
За безмолвье, за думушки долгие,
Думы долгие, тихие, радостные…

А вот слова Февронии княжичу Всеволоду о том, кто она такая:

Звать Февронией, живу при брате;
Он же древолаз и нынче лазит
Где-нибудь за ярой пчёлкой.
Нет у нас достатка никакого,
А зимою и нужа бывает.
А зато придёт весна в пустыню,
Разольются все лузья, болота,
Разоденутся кусты, деревья,
Запестреет мурава цветами:
Стужу зимнюю и не вспомянешь.
Станет лес наш полон чудесами,
То виденьями, то голосами.
Запоют все пташечки лесные, —
Серый дрозд, да вдовушка кукушка;
Придут думы вешние, да песни,
Дивных снов навеет ветерочек…
А какие сны бывают золотые!
И не знаешь, где живёшь взаправду,
Где цветы душмяней да алее,
Ярче день и солнышко теплее, —
В пестрых снах, аль здесь в бобыль­ской доле.

И далее -- о красоте этого сурового, глухого леса:

Ты вот мыслишь: здесь пустое место,
Ан же нет — великая здесь церковь, —
Оглянися умными очами
День и ночь у нас служба воскресная,
Днём и ночью темьяны да ладаны;
Днём сияет нам солнышко ясное,
Ночью звёзды, как свечки, затеп­лятся.
День и ночь у нас пенье умильное,
Что на все голоса ликование, —
Птицы, звери, дыхание всякое
Воспевают прекрасен Господень свет.
"Тебе слава во век, небо светлое,
Богу Господу чуден высок престол!
Та же слава тебе, земля-матушка,
Ты для Бога подножие крепкое!"

Княжич Всеволод удивленно спрашивает:

Люди старые иначе молвят:
"Не зарись на радости земные,
На земле-то нам скорбеть, да пла­кать".

И вот какой простой и ласковый ответ дает Феврония:

Милый, как без радости прожить,
Без веселья красного пробыть?
Посмотри: играют пташки все,
Веселится, скачет зверь рыскучий.
Верь, не та спасеная слеза,
Что с тоски-кручинушки течёт,
Только та спасеная слеза,
Что от Божьей радости росится...

И словно от силы ее простых слов дремучий лес -- Россия земная -- начинает сливаться с Россией Небесной...

А и сбудется небывалое:
Красотою всё разукрасится,
Словно дивный сад процветёт земля,
И распустятся крины райские.
Прилетят сюда птицы чудные, —
Птицы радости, птицы милости, —
Воспоют в древах гласом ангельским,
А с небес святых звон малиновый,
Из за облаков несказанный свет…

-- Ты хотела увидеть Княжну Ладомиру? -- спросил Князь Всеслав. Девочка в ситцевом платье порывисто воскликнула:

-- Да!.. Если можно... -- добавила она менее уверенно.

-- Лиля!.. -- Светловолосая женщина в длинном фиолетовом одеянии посмотрела на нее, будто собираясь возразить, потом перевела взгляд на Князя Всеслава. Казалось, у них произошел какой-то быстрый мысленный разговор. Женщина вздохнула:

-- Хорошо... Только ты сам знаешь, Княже, там сейчас очень неспокойно.

-- Ничего, Агния. Лиля храбрая девочка.

-- Я беспокоюсь не только о Лиле.

Лилия подумала, а вдруг она просит слишком много у Князя, ведь у него и так хватает забот... Но Князь Всеслав ободряюще улыбнулся и положил руку ей на плечо:

-- Пойдем. -- Он кивнул Лилиной наставнице: -- Агния, идем тоже с нами.

Они втроем пошли через многочисленные залы Терема. Лилия заметила, что золотисто-белое сияние, разливавшееся вокруг высокой фигуры Князя в светлых одеждах, ослабло, да и сам он словно бы стал более материален и зрим. Подняв голову, Лилия посмотрела на него. Сейчас он был больше похож на обычного китежанина. Крылья его скрывались под красным расшитым плащом, желтый камень в венце не пылал, а лишь чуть светился изнутри. Неторопливо шагая, Князь Всеслав смотрел вперед -- нет, скорее, внутрь себя. Глядя на его спокойное и решительное лицо, Лилия поняла: он собирается с силами! Для чего, для какой борьбы?.. Она снова подумала, не лучше ли повременить со своей просьбой... Но они уже стояли перед массивной кованой дверью.

Дверь неслышно отворилась, пропуская их в зал, где стояло Зеркало миров. Зал был небольшим, полукруглой формы, с узкими окошками, похожими на вытянутые бойницы. Свечи горели трепещущими золотистыми огоньками в уютной полутьме; их здесь было множество в высоких золоченых подсвечниках справа и слева от Зеркала. И зал, и само Зеркало Лилия уже видела в первый день, когда домовой Бажен водил ее с другими детьми на экскурсию. Но тогда Зеркало казалось подернутым легкой сонной дымкой. Сейчас же его поверхность была прозрачна и глубока; Лилии показалось, будто она смотрит в колодец.

Агния осталась у входа, а Лилия вместе с Князем Всеславом подошла к Зеркалу. Теперь, вблизи, она обратила внимание на удивительную прозрачность его поверхности -- прозрачнее воды, прозрачнее стекла, прозрачнее чистейшего горного хрусталя...

-- Тебе точно не страшно? -- то ли в шутку, то ли всерьез спросил Князь Всеслав. Лилия торопливо выпалила:

-- Нет! -- Потом смутилась, понимая, что пытаться перехитрить Князя напрасно: -- То есть да. Немножко...

-- Не надо бояться, -- успокоил он. -- Я буду рядом.

Лилия видела в Зеркале, как он вскинул руки и тут же удивительно преобразился, словно освободив часть своей скрытой силы. Одежды его сияли как снег в яркий зимний день, и камень в венце пылал жарче солнца. Плащ взметнулся за его плечами, золотые крылья превратились в потоки сияющего пламени, и фигура Князя Всеслава, вдруг ставшая огромной, словно заполнила все помещение. Сведя руки над головой, он собрал в ладонях золотистое сияние, и продолжая смотреть куда-то вдаль перед собой, медленно опустил ладони на плечи Лилии.

Лилия оглянулась. Фигура Князя Всеслава теперь была едва различимой в сияющем пламени, лишь взгляд его серых глаз, решительный и спокойный, по-прежнему был направлен куда-то за грань миров... Лилия заметила, что и вокруг нее самой теперь мерцает золотистый ореол.

-- Смотри в Зеркало, Лиля, -- напомнил ей голос Князя.

Девочка поспешно повернулась к Зеркалу. Прозрачная поверхность дрогнула, качнулась, в ней замелькали неясные силуэты и тени, будто кадры из быстро прокручиваемого кинофильма... На мгновение Лилия увидела многоярусные серо-коричневые стены страшного города на изнанке мира, откуда ее когда-то забрали воины княжеской дружины. Высоченные здания голых геометрических форм; вершина башни, теряющаяся в ржаво-бурых облаках... Ее снова захлестнул ужас, в памяти всплыли воспоминания о пережитом, но над башней зажглась ярко-голубая звезда, и Лилия поняла -- не надо бояться, ведь Она светит там, в этом жутком мире, и никаким силам тьмы не угасить Ее свет... Лилия сжала свою волю в кулак.

Поверхность зеркала закачалась, как озерная гладь, замерцала серебряными бликами, и вместо мрачного города Лилия увидела просторную светлую комнату -- как будто веранду в старинной дворянской усадьбе. Высокие застекленные двери распахивались в цветущий яблоневый сад. Цветы были и внутри, в огромных вазах -- прекрасные садовые лилии, белые с серебристым, их лепестки чуть светились. Но свет, заливавший веранду, шел не от них. Мягкое, ровное сияние разливалось от тонкой фигуры девушки в бело-голубом платье, игравшей на рояле.

Ее пальцы парили над клавишами, едва касаясь их, светло-русые волосы, убранные со лба, мягкими волнами струились за плечами. На челе ее был тонкий серебряный венец с голубым камнем -- или светящейся голубой звездой. Ее лицо, такое прекрасное и такое родное... Лилия прошептала, протягивая к ней руки:

-- Княжна Ладомира!..

Ладони Князя Всеслава, придерживавшие ее за плечи, разжались, он как будто подтолкнул ее вперед, и Лилия шагнула через прозрачную плоскость Зеркала.

В лицо ей дохнул легкий ветерок, несущий свежесть весеннего утра, смешанную с тонким ароматом яблоневых цветов. Она погрузилась в мягкое бело-голубое сияние и музыку, играемую Княжной Ладомирой. В этой музыке, то спокойно текущей, как река, то взлетающей каскадами звуков, то задумчиво останавливающейся, чтобы через мгновение снова продолжить свое неумолчное течение, слышалось что-то до боли знакомое. Кажется, что-то похожее играла мама, давно, в Лилином детстве еще там, в срединном мире... да, мамина игра была словно отголоском музыки Княжны Ладомиры... Лилии казалось, она может до бесконечности стоять и слушать, но Княжна Ладомира закончила игру и повернулась к ней, улыбаясь так, как будто Лилия была самой дорогой гостьей:

-- Здравствуй, Лилюшка. -- Голос ее лился как звонкий весенний ручеек, обнимая радостью и лаской: -- Я знала, что твоя Дорога приведет тебя в Китеж.

Лилия подбежала, Княжна Ладомира встала и наклонилась к ней. Девочка обхватила ее, уткнувшись лицом в одежды с белыми и голубыми цветами:

-- Княжна Ладомира... Я так хотела тебя увидеть!..

-- Мы виделись и раньше, Лилюшка. -- Ладонь Княжны мягким теплом легла на голову Лилии, и перед внутренним взором девочки промчалась череда эпизодов.

...Маленькая Лиля карабкается по отвесному зеленому склону. Ей зачем-то надо наверх. Очень надо. Испачканные ладони пахнут травой и землей, и платье тоже выпачкано в земле. Дома попадет от мамы. Ну и что... Одолев склон, Лиля бежит к низкой бревенчатой избушке в тени развесистых берез. Осторожно приоткрыв дверь, заходит внутрь. И там Лилю встречает Она. В простом белом с голубым платье. Лиля подбегает и обнимает Ее, уткнувшись лицом в бело-голубые одежды... и по щекам текут счастливые слезы, как от встречи с кем-то бесконечно любящим и родным... Лиля потом много раз поднималась на тот склон, искала неприметный бревенчатый сруб, но так и не нашла таинственную избушку рядом с тремя березами...

...И не так давно, на стенах Цитадели. Что-то огромное и жуткое надвигается сверху, закрывая темным силуэтом буро-рыжие облака, и Лиле так страшно, что нет сил кричать... И она не помнит уже, что была военным летчиком, сбивала фашистские "юнкерсы" и "мессеры" в свинцовом небе над Сталинградом... Это что-то гораздо страшнее "мессеров", страшнее смерти в воздушном бою, и сейчас оно уничтожит ее, ничтожную букашку, разотрет ее в пыль... Но над башней за ее спиной, сквозь рваные ржаво-бурые облака горит лазоревая звезда, и свет ее становится ярче и ярче... Он льется в душу, и душа наполняется синевой... Синева окружает ее сияющим щитом, и больше уже ничего не страшно. Не страшен даже жуткий взгляд Наместника, ибо имя, что дороже всего на свете, звучит в ней звенящей лазурью, -- имя Звезды, рассеивающей своим сиянием мрак нижнего мира и мрак души...

-- Княжна Ладомира, я так по тебе скучала... -- Лилия не могла сдержать слез. Узкая ладонь Княжны ласково гладила ее волосы:

-- Не надо плакать, хорошая моя. Я здесь, я рядом... и всегда была рядом с тобой.

Веранду сотряс глухой подземный удар, где-то невдалеке послышался треск разламываемой земли. Лилия испуганно подняла лицо на Княжну Ладомиру.

-- Ничего страшного, -- успокоила ее Княжна. -- Здесь бывает неспокойно. -- Она чуть виновато улыбнулась: -- Прости, что приходится принимать тебя в такой неуютной обстановке.

-- Неправда! -- Девочка взяла ее за руки. -- Рядом с тобой везде уютно! Даже в... -- Лиля осеклась, только сейчас поняв, где находится: в самой высокой и прочной башне Цитадели. Каким чудом Князь Всеслав перенес ее сюда?.. Ее все еще окружал чуть светящийся золотистый ореол, -- наверное, его защита. Ну и пусть Цитадель! Больше Лилия не будет бояться. Держа Княжну за руки, она спросила:

-- Княжна Ладомира, а что за музыку ты играла? Мне кажется, я это слышала раньше...

Княжна Ладомира ласково улыбнулась:

-- Это музыка твоей Дороги, Лиля. Я сыграла ее для тебя.

-- Музыка моей Дороги? -- удивленно повторила девочка. -- Значит, Дорогу можно выразить в музыке? Сыграть или спеть? А можно нарисовать?

-- Можно и нарисовать -- для того, кому ближе и понятнее язык формы и цвета... Но такая картина никогда не будет закончена. И у музыки нет конца, потому что твоя Дорога продолжается.

-- Княжна Ладомира... а ты можешь сыграть свою музыку? -- спросила Лилия. -- Музыку своей Дороги?

Княжна Ладомира мягко улыбнулась:

-- Она неразрывно связана с музыкой моего друга и возлюбленного. Так что ты услышишь и его музыку вместе с моей.

Она села за рояль, опустила руки на клавиши и замерла, закрыв глаза. Может, в этот момент она мысленно обращалась к возлюбленному своему Князю Всеславу, смотревшему на нее из Китежа... Лилия остановилась возле рояля и положила ладонь на прохладный кремовый бок. Руки Княжны взлетели, как крылья птицы, порхнули вниз, касаясь клавиш, и зазвучала Музыка... Начавшись с легкого, звенящего ручейка, она перерасла в поток звуков, ошеломлявший своей глубиной и многомерностью. Казалось, звучит не только музыкальный инструмент, но и тонкие пальцы Княжны Ладомиры, парящие над клавишами, и ее вдохновенное лицо, и сияющие глаза... звучало все пространство вокруг нее! Музыка взлетала и падала феерией звуков, и снова уносилась в непредставимые дали и выси. И были в ней две мелодии, неразрывно сплетенные воедино...

Цитадель сотрясло еще несколько подземных толчков, но Княжна Ладомира продолжала играть, и Лилия всей душой ушла в ее Музыку. Словно желая воспрепятствовать Княжне, невидимые силы в преисподней начали бушевать. Землю затрясло, подземные толчки слились в непрерывный гул, перемежаемый грохотом падающих камней. Но над гулом и грохотом сияющими волнами взлетала музыка, радостная, скорбная и исполненния светлой надежды. И теперь Лилия видела в облике Княжны Ладомиры нечто новое, обычно незаметное за ее нежностью и теплом: ее истинное величие, как души Китежа -- и души России...

Мир за распахнутыми в сад дверьми потемнел, перемежаемый оранжевыми и багровыми вспышками, гул и грохот усилились, но ничто не могло заглушить музыку Княжны, и никакая тьма не могла прорвать кольцо света, окружавшее Княжну Ладомиру и ее сад. И Лилия поняла: в каждой человеческой душе есть такой круг света, незримо и прочно охраняемый Княжной. Княжна Ладомира была воином, хоть и не держала в руке меча. Она сражалась за людские души. И сейчас, несмотря на беснование тьмы вокруг, она продолжала играть Музыку, важную и для Китежа, и для людей срединного мира...

Музыка завершилась величественным и радостным аккордом -- словно вспышкой света, прорезавшей тьму. А тьма продолжала сгущаться. За границей очерченного Княжной Ладомирой круга носились угольно-черные тени и перебегали багровые языки пламени. Уши закладывало от гула и свиста. Земля ходила под ногами. Лилия не удержалась и чуть не упала, но ее подхватили руки Княжны Ладомиры.

-- Лиля, тебе нужно возвращаться, -- проговорила Княжна. Поправив на плечах голубую накидку, она посмотрела куда-то вперед, в видимые только ей дали, и Лилия поразилась, как ее взгляд похож на взгляд Князя Всеслава. Такая же спокойная решимость. Защита горела вокруг Лилии ярким золотым ореолом. Ее начало тянуть назад. Руки Лилии разжались, отпуская ладонь Княжны, но в последний момент Лилия прокричала сквозь грохот и свист:

-- Княжна Ладомира! Я буду сражаться за твою свободу! Обещаю тебе!..


-- Я буду сражаться за ее свободу! -- повторяла Лилия, упав на колено и оперевшись ладонью о каменный пол. Зеркало угасло, поверхность его подернулась легкой дымкой. Князь Всеслав, в привычном облике высокого крылатого воина с золотым венцом на челе, молча стоял рядом. Девочка подняла на него глаза и вскочила на ноги:

-- Князь Всеслав, возьми меня в дружину! Я хочу быть воином, солдатом, как в срединном мире! Но теперь я буду сражаться за нее!

Князь Всеслав помолчал. Положил руку на плечо Лилии:

-- Мы потом поговорим об этом... А сейчас прошу простить меня, друзья. Мне нужно идти.

Он вышел, легко и неслышно, еще раз мелькнул за дверьми золотисто-белый отсвет -- и погас. Агния подошла к Лилии:

-- Лиля, пойдем и мы... -- Помолчав, она добавила: -- Князь Всеслав сделал тебе очень дорогой подарок. Пробить грани миров даже ему, одному из Великих Братьев, стоит огромного напряжения сил. Но он знал, что для тебя это важно. Пожалуйста, и ты не забывай об этом.

Оля, рассказ впечатляет. Навевает те же чувства, что и строки Даниила Андреева:

...
На битву с ним спешат другие:
Их взлет разящ и величав,
Смысл их деяний - литургия
Нам непонятных сил и прав.

Венцом касаясь небосвода,
Едва очерчен впереди
Великий дух - творец народа
С чертогом солнечным в груди.
...

"Стансы"

Сообщение отредактировал Константин Софьин - 17.8.2009, 23:13

Константин, огромное, огромное спасибо! Значит, что-то у меня все-таки получается

С тех пор, как прочла "Розу Мира", больше всего на свете мне хочется рассказать о них двоих, так, чтобы было понятно человеческому сердцу, и я не вижу лучшего жанра, чем волшебная сказка (ну, разве что поэзия лучше, но стихов сочинять я не умею ) В этом рассказе больше о Ней -- Навне, Княжне Ладомире... А образ Князя Всеслава Ярое Пламя лучше раскрыт (или, вернее сказать, приоткрыт) в сказочной повести "Город над синей рекой".

Я была безумно счастлива, когда написала эту вещь...

Ольга, приветствую!

Вот и я прочёл эту новую главу, предшествующую по хронологии "Городу".

Вот гляди, какая вещь получается. Конечно, это сугубо моё мнение и вполне возможно оно не имеет общего значения. Но пускай тогда другие читатели поправят...

Есть вот такое ощущение, когда читаешь... что автору времени не хватает... =)

Сразу же отмечу, что задача, которую ты себе поставила, очень трудна по своей природе даже: выразить в словах то, что вобщем-то никто не видит и чему так мало аналогий в нашем "проявленном" мире. Поэтому, эту трудную задачу, быть может, надо и решать долго и постепенно, как бы, вчувствуясь в каждую крупицу твоего опыта общения со Княжной...

В сущности, на что можно обратить внимание?

1. В рассказе намечаются словно контурами несколько интересных тем. Например, музыка дороги... Нельзя ли поглубже развить эту тему? Она может очень многое сказать, как о самой Лилии, так и о Княжне Ладомире, ибо Она же играет... Далее, музыка самой Княжны... Опять-таки, хотелось бы углубиться в неё, услышать её, как бы, со страниц. Ты даёшь понятие о ней, как бы общее представление, но хочется именно встроиться, вслушаться в эти вещи более отчётливо и развёрнуто.

Или другой пример -- история самой Лилии. Они уже частично знакомы с Княжной, даётся и (опять же контурами) эпизод какой-то битвы в шрастре и сияющей звезды над башней, но хотелось бы снова развернуть эту тему. Это же так много всего в себе таит для "доводки" образов!

2. Не до конца понятно по рассказу, почему Лилия так активно стремится защищать Княжну Ладомиру. Ведь Княжна, вроде бы, живёт там в Цитадели сравнительно неплохо: никто над Ней не издевается там, не обижает... У Неё там и сад и светлые покои и рояль. Да и сама Она -- сильное и могущественное существо, способное и утешить, и умягчить, и исцелить, и развеять мрак... Ей, как будто бы, и не требуется защита... То есть, почему Лиля так рвётся именно защищать?

Дальше скажу уже не по тексту, а вообще, в целом...

... А мне кажется, что Княжна поёт, не только играет. И Андреев, вроде бы, об этом обмолвился где-то...

... Как бы передать, описать внутренний мир Её души, Её состояние? То есть, кто Она там? Пленница? Узница? Гостья? Милосердная работница (но не смысле укрепления империи, разумеется)? Живая икона для Наместника? Источник света в тёмном царстве?.. Как Она сама себя воспринимает? Что могла бы сказать о Себе?

Теперь о том, что, ИМХО, очень удачно вышло.

1. Во первых, очень убедительно звучат все эпизоды, связанные непосредственно с опытом жизни самой Лили. Но по ним можно судить и о Княжне Ладомире, ибо Она принимала участие в её судьбе.

2. Меня почему-то очень тронул образ Княжны, именно, как девушки, играющей на рояле...

3. Преображение князя Всеслава перед зеркалом, по моему, тоже правдоподобно как-то звучит: читаешь и веришь описанию...

Вот такой небольшой комментарий...

Павел, безусловно, над этим эпизодом нужно еще очень и очень много работать. Я лишь зафиксировала то, что смогла на данный момент (и это потребовало недели размышлений и двух дней довольно плотной работы). Но это нужно было записать как основу. Остальное будет постепенно проявляться, и на это могут потребоваться недели, месяцы... Никогда заранее не знаешь.

Безусловно, музыка Лилиной Дороги -- и особенно музыка Княжны -- не раскрыты. И это самое сложное; вот на что могут уйти долгие месяцы!.. Я потихоньку перечитываю "Розу Мира" -- это поможет мне самой "настроится" на правильное раскрытие темы...

Да, насчет пения ты прав: в определенный момент в музыку вплетается голос Княжны Ладомиры -- и это должно быть самое поразительное...

О плене... Мне кажется, все то, что ты говорил, верно. Но в нашем сообществе чаще всего подчеркивается именно сторона плена, неволи. Но ведь Навна -- Княжна Ладомира -- при этом еще и оберегает в нашей душе самое лучшее! И там, в шрастрах, Она поет для пленных (смотри "Изнанку мира"). Это какой духовной силой нужно обладать!.. Вот о чем мне хотелось рассказать. И заодно ответить Михаилу Натановичу на вопрос.

Задача сложная, да. Но почему-то маститые писатели за нее не берутся. Поэтому мне приходится набираться нахальства, да еще и с неявной просьбой к форумчанам о коллективной помощи -- ведь чем больше конструктивной критики я получу, тем больше смогу улучшить!..

О преображениях Князя Всеслава -- отдельный разговор; мне кажется, здесь я угадываю, что-то, имеющее место на самом деле...